«Последний Герой Бездны» Глава 1. Стальной ультиматум

Утро в Мал’Газаре началось не с кофе и даже не с криков свежеприбывших грешников. Оно началось со звука, от которого у меня заложило уши, а у Жжж-ыха едва не перегорели визуальные сенсоры. Это был лязг — тяжелый, монотонный, ритмичный. Будто миллион гигантских консервных банок решили одновременно устроить марш-бросок через мою гостиную.

Я подскочила на кровати, едва не свалившись на пол. В ту же секунду, как первый звук ударил по обсидиановым стенам замка, Тайрон уже стоял посреди комнаты. Его кожа пульсировала ядовитым неоновым светом, а в руке, прямо из воздуха, соткался меч, окутанный фиолетовыми молниями.

— Вторжение, — прорычал он, и его голос был тише, но опаснее любого грома. — Кто-то посмел пересечь границу и войти в мои владения без преклонения колен.

Я схватила планшет и выбежала на балкон, кутаясь в шелковый халат, расшитый рунами. То, что я увидела, заставило мой внутренний счетчик охватов упасть в глубокий минус.

Горизонт был не просто серым — он был стальным. Легионы Моракса, короля Железной Пустоши, медленно вытекали из ущелья, заполняя долину. Это были не мои милые орки-SMMщики или суккубы в латексе. Это были машины для убийства в зазубренных доспехах, приваренных прямо к коже. Никаких магических огоньков, никакой эстетики хаоса — только сырая, ржавая мощь железа и огня. Над их строем кружили огромные механические вороны, изрыгающие черный дым.

— Тайрон, посмотри на них... — я навела камеру Жжж-ыха на приближающееся войско. — У них даже нет вай-фая! Они... они консерваторы!

— Они — мусор, который я втопчу в пыль, — Тайрон уже натягивал свои боевые поножи. — Моракс всегда был занозой в заднице. Он ненавидит перемены, ненавидит то, чем стал Мал’Газар. Он хочет вернуть Бездну в те времена, когда мы только и делали, что грызли друг другу глотки в темноте. Я объявлю общий сбор. Мы устроим им такую осаду, что их правнуки будут бояться звука металла!

— Стой! — я вцепилась в его локоть, чувствуя, как от его кожи исходит жар, способный расплавить камень. — Какая осада?! Тайрон, ты вообще видел наши финансовые отчеты за прошлый квартал?

Тайрон замер, глядя на меня сверху вниз так, будто я предложила ему стать веганом. — Катерина, сейчас не время для твоих «отчетов». Враг у ворот. Моя честь требует крови, а моя сталь жаждет встречи с их хребтами.

— А моя «Пятерочка» требует стабильных поставок! — я открыла на планшете график котировок акций нашего главного ритейл-проекта в Бездне. — Посмотри на кривую! Стоило первому стальному сапогу Моракса пересечь границу, как наши акции упали на пятнадцать процентов! Если мы начнем полномасштабную войну, логистические цепочки рухнут. Мы не сможем поставлять кефир в дальние провинции!

— К черту кефир! — Тайрон ударил кулаком по перилам балкона, отчего те покрылись сетью трещин. — Я — Император Хаоса, а не директор магазина!

— Ты — мой муж и соправитель! — я встала перед ним, упираясь руками в его светящуюся грудь. — Послушай меня. Кровь на стенах — это ужасный фон для сторис. Это полный антихайп. Мы только что создали имидж прогрессивной империи, где даже демоны умеют пользоваться вилкой. Если мы сейчас утопим всё в старом добром геноциде, от нас отвернутся все спонсоры. Нам нужно договориться. Нужно дипломатическое решение!

— Дипломатия с Мораксом? — Тайрон издал звук, похожий на скрежет пилы по металлу. — Это всё равно что уговаривать лесной пожар не жечь деревья. Он прислал ультиматум, Катерина. «Смерть блогерам, Wi-Fi на металлолом, придурка Тайрона — в кандалы». Это не те условия, на которых ведут переговоры.

Я прикусила губу, Моракс явно был крепким орешком из олдскульной тусовки Бездны. Но сдаваться я не собиралась. — Мы всё равно встретимся с ними. На нейтральной территории, завтра. Я подготовлю почву, а пока... Тайрон, ты весь вибрируешь. Твоя аура сейчас такая колючая, что в замке завяли все черные розы.

Ночь перед переговорами была густой и тяжелой, как сырая нефть. В небе над Мал’Газаром не было звезд — их закрыли тучи дыма от костров армии Моракса. В замке стояла мертвая тишина, прерываемая лишь далеким лязгом железа.

Тайрон стоял у окна в нашей спальне, обнаженный по пояс. Его татуировки не просто светились — они пульсировали в ритме его ярости, выбрасывая в воздух крошечные фиолетовые искры. Он был похож на сжатую пружину, готовую распрямиться и уничтожить всё живое в радиусе мили.

— Ты не сможешь уснуть в таком состоянии, — я подошла к нему сзади и положила ладони на его напряженные лопатки. Его кожа была сухой и обжигающей, будто под ней тек чистый огонь.

— Моя кровь кипит, Источник, — прошептал он, не оборачиваясь. — Я чувствую запах их ржавчины. Они смеют угрожать тебе. Они называют твой свет «ересью». Каждое мгновение, которое я провожу не в битве с ними, кажется мне предательством моей сути.

Я прижалась к его спине, чувствуя, как его мощное тело дрожит от сдерживаемого напряжения. Моя магия источника внутри меня отозвалась на его призыв — мягкая, золотистая, она начала перетекать через мои ладони, пытаясь усмирить его шторм.

— Тогда позволь мне забрать эту ярость, — выдохнула я ему в плечо. — Направь её на меня. Не на войну, не на Моракса. На нас.

Тайрон резко обернулся, его глаза были двумя озерами расплавленного фиолетового золота. Он подхватил меня за талию, прижимая к себе так сильно, что я едва не вскрикнула. В его взгляде была не только страсть, но и та самая дикая, первобытная жажда доминирования, которая всегда просыпалась в нем перед боем.

— Переговоры... — рыкнул он, и его губы накрыли мои в поцелуе, который на вкус был как гроза и железо. — Ты хочешь, чтобы я был спокойным завтра? Чтобы я не оторвал Мораксу голову при первой же его шутке про твой Wi-Fi?

— Я хочу, чтобы ты помнил, за что мы боремся, — я сорвала с него остатки самообладания, запуская пальцы в его густые волосы. — За наш мир. За нашу Империю. За нас.

Он повалил меня на кровать, которая под тяжестью его мощи и нашей общей магии начала тихо вибрировать. В эту ночь синхронизация была иной — она была жесткой, почти агрессивной. Тайрон не просто любил меня — он захватывал меня, как вражескую цитадель, вкладывая в каждое движение всю ту мощь, которую он не мог выплеснуть на поле боя.

Его прикосновения были властными, его зубы прихватывали мою кожу на шее, оставляя метки, которые завтра увидит вся Бездна. И я отвечала ему тем же. Мой свет источника вспыхивал под его напором, заполняя комнату ослепительным сиянием, которое пробивалось даже сквозь закрытые ставни.

Каждый стон, каждый разряд магии, прошивающий наши тела, был доказательством того, что никакая армия Моракса не сможет разрушить то, что мы построили. Я чувствовала, как его ярость постепенно трансформируется в нечто иное — в глубокую, бесконечную преданность, подкрепленную нечеловеческой силой.

— Ты... — выдохнул он мне в губы, когда мы наконец замерли, сплетенные в единый узел из пота, магии и изнеможения, — ты действительно умеешь вести переговоры, Катерина.

— Это только прелюдия, — я улыбнулась, чувствуя, как его аура наконец-то смягчилась, став теплой и обволакивающей. — Настоящая битва за хайп начнется завтра. И поверь мне, Моракс к такому не готов.

Тайрон притянул меня к себе, укрывая крылом из тени, которое он материализовал специально, чтобы мне было уютно. За окном всё так же лязгало железо, но здесь, в эпицентре нашей личной сингулярности, было тихо и жарко.

— Я выслушаю его, — пробормотал он уже засыпая. — Но если он хоть раз посмотрит на твой планшет без должного уважения... я не гарантирую сохранность его Железной Пустоши.

Я закрыла глаза, засыпая на его груди. Мы были готовы, а «Пятерочка»... что ж, завтра её акции либо взлетят до небес, либо мы просто купим все небеса целиком.