Тринадцатая глава

Королевство Элария. Мертвый лес. Хижина разбойничьего главаря.

Спальню Виллет заливал мягкий свет солнечных лучей, которые плавно скользили по деревянному полу, желая как можно скорее прогнать ночную тьму. Солнце встало почти час назад, но Виллет Дамгор так и не сомкнула глаз, все еще чувствуя внутри себя будоражащую кровь магию. Она сидела на не расправленной постели, устремив невидящий взгляд изумрудно-зеленых глаз в пол. Голова ее была низко опущена, а тонкие пальцы запутались в прядях светлых волос.

Впервые магия Огненного феникса так отчаянно рвалась на свободу и Виллет сдерживала ее лишь благодаря упрямству и силе воли, которую натренировала за годы, проведенные бок о бок с разбойниками Мертвого леса и королевскими телохранителями. Последние несколько часов она пыталась понять, чем вызвана эта огненная буря в ее крови, и ответ на этот вопрос оказался ошеломляюще прост. Эван. Он каким-то образом мог не только влиять на ее дар и усмирять огонь одним только прикосновением, маг заставлял Виллет сгорать изнутри, желать того, что было под запретом.

Именно Эвана она считала виноватым в том, что произошло между ними этой ночью. Его и странное слияние их магии. Виллет знала, что ничего хорошего не выйдет, если она поддастся безумному наваждению, но не могла найти способа, чтобы избежать этого. Сегодняшняя ночь показала, что ей не всегда удается контролировать себя и свои желания. И только одно девушка-феникс знала наверняка: она с каждым днем все больше и больше влюблялась в мужчину, о котором совсем ничего не знала, хотя поклялась себе никогда больше не испытывать этого чувства. Виллет на секунду выпрямилась, чтобы в следующее мгновение откинулся спиной на мягкое, выцветшее покрывало.

Разглядывая потолочные балки, она минута за минутой восстанавливала в памяти события, произошедшие за последние несколько недель, но ее мысли, помимо воли, то и дело возвращались к ночному поцелую. Виллет усмехнулась. Дэниэл Этелион наверняка имел в виду совсем другое, когда просил ее спасти Эвана. Но чем больше она убеждала себя, держаться от мага подальше, тем сильнее ее влекло к нему. Это было запретное чувство, и его необходимо искоренить в себе как можно быстрее.

Девушка-феникс прикрыла глаза. Еще один раз… Она воскресит в памяти их поцелуй в последний раз, а потом заставит себя его забыть. Навсегда. Виллет словно наяву ощутила крепкие руки Эвана, не спеша скользящие по ее спине, горячие ладони, обжигающие своими прикосновениями, чувственные губы, сводящие с ума…Она едва сдержала стон разочарования, когда ночное видение резко исчезло. Теперь в ее памяти яркими вспышками мелькали картинки сна, о котором она умудрилась забыть из-за собственных переживаний. Виллет Дамгор тут же открыла глаза и резко села. Образ Вернера настойчиво стоял перед глазами.

Глубокий вдох не помог вернуть утраченного самообладания. Что если и этот сон сбудется? После того, как ей приснилась смерть короля, Виллет боялась своих сновидений. Боялась того, что они предвещают. Но если смерть Этелиона была внезапной, и девушка-феникс никак не могла прервать цепь, предшествующих ей событий, свои действия она определенно могла контролировать. Ей бы и в голову не пришло появиться на королевском балу под руку с человеком, который убил собственного брата. К тому же зачем Вернеру делать ее своей королевой. С чего она вообще решила, что этот сон должен исполниться?

Виллет резко поднялась на ноги и тряхнула головой, заставляя себя выкинуть из головы дурные мысли. К тому же пора было собираться в дорогу. Им с Эваном предстояло трехдневное путешествие к стенам Западного храма, а значит терять самообладания ни в коем случае нельзя. Она окинула быстрым взглядом комнату, вспоминая, куда дела вещи, которые не так давно ей приносил Барт. В дороге не помешает пара свежих сорочек и брюк.

Собрав все необходимое, Виллет бесцельно бродила по комнате, убеждая себя в том, что вовсе не страх предстоящей встречи с Эваном мешает ей спуститься вниз. Она несколько раз проверила сдельную сумку, в которую сложила вещи и завернутые в платок кристаллы, дважды перестегнула широкий пояс, к которому еще предстояло прикрепить трехгранную шпагу. Девушка-феникс слышала, как на первом этаже разбойничьей хижины ходят ее друзья, сквозь распахнутое окно видела последние приготовления к их скорому отъезду. Когда откладывать неизбежное было уже невозможно, она протяжно выдохнула и, подхватив небольшую сумку, покинула свое временное убежище. Ступень. Вторая. Третья…

Деревянные доски чуть слышно скрипели под ее ногами, но казалось, из-за шума людских голосов никто не обратил на это внимания. Никто, кроме Эвана. Он оказался у лестницы, когда Виллет еще не даже не успела ступить на последнюю ступень, и молча протянул руку, забирая у нее сумку. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять, какое решение приняла для себя огненная девушка.

Изобразив на лице отстраненное равнодушие, она поблагодарила его за помощь и направилась прямиком к Бесстрашному Барту, который только что вошел в хижину. Его лицо тут же осветилось радостью, при виде Виллет, а едва он увидел мага, стоящего за ее спиной, как его добродушная улыбка сменилась лукавой ухмылкой.

– Доброе утро, птичка, – он усмехнулся, видя, как она старается удержать на лице искусственную улыбку. – Вижу, Принц холода уже разбудил тебя? – он хитро прищурился.

– Доброе утро, Бартел, – Виллет проигнорировала раздражающий ее намек. – Это моя шпага? – она кивнула головой на ножны, зажатые в широкой ладони.

Барт, не переставая ухмыляться, отдал ей шпагу, которая тут же была пристегнута к широкому ремню. Виллет сразу ощутила себя уверенней, почувствовав привычную тяжесть закаленного металла. Ее пальцы неосознанно очертили грани крупного рубина, закрепленного в навершие рукояти.

– Надеюсь, этот камень не хранит в себе никаких потаенных секретов? – она нашла в себе силы мягко улыбнуться разбойничьему главарю.

– Нет, – покачал он головой, и его лицо тут же сделалось серьезным. – Если ты уже готова, то нам пора идти, – Бартел бросил быстрый взгляд на Эвана. – Я провожу вас к вашим лошадям.

Теплое солнце освещало сухие ветви мертвых деревьев, заливая яркими лучами поляну с дюжиной разбойничьих хижин. Несколько десятков мужчин, среди которых были и охранники погибшего короля, молча смотрели вслед трем быстро удаляющимся фигурам. Никто из них не знал, увидят ли они девушку-феникса снова. Да и сама Виллет думала о том же. Однажды она уже покинула Мертвый лес, но тогда в ее душе жила уверенность, что ей еще предстоит сюда вернуться. А сейчас… сейчас не было уверенности даже в завтрашнем дне.

Когда сухие ветви наконец-то перестали настойчиво цепляться за одежду и волосы, а впереди появился небольшой просвет, Виллет увидела капитана Врона, который прикреплял к одной из двух лошадей сдельную сумку Эвана. Почувствовав на себе ее взгляд, Кальд обернулся.

– Капитан, – Виллет едва заметно кивнула головой в знак приветствия.

– Долго же ты собиралась, Дамгор, – произнес в ответ Врон. – Все ждут только тебя, впрочем, как и всегда, – он не смог удержаться от язвительного замечания.

– Я не успел предупредить ее вчера, – Барт увидел, как глаза Виллет сверкнули раздражением, и решил прервать перебранку еще до ее начала. – Когда мы наконец-то закончили составлять план, Ви уже давным-давно спала.

Кальд никак не отреагировал на эти слова, но Виллет услышала, как за ее спиной тихо хмыкнул Эван. Она едва сдержалась, чтобы не обернуться к нему и сосредоточила все свое внимание на Бесстрашном Барте, который сейчас стоял напротив.

– Чтобы доехать до Западного храма вам потребуется три дня, и еще три, чтобы вернуться в столицу, – тон разбойничьего главаря был серьезен, а взгляд строг. – Этого времени нам хватит, чтобы добраться до Лиэра и разведать обстановку. Мы надеемся, что у нас найдется достаточно сторонников, которые не побоятся пойти против новой власти.

– Я все равно считаю, что это слишком большой риск, – заметил Эван, обходя Виллет, и направляясь к одной из лошадей, чтобы прикрепить к ней сумку Виллет.

– Нам будет легко затеряться в толпе, – пожал плечами Барт. – К тому же мы не настолько глупы, чтобы ломиться туда всей оравой через главные ворота, – усмехнулся он, но уже через секунду снова стал серьезным и собранным. – Еды вам должно хватить до самого храма, воды тоже. Если заблудитесь, я положил в одну из сумок карту Степной пустоши. Постарайтесь не выезжать на Северо-западный тракт и будьте осторожны ночью с костром. Я уверен, шпионы Вернера рыщут повсюду.

– Барт! – возмутилась было Виллет, ну тут же рассмеявшись, обняла разбойничьего главаря. – Я уже не та маленькая девочка, которую ты из жалости приютил у себя. Я со всем справлюсь, – уже тише добавила она, серьезно глядя ему в глаза.

– В том-то и проблема, Ви, – Бартел обнял ее в ответ и ласково погладил по спине. – Ты всегда стремишься все взвалить на себя.

– Заканчивайте прощаться, – немного раздраженно произнес Кальд Врон, пытаясь за грубым тоном скрыть волнение.

– Как мы найдем вас в столице? – спросила Виллет, направляясь к своему коню.

– Таверна «Хмельной эль», – коротко ответил капитан, отходя в сторону.

Виллет кивнула, и легко оторвавшись от земли, запрыгнула в седло. Быстро перехватив поводья, она снова обернулась к Бартелу, стараясь сдержать подступающие к глазам слезы.

– Я не прощаюсь с тобой… – тихо прошептала девушка-феникс, как и семь лет назад.

– Я буду ждать, когда ты снова прилетишь ко мне, – улыбнулся ей в ответ Барт и махнул на прощание рукой.

Виллет кивнула и быстро отвернулась. Она несильно сжала пятками лошадиные бока, направляя послушное животное на едва приметную тропинку. Прощание ей всегда давалось с трудом. Эван направился было за ней, но слегка задержался, почувствовав на себе гнетущий взгляд. Он обернулся, встречаясь глазами с капитаном Вроном.

– Если она пострадает, – прошептал Кальд. – Я не успокоюсь, пока не придушу тебя голыми руками, – Эван иронично выгнул бровь, давая этим понять, что не боится угроз, и больше не задерживаясь поехал следом за огненной девушкой.

– Береги ее… – донесся ему в спину голос разбойничьего главаря и маг мысленно поклялся, что приложит к этому все усилия.

Как только узкая тропинка стала шире, Виллет пустила коня галопом, и Эвану ничего не оставалось, кроме как последовать ее примеру. Мертвый лес стремительно терялся где-то позади них, но девушка не позволяла коню замедлить ход до тех пор, пока последние высокие деревья окончательно не скрылись за горизонтом. Тогда она чуть натянула поводья, позволяя животному немного отдохнуть.

Когда полдень уже давно миновал, а солнце постепенно заволакивало серыми тучами, Эван решил, что пора бы нарушить гнетущую тишину, которая сопровождала их на протяжении всего пути.

– Может нам пора сделать остановку? – обратился он к Виллет. – Ты самого утра ничего не ела.

– Я не голодна, – ответила она, хотя глупо было скрывать, что это не так. – Вокруг нас одна степь, мы здесь как на ладони. Лучше остановимся, когда стемнеет.

Они двигались параллельно основной дороге, хотя и понимали, что одиночные, низкорослые кустарники не могут скрыть их от посторонних глаз. Эван считал, что решение Виллет вполне разумно. При свете дня они слишком легкая добыча для любого, но это не означало, что он по-прежнему должен молчать.

– Тогда давай просто поговорим, – предложил он, поравнявшись с ней.

– О чем? – плечи Виллет Дамгор напряглись, а пальцы сильнее сжали поводья. – Если хочешь говорить о том, что произошло ночью, то я уже сказала тебе, что это было легкомысленной глупостью! – громче, чем следовало бы, сказала она.

– Я услышал тебя еще с первого раза, – серьезно произнес Эван, глядя на огненную девушку. – И я совсем не это имел в виду, когда предложил поговорить. Но видимо ты и сама никак не можешь перестать думать о том, что могло бы быть между нами…

– «Нас» нет, – не поворачиваясь к нему, ответила Виллет. – И никогда не будет. Я поклялась Этелиону, что спасу тебя от чего бы то ни было. И сделаю это любой ценой! – она наконец-то посмотрела Эвану в глаза. – А ты должен забыть все, что произошло, между нами! Больше этого не повторится. Никогда! – слова падали в тишину, словно камни, срывающиеся с обрыва. Никогда еще Виллет не было так больно отказываться от чего-то, чего еще даже не существовало, но могло бы когда-нибудь появиться.

– Я тоже когда-то поклялся ему… – негромко начал Эван, но был снова перебит.

– Это меня не касается, – быстро произнесла Виллет. – Пусть у каждого из нас до сих пор и остались обязательства перед Дэниэлом Этелионом, но это никак не объединяет нас. Как только мы разберемся с этим пророчеством, – она неопределенно махнула рукой. – И избавим престол от Вернера, наши дороги разойдутся.

Виллет пришпорила коня, желая лишь одного: не видеть сейчас карие глаза, которые смотрели на нее с осуждением и тоской. Она сама испытывала не меньшую боль и разочарование от собственных слов. Но это решение казалось ей единственно правильным.

Эван же больше не спешил заводить разговор, прекрасно понимая, что не в его силах заставить огненную девушку изменить свое решение. Может быть потом, когда со всем будет покончено. Но не сейчас… Между ними снова повисла тишина. Виллет так и продолжала ехать чуть впереди, низко опустив голову, а маг время от времени бросал на нее задумчивый взгляд. Погрузившись в свои безрадостные мысли, ни он, ни она не увидели, что справа от них появилось несколько всадников.

Первая стрела пролетела мимо Эвана, оставляя скользящую рану на его плече. От внезапной боли маг дернулся и резко натянул поводья. Имя светловолосой телохранительницы с его губ сорвалось раньше, чем он успел сдернуть с рук плотные перчатки. Время будто замерло.

Виллет обернулась на крик. В ее взгляде промелькнуло недоумение, когда она заметила расплывающиеся красно пятно на светлой ткани мужской сорочки. В глазах Эвана она разглядела тревогу и поспешила проследить за его взглядом. Занятая разными мыслями, Виллет не сразу смогла понять, что происходит. А когда поняла, было уже поздно. В повисшей тишине раздались четыре арбалетных щелчка.

– Усгеро-Онэ! – с ладоней мага сорвался ледяной туман, стремительно окружая девушку-феникса со всех сторон, закручиваясь вокруг нее в быстром вихре.

Послышался звонкий удар, за которым последовали еще три. Сквозь прозрачно-голубоватую поверхность льда Виллет смогла ясно разглядеть все четыре стрелы, застрявшие в холодном изваянии. Огонь за ее спиной вспыхнул яркими крыльями раньше, чем она осознала свою злость. У напавших на них людей не осталось шанса выжить. Одним движением руки, Эван развеял ледяную стену, отстраненно наблюдая за тем, как стрелы падают на твердую сухую степную землю. Теперь огненной девушке его помощь была не нужна.

Виллет не двинулась с места. Из опущенных вниз ладоней хлынуло пламя, стремительно и безжалостно сметая всех противников обжигающим ураганом огня. Не прошло и минуты, как девушка-феникс снова остались наедине с Эваном. Понимая, что даже не смотря на отсутствие опасности, Виллет не может взять под контроль свой дар, маг быстро спрыгнул с коня и направился к ней.

– Все закончилось, – чуть слышно прошептал он, медленно привлекая дрожащую девушку к себе. – Опасности больше нет.

Эван почувствовал, как напряжение медленно покидало тело Виллет Дамгор, а вместе с ним и гасло жаркое пламя, тая на ветру, как предрассветный туман. Маг нехотя отстранился, понимая, что теперь его объятья становятся более личными. А Виллет довольно ясно дала понять, что все личное отныне находится под запретом. Чтобы ненароком не выдать своих чувств он отошел от нее на пару шагов, и его взгляд тут же зацепился за черные наконечники стрел.

– Я уже видел такие, – он наклонился и поднял с земли одну из четырех стрел. – Видимо это были те же люди, которые преследовали вас в Восточном храме, – Эван заметил ироничное выражение на лице Виллет. – Я имею в виду их сторонники, – тут же исправился он, невольно вспоминая усеянный серым пеплом каменный пол храма.

Виллет усмехнулась. Она все еще тяжело дышала, стараясь унять бешено бьющееся сердце. Привыкнуть к той силе, что раз за разом воспламеняла ее кровь, оказалось сложнее, чем ей думалось. Однако сейчас это было неважно.

– Я думаю, что ты прав, – задумчиво произнесла Виллет. Она взяла из его руки стрелу и принялась внимательно разглядывать ее. – Но я еще не встречала ничего подобного… – ее пальцы медленно скользнули по черному наконечнику. – Мне кажется, что это даже не метал. Поверхность такая гладкая и горячая… как такое может быть?

Глаза Виллет вдруг испуганно расширились, рука дрогнули. Палец, до сих пор изучавший гладкую поверхность черного наконечника, неосторожно скользнул по острому краю. На светлой коже выступила первая капля крови.

– Черное стекло, закаленное в лаве Огненного вулкана… – срывающимся голосом прошептала девушка-феникс.

– Что? – Эван, опустившийся на колени, чтобы поднять остальные три стрелы, перевел на нее ничего не понимающий взгляд.

Виллет не ответила. Стрела выскользнула из ее руки, а в следующее мгновение глаза телохранительницы закрылись, и она начала падать. Эван не понял, что произошло, но все же успел подхватить бесчувственное тело огненной девушки на руки до того, как она оказалась на земле.

– Виллет… – позвал он, осторожно укладывая ее на сухую траву. – Ви…

Дыхание Виллет Дамгор стало тяжелее, а на лбу выступили крупные бисеринки пота. По коже заструились тонкие змейки огня, медленно оплетая собой светловолосую девушку. Эван растерянно смотрел на разрастающееся пламя, не понимая, почему из-за одного маленького пореза началось перерождение, которое наступало только тогда, когда Виллет умирала. Понимание происходящего выбило у мага почву из-под ног.

– Она умерла… – беззвучно прошептал он, чувствуя, что начинает терять контроль.

Как не вовремя! Сейчас ему нужно позаботиться о Виллет и их общей безопасности, а он вынужден из последних сил сдерживать свой проклятый дар, чтобы не сделать все только хуже. Эван с трудом поднялся на ноги. Подняв с земли все четыре стрелы, он осторожно обломил у каждой черный наконечник и положил их к тому, что не так давно нашел в Восточном храме.

Лошади чувствовали опасность, которая исходила от мага, и ему пришлось постараться, чтобы закрепить поводья коня Виллет за седло своего скакуна. А затем, не теряя ни минуты, он завернул Виллет в свой дорожный плащ. Полностью скрыть огонь не получилось, но попытаться стоило. Эван не знал, сколько продлится перерождение и не мог ждать, чтобы выяснить это. Сердце в груди билось загнанной птицей, отсчитывая каждую прожитую им секунду. И маг знал, что времени у него осталось не так уж и много.