Глава 13. Три минуты бесконечности

Саундтрек: Kwabs – Walk Сэм Уже на подъезде к адресу с карты я понял, что Стася вляпалась. Чем ближе подъезжал, тем сильнее начинала метаться и крутиться на кресле Дебби, как-то странно поскуливая. Ускорился, буквально вдавливая педаль в пол, не зря же говорят, что собаки чувствуют опасность, лучше поторопиться. Буквально перед длинным носом овчарки захлопнул дверцу машины и оставил ее, яростно лающую, в салоне. Псина с поистине животной агрессией облаивала меня и металась на сиденье. Сам не знаю зачем, перед уходом показал собаке фак и приложил к стеклу: – Ой-ой, какие мы злые! Ничего, посидишь минут пятнадцать! Мчусь туда, откуда доносятся крики и звуки ударов, – не прогадал. Буквально налетел на Лекса и Стасю. У Лекса расквашен нос, у девчонки видимых повреждений не заметил, и это радует. Разве что взгляд как у испуганного Бэмби и слезы на глазах. Ну рад, что она не такая бесчувственная, как казалось. Если бы не я, эти богатенькие идиоты отхватили бы таких смачных люлей, что… Боже, даже представлять не хочу! Так что этих самых звездюлей сейчас буду получать я. Вот прямо сейчас. И да, это ради того, чтобы Анастасию Кирилловну взять в дальнейшем на понт и, мягко говоря, шантажировать. Отвезти ее в аэропорт и посадить в папкин самолет – что может быть проще? Но вот же хрень, мне нужны деньги. Идея с этим разрешением ситуации спонтанная, но, видимо, с этой девчонкой надо именно так – и никак иначе. Сейчас отыграю ей байк, а после отвезу домой и позвоню отцу… Вернее, пригрожу позвонить, показательно наберу номер, буду слушать гудки. Она явно не позволит этого сделать. Она же не хочет возвращаться в Германию, а значит, примет мои условия, лишь бы остаться. Сработаться с ней по-хорошему у нас не получается, быть может, выйдет так? Может, тогда она поймет, что со мной шутки плохи, и просто будет спокойно кататься все лето на свой трек, участвовать в гонках или что там она еще собралась делать… Я не боюсь боев, и то, сколько раз я получал взбучку из-за клиента на той же работе, – не счесть. По местным правилам тут почти кикбоксинг с элементами уличных боев, главное – остаться на ногах, так что три минуты точно выстою. Чем-то подобным мы дурачились с парнями в свое время. Квадратная площадочка с настилом, свистящие и смеющиеся люди вокруг, уже готовые кайфовать от зрелища… Ловлю флешбэки. Что-то мне это до боли напоминает, только я тогда был среди зрителей и меня не особо волновало само шоу и тем более его исход. Сейчас муж Эллы владеет крупным центром обучения борьбе, и я часто тренировался у него за последние три года, но… Много лет назад, когда я еще охранял молоденькую Эллу, ее будущий муж Алексей зарабатывал подпольными боями. Девчонка была влюблена в него по уши, и я потакал, позволял ей присутствовать на его боях. Мы стояли в толпе напротив измазанного кровью и по́том октагона и смотрели на это жуткое «шоу». Никогда не думал, что когда-нибудь стану главным действующим лицом подобного. Все когда-нибудь случается впервые, да? – Готовы? – спрашивает главный мужик с пистолетом. Я и бугай напротив киваем. – Начали! Как я и думал, бугай с татухой «АК‐47» решает задавить меня весом и попросту бросается вперед с кулаками наперевес. Мое преимущество – скорость и реакция, ну и классическая вертушка, в армии отработанная до автоматизма. Если получится отогнать его на нужное расстояние – надо использовать. Уворачиваюсь от первой его попытки удара в голову, пробиваю в корпус, но ему хоть бы хны. Так и мечемся по квадрату: я уворачиваюсь и бью ему в живот, а он норовит разбить мне башку. На второй минуте бугай все же пробивает мне по роже так сильно, что я даже теряюсь в пространстве и меня сносит по инерции в толпу, откуда моментально выталкивают обратно на квадрат. Хорошо, что не упал, иначе все зря… Перед глазами аж звезды вспыхивают, удар у него что надо. Во рту привкус крови, и начинаю переживать, что носу кабзда. У меня меньше минуты, надо продержаться. Мужик звереет и накидывается на меня разъяренным львом. Закрываю голову руками и пытаюсь подключить ноги, кажется, даже что-то получается. Чувак молотит везде, загоняя меня к краю, снова чуть было не опрокидывает, но я чудом удерживаюсь на ногах. Ну, вашу мать, время, ты замерло, что ли?! – Стоп! Парень выстоял, Калаш, прекращай! – раздается рев Главного, но мужика, кажется, понесло… Наверняка он до этого сразу всех валил, да? Отпихиваю от себя Калаша и пытаюсь отскочить в сторону, вот только этот козлина схватил меня и держит. Бьет. Снова и снова. – Стоп, я сказал! – во все горло кричит Главный, и озверевшего мужика оттаскивают от меня в сторону. – Девчонка забирает байк и сваливает на хрен отсюда! – Нечестно! – рычит Калаш. – Здесь должна была быть она, владелец байка, а не этот! – Ты сам, кажется, сказал, – отплевываюсь от крови, понять не могу, из носа она течет или с губ, и смотрю на мужика, – что тебе плевать, с кем драться. – Ты не такой простой гонщик, как они! – шипит он. – Открою секрет, я вообще не гонщик, – криво усмехаюсь и поворачиваюсь к нему спиной, услышав в эту самую спину массу матерных ругательств. Главный сказал свое слово, бой выигран, так что пора валить. Пытаюсь кое-как отдышаться, поднимаю с земли куртку, из-за чего чуть было не падаю из-за закружившейся головы, отряхиваю и осторожно надеваю. Слизываю с губ кровь и пока еще не до конца понимаю суммарный ущерб, нанесенный бугаем, ведь адреналин сглаживает углы. – Ты в норме? – Поворачиваюсь на голос Лекса. – Он ничего не сломал тебе? Ему бы о себе подумать, нос распух. Для него это должно стать трагедией, как баб теперь снимать… – Терпимо, – киваю я и смотрю на Стасю. Молча стоит, сжимает в руках ключ от байка, глазищи огромные и испуганные, губы поджаты, бровки домиком… Ой, да неужели это чувство вины? – Валим отсюда, – говорю я и киваю Стасе в сторону, где оставил машину. – На байке ехать можешь? – спрашиваю у нее, и та кивает. – Едешь за мной. Снова кивок. Хоть бы спасибо, что ли, сказала… Нет, блин, молчит. – Встретимся на треке, – салютует Лекс девчонке, а мне лишь дарит виноватый взгляд. Завтра надо будет тоже выловить его на треке и напихать, чтоб девку не заманивал на всякие тусовки ночные. Пропускаю Стасю вперед и иду следом. Пробираемся сквозь толпу к ее мотоциклу, где она надевает шлем, садится и подъезжает к моей машине, припаркованной вдали от общей тусовки. – Едешь домой, четко за мной, ясно? – обращаюсь к ней я. – И без выкрутасов! – Да поняла я! – кричит она, и в ее голосе слышится плаксивая интонация. Нужный эффект достигнут, что ли? И это все, что было нужно сделать, чтобы она слушалась, – напугать? Как-то подозрительно просто… Открываю дверь машины, и из салона пулей вылетает Дебби. Рычит, лает на меня и бросается к ногам своей хозяйки. – Ты привез Дебби?! – подняв стекло шлема, спрашивает Стася. – Зачем?! – За спросом, – огрызаюсь я. – Она никого не послушала и увязалась со мной. Давай, загоняй свое мохнатое чудовище в тачку, и поехали, пока у меня башка не разболелась! – Сейчас, – растерянно отвечает Стася и манит собаку к машине. Махнув рукой, сажусь на водительское сиденье, захлопываю дверь, и… поток мата сам собой вырывается изо рта. – Вот же ж дрянь! – возмущенно кричу я, осматривая изодранные в клочья сиденья. – Сучка шерстяная! – бью по рулю и шиплю от боли, потому как адреналин утих и места, куда попадали кулаки-молоты байкера, наливаются синяками и начинают неприятно ныть. Поролон валяется повсюду, даже задние сиденья не уцелели. Видимо, овчарка драла кресла с извращенным садизмом, представляя меня на их месте. Даже на оплетке руля остались следы ее зубов. Господи, дай мне сил, пожалуйста… И денег на ремонт вдобавок! К счастью, до дома добираемся без эксцессов. Стася едет за мной, вижу свет фар ее мотоцикла в зеркале заднего вида, а мохнатая паскуда сидит рядом и недовольно сопит, сверлит взглядом. Как будто не мне причинили ущерб, а ей! Голова гудит, руки болят, грудину давит – кажется, завтра я буду чувствовать себя как старая рухлядь. Заходим в подъезд, и какого-то фига лифт не работает, какая прелесть! Кое-как поднимаюсь по лестнице, предварительно пропустив вперед девчонку с собакой. Хоть какой-то эстетический кайф за весь день – посмотреть на Стаськину красивую задницу. – Стася, наконец-то! – Как только ступаем на нашу площадку, распахивается дверь квартиры Авдеева и мужик выходит навстречу. – Что с лицом?! – ошарашенно спрашивает он, глядя на меня. Стася как бы невзначай бросает на меня короткий виноватый взгляд и кусает нижнюю губу. – Немного с байкерами во мнениях не сошелся, пока Стасю искал, опасные ребята, – криво улыбаюсь я. – Все в порядке, сам виноват. Девушку привез, сдаю с рук на руки. Могу идти? Слышу удивленный вздох Стаси, но стараюсь не смотреть в ее сторону. Как я и предполагал, она думала, что я сейчас все выложу ее дядюшке. – Да, конечно, иди отдыхай! – Мужик пожимает мне руку и, заметив свежие болячки на костяшках, хмурится, но держит свое мнение при себе. – До завтра, – не глядя на Стасю, коротко бросаю я и открываю свою квартиру. Посмотрим, как себя будет вести завтра Анастасия Кирилловна, когда я продолжу отыгрывать свой сценарий. Раздеваюсь на ходу по пути в ванную. Болит все… Хочу лечь в теплую водичку и там сдохнуть.