Глава 14

Илья сдержал слово, за весь день никоим образом не намекнул на события вчерашнего вечера. Симона, наконец, смогла расслабиться и вновь почувствовать себя непринужденно рядом с ним. Иной раз ей казалось, что его отношение изменилось, стало более трепетным, но она отмахивалась от таких мыслей, списывая все на игру больного воображения. Илья не из тех, кто станет разводить сопли по каждому поводу.

На вечер был назначен деловой ужин с возможными инвесторами. Они сами выбрали место и время, не принимая отказов. Симона и Илья приехали в ресторан чуть раньше назначенного времени.

— Еще пятнадцать минут, — озвучила она, взглянув на часы.

— Успеем перекусить, — усмехнулся Илья, помог ей снять пальто и передал администратору.

— Кофе выпить как минимум, — поддержала она и вымученно улыбнулась. День выдался трудный, Симона с ног валилась от усталости, но встреча была очень важной и перспективной для бизнеса.

Взяв Илью под локоть, позволила вести себя к зарезервированному столику.

— Вот так встреча…

Мужской голос, словно электрический ток, стремительно прошел по нервам и заставил Симону замереть от ужаса.

Юдин встал из-за своего столика и преградил им путь, криво ухмыляясь. Столько долгих лет она исключала любую возможность встретиться с ним и оказалась совершенно не готова увидеть этого человека. Хотела сразу же сбежать без оглядки, но потерялась в пространстве и лишь вцепилась в руку Ильи так, что побелели костяшки пальцев. Ноги как будто налились свинцом и приросли к полу, совершенно не слушаясь, а сердце замерло где-то в горле, изредка трепыхаясь.

Симона не хотела демонстрировать этой мрази свою слабость, но пережитый кошмар был гораздо сильнее. Михаил загонял ее в ловушку, играя на эмоциях. При взгляде в мерзкое лицо страха в сознании оживали все пережитые мгновения. Как вспышки, мелькали в памяти разные моменты: как он приходил к ним домой и она, маленькая, сидела у него на коленях; как он первый раз зажал ее в углу, она рассказала отцу, но он не поверил — ведь Михаил был его другом и партнером. Как он напоил отца и ворвался в ее комнату. Изнасиловал несколько раз, упиваясь ее ужасом, болью и отчаянием, как она ненавидела его и себя за все это.

— Симона, сколько лет, сколько зим. — Михаил окинул ее заинтересованным взглядом и протянул руку.

Симона непроизвольно задрожала всем телом и сильнее стиснула руку Ильи. Проигрывала в этой жесткой схватке и ничего не могла с собой поделать. Ей казалось, что из нее сочится панический ужас, еще чуть-чуть — и она упадет на колени, умоляя перестать ее мучить.

Илья не позволил к ней прикоснуться и загородил собой. Чувствовал состояние Симоны и не желал допускать тактильного контакта. Еще не понимал, что происходит, но все это заранее ему не нравилось.

— Что вам нужно? — Голос Симоны звучал неожиданно твердо, но нотки ненависти отчетливо угадывались в нем.

— Да ничего… так… поздороваться хотел. — Илья внимательно следил за Михаилом и видел, с какой неприкрытой похотью он разглядывает Симону. — Какой ты стала роскошной…

Нехорошая мысль мелькнула в сознании Ильи, но он сразу отверг ее. Такого же не могло быть.

— Илья. — Михаил быстро переключил внимание на него. — Ты до сих пор не дал ответ по нашему делу. Время идет…

Симона перевела на него ошалевший взгляд. Столько боли в нем отразилось, что Илья внутренне напрягся, но не успел вовремя сориентироваться. Она среагировала быстрее, оттолкнула его в сторону и направилась к выходу. Илья лишь мысленно выругался и повернулся к Юдину.

— Ты не получишь ее, — прошипел он, пронзив соперника взглядом насквозь, и поспешил за Симоной.

— Готов поднять ставку вдвое, — услышал крик Михаила в спину и, развернувшись, показал ему средний палец.

Перехватил Симону около стойки администратора. Она уже надела пальто и собиралась выйти из ресторана.

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не убегала? — схватив ее за предплечье, резко развернул к себе. Такое отношение к собственной безопасности его уже порядком задолбало. Каждый раз происходило одно и то же. Симона отказывалась думать головой и вела себя слишком беспечно.

— Отпусти меня! — взвилась она и отчаянно принялась вырываться, чем ввела Илью в ступор. Симона казалась полнейшим неадекватом. На бледном как мел лице отчетливо выделялись горевшие диким пламенем глаза.

— Успокойся! — прикрикнул Илья, но это не произвело никакого эффекта, точнее, эффект получился обратный. Симона еще сильнее заголосила, привлекая к ним все большее внимание.

— Не трогай меня! Не прикасайся!

— Хватит! — Он с силой встряхнул за плечи, чтобы хоть немного привести в чувство и, взяв ее за лицо, вынудил смотреть в глаза. — Ты сейчас берешь себя в руки, мы идем в машину и там поговорим. Кивни, если поняла.

Симона смотрела на него пустыми глазами, как будто не узнавала, но все же неуверенно кивнула. Илья облегченно выдохнул, приобнял ее за талию и повел к машине. Открыв дверь, помог сесть в салон и юркнул за ней.

— Сань, выйди на несколько минут, — попросил Илья, и водитель послушно покинул машину.

— Какие у тебя с ним дела? Отвечай! — сразу набросилась Симона с кулаками. У нее явно была истерика, и пора было как-то прекращать этот цирк. Илья знал всего два верных способа, но ни один ему не подходил.

— Ничего не путаешь? — перехватив ее запястья, резко дернул на себя. Симона невольно оказалась на нем, но буянить не перестала.

— Это ты, кажется, что-то перепутал! Ты работаешь на меня!

— Тебе не нравится качество моей работы? — Илья из последних сил пытался оставаться спокойным, но с каждой минутой это становилось сложнее.

— Мне не нравится, что ты что-то проворачиваешь за моей спиной!

— Но ведь и ты не даешь мне информации.

— Господи, какой еще информации?

Выдохнувшись, Симона села обратно на кресло и спрятала лицо в ладонях. Уже ничего не понимала, только чувствовала, что вокруг нее плетется какая-то липкая паутина и скоро она станет чьим-то обедом. А самое страшное, что теперь она догадалась, кто открыл на нее охоту, но что ему от нее надо?

— В чем ваш конфликт с Юдиным? — В очередной раз Илья пытался выяснить все мирным путем.

— У меня нет с ним конфликта.

— Поэтому ты так напряглась, когда мы встретились?

— Я не напряглась! Я в бешенстве! — сквозь слезы прокричала она и, не сдержавшись, зарыдала. Эмоции не поддавались контролю, ее мотало из крайности в крайность. От страха до ненависти и обратно. Нервная система не выдерживала нагрузки и дала сбой.

— Снежка, ты чего? — Илья не растерялся и сгреб ее в охапку, чтобы успокоить. Не очень понимал причину истерики, но предпочел не усугублять. — Если ты мне не будешь доверять, давай закончим все прямо сейчас и разойдемся. Я не могу так работать… — прошептал ей на ухо, чтобы заставить хоть немного собраться.

— Я доверяю, только… — Она всхлипнула и спряталась на его груди, как маленькая девочка.

Илья немного отстранился и убрал спутавшиеся волосы с ее лица.

— Только «что»?

— Не предавай меня, пожалуйста…

Такой чистый и наивный взгляд, что у Ильи перехватило дыхание, а сердце рвануло в галоп. Симона была для него настоящей загадкой. Минуту назад настоящая фурия, а сейчас беззащитная девочка.

— Не предам, — пообещал он, вновь прижал ее к себе и коснулся губами виска. — Не бойся. Все будет хорошо.

***

Услышав звук приближающихся шагов, Симона открыла глаза и осмотрелась. Вокруг царил полумрак, лишь тусклый свет ночника слабо освещал пространство. Она поняла, что находится в своей комнате, но как здесь оказалась, помнила смутно. Какие-то обрывки воспоминаний мелькали в сознании, но никак не складывались воедино. Илья привез ее домой и уложил в постель или ей приснилось? Впрочем, все это было не так важно, главное, она дома и ничего ей больше не угрожает.

Дверь без стука открылась, и яркий луч заскользил по комнате, постепенно расширяясь и подбираясь к кровати. Симона не успела зажмуриться от слишком яркого света, как Илья заслонил его собой и, войдя внутрь, закрыл дверь.

— Не спишь?

Низкий, чуть хрипловатый голос рассыпался мурашками по коже, заставив Симону поежиться. Она с придыханием следила, как Илья приближается. Он остановился в шаге от кровати и поставил на тумбочку чашку с дымящимся напитком.

— Уже нет. — Она села на постели, удобно откинувшись на подушку и кивнула на тумбочку. — Что это?

— Чай. Вдруг ты захочешь… — Илья сам себе не смог объяснить этот поступок. Поддался порыву увидеть ее и убедиться, что все в порядке. Наваждение какое-то, но противостоять ему не получилось.

— Спасибо. 

Симона смущенно улыбнулась взяла чашку и вдохнула аромат. Забота Ильи была так непривычна и в то же время безумно приятна. Давно никто не делал для нее простых мелочей по собственному желанию. Все в ее мире приходилось покупать.

— Как ты себя чувствуешь?

Он присел на край кровати и заглянул в глаза, ища ответы на свои многочисленные вопросы. Женщина — загадка, женщина — проблема, Илья всегда бежал от таких без оглядки, но от этой не смог спастись. Настигла быстрее, чем он сумел выстроить глухую оборону, просочилась внутрь и обезоружила. Слишком поздно понял опасность, таившуюся в глубине ее голубых глаз, но еще позднее осознал собственную реакцию.

Симона каким-то непостижимым образом проникла в его мысли и беспардонно поселилась в них, завладела разумом и телом. Он не мог думать ни о чем другом, кроме нее, и это знатно раздражало. Илья хотел избавиться от навязчивой занозы как можно скорее, но, увидев ее, такую трогательную и хрупкую, понял, что пропал. Удавка на шее затянулась сильнее, лишая возможности выбора. Осталось принять ситуацию как данность и попытаться изменить свое отношение к ней.

— Все хорошо, выспалась на год вперед. Кстати, сколько я проспала? — Она заозиралась в поисках телефона.

— Часа три. — Илья неопределенно пожал плечами и, достав из кармана гаджет, протянул ей.

— Ты забрал его, да? — Симона подозрительно прищурилась и не удержалась от очередной улыбки.

— Не хотел, чтобы тебе мешали…

— Спасибо.

— Ну я пойду… отдыхай… — Он поднялся.

— Илья, подожди. — Симона схватила его за руку, не давая сделать и шагу. — Посиди со мной, пожалуйста… Не могу больше одна…

Он хитро усмехнулся, пытаясь разгадать тайный смысл ее слов, но все же поддался искушению, прекрасно понимая, на какую пытку себя обрекает.

— Двигайся тогда.

Симона замешкалась на пару секунд, но все же послушно сдвинулась на другую половину кровати. Илья сразу же плюхнулся рядом с ней.

— Чем займемся? — многозначительно поинтересовался он и закинул руки за голову.

— Поболтаем? — Она сделала несколько маленьких глотков из чашки. Присутствие Ильи сильно волновало, и Симона машинально старалась отгородиться от него.

— О чем?

— Не знаю, может расскажешь что-нибудь о себе?

— Я так себе рассказчик. Спрашивай, я отвечу. — Он замолчал, мысленно выстраивая границы. — На три твоих вопроса.

— Любых?

В ее голосе явно слышалась провокация, но Илья не дрогнул и принял правила игры.

— Любых.

— Ну хорошо… — Симона задумалась, пытаясь проанализировать, что уже знала об Илье и что очень хотела бы узнать. Степень ее любопытства была громадной, но все же врожденное чувство такта не позволило спросить в лоб. — Как ты оказался в полиции?

Илья шумно вздохнул, считая эту тему не лучшей для беседы, но раз сам заварил кашу, пришлось расхлебывать.

— Когда я ушел из личной охраны, нужно было искать другую работу. Позвонил Стас и предложил пойти к нему в отдел. Я согласился…

— То есть ты реально был телохранителем? — Симона сильно сомневалась в правдивости этой легенды, но не верить Илье повода не было.

— Был.

— Как тебя угораздило?

— Случайное стечение обстоятельств. Нужно было содержать семью. Работал где придется: и грузчиком, и курьером, и охранником на складах. Там познакомился с одним человеком, он мне и предложил попытать счастье у его знакомого в ЧОПе. Я согласился, сходил на собеседование. Меня приняли и направили в школу подготовки, после чего я получил лицензию.

— Так просто? — удивилась она. Никогда не задумывалась, как становятся телохранителями, но почему-то казалось, что все это гораздо сложнее.

— В реальности, конечно, не очень… — улыбнулся Илья, невольно вспомнив период своего обучения. Что-что, а просто не было уж точно.

— А почему бросил? — Симона допила чай и отставила чашку на тумбочку.

— Твое любопытство не знает границ, — рассмеялся он и покачал головой. — Это уже пятый.

— Не-ет, — протянула она, не поверив его словам и принялась мысленно считать заданные вопросы. По факту он оказался прав, но это же были дополнения. — Ну Илья… — заканючила Симона, желая все же получить ответ.

— Ладно, но за это ты ответишь на мой вопрос. — Илья с легкостью перевернул ситуацию в свою пользу.

— Хорошо, — с готовностью согласилась она, лишь бы утолить любопытство.

— Последним объектом была женщина. Жена местного олигарха. У нас завязались личные отношения, но она меня бросила и укатила с мужем за границу. На этом для меня закончилась и работа, и личная жизнь… — Илья сам поразился, как легко ему удалось личную драму уложить в несколько ничего не значащих предложений. Но самое удивительное, что ничего не дрогнуло в душе при воспоминании о Елене и его чувствах к ней.

— Ты, наверное, очень переживал? — услышал он сочувствующий голос Симоны и невольно улыбнулся. Вот только ее жалости ему и не хватало для полного счастья.

— Да, это было сильным ударом, но не смертельным.

— Вы больше так и не встречались? — грустно спросила она, невольно представляя, как Илья переживал в то время.

— Снеж, ты наглеешь…

Он осторожно вернул ее с небес на землю. Симона и правда увлеклась и перешла границы дозволенного, но так было интересно узнать, чем закончилась эта история. Сама она никогда не влипала в любовные истории, да и не влюблялась, в общем-то, тоже, поэтому такие рассказы казались ей чем-то фантастическим и нереальным, словно из другой жизни.

— Прости, не хочешь — не отвечай. — Она расстроенно выдохнула и потупила глаза.

— Мы встречались однажды. — Илья выдержал театральную паузу и продолжил с улыбкой, предвкушая реакцию. — Вчера. На твоем приеме…

Симона не поверила своим ушам и резко повернулась к нему, чтобы найти доказательства во взгляде. Лукавая улыбка на его губах заставила сердце сбиться с ритма и застучать быстрее. Не похоже, чтобы он обманывал, но тогда мифическая дама сердца принимала вполне реальные очертания…

— Это та женщина, с которой ты разговаривал? — догадалась она, и внутри все замерло в ожидании ответа.

— Да. 

Коротко и четко, словно смертный приговор. Симона шумно втянула носом воздух и задышала глубже. Дремавшая ревность вновь подняла голову и оскалилась, диктуя свои правила.

— И ты намерен с ней встречаться и дальше? — холодно спросила, припомнив, как Илья взял визитку у той женщины.

Он смотрел на нее и находил подтверждение своим догадкам. Вчера не ошибся, Симона действительно ревновала его, а это значило лишь одно — он ей не безразличен. От осознания этого факта на душе потеплело, а губы сами собой изогнулись в улыбку.

— Нет. Я не собираюсь с ней встречаться. Мне это больше не нужно, — честно ответил Илья и накрыл своей ладонью руку Симоны.

— Интересно, она об этом знает?

— Почему тебя это интересует? — схитрил он, перехватив ее разгневанный взгляд.

— Совсем не интересует, — фыркнула она и отвернулась, всем своим видом демонстрируя равнодушие к данной теме.

Илья рассмеялся. Не сдержавшись, притянул ее к себе и зарылся носом в волосы, вдыхая нежный аромат духов.

 — С ума сошел? Отпусти! — Симона попыталась вырваться, но не слишком активно, а скорее так… для вида. Илья никак не прореагировал, лишь крепче обнял, удерживая на месте. Ей ничего не оставалось, как покорно сдаться и удобнее устроиться на его груди.

— Твоя очередь отвечать, — напомнил Илья и довольно улыбнулся, выиграв небольшое сражение.

— Спрашивай.

— Меня интересует только Юдин.

Симона невольно напряглась, внутренне сжалась и начала нервно кусать губы. Вспоминать весь тот кошмар не хотелось совершенно, не могла себя заставить пережить все это еще раз, но и отказываться от своих слов было неправильно.

— Илья, прости… — тихо проговорила она и спрятала лицо в ладонях. — Спрашивай все, что угодно, только не о нем…

— Это важно…

— Я понимаю, но пока не готова. 

Симона прижалась теснее и инстинктивно потерлась щекой. В его руках было так тепло и уютно, что не хотелось даже шевелиться. Она с трудом заставила себя поднять голову и заглянуть в глаза.

— Дай мне немного времени, и я сама все тебе расскажу.

Илья удовлетворенно кивнул. Такой расклад его полностью устраивал, тем более мысли давно переместились в противоположную от работы плоскость. Сжимая в объятиях податливое женское тело, не мог думать ни о чем, кроме плотского наслаждения.

— Тогда другой вопрос? — хрипло спросил он, гипнотизируя сочные губы. Испытывал острое желание вновь прикоснуться к ним, ощутить манящий вкус и забыться в их сладости хоть на несколько минут.

— Да? — Симона нервно сглотнула, инстинктивно облизала губы и заметила, как вспыхнул его взгляд. Понимала, что играет с огнем, но отказаться было выше ее сил. Осознанно летела к этому пламени, желая сгореть в нем дотла.

— Ты мне доверяешь? — Илья аккуратно заправил непослушную прядь ей за ухо, словно случайно коснувшись пальцами щеки.

— Да, — честно ответила она, не прерывая зрительный контакт. Магия, что протянулась между ними, была незаметна, но очень ощутима. Ей пропитался каждый сантиметр пространства.

— Тебе нравятся мои поцелуи? — осмелев, Илья принялся ласкать ее шею пальцами, умело пробуждая тайные желания.

— Что? — Судорожный вздох сорвался с губ Симоны, и краска смущения появилась на щеках.

— Отвечай. 

Он склонился к ней и замер в сантиметре от губ, ожидая решения. Сейчас все зависело только от нее. Одно слово — и Илья готов был отказаться от своих намерений, но ему казалось, хотят они одного и того же, и он решил рискнуть еще раз.

— Да, — выдохнула она и прикрыла глаза, отдаваясь его власти.

Илья целовал нежно-нежно, едва касаясь языком приоткрытых губ. Не требовал, а спрашивал разрешения, дразня и обещая неземное наслаждение. И она позволила, сама потянулась к его губам, чтобы углубить поцелуй и дать выход накопившейся энергии.

Илья уверенно скользнул в ее рот языком и закружил в красивом танце страсти, бережно погружая в сладкую негу. Мягкими, массирующими касаниями двигался пальцами по затылку, расслабляя и подчиняя своей воле. Губами спустился на шею, покрывая мелкими поцелуями каждый сантиметр шелковистой кожи.

— Выключи свет, — выдохнула Симона, хватаясь за последние крохи ускользавшего сознания. Илья творил с ней что-то невероятное, не поддающееся логическому объяснению. Ее тело чутко отзывалось на трепетные ласки и плавилось в искусных руках.

— Нет. — Легкий поцелуй коснулся ее губ. — Я хочу, чтобы ты видела меня. — Острые зубы вонзились в нижнюю и, чуть оттянув, отпустили, давая горячему языку излечить сладкую боль.

Симона тихо застонала от контраста ощущений и распахнула глаза от изумления, когда смысл слов дошел до нее. Темнота всегда была ее другом и помощником, скрывала ненужные подробности и позволяла спрятаться от страхов и комплексов. Укутаться черным покрывалом, как панцирем, и будто бы наблюдать за происходящим со стороны. Только в ней Симона научилась абстрагироваться и принимать близость с мужчиной как должное, а Илья решил лишить ее союзника? Это невозможно.

— Девочка моя… — Бархатистый тембр будоражил сознание, задевал каждое нервное окончание в ее организме и подчинял своей власти. — Доверься мне…

Его обжигающий взгляд проникал прямо в душу, словно видел ее темные стороны и умело пробуждал их. Сил сопротивляться не осталось, и она покорно прикрыла глаза, растворяясь в его ласках.

Подарив глубокий, тягучий поцелуй, Илья переместился на шею. Губами прокладывая влажную дорожку к ложбинке грудей, быстро расстегнул маленькие пуговки на блузке. Интуитивно чувствовал ее внутреннее сопротивление, но не собирался сдаваться. Был уверен в своих силах и способности доставить женщине удовольствие.

Прекрасно понимал, что Симона не обычная телка в его бесконечном списке, и дело даже не в ее психологических загонах. Просто она какая-то другая, особенная. И с ней хотелось быть другим, ее хотелось любить, а не тупо трахать. Целовать и ласкать до исступления, ловить доверчивые взгляды, сладостные стоны, жаркие признания. Это было так ново и необычно, что перехватывало дыхание.

Тяжело дыша и нервно кусая губы, Симона впивалась в его плечи пальцами и внутренне вздрагивала каждый раз, когда горячие губы касались кожи. Мурашки стаями носились по телу, а в груди все трепетало от волнения и предвкушения. Она наслаждалась моментом, стараясь не думать о том, что будет дальше. Сомнений не осталось, только липкий страх, который никуда не исчез, а лишь затаился на время, чтобы показаться во всей красе в самый неподходящий момент. Симона никак не могла избавиться от него, но всеми силами пыталась сдерживать.

Илья стащил с себя футболку и, обхватив Симону за талию, перевалился на спину, усадив ее сверху. Она шумно выдохнула и замерла не зная, как реагировать.

— Дотронься до меня, — с придыханием попросил Илья. Осторожно стянул с нее блузку и нервно сглотнул, увидев упругую грудь, затянутую в кружево. Темные ореолы отчетливо просвечивали сквозь белоснежные узоры, а затвердевшие соски бесстыдно торчали, вызывая жгучее желание попробовать их на вкус. Вид нереальный. Соблазнительный и сексуальный. При других обстоятельствах Илья разорвал бы это кружево зубами, но сейчас боялся напугать свою маленькую жертву.

— Как? — Симона растерялась и так посмотрела на него, что Илья едва не взвыл от сумасшедшей эрекции. С трудом сдержав внутреннего зверя, взял ее ладони и положил себе на грудь, ощутив, как колючие мурашки пробрали до костей.

— Как тебе хочется, так и делай.

Симона нервно закусила губу и перевела взгляд на свои ладони. От Ильи исходила сильная мужская энергетика, буквально впитывалась в ее кожу и растекалась по телу, наполняя смелостью и иллюзией власти. Дрожащими руками она двинулась вверх по горячей коже, осторожно прошлась по шее и плечам, снова спустилась на грудь, случайно задев соски.

Илья хрипло застонал и сквозь зубы прошипел: «Еще», придавая уверенности ее действиям. Тяжело дыша от переполнявших эмоций, Симона продолжила путешествие по его телу. Тщательно обрисовывая каждую мышцу, двинулась вниз, едва касаясь дорожки жестких волос, уходивших за край штанов. Все происходящее казалось вполне невинным, но таким интимным, что каждый вдох давался ей с большим трудом. Она все контролировала, и ей было не так страшно, потому что знала: в любой момент может все прекратить. Симона была хозяйкой положения и пьянела от неограниченной власти.

— Ты такой…

Она шумно выдохнула, так и не найдя определения своим ощущениям. Их было слишком много. Они переливались разными цветами и гранями. Голова кружилась, а по венам струился жидкий огонь. Симона чувствовала, как в ее теле происходят изменения, как внизу живота затягивается тугой узел желания, а между ног становится горячо и влажно. Все это было так волнительно и необычно, но в то же время страшнее в разы. Она не знала, чего ждать, и интуитивно боялась еще сильнее.

— Какой?

— Не знаю… горячий…

Илья мужественно терпел пытку ласками, разрешая делать все, что ей хочется, но надолго его не хватило. Мышцы сводило от перенапряжения, а эрекция доставляла болезненный дискомфорт.

— Ты очень красивая, — прошептал он и, перехватив ее затуманенный взгляд, улыбнулся. Был спокоен и уверен в своих действиях, осторожно провел пальцами по ее щеке и шее, где бешено колотилась крохотная жилка, спустился ниже, задевая острую ключицу и остановился у границы белья, поглаживая нежную кожу. — Хочешь, чтобы я продолжил?

— Да, — прошептала Симона, завороженно глядя ему в глаза и слепо доверяясь его рукам.

Илья расстегнул застежку, выпустил на волю упругую грудь и замер, восхищенно рассматривая и не решаясь прикоснуться.

Симона видела его жадный взгляд и невольно дрожала от охватившего ее волнения. Стон сорвался с ее губ, когда искусные пальцы коснулись вершин сосков, сладко играя с ними. Острое и яркое удовольствие пронзило тело, затмевая все, что она знала раньше. Симона невольно подалась вперед, поощряя Илью на продолжение, и прикрыла глаза, отдаваясь мощным эмоциям. Его ладони уверенно легли на грудь и мягко сжали, а пальцы сошлись на сосках, медленно их покручивая. Он умело пробуждал ее тело от долгой спячки, раззадоривая и возбуждая.

— Иди ко мне. 

Симона услышала его хриплый шепот, послушно подалась вперед и прильнула к мужской груди. Ощутив жар его кожи, не сдержалась и мучительно застонала, поражаясь пронзительности ощущений.

Илья резко подмял ее под себя и, не давая опомниться, принялся осыпать поцелуями. Жадно целовал шею и плечи, несильно прикусывая и сразу же зализывая болезненные места, постепенно подобрался к груди и втянул в рот затвердевший сосок. Симона инстинктивно выгнулась навстречу его ищущему рту. Она так чутко реагировала на его ласки, что сносило крышу. С каждой секундой сдерживать себя становилось все труднее, но Илья чувствовал ее зажатость и скованность и не хотел торопиться, ожидая полного расслабления. Мозг плавился от желания, но он понимал, что, если потребуется, нужно будет остановиться в любую секунду, и строго контролировал себя.

Выбрав момент, решительно стянул с Симоны трусики и вновь втянул в поцелуй, отвлекая внимание. Искренне хотел показать ей, насколько все может быть прекрасно, поделиться с ней волшебным миром плотской любви и наслаждения. Самозабвенно лаская ее тело губами и языком, Илья медленно подводил Симону к краю, изучал ее тело и открывал его для нее, пробуждая скрытую чувственность и добиваясь подчинения.

Губы Симоны горели от неистовых поцелуев, а тело стало легким и воздушным. Оно пылало в агонии страсти и неконтролируемого желания. Илья творил с ней что-то невообразимое, захватывающее и оглушающее. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного и не верила, что так вообще бывает.

Жадные губы Ильи были везде: на груди, животе, шее. Симона задыхалась от переполнявших эмоций и безотчетно требовала большего, сжимая его плечи. Настолько отдалась процессу, что упустила момент, когда Илья разделся и оказался между ее ног. Опомнилась, лишь ощутив, как его горячая плоть коснулась промежности, и запаниковала.

Туман, застилавший сознание яркой пеленой, мгновенно рассеялся, сбрасывая ее с небес на жесткую землю. Возбуждение испарилось, остался лишь неконтролируемый страх. Здравый смысл полетел к чертям, и Симона сорвалась.

— Нет, — прохрипела она и уперлась в грудь Ильи ладонями. — Не надо. Я не хочу. Прекрати, — безотчетно забилась в его руках, пытаясь вырваться, но Илья не отпустил. Он был готов к ее реакции и лишь крепче обнял, придавливая своим телом. Замер, стараясь не шевелиться и переждать вспышку паники. Что делать в такой ситуации, не представлял и действовал, повинуясь инстинктам и интуиции.

— Тише, моя девочка, тише, — зашептал ей на ухо и нежно поцеловал в висок, пытаясь привести в чувство. — Все хорошо. Не бойся меня.

— Илья, пожалуйста, — взмолилась Симона, все еще находясь в лапах панического ужаса. Воспоминания вновь закружились в сознании, не давая мыслить здраво и управлять собой. Головой она все понимала, но реакцию тела невозможно было контролировать. Подсознание, словно взбесившись, рисовало ужасающие картинки, устраивая ей проверку на прочность.

— Снежка, успокойся… — Он не сдавался, решив идти до конца. Мягко, но уверенно прижимал ее к себе и без остановки шептал: — Я знаю, тебе страшно… но это же я… посмотри на меня…

Чуть отстранился и перехватил ее затравленный взгляд. Бедная девочка. Кто же с тобой это все сделал? Поддавшись порыву, принялся губами стирать соленые дорожки с ее щек.

— Хорошая моя, я тебя не обижу. Доверяй мне…

Симона часто дышала и смотрела в его почерневшие глаза. Видела свое отражение и слышала ласковый шепот. Он проникал в сознание и постепенно успокаивал. Она верила ему и как под гипнозом шла за ним. Чувствовала поддержку Ильи и хотела быть с ним. Нужно было лишь взять себя в руки и сделать над собой усилие. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди от страха, но возбуждение, еще не утихшее в крови, помогло решиться на отчаянный шаг.

— Илья, — одними губами произнесла она и потянулась к нему, желая спрятаться в его руках и забыть обо всем на свете.

Он верно считал ее призыв и вновь поцеловал, сначала очень нежно, едва касаясь, но с каждой секундой все жарче и настойчивее. Стремительно возвращал потерянные позиции. Ощутив, что Симона немного успокоилась и расслабилась, он уверенно толкнулся внутрь, заполняя ее собой по максимуму, и замер, давая ей возможность привыкнуть.

Она вскрикнула от неожиданности и задрожала, вновь теряясь в пространстве.

— Смотри на меня. — Илья взял ее лицо в ладони, заставляя подчиниться.

Ее затуманенный, потерянный взгляд постепенно осмысливался. Не прерывая зрительный контакт, Илья начал медленно двигаться, срывая едва слышные стоны. Не спешил, сосредоточившись на ее ощущениях. Удовольствие Симоны стояло для него на первом месте, но для этого нужно было заставить ее поймать волну.

Симона дышала через раз и всеми силами пыталась понять, что с ней происходит. Мозг и тело словно разделились и вели отчаянную борьбу за нее. Илья был внутри, такой твердый и горячий. Она чувствовала его каждой клеточкой и тонула в бескрайнем море блаженства. Он наполнял ее до краев и отступал, чтобы вновь ворваться и подарить острое, пронзительное удовольствие.

Страх отступал под натиском невообразимого наслаждения. Каждый толчок Ильи запускал стаю крошечных искр по ее телу. Сосредотачиваясь внизу живота, они взрывались маленькими фейерверками, вызывая неподдельный восторг. Мир вертелся перед глазами, как в калейдоскопе, разбиваясь на разноцветные яркие пятна. Симона растворилась в собственных ощущениях, просто перестала существовать. Под натиском откровенных ласк и поцелуев ее тело оживало и заряжалось энергией. Внутри помимо воли зарождался огненный шар и с каждым вдохом все сильнее разрастался по организму.

Движения становились резче, а поцелуи требовательнее, Симона больше не могла думать ни о чем, кроме жара, сжигавшего ее изнутри. Только Илья мог остудить его и подарить ей, наконец, освобождение. Она отчаянно цеплялась за его плечи и в изнеможении кусала губы. Напряжение достигло своего апогея, вызывая сладостные судороги в мышцах и заставляя лихорадочно хватать ртом воздух.

Илья чувствовал, что Симона на грани, и пытался максимально продлить ее наслаждение. Крепко прижимал к себе дрожащее тело, яростно врывался в него и заполнял собой по максимуму, срывая хриплые стоны. Сил почти не осталось ни физических, ни эмоциональных, но и остановиться он уже не мог. Видел финишную прямую и, стиснув зубы, к ней стремился.

Симона протяжно застонала и, непроизвольно выгнувшись в дугу, замерла на несколько секунд, не имея возможность сделать вдох. Сокрушительный взрыв прогремел в сознании, разбивая его на мельчайшие молекулы и атомы, чтобы, вновь собравшись, подарить наивысшее наслаждение. Она дернулась всем телом, шумно выдохнула и обмякла, потерявшись в пространстве вселенной.

Услышав свое имя на выдохе, Илья не выдержал и, глухо застонав, рухнул в пучину удовольствия. Мощная волна оргазма прокатилась по телу, содрогая каждую мышцу в организме, и наступило долгожданное расслабление. Илья уткнулся носом в шею Симоны. Это была жесткая схватка, но он был доволен собой как никогда.

Никогда не испытывал таких ярких и одновременно пронзительных эмоций. Ни с одной другой ему еще не было настолько хорошо и приятно, что не хотелось шевелиться.

— Господи, что это было? — услышал он слабый шепот и поцеловал Симону в шею. Затем скатился на бок и, приподнявшись на локте, убрал непослушные прядки с ее лица.

— Очень надеюсь, что оргазм. — Смотрел на нее и не мог налюбоваться. Она была такой прекрасной и растерянной, а еще утомленной и немножко счастливой. Илье было очень лестно и радостно от того, что именно он приложил к этому руку.

— Самомнение… — саркастично промурлыкала Симона, нежась в остатках блаженства.

— Есть за что, — расплылся он в довольной улыбке.

— Есть, — подтвердила она и, сладко потянувшись, повернулась к нему.

Сейчас Илья был не похож сам на себя. Расслабленный и какой-то ленивый. Таким она его еще не видела. Поддавшись порыву, пальчиками прикоснулась к его лицу, осторожно описывая каждую черточку. Он не противился, закрыл глаза и наслаждался ее маленьким озорством.

— Как ты? — перехватил ее руку и осторожно поцеловал каждый пальчик.

— Как будто на мне ездили.

— Так и было.

— Дурак, — рассмеялась она и толкнула его в плечо.

— Жалеешь?

— Конечно нет. Только… — Симона потупила взгляд и нервно закусила губу. — Как мы дальше…

— Иди сюда. — Илья по-хозяйски притянул ее к себе и устроил на своей груди. Думать не хотелось совершенно, и он вынес решение за двоих. — Спи, завтра со всем разберемся.

Симона не стала спорить. На это не осталось ни сил, ни желания. Послушно прикрыв глаза, она слушала мерный стук сердца и медленно засыпала.