18

Когда мы вернулись в коттедж, Родион был занят в кабинете, и мне удалось до его прихода в спальню сделать вид, что уже уснула, а сама всё крутила в голове фразы Яна.

И он мог бы. Но такому мужчине нужна причина, чтобы защищать меня так, как мне нужно. Ведь он не знает о том, что на самом деле нас связывает с Родионом, а признаться ему я так и не смогла — мне стыдно. Это оказалось вовсе не так легко, как кажется со стороны. Теперь я понимаю, что чувствуют девушки, которые пережили нечто подобное, и почему они молчат — о таком язык не поворачивается говорить. Никто не хочет признаваться в том, что он слаб, что он это терпел. Слишком тяжело. К тому же, я боялась осуждения Яна. Он такой резкий и суровый, я не переживу услышать от него что-то вроде «Я не буду тебе помогать, потому что ты виновата сама!».

Но у меня появилась другая стратегия, которая могла бы сработать. На неё меня навела мысль та ситуация, когда мужчина случайно увидел меня полуобнажённую. Я ему нравилась, внешне. Конечно, ни о какой любви речи быть не может, и мне где-то в глубине души это больно осознавать, но я гнала от себя эти мысли. Какая любовь? Мне это неважно сейчас, главное, заставить его действовать в моих интересах. Он может сколько угодно говорить, что ничего не будет, но я чувствую на уровне инстинкта, что он реагирует на меня, как мужчина на женщину.

А ведь это оружие с давних времён. Во все века женщины добивались очень и очень многого своей красотой. Не зря же Родион в меня вцепился — я красивая и привлекательная для мужчин. А такого, как Ян, больше ничем не пробить и не привязать к себе кроме ласки, нежности и страсти. Я же вижу, как он одинок, у него давно не было женщины. Он всё время сидит в доме со мной, Родион крайне редко даёт ему отдых. Почему бы не попытаться его…соблазнить?

Почему-то мне кажется, что если он не устоит и сорвётся, то после сделает для меня то, что мне нужно. Он слишком много рассуждает и анализирует, отлично понимает, что такое война с Измайловым. Он не станет меня спасать, если только не испытывает чувств. Если и не любовь, то привязать страстью реально. Я бы могла дать ему эту страсть. Потому что мне он нравится, очень. Да, я бы занялась с ним любовью…

Если он узнает вкус моей любви, может быть, он захочет уйти отсюда только вместе со мной? Главная моя цель, чтобы он помог уговорить отца бросить всё и уехать. При условии, что нас что-то связывает, он пойдёт на это.

Не могу точно сказать, откуда взялись эти мысли, но мои внутренние маячки твердили, что я всё делаю правильно. Муж лежит рядом, а я мечтаю о близости со своим телохранителем… Никогда не думала, что буду в такой ситуации. Родиону я плачу собой за свою жизнь и жизнь отца, а Яну собираюсь заплатить за покровительство и защиту. Ну и чем я после этого не проститутка в квадрате? Да и плевать. Я уже на многое готова, чтобы уйти отсюда. Прежде чем рассказать Яну всю правду, между нами должно возникнуть что-то ещё. Так будет гораздо надёжнее.

Но как к нему подойти? Сложная задача.

***

Все последующие дни только и делала, что ходила по дому красивая, наблюдая за Яном. Вместо него привлекла лишнее внимание Родиона. Пришлось отложить боевые действия до очередной командировки мужа. Уже скоро он уедет, и я попытаюсь претворить свой план в жизнь.

При мысли о том, как Ян меня целует, прижимает к себе, а потом начинает раздевать, запускать руки под одежду и касаться кожи горячими руками, я начинала сходить с ума. Меня давно одолевали фантазии и сны с участием охранника, но сейчас стало совсем томительно и невыносимо. Я слышала о мужском вожделении, которое трудно укротить и контролировать, но чтобы о женском… Однако, это происходит со мной, я хочу ощутить на себе его ласку, почувствовать его возбуждение внутри себя чередой толчков и получить потрясающий и чувственный оргазм. Уверена, что с ним я быстро дойду до него, и оргазм обязательно будет такой, что ноги сведёт от невыносимого кайфа. Уже не помню, когда в последний раз у меня был секс в удовольствие, с тем, кого бы я хотела настолько, насколько хочу молчаливого телохранителя, нанятого для меня.