Глава 17

Снова в машину.

Кай подает знак охраннику, чтобы он не трогал заднюю дверь, и проводит меня вперед. Усаживает рядом с водительским и пристегивает ремнем безопасности. Он смотрит строго вниз, не пересекаясь со мной взглядами, и едва напоминает живого человека. Скорее, камень.

Я слышу его зверское напряжение и первые минуты старательно молчу. Смотрю через тонированное окно и понимаю, что сильно ошиблась насчет расположения дома. Мы выезжаем из коттеджного поселка и вскоре оказываемся на одной из дорог, ведущих прямиком в центр города.

— Я думала, мы намного дальше, — бросаю вслух, потому что от молчания уже больно. — Где-нибудь в области…

— Это неудобно. Клубы в центре.

Киваю. Вокруг уже освещенные вечерние улицы и огоньки рекламных вывесок. Неон повсюду.

— Далеко ехать?

— Нет.

— А сколько? В минутах.

Кай поворачивает ко мне голову и пытает ледяным взглядом, в котором я вижу тревогу. Или мне кажется? Потому что страшно самой… Сама не понимаю, зачем мне знать, через сколько я окажусь на сервировочном блюдце для Босса, словно это что-то изменит или поможет мне справиться с ситуацией.

Поэтому Кай почернел? Он ведь тоже не может ничего изменить. Наоборот, он участвует и именно он везет меня на новый адрес. Босс приказал и он делает, собственными руками и даже слова против не может произнести. И чем он тогда отличается от меня? Я ничего не знаю о нем, но мне на мгновение кажется, что он зажат в те же невидимые жестокие тиски.

Намертво.

Я замечаю, как сильно он зажимает руль, его острые сбитые костяшки побелели, а на поворотах издается противный короткий скрип. Но Кай не обращает внимания, он вообще ничего не замечает, провалился глубоко в себя и только зло озирается по сторонам. Как будто ждет удара.

— Мы можем остановиться? — я пробую вновь его растормошить. — На пару минуток…

— Тебе плохо?

— Меня не тошнит, нет… или да, — я закрываю лицо ладонями, вдруг запутываясь, и чувствую настоящий приступ тошноты, я все-таки паникую, хотя и пытаюсь отвлекаться и не думать, но организм не обманешь.

Машина плавно останавливается. Кай находит спокойное место для остановки и быстро спрыгивает с подножки. Вскоре он оказывается рядом, обойдя машину и открыв мою дверцу. Он помогает мне разогнуться и заглядывает в лицо.

— Ты бледная.

— Да, я чувствую. Наверное, давление упало.

— Блять!

— Сейчас пройдет, у меня иногда бывает… Сейчас, Кай.

Он открывает бардачок и роется в нем. Я замечаю какие-то бумаги, скотч, оружие… Не хочу больше смотреть, тем более Кай возвращается ко мне и протягивает две белые пилюли, во второй руке он держит бутылку с водой.

— Успокоительное, — хрипит он. — Сильное. Но это не дурь, клянусь тебе.

— По мне будет видно? А если он заметит?

— Тебя отпустит, пока он приедет. Но станет легче, должно до утра помочь.

— Хорошо, — киваю и беру таблетки с его ладони.

Быстро выпиваю их и отдаю Каю бутылку, которую едва не опрокинула на себя. Он забрасывает ее на заднее и неотрывно смотрит на меня, хочет что-то сказать, но то ли сомневается, то ли не находит нужных слов. И он резко разворачивается прочь, делает размашистые шаги в сторону и щелкает зажигалкой, закуривая. Правда, после второй затяжки сигарета летит к черту и он вновь заглядывает в салон.

— Ты беспокоишься за меня? — откуда-то берется смелость и я спрашиваю прямо.

Смотрю в его глубокие темные глаза и замечаю новые детали. У него короткие острые ресницы, а по радужке идут серо-голубые трещинки. И он весь такой — на излом и на нерве, как ураганный ветер, который загнали в тесный глухой переулок.

Кай молча садится рядом, подвигая меня бедром. Его длинные ноги остаются на порожке, а правую ладонь он кладет на мое запястье. Я безотчетно улыбаюсь, чувствуя его тепло на своей коже, и смотрю на продолговатые царапины, которые оставила на крепких мужских пальцах.

— Уже, да? — спрашивает он. — Лучше?

— Наверное… мне легче дышать.

Я накрываю его ладонь второй рукой и делаю своего рода замок, запирая его горячие пальцы.

— Влада, он не зверь, — ему трудно говорить, но Кай заставляет себя. — Если играть по его правилам, то всё обойдется. И он давно не марает руки сам… Ты ему приглянулась, понимаешь? Это лучше, чем клубы.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Тебе повезет, если он сделает тебя своей девочкой. У него есть несколько таких, он держит их только для себя.

— Боже, Кай…

— Ты должна понравиться ему, — звучит приказом и Кай вдруг поднимает ладонь и жестко захватывает мой подбородок, заставляя посмотреть на него. — Ты слышишь?

Я упрямо молчу и тяну руку к его лицу, чтобы дать ему выдохнуть, потому что он как натянутая струна, которая вот-вот лопнет. Но он грубо перехватывает и отбрасывает ее прочь.

— Он может тебя вытащить из этого дерьма, а я нет. Ты должна понравиться ему, это твой шанс, Влада.