Глава 13

Внешне парень не дрогнул, но его зрачок резко сузился, потом расширился. Дэридан понял, что аспирант перешел на магическое зрение, чтобы разглядеть что-нибудь в окружающем его мраке. Увидев абсолютно незнакомое помещение, он занервничал и потянул руки, проверяя путы на прочность. – Дергаться бесполезно, – деловитым тоном отозвался дроу, – эти зажимы способны удержать воина дроу. Здесь тебя никто не услышит, да и искать не будут. Аспирант облизнул внезапно пересохшие губы. – А твои дружки проведут ночь на холодном полу и утром поползут в лазарет, расплачиваться за свой идиотизм. Рассказывай, пока я добрый! – Дэридан ударил голосом, как плетью, и парень, понурившись, рассказал. Единственный сын в большой семье. Он мечтал о богатстве, поэтому способность к исцелению, проснувшаяся лет в четырнадцать, казалась ему пропуском в лучшую жизнь. На деле же он врачевал односельчан, браконьеров, лесных разбойников и слуг местного барончика. Приглашать «неуча неумытого» к самому барону или его жене владелец земель отказывался – брезговал. Через несколько лет такой работы парень понял, что надо ехать в Академию целителей, хотя бы на бесплатные курсы. Но где взять денег на дорогу? Деревенские платили тем, что имели сами – зерном, курами; браконьеры – дичью. Разбойники вообще не платили, приставляя нож к горлу. В общем, парень застыл в безысходности, и тут на него вышел некий человек. – Обычный, – пожал плечами аспирант, когда ректор начал спрашивать его об особых приметах, – худой, невысокий, лицо бесцветное такое и волосы не светлые и не темные. – Ни родинок, ни шрамов? – уточнил дроу. – Ничего. И одет непонятно, одежда из городской ткани, а пошита, как деревенская. Мардэн дернул ухом. Визуально деревенская и городская одежда различалась сильно. В городах давно работали мануфактуры, механические станки стучали день и ночь, превращая нитки в плотные, ровные и гладкие полотна. Из такой ткани одежда шилась легче, лучше прилегала к телу, имела более четкий и строгий силуэт. Рыхлые, бурые и серые ткани, сотканные деревенскими мастерицами, позволяли шить одежду бесформенную, безразмерную. Поэтому селянина легко было вычислить в любой толпе. Но если вот эта бесформенная серая одежда сшита из «городской» ткани… Подтяни шнурки, повяжи пояс – и вот перед тобой уже не «деревенский лапотник», а «городской бродяга». Отличная маскировка. – Что он тебе предложил? – поторопил ректор. – Да известно что, – понурился аспирант. Деньги на дорогу – для начала. Счастливый сельский лекарь приехал в Академию без больших проблем – Мардэн тихонько хмыкнул, понимая, что мальчишку «вели». Оберегали, как откормленного праздничного гуся. Приехал и… поступил! На основное отделение общего целительства! Радости не было конца, пока не выяснилось, что за эту радость надо платить. И тогда у ворот Академии парнишку снова встретили. Предложили оплату обучения за сущие пустяки – подштопать иногда кой-кого. Сварить зелье. Проверить амулетик. Мелочи. Парень согласился, полностью понимая, что угодил в кабалу надолго. Но отступить не мог. Мечта лежала перед ним на блюдце. – Погоди, – нахмурился ректор, – ты учишься десятый год, так? – Да, лэр… – Поступил сам… тебе не сказали про стипендию для одаренных? Парень мотнул головой. – Даже не упомянули о такой возможности? – Мне сказали, если не внесу деньги до заката, могу проваливать. Много нас таких в Академию рвется… Дэридан стиснул зубы, но сумел спросить: – КТО? Кто сказал такое? – Лэра Дэлиран, – с легким недоумением ответил аспирант. Мардэн на доли секунды прикрыл глаза. Он искал врагов вне, а надо было искать внутри. – После разговора с ней ты вышел к воротам, и тебе предложили деньги? – Да… – Что тебя просили сделать? Перечисляй! – ректор взял себя в руки и приготовил блокнот. Список исцелений получился длинным, и на каждое второе Дэридан скрипел зубами. Преступники, насильники, наемные убийцы… Этот идиот лечил тех, кого разыскивали разведки нескольких государств! – Кто приказал тебе убить лэру Марию и как? – Лэра Дэлиран… она сказала, что не пропустит мою магистерскую работу, если я не избавлюсь от этой заучки… – И ты постарался не запачкать свои руки, – выплюнул Мардэн. – Я… хотел закончить обучение и уехать подальше. Может быть, меня и не нашли бы… Ректор взглянул на аспиранта и поморщился. Выпускать такого слизняка магистром? С другой стороны – парень честно работал, и пусть звезд с неба не хватал, целители нужны всегда и везде. Отпускать его сейчас тоже нельзя – эльфийка быстро поймет, что ее ручной кролик оборвал поводок. Держать в своих комнатах – нежелательно. Покрутив в голове различные варианты, Дэридан принял решение: – Я тебя отпускаю… Парень вскинулся с надеждой во взоре. – Даю амулет невидимости. Идешь к себе, собираешь вещи – все до единой. Что не берешь с собой – уничтожаешь. Книги из библиотеки принесешь мне, я верну их сам. Комнату чистишь, чтобы ни волоска, ни капли пота – ничего. Аспирант побледнел и сглотнул. – Я отправлю тебя лекарем в человеческий гарнизон. Принц Надан мне немного должен. Сидишь тихо, пишешь свою магистерскую работу, получаешь жалование. Когда все закончится, я тебя заберу. Вот тебе амулет. Помни – не оставлять ничего! Иначе тебя найдут, и помочь я тебе не смогу. Парень, спотыкаясь и шатаясь, как пьяный, ушел, а ректор быстро набросал записку принцу, получил в ответ свиток с распоряжением и табличку с координатами для портала. Прошло не более двух часов – и аспирант явился, нагруженный, как мул. Поставил на стол ректора приличную стопку книг, перевязанную бечевкой, сглотнул и замер в неловкой позе. – Готов? Вот твое назначение от имени принца Надана. Сунув свиток в груду вещей, ректор открыл телепорт и подтолкнул туда аспиранта: – Иди. Привет от меня начальнику гарнизона! Парень, зажмурившись, шагнул вперед, кажется, ожидая, что его убьют на месте, и телепорт схлопнулся за его спиной. Мардэн устало потер лицо, спрятал табличку в адресник и занялся насущными делами. Стопку книг он переместил в библиотеку, в случайном порядке засунув в груду недавно сданных студентами пособий. Потом метнулся в общежитие, открыл окно в комнате аспиранта – мороз дочистит то, что не заметил сам неудачник. Оставлять в комнате след своей магии ректор не собирался – эльфы чувствительны к тонким плетениям, а лэра Дэлиран наверняка найдет причину заглянуть сюда. Последний рывок – в комнату Маши. Девушка уже спала, свернувшись клубком под огромным эльфийским одеялом. Заардан подремывал рядом, прислонившись к ее постели. Словно муж у постели больной жены бдил! Дэридана перекосило, но он сдержался. Только кивнул родичу и повесил полог тишины. – Угрозу частично устранил, – сказал он негромко. – С остальным разберусь дня за два-три. Присматривай за ней на общем целительстве. Заардан кивнул, настороженно блестя глазами, и зашипел, когда дядюшка подошел к постели Маши. – Цыц, – дернул бровью ректор, – она моя невеста! – и невесомо коснулся поцелуем огненной пряди волос, выбившейся из слабой косы. Вдохнул всей грудью теплый сонный аромат женщины, постоял мгновение и ушел в телепорт. Его ждут дела, и теперь ему точно есть за что бороться!