Глава 17

Началась самая настоящая суета: все солдаты повскакивали, забегали, принялись облачаться в доспехи… ругань, крики, нервозность чувствовалась даже в воздухе. Наконец, все приготовились. Повозки с продовольствием отвезли подальше, слуги спрятались в ближайшем лесу, меня тоже туда отправили. Я не сопротивлялась, но была наготове. Проверив свои ножи, я не стала застёгивать манжеты, напротив, закатала повыше рукава, чтобы легче было доставать оружие. Пояс сняла и надела поверх рубашки, также для удобства. Повар спокойно наблюдал за моими действиями и ни слова не сказал.

Солдаты в три ряда окружили палатку принца: первый ряд с щитами и копьями, второй с щитами и мечами, третий, который ближе к опочивальне наследника — лучники. Остальные рассредоточились по всей территории. Основная масса воинов ожидала врага со стороны востока. Но это не факт, что противник пойдет именно оттуда — вполне возможно, что враг отправится вокружную; на этот случай и наставили везде людей.

Пока я наблюдала за всеми приготовлениями, меня осенило, что недруги будут пробиваться именно к палатке принца — уж очень много охраны скопилось возле неё. Так не лучше ли наследника убрать оттуда? Чтобы донести эту мысль до Олмана, я спрыгнула с повозки и отправилась к военачальнику, стоявшему недалеко от укрытия принца, контролируя ряды своих воинов. Он сразу выделялся среди остальных солдат благодаря более дорогим и до блеска начищенным доспехам.

— Стой! Ты куда? — забеспокоился Теккир и схватил меня за предплечье. Ощутив под рукавом нарукавник с ножами, тут же отпустил и держать больше не стал, только сказал в назидание: — Сильно не геройствуй.

— Не волнуйтесь, скоро вернусь, — ответила я, улыбнувшись, и меня осенила ещё одна мысль. Окинув взглядом довольно крупное телосложение повара, попросила: — Дайте ваше чистое запасное бельё, пожалуйста.

Теккир, опять же не задавая вопросов, достал из своего мешка узелок с вещами и подал мне. Приняв его, я тут же отправилась к первоначальной цели. Мара начала рваться за мной, но её удерживал повар. Конечно, он тоже был удивлён, что собака изменилась, но я всё ему объяснила, рассказав что я — Теллор, поэтому он спокойно отреагировал, увидев у меня оружие.

Солдаты не сразу подпустили меня к палатке, только когда им приказал военачальник. Подойдя к нему, я тут же выложила свою мысль.

Сурового вида мужчина лет сорока пяти внимательно меня выслушал, после ответил:

— Идея хорошая, но рискованная. Где гарантия, что враги и на повозки не нападут?

— Отправьте с нами несколько воинов, пусть тоже в повозках сидят и, если что, Вам просигналят.

Из палатки неожиданно выглянул Олман. По серьёзному выражению его лица стало понятно, что он всё слышал. Прищурившись, наставник принца пристально оглядел меня и, зацепившись взглядом за пояс, строго произнёс:

— Теллор! Я подозревал, что это ты. Какого чёрта сбежал?!

— Давайте потом это обсудим, сейчас главное — спрятать наследника.

Посмотрев на военачальника, Олман сказал ему, что идею надо реализовать, а то палатка, окружённая до зубов вооружёнными солдатами, слишком привлекательна для врага.

— Делай, как считаешь нужным, — буркнул вояка и отвернулся, устремив взор вдаль.

Наставник впустил меня в покои наследника. Увидев на бледном лице принца свежую рассеченную рану, проходящую через всю щёку от брови к подбородку, я невольно охнула.

— Его успели ранить, — пояснил наставник. — Дариан поступил опрометчиво, решив лично задержать войско — слишком близко к ним подлетел, чтобы дыхнуть огнём. Враги хорошо подготовились: выстрелили из специального оружия для охоты на драконов. К счастью, промахнулись, гарпун лишь задел его. Кровотечение магу удалось остановить, но яд удалить не смог.

— Гарпун был отравлен! — воскликнула я своим голосом, забыв про осторожность. Так как Олман озадаченно нахмурился, приглядываясь ко мне, я, покряхтывая, поспешила оправдаться: — Когда волнуюсь, могу «петуха дать».

Наставник вроде поверил и продолжил объяснять:

— Маг сказал, что концентрация яда в крови невысокая, выведется из организма самостоятельно. Вот только когда это произойдёт, неизвестно.

— Где сейчас маг? — спросила я, ещё раньше обратив внимание, что он куда-то исчез, как только началась солдатская суматоха.

— Защиту на окружающую территорию ушёл устанавливать, чтобы сдержать противника. Только сомневаюсь, что у него получится — наверняка у врага тоже свой маг имеется. Ладно, хватит болтать: за дело! — скомандовал он, и мы в четыре руки принялись осторожно переодевать принца в простую одежду повара.

Далее наставник наследника велел подвезти повозку к самому входу палатки. Как только погрузили в неё принца, предварительно постелив толстое одеяло и подушку, я уселась рядом с ним и ждала, что Олман сделает то же самое, но он отказался.

— Будь с Его Высочеством. Надеюсь, в этот раз ты его не оставишь, — сделал он мне наставление.

Я не стала возражать, так как сразу поняла ход его мыслей: многие знают Олмана, как наставника и главного охранника наследника престола. Значит, враги тоже в курсе. Поэтому он решил остаться, дабы запутать недругов. Более того, когда мы отъезжали, я успела заметить, что наставник Дариана велел одному солдату, внешне отдалённо похожему на принца, войти в палатку. В мыслях я представила, как солдат наряжается в дорогой халат наследника и ложится на ложе вместо него. Надеюсь, всё обойдётся, и воин не пострадает. И вообще, очень хочется, чтобы никто не пострадал!

К нам в повозку на ходу запрыгнула пара солдат — по приказу военачальника. По поразительному совпадению, это были Ахига и Коля. Подмигнув, друг детства ободряюще улыбнулся, вот только мне от этого не стало легче — переживания за Дариана буквально поглотили и сердце, и разум одновременно. Я думала лишь об одном: что за яд сейчас гуляет в крови наследника и как можно быстро его вывести?

Мы подъехали к остальным повозкам, откуда к нам тут же залез Теккир. Увидев принца в таком состоянии, он тоже испугался и, услышав мой рассказ про яд, выпучил от ужаса глаза, а после и вовсе ушёл. Я подумала, что мужчина очень впечатлительный, удалился поплакать -а то на людях неудобно, но ошиблась: вскоре он появился с каким-то мешочком в руке.

— Это лекарство мне дала одна ведьма, надо посыпать им рану и он любой яд вытянет.

— Разве ведьмы могут создавать лекарства? Они, вроде как, только калечить способны, — усомнился Коля.

— Ты откуда такой глупый выискался?! — возмутился Ахига. — Наоборот — ведьмины лекарства самые лучшие, даже сильнее, чем у лекарей, потому что именно ведьмы ближе всего к природе. — Обратившись ко мне: — Надо попробовать, хуже точно не будет.

Без дальнейших разговоров я взяла у повара мешочек, раскрыла, достала щепотку страшного на вид чёрного порошка.

«Наверное, это что-то вроде сорбента», — подумала я и немного посыпала на рану принца.

Порошок зашипел и изменил цвет на серый, превратившись в корочку. Дариан не отреагировал, что не удивительно: в восстановительном периоде он ничего не чувствует.

— Сыпь ещё, — посоветовал Ахига.

Я засыпала всю рану, которая стала выглядеть, будто заклеенная серым скотчем.

— Всё правильно, так и должно быть, ведьма об этом предупреждала. Какое-то время лекарство должно находиться на ране, пока само не станет осыпаться. А если внутрь его принять, порошок тоже твердеет, когда впитывает в себя яд, а затем рассыпается, подобно пеплу, и легко выходит.

— Какое странное лекарство, — удивилась я вслух.

— У ведьм всё странное, и сами они странные, — усмехнулся повар.

— Это точно, — не могла я не согласиться, вспомнив Амелину — ведьму с волосами, как у зрелого одуванчика, и нелепым макияжем.

Повар, сославшись на то, что его подопечные одни в лесу, ушёл к ним. Мара поскуливала, слыша меня здесь. Вскоре она прибежала: всё-таки Теккир сжалился, отпустил. Мужчины помогли ей взобраться, и она бросилась ко мне с «поцелуями». Кое-как мне удалось угомонить собаку, но она тут же начала вести себя настороженно: тщательно прислушиваться, поворачивая голову то туда, то сюда.

— Кажется, враги близко, — очень тихо высказала я предположение.

— Ага, мы уже поняли, — ответил Коля, глядя на мою собаку, и вынул саблю из ножен.

Издалека послышались крики, лязг металла. Сразу же последовали приказы военачальника:

— Сомкнуть ряды! Поднять щиты!

Выглянув втроём из повозки, мы увидели, как наши бойцы у палатки принца примкнули друг к другу вплотную и прикрылись щитами, создав единый панцирь. В них летели стрелы, несколько воткнулось в плотную ткань палатки, даже не пронзив насквозь. Наверное, это какая-то особенная ткань, суперплотная. Опять же по команде, начали стрелять наши лучники, выглядывая из-за щитов сослуживцев, и тут же за них прячась. Самих врагов мы не видели, только лицезрели, как отбиваются наши.

Через какую-то долю секунды нами были услышаны быстро приближающиеся шаги, судя по всему, нескольких человек.

— Сиди здесь! — велел мне Коля и первым выскочил из повозки.

За ним последовал Ахига. Звуки борьбы, крики, стон, всё это мы уже слушали вдвоём с Марой, находясь возле принца. Периодически сотрясалась повозка от толчков. Собака рычала и порывалась податься на помощь нашим друзьям, я строго велела ей сидеть рядом с драконом. Собака продолжала рычать, но всё же выполнила команду. Вот только сама я не смогла спокойно сидеть и ждать. Нет, выходить я не собиралась, на этот раз я ни на секунду не оставлю принца; но помочь Ахиге и Коле я вполне могла. Вынув из пояса два ножа, я осторожно выглянула из повозки. Плохо то, что противники тоже были в доспехах и их шестеро, но Ахига и Коля пока справлялись. Я успела разглядеть открытые участки врагов. Их доспехи прикрывали только грудь и верхнюю треть плеча. Кольчуга — живот и немного бёдра.

В одного я успела бросить нож, пока он удачно находился поодаль от моих друзей. Замахнувшись саблей, враг подкрадывался к Коле сзади. Мой нож воткнулся ему в правое предплечье, отчего он выронил оружие и получил удар кулаком по голове от вовремя прореагировавшего Ахиги. Противник вырубился, а ко мне неожиданно подскочил второй. Левой рукой я воткнула ему нож в нижнюю часть плеча, а правой ударила в кадык. Враг захрипел, схватился за горло…

Втроём с шестерыми мы справились: двое раненых остались лежать, двое смогли уйти, несмотря на полученные увечья, а других два, сообразив, что силы неравны — сбежали.

Тем временем наши солдаты тоже смогли отбиться от нападавших. Но радость победы была недолгой, так как новых противников понабежало гораздо больше — и к палатке, и к нам.

Ахига с Колей встали по разные стороны повозки, готовые сражаться насмерть, к ним ещё примкнуло семеро наших воинов, подошедших со стороны леса; судя по ранам у некоторых из них, там они тоже бились с врагами. Я выглядывала то с одной, то с другой стороны, держа ещё два ножа наготове. Метнула сразу оба, попав в двух, выскочивших ко входу в повозку недругов. И так я проделала ещё несколько раз. Мара лаяла и грозно рычала на каждого противника, что появлялся в поле её зрения и в которого я кидала нож, но надо отдать ей должное, от наследника не отходила, выполняя мой приказ. Уверена, если кто-то из врагов всё же сможет проникнуть сюда, то она вцепится в него мёртвой хваткой. Какая всё-таки умная у меня собака! Себя поймала на мысли, что уже не думаю о том, убила я кого-то или нет, для меня стояла чёткая задача — спасти принца, и я её выполняла.

Взбудораженная от прилива адреналина и запыхавшаяся, я взглянула на мирно спящего Дариана: отметила, что выглядеть он стал гораздо лучше — лицо порозовело, губы тоже. К тому же, как повар и говорил, лекарство начало осыпаться с его раны.

За пределами повозки творился настоящий хаос: похоже, все други и недруги сбежались именно сюда. Подошла ли подмога, неизвестно, но шум усилился. Ножей осталось мало и всё, на что я могла надеяться - это у кого-то отобрать оружие, когда совсем будет нечем отбиваться.

Ещё раз посмотрела на красивое лицо наследника и в мою бедовую голову снова закралась безумная мысль: «А что, если опять рискнуть? Конечно, сомневаюсь, что Его Высочество проснётся, в прошлый раз это было совпадение — ведь перед этим я его ноздри пером щекотала. Но хоть поцелую прекрасного принца на прощание, а то неизвестно, чем всё закончится. В любом случае, жизнь я свою за него отдам, если до этого дойдёт. Видимо, в этом моё предназначение — оказаться в другом мире и погибнуть за наследника империи. Зато умру с честью — в бою, как настоящий воин».

Не раздумывая долго, я присела на колени и, склонившись, прижалась к губам Его Высочества…