Глава 14

Ника

Рейс как назло задерживали, и нам пришлось целый час топтаться в аэропорту в дикую жару. Марк и Николай все время находились рядом с нами и, если честно, начинали меня раздражать своим присутствием. Я вообще была не в восторге от того, что отец сослал нас на Кубу, в то время как сам подвергает себя опасности, охотясь на плохих парней.

Когда началась посадка на самолет, я уже желала наплевать на отцовский приказ и возвращаться обратно домой, но Марк едва ли не волоком затащил меня на места бизнес-класса, игнорируя строящую ему глазки милую бортпроводницу.

— Отпусти! — огрызнулась я, пихая мужчину локтем в бок и садясь на свое место у окошка. Брюнет, не обращая никакого внимания на мои выпады, расположился рядом со мной, пристегивая ремнем безопасности, даже не дожидаясь рекомендации.

— Мы еще даже не взлетаем, — нахмурилась я. — Что ты делаешь?

— Это чтобы ты не убежала, — спокойно ответил телохранитель. — Бегаешь ты быстро, боюсь, не успею поймать, — он устало прикрыл глаза и откинул голову на спинку сидения. — Отец делает все это для вашей безопасности, так что не начинай все сначала.

— Что именно не начинать? — не поняла я, разглядывая его лицо.

— Дурить не начинай, — Марк приоткрыл глаза. — Хорошо все обдумывай, прежде чем сказать или сделать что-то. Если будешь придерживаться этого простого правила, все в твоей жизни будет хорошо.

— А ты, я вижу, вообще их не нарушаешь и таким образом судьба занесла в дом моего отца, — кивнула я. — И ты согласился стать моим телохранителем, хорошенько обдумав это, да?

Мужчина повернул ко мне голову и посмотрел прямо в глаза, отчего мне захотелось спрятаться под сиденье и не вылезать до самой посадки. Нет, он был не злой, скорее наоборот. У меня складывалось такое впечатление, что он объясняет неразумному ребенку, почему трава зеленая…

— Да, Вероника, я все хорошенько обдумал и принял это решение самостоятельно. Кончено, я не думал, что ты такое мне устроишь, но после примирительной трапезы у ларька с шаурмой, я думаю, что между нами мир, дружба и жвачка, или я ошибаюсь?

«Ошибаешься, Марк, ох, как ошибаешься!»

Как мне с ним дружить, если я хочу поцеловать его в губы? Где он такой взялся-то?

— Конечно мир, — я улыбнулась, обращая внимание на другую бортпроводницу, которая ходила по проходу, интересуясь, все ли у людей хорошо. Подойдя к нам, она улыбнулась Марку, полностью игнорируя мое присутствие, кажется, мой телохранитель действует на слабый пол как липучка для мух.

— У нас все хорошо, спасибо, — брюнет тут же отвернулся от нее, переводя свой взгляд на хмурую меня.

Девушка тут же выпрямилась, не меняя выражения своего дежурного лица, качнула бедрами и пошла дальше, больше не смотря в нашу с Марком сторону.

— Просьба пристегнуть ремни, — услышала я из динамиков.

Я сглотнула образовавшийся в горле комок и уцепилась ладонями в мягкий подлокотник кресла, приобретая болезненное выражение лица. Я до ужаса боялась полетов и сейчас не исключение. Конечно, мы несколько раз с семьей летали за границу, но и тогда я спокойствием не отличалась.

— Ты в норме? — тихо спросил телохранитель.

— Да, — протянула я, зажмурив глаза. — Просто не люблю летать.

Мужчина ничего мне не ответил, но я почувствовала, как мои пальцы накрыла его ладонь, ободряюще сжимая ее, и от этого мне стало намного лучше.

Что ж, полет обещает быть долгим…

* * *

Я не заметила, как уснула и проспала до самой посадки, пока Марк осторожно не стал меня будить. Как же мне было стыдно, когда я проснулась на его плече! А ведь мужчина мог меня разбудить или отстраниться, но ничего из этого не сделал, терпеливо давая мне поспать. Очень мило с его стороны.

Посадка на следующий самолет ожидалась через два часа, за это время мы могли спокойно где-нибудь перекусить, чем и занялись, разобравшись с нашим багажом.

Николай и Марк по-прежнему ходили за нами следом и внимательно смотрели по сторонам, даже когда засовывали в рот вилку с едой. Во всей этой компании, хоть мама и сидела рядом, я чувствовала себя не в своей тарелке, мало того, что я уже находилась в другой стране, так еще и в компании с этими мужчинами. Конечно, Николай, крупный бритоголовый мужчина средних лет, уже несколько лет был нашим охранником и хорошим папиным товарищем. А Марку я хоть и испытываю симпатию и вроде бы всецело доверяю ему, но все-равно, это не отменяет того факта, что в компании отца мне было бы куда комфортнее, чем с этими людьми. Ничего тут не поделаешь, папа есть папа.

Очередная посадка уже утомила, и Марку пришлось снова тащить меня в салон самолета, в этот раз просто потому, что я терялась в пространстве из-за возникшего головокружения. Мама предлагала вызвать врача, но я отмахнулась, мало ли, что они со мной тут сделают, скорее всего, это последствия сотрясения после аварии.

Снова усевшись у окошка, я откинулась на сиденье и прикрыла глаза, потому что все вокруг продолжало плыть. Марк пытался напоить меня водой, ссылаясь на то, что так мне станет лучше, но я отмахивалась, хотя такое внимание и забота с его стороны мне были очень приятны.

До Кубы мы добрались поздно вечером, а приехали в дом еще позже. Всем нам хотелось принять прохладный душ и лечь уже спать, но прежде чем это случилось, мужчины проверили периметр и только потом мы стали разбредаться по комнатам, благо, их хватало и не пришлось спать парами. Дом был большим и просторным — это все, что я успела рассмотреть за столь короткое время, перед тем как моя голова коснулась прохладной подушки, наволочка которой пахла чем-то приятным и незнакомым. Я чувствовала, что нахожусь не дома, не в своей родной комнате и даже не в своей стране, не говоря уже о городе, поэтому, как назло, я долго вертелась в постели, не в состоянии уснуть, как все нормальные люди. Мне все время мерещилось, что по дому кто-то бродит, хотя, возможно, так оно и было. Кто этих Рембо перекачанных разберет?

Вздохнув, я поднялась к постели и тихонько вышла на балкон, с которого открывался вид на тускло освещенный двор с бассейном и парочкой пальм.

Подышав прохладным воздухом, я уже собралась уходить, когда неожиданно наткнулась на Марка, который стоял в соседней от меня комнате, опираясь локтями на подоконник.

— Ты меня напугал! — прошипела я. — Чего не спишь?

— Тебя стерегу, — мужчина усмехнулся.

— Не доверяешь?

— Не очень. Доверяй, но проверяй. Ты смотри, я еще и дверь твою снаружи стулом подопру.

— Она открывается вовнутрь, не получится, — хмыкнула я.

— Какая незадача, — вздохнул брюнет, продолжая откровенно издеваться надо мной. — Иди спать, принцесса, это был тяжелый перелет.

Тут я согласна.

— Ладно, — я обняла себя руками. — Спокойной ночи, Марк, — и сразу пошла в комнату, прикрывая балконную дверь.

— Добрый снов, — ответил мой телохранитель.

* * *

Марк

Перелет дался всем нам достаточно тяжело — ожидание рейса, сильная жара и постоянное напряжение в поисках потенциальной угрозы нашим с Николаем объектам охраны. Мужик он не плохой, умный, адекватный, хотя оно и понятно — Гончаров абы кого не возьмет себе в охрану, вот собственно и меня постигла та же участь, которая принесла мне вместе с тем привязанность к маленькой занозе.

Ника вначале заметно нервничала и готова была вот-вот сорваться с места и убежать прочь, но я, предвидя подобный поворот событий, бегать по аэропорту не желал, поэтому подхватил девушку под локоть и втащил в самолет, игнорируя чересчур милую стюардессу, которая была бы совсем не прочь уединиться со мной в укромном местечке. Но, увы, я не разделял ее энтузиазма, у меня были дела куда важнее.

После небольшой словесной перепалки с Вероникой, я позволил ей уснуть на своем плече на долгие четыре часа, до самой посадки. Когда она проснулась и увидела это, то так смутилась, будто сделала что-то выходящее из рамок приличия. Глупышка, она же буквально вчера сама ожидала от меня поцелуя, поддавшись нахлынувшим чувствам, а проснувшись на моем плече, испугалась.

Эту девчонку сложно понять, но еще сложнее укротить ее пылкий нрав. Ника способна завестись с полуоборота и вынести мозг окружающим ее людям за доли секунд. Талант так талант, они бы с Майей подружились, но не думаю, что моей сестре нужен такой инструктор — своя голова на плечах есть.

Только добравшись до пункта назначения, мы вздохнули облегченно, но перед этим пришлось проверить территорию и только потом принимать душ и ложиться спать. Но, даже попав в выделенную мне комнату рядом со спальней Ники, я не мог уснуть. В помещении было душно, и даже открытое окно не спасало меня. Пришлось высунуться в него.

Фонари еле-еле освещали большой двор с бассейном, но в целом все было хорошо видно на случай, если кто-то под покровом ночи решится пробраться в дом. Закрыв глаза, таможня, молча, пропустила мою сумку с несколькими пистолетами и коробками патронов, спрятанными в одежде, поэтому я был готов в любой момент дать отпор. Гончаров молодец — все предусмотрел и даже успел договориться с нужными людьми в аэропорту, чтобы у сопровождающих двух важных птичек парней не отобрали оружие и не арестовали.

Неожиданно балконная дверь скрипнула и наружу вышла Вероника, даже не замечая меня. На девушке были надеты короткие розовые шорты и такого же цвета майка на бретелях, которые прекрасно сочетаются с ее чуть смуглой кожей. Я даже и не понял, что уже пару минут откровенно разглядывал ее, любуясь длинными ногами. Да, Вероника, бесспорно, была хороша собой, унаследовав от отца и матери все самое лучшее.

Я прекрасно помню тот день, когда увидел ее на пороге дома Гончарова и до конца не мог поверить в то, что она его дочь. Я слышал о ней краем уха от матери, когда еще учился в школе, но это было очень-очень давно. И вот, после столкновения на вечеринке, судьба сыграла со мной злую шутку — Иван нанял меня на работу в качестве телохранителя для его дочери. С ума сойти, как тесен этот мир…

Неожиданно Вероника обернулась, собираясь зайти обратно в комнату, и резко остановилась, увидев опирающегося локтями о подоконник меня. Да уж, неловко вышло, но меня это мало волновало.

Устроив снова словесную перепалку, мы вскоре мирно разошлись по своим комнатам, но я еще долго не мог уснуть, против собственной воли гадая, какие же на вкус ее губы.