Глава 5

Едва я с собакой подошла к главным воротам белокаменного дворца, как они сами открылись. Охранники, встретившие меня, проявили больше интереса к Маре, чем ко мне.

— Животным нельзя во дворец, — проговорил один из них.

— В таком случае и мне нельзя, — ответила я и собралась повернуть обратно.

— Подожди, — произнёс второй. — Сейчас узнаем.

Мужчина подозвал к себе молодого слугу, подметающего двор, и шепнул ему что-то на ухо. Тот кивнул и быстро ушёл. Я старалась держать Мару возле себя, но она вдруг, что-то учуяв, резко дёрнулась и побежала.

— Стой! — крикнула ей, но она и не думала подчиняться. — Я могу её догнать? — спросила у охранников.

Мужчины в доспехах недоумённо переглянулись и оба синхронно кивнули. Я побежала за непослушной собакой.

«Ну, держись у меня!» — ворчала про себя. Завернув во внутренний двор, я остановилась и принялась звать беглянку: — Мара! Мара, зараза такая, ты где?

Ох, только бы она на кухню не подалась, а то опять стащит что-нибудь! Я спросила у выходящих из подсобного помещения служанок, где у них кухня. Женщины, удивлённо разглядывая меня, молча показали в одном направлении. Только я собралась пойти именно в ту сторону, как услышала истошные птичьи крики откуда-то с другой стороны двора. Поспешила туда и застала такую картину: Мара тянет за хвост самца павлина, а тот орёт и машет крыльями. Другие павлины, в основном самки, сбившись в кучки по разные стороны кормовой птичьей площадки, тоже испуганно кричали.

— Мара, фу-у-у! — как можно громче приказала я. Собака отпустила бедную птицу, которая тут же со всех ног умчалась, а в пасти у хулиганки осталось перо из павлиньего хвоста. — Ты что творишь? — начала я отчитывать питомицу. Мара, отведя немного назад свои торчащие ушки, сделала виноватыми глаза. — Наказать бы тебя за такое. А ну дай сюда, — подставила руку к её морде. Мара нехотя отдала трофей и понуро опустила голову, продолжая виновато на меня смотреть. Я взяла перо с красивым переливчатым глазком, но, к сожалению, сломанное, и как-то стало жаль его выкидывать. Отломив верхнюю, самую красивую часть, я ещё раз показала её собаке и строго погрозила указательным пальцем. — Чтобы больше ни-ни. Иначе обе вылетим из дворца. Поняла?

Мара немного приободрилась, видя, что я уже не сильно её ругаю.

— Теллор! — позвал меня какой-то мужчина на другом конце птичьей площадки.

Я повернулась к нему, при этом спрятав перо себе за спину. Махнув рукой, мужчина дал понять, чтобы я следовала за ним.

— Не-е-е-льзя, — тихо, но достаточно строго произнесла я, заметив, что Мара опять устремила взор на других павлинов. — Рядом.

Мара послушно пошла, держась у моей ноги. Я быстро спрятала перо за пазуху и последовала за слугой по многочисленным коридорам, при этом успевая смотреть за хулиганкой, чтобы она опять чего не натворила. Когда мы вышли во внутренний сад с открытым небом, густой растительностью и небольшим озерцом, в котором плавали золотые рыбы, Мара дёрнулась именно к ним, но я успела схватить её за ошейник. Сад огибала большая полукруглая лестница, по ней мы начали подниматься. Собака опять чуть не сбежала, увидев ярко-синюю большую птицу, похожую на попугая, сидящую на перилах. Благо я снова сумела удержать непослушную питомицу. Да что у неё за мания такая всех животных ловить? Пришлось опять её отчитать.

— Ну, чего ты мешкаешь? Идём скорей! — терял терпение слуга, ожидая, пока я завершу разборки.

Продолжая держать Мару за ошейник, так как здесь очень много для неё соблазнов — птицы буквально повсюду, самых разнообразных видов и окрасов, я вновь отправилась за мужчиной.

Наконец мы пришли, провожатый открыл перед нами резные двери из белого дерева. К нам вышел довольно улыбающийся Олман.

— Очень рад тебя видеть здесь, Теллор. Наконец-то ты принял правильное решение, — проговорил он и, обратив внимание на собаку, удивлённо спросил, нахмурившись: — А это кто?

— Мара, моя собака.

Брови наставника принца взметнулись вверх.

— Откуда?

— Не помню откуда, но точно знаю, что моя. Разрешите ей остаться. Мара очень умная, понимает команды.

— Хм, — задумался мужчина, глядя на животное и склонив голову немного набок. Мара повторила за ним это движение, что заставило Олмана улыбнуться. — Ну-ка, что она умеет?

Я принялась говорить собаке команды, а она — исправно их выполнять. Про себя я возрадовалась, что Юлька в своё время так хорошо занималась с питомицей, научив её буквально всему, что должна знать служебная собака.

После выполнения типичных — сидеть, лежать, стоять и дай лапу, я вспомнила ещё одну забавную, а может и необходимую при определённых обстоятельствах команду — умри! Собака упала на бок, закрыла глаза, приоткрыла пасть и выронила язык. Даже я не ожидала от неё такого актёрского мастерства и начала давить в себе смех. Олман тоже рассмеялся. Мара, услышав наше веселье, приоткрыла один глаз и довольно завиляла купированным хвостиком.

— Такой умнице место во дворце найдётся, — продолжая смеяться, произнёс наставник принца. Я поблагодарила его и разрешила Маре подняться. — Твои покои будут рядом с покоями принца, — начал объяснять мне мужчина и велел идти за ним.

Когда я оказалась непосредственно в спальне Дариана, была удивлена. Не думала, что меня вот так сразу к нему в опочивальню впустят. Наследник престола безмятежно спал в огромных размеров кровати, которая была закрыта прозрачным балдахином. Мара тоже заинтересовалась принцем: принюхиваясь, медленно подошла и, встав на задние лапы и вытянув шею, посмотрела на спящего и издала тихое рычание. Наверное, она впервые видит дракона в человечьем обличии и не знает, как на него реагировать.

— Фу-у-у, — шёпотом приказала я ей.

Собака отошла от кровати, но продолжала с опаской оглядываться.

— Говори в полный голос, всё равно он сейчас ничего не слышит, — произнёс Олман.

— Совсем-совсем ничего?

— Проверь, — усмехнулся мужчина.

Я приблизилась к кровати, чуть сдвинула балдахин в сторону и громко хлопнула в ладоши. Никакой реакции! Даже ресницы не дрогнули. Тогда я, осмелев, дотянулась рукой до уха принца и крутанула мочку. Тоже ноль реакции, как будто в коме.

— Впервые вижу такой крепкий сон, — удивилась я вслух.

— Поэтому ты и нужен здесь. Слишком много охотников избавиться от наследного принца, пока он уязвим.

— И много покушений было?

— Увы, много. Я лично убил девять наёмников, немного переусердствовал. Троих сумел взять живьём.

— И кому нужна смерть наследника?

— Жаждущим власти. Если император потеряет наследника, он потеряет силу и ему придётся уступить трон другому сильному дракону, которого выберет совет среди претендентов.

— Те трое, пойманные живыми, выдали заказчиков?

— Нет, конечно. У заказчиков хватает ума нанимать убийц, не выдавая при этом себя.

— Каким образом? Через третьих лиц?

Я уже мысленно представила эту схему, но Олман опроверг, удивив ответом:

— Наёмники получают заказы и вознаграждения по магпочте без обратного адресата.

Тьфу! Я ведь забыла, что нахожусь в магическом мире. Здесь всё гораздо сложнее.

— Тогда зачем убийц в живых оставил?

— Чтобы показательно казнить на центральной площади.

М-да, прям как в средневековье.

— Я могу посмотреть свою комнату? — напомнила наставнику принца.

— Ах да, идём. — Олман вывел меня на большой и длинный балкон, который соединялся с соседним помещением ещё одним входом. — Это и будут твои покои, — пояснил он, показывая мне знак войти и лично посмотреть.

Спальня почти в два раза меньше, чем у принца, но довольно уютная. Средних размеров кровать, тоже с балдахином, прикроватная тумба, комод, даже ковёр на полу имелся. Мара ковёр тут же облюбовала, начала по нему кататься, дрыгая длинными лапами.

Пока собака резвилась, я проверила ещё две двери. Одна вела в ванную. Ого! Здесь даже душ имеется! Прямо как в цивильной гостинице, только холодильника и телевизора не хватает. Другая дверь вела в коридор, судя по расположению, но была заперта. Олман обещал мне отдать от неё ключ, как только проснётся принц и твёрдо решит взять меня в личные телохранители.

Мы вернулись в спальню Дариана, где его наставник меня шокировал, заявив:

— Я ненадолго отлучусь, а ты пока побудь здесь.

Я посмотрела на спящего наследника и вопросительно уставилась на Олмана:

— То есть Вы мне доверяете? Вот так просто, человеку с улицы?

— Тебя проверили с помощью магии, поэтому — да, доверяю. Скоро вернусь. Следи за своей собакой, — добавил он, показав на Мару, которая снова интересовалась драконом, пытаясь проникнуть за балдахин.

— Фу!

Собака отошла чуть в сторону, легла, положив голову на лапы и устало вздохнула, как бы хотела этим сказать: «Ничего-то мне нельзя, вот буду здесь лежать и грустить, чтобы кому-то жалко меня стало». Мне и правда захотелось её пожалеть. Как только подошла к ней, собака не шелохнулась, только скосила на меня глаза и завиляла хвостом. Вот хитруша!

Олман ушёл, а я принялась бродить по комнате в поисках, чем бы себя занять. Остановившись у камина, взяла с него металлическую статуэтку в виде дракона с раскрытыми крыльями и случайно уронила. Бряк был приличный, даже Мара вздрогнула и подняла голову. Я машинально напряглась и посмотрела на принца. Ах да, он же не слышит. Расслабившись, вернула статуэтку на место и решила провести эксперимент. Уж очень мне не верилось, что Дариан настолько крепко спит. Хоть какие-то реакции у него должны остаться…

Я подошла к кровати, отодвинула в сторону балдахин, приподняла одеяло у ножного конца, вынула павлинье перо из-за пазухи и начала стержнем легонько покалывать подошву стопы дракона. Мара тоже заинтересовалась этим процессом — у края кровати появилась её любопытная морда. Стараясь не обращать внимания на собаку, я продолжала щекотать ногу принца, уже просто водя по ней пером, сильнее при этом нажимая. К моему сожалению, он ни капли не отреагировал. Как будто у дракона совсем нет нервных рецепторов.

Посмотрев на умиротворённое лицо наследника, поймала себя на ещё одной коварной мысли:

— Ну уж на это-то он точно должен среагировать, — озвучила я её вслух и хитро прищурилась.

На этот раз я встала у головы принца. Мара тоже приблизилась с другой стороны кровати. Пушистым концом пера я начала щекотать ноздри молодого мужчины. Сначала он также никак не реагировал, но вскоре его лицо скривилось и… дракон чихнул огнём. Мара, испугавшись, отпрыгнула, а я только и успела ошарашенно проследить, как догорает вспыхнувшее пламенем перо, оставляя после себя лишь голый стержень. К моему удивлению, принц так и продолжал мирно спать, как будто ничего не случилось.

Да что ж такое-то?! Я спрятала остывший стержень от пера обратно себе за пазуху и, скрестив руки на груди, принялась думать: что бы ещё такого предпринять, чтобы разбудить спящего красавца? Хм… Внимательно посмотрев на принца, я тут же вспомнила сказку «Спящая красавица». А почему бы не попробовать? А вдруг получится? Я ведь в магическом мире, значит, здесь всё возможно. К тому же тут никого нет, никто не увидит, не считая Мары.

— Ты ведь никому не скажешь? — спросила я собаку. Мара слегка склонила голову набок, как бы пытаясь понять, о чём я ей втолковываю. — Конечно же, не скажешь. Это всё от волнения. Не каждый день целуешь такого красавца, ещё и настоящего принца, — продолжила я говорить уже сама с собой.

Мара наклонила голову в другую сторону и смотрела так, как будто поняла меня. Стараясь отвлечься от собаки, я на всякий случай осмотрелась вокруг, чтобы лишний раз убедиться, что мы точно одни, и сняла маску. Убрав со своего лица выбившиеся пряди волос, я склонилась к лицу Дариана и, кое-как справившись с волнением, легко прикоснулась к его губам своими.

Внимательно подглядывающая за нами Мара начала поскуливать. Неожиданно веки дракона широко раскрылись, и я испуганно отпрянула.