Глава 17

Первым, кого Таисса увидела, зайдя в зал, был Лео.

Их взгляды встретились.

Никто, кроме Лео, не видел, как Таиссе с Хлоей удалось бежать. Если он проронит при Светлых хоть слово, легенда о самозванке рассыплется за три секунды. А это породит такие дипломатические проблемы, что только держись.

– Таисса. – Вик Шин, стоящий у окна, кивнул ей.

Таисса наклонила голову, приветствуя его в ответ. Вик, как и остальные члены совета директоров, днюющие и ночующие в «Бионикс», тоже лишился дома.

– Таисса, – коротко кивнула Рамона. – Садись. Мы ждали только тебя.

– Не только.

Вернон закрыл за ними дверь, за которой тут же вспыхнуло силовое поле.

– Думаю, стоит позвать ещё одну гостью, – пояснил он, усаживаясь напротив Таиссы. – Лео, тебе давно пора с ней познакомиться. Раз уж ты так мечтаешь ухватить мой шатающийся стул, стоит рассмотреть и фурнитуру.

Вернон собирается позвать Найт? Не преждевременно ли?

– Кстати, где сейчас Хлоя? – спросила Таисса.

– Она фонит, – сухо сказала Рамона. – Хлоя Кинни несёт на себе отпечаток Источника, и это плохо действует на меня и на моих людей. Мы не можем к ней приближаться.

– А ко мне можете?

– Вот такой вот парадокс, – хмыкнул Вернон. – Кстати, с Хлоей мы ещё намучаемся. Если наш гость захочет, чтобы её выдали ему на блюдечке…

И тут его линк вспыхнул.

Вернон, нахмурившись, прочёл сообщение и полез за наушником.

– Что там? – быстро спросила Таисса, но Вернон лишь покачал головой.

– Дайте мне минуту, – коротко произнёс он и вышел.

Дверь за ним закрылась. Силового поля Вернон будто и не заметил.

Лео и Таисса покосились ему вслед, но Рамона даже не повернула головы. Вместо этого она прикрыла глаза и сосредоточилась, будто слушая кого-то.

– Понятно,– произнесла она вслух. – Я усилю безопасность.

Таисса повернулась к ней.

– О чём ты?

– Вернон сейчас расскажет вам все новости, – голос Рамоны звучал отрешённо, словно она разговаривала с кем-то ещё.

А потом лицо Рамоны изменилось. Превратилось в застывшую сталь.

– Мой личный приказ, – произнесла она отчётливо и ясно, добавив короткое слово, звучащее как абракадабра. – Каждый обязан отключить всё, кроме системы жизнеобеспечения. Любое общение – только через линки. Никакого сетевого доступа. Любое нарушение трактуется как покушение на убийство.

Таисса потрясённо смотрела на Рамону.

Та говорила не с Таиссой. Не с Лео.

Рамона только что отдала приказ всем бывшим Тёмным, обладавшим боевыми имплантами, отключить эти импланты. Не пользоваться ими, отказаться от полёта, сверхскорости, силы и электронной памяти, дополняющей обычную.

Отказаться от половины себя.

И причина могла быть только одна.

– Лара не просто лезет в сеть, – севшим голосом сказала Таисса. – Существо, завладевшее ей, лезет в ваши мозги, верно? Пытается захватить ваши тела.

– Две потери, – ровным голосом сказала Рамона. – Оба успели покончить с собой. Одного я знала всю жизнь.

Глаза её были совершенно сухими. Но тем страшнее было на неё смотреть.

– Я не… – Таисса не находила слов. – Я соболезную. Мне очень жаль.

Рамона на несколько секунд прикрыла глаза рукой. Вздохнула.

– Перенесём совещание, – отрывисто сказала она. – Мне нужно собрать своих заместителей, раз я не могу с ними общаться через сеть. Кроме того, здесь становится опасно. Достаточно один раз нарушить запрет, и кто угодно может оказаться шпионом.

– Оно может вселиться в каждого из вас? – выдавила Таисса. – В любого?

– Ты была права, – хмуро сказал Лео. – Это существо действительно может гулять по сети, как хочет. Что будет следующим? Банковская система? Электростанции?

– Придержи эту мысль, – раздался голос Вернона.

Он появился в дверях.

– Обсудим её чуть позже. Со мной связались из Совета и предлагают краткий светский визит.

Рамона приподняла брови.

– Что за светский визит?

– Переговоры.

– Нас будет подслушивать это существо? – глубоким голосом спросил Вик Шин.

– Не думаю. Но в любом случае это совершенно неважно. Лара уже знает, о чём пойдёт речь. – Вернон обвёл их взглядом. – Мы готовы пригласить представителя Совета на чашку виртуального чая?

Лео и Рамона переглянулись.

– Как представитель Тёмных я готов его выслушать, – очень официально произнёс Лео.

– Пока Вернон представляет нас, а не ты, – поправила его Рамона устало, но без холодности. – Как представительница бывших Тёмных я готова его выслушать.

– Как представитель «Бионикс» я готов его выслушать, – сухо сказал Вик Шин.

Таисса вгляделась в Вернона. В его глазах читалась обречённость, но наряду с ней Таисса видела облегчение. Словно произошло что-то очень неприятное, чего он давно ждал и, дождавшись, наконец выдохнул.

Вернон едва заметно кивнул ей.

– Я готова, – кивнула Таисса в ответ.

Пальцы Вернона замерли над линком, будто оттягивая момент. Но он не успел коснуться панели. Потому что на противоположном конце зала появилась фигура того, кого Таисса никак не ожидала увидеть.

Таисса поднялась с кресла.

– Ты… – начала она, делая шаг навстречу Диру.

И остановилась.

– Проекция, – кивнул Дир невесело. – Здравствуй, Таисса.

Собственное имя болезненным эхом отдалось у Таиссы в ушах.

– Боюсь тебя разочаровать, Светлячок, – помолчав, сказала Таисса. – Я не спасла мир. Стало быть, я всё-таки не она.

Дир не произнёс ничего в ответ.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Дир всё ещё не сказал ни слова, но Таисса поняла.

– Как? – только и спросила она.

– Лара, – просто сказал Дир. – Я связался с ней.

Ну конечно же.

– И она…

– И она чётко описала, что произошло, – голос Дира не дрогнул. – Воспользоваться Хлоей как тенью Источника могла только настоящая наследница Великого. Очень изобретательно с твоей стороны.

Их взгляды не отрывались друг от друга. Взгляды, в которых наконец была правда.

– Дир, – тихо сказала Таисса. – Не представляешь, как я хотела назвать тебя по имени.

Он стоял в трёх шагах от неё и за много тысяч километров. И в совершенно другом измерении.

– Я не буду оправдываться, – устало сказала Таисса. – Вы запустили дронов в моего отца. После этого все ненасильственные средства хороши. Ну… почти все.

Невесёлая улыбка тронула губы Дира.

– Ты не была бы собой, если бы не добавила это «почти».

Ни звука. Никто не вмешивался в их разговор. Ни Рамона, стоящая у стены со скрещёнными руками, ни Вик Шин, внимательно наблюдающий за ними с подоконника, ни Найт, которая наверняка слышала каждое слово.

Стоило, наверное, попросить оставить их наедине… Но нет. Их общая проблема никуда не делась.

– У Лары моя мать, – произнесла Таисса. – Ты это знаешь?

– Вашей Лары больше нет, – мрачно сказал Лео. – Ты спрашивал у неё о моём отце?

– Это было первое, что я сделал, – спокойно сказал Дир. – Я попросил её отпустить часть заложников. И она согласилась.

Таисса выдохнула. Это были первые хорошие новости за весь день.

Губы Лео дёрнулись.

– То есть мой отец будет свободен?

– Выбираем не мы, – покачал головой Дир. – Мне жаль. Но если твой отец будет в числе отпущенных заложников, он окажется у вас.

– Если Лара хоть кого-нибудь отпустит, они тут же окажутся в карантине подальше от Нью-Йорка, – сухо уточнил Вик Шин. – Я не верю в её добрые намерения. Если она успела заразить их чем-то, я не позволю им уничтожить весь город.

Таисса указала на ближайший стул.

– Дир, ты сказал, что вы вступили с Ларой в переговоры. Предлагаю это обсудить. Если, конечно, ты готов вступить в переговоры с нами.

Дир наклонил голову.

– Готов. Но, боюсь, не с тобой.

– Странно, что наш гость в теле Лары пошёл на переговоры с вами, а нас проигнорировал, – вмешался Вернон. – С чего бы такая стеснительность?

– Ты лучше меня это знаешь, раз влез в наш бункер, – холодно возразил Дир. – Тёмные выкрали тело. Тёмные расчленили его на многие кусочки, не думая о последствиях.

– А, то есть когда Светлые создавали тебя с красавицей Ларочкой, это было в его лучших интересах? Поэтому он так радостно в неё вселился?

– Дир, ты собираешься встречаться с Ларой? – быстро спросила Таисса.

Дир покачал головой.

– Категорически нет. Я единственный из них, кто остался в своём уме.

– И у тебя наверняка уже выкачали пару литров крови на нужды объединённого человечества, – пробормотал Вернон. – Что я, не знаю ваш Совет?

Дир проигнорировал его.

– Последнее, что нам нужно, – чтобы я присоединился к этому коллективному разуму, – негромко сказал он. – Мне и так повезло. Нет, мы не будем видеться с Ларой напрямую. Пока нет.

Их с Таиссой взгляды встретились. Таисса знала, по какой причине Диру повезло. Знала, почему от него отступила внезапная головная боль. Искра света, подаренная ему самой Таиссой.

Но Таисса молчала.

Дир повернулся к Вернону и Рамоне.

– Я хочу, чтобы вы прервали все силовые операции. Никаких действий против новых Светлых. Никаких попыток атаковать. Перемирие будет, но у Лары есть свои условия.

– Есть условия? – Вернон саркастически поднял бровь. – А до этого что было, вежливые просьбы? Пока я слышу только то, чего хочет она. И слышу, прошу заметить, от тебя, а не от неё.

– Сейчас у нас монополия на переговоры, – спокойно ответил Дир. – И мы не желаем ей делиться. Когда в переговоры вступила Таисса, погибли тысячи.

– Не я уничтожила центр города! – резко возразила Таисса. – Не я убила людей! Как бы больно ему ни было, это существо знает, что такое жизнь и смерть. Оно убивает безоружных! Какого чёрта вы на стороне Лары и повторяете её требования?

Вернон издал полный горечи смешок.

– Нет, Пирс, ты не понимаешь. Думаешь, они помогают Ларе, чтобы защитить невинных?

Он повысил голос:

– Да на Светлых только что пролился золотой дождь! Перед горе-искателями Источника появился не какой-то там обломок инопланетного калькулятора! Они сорвали куш! Нужны зацепки, чтобы найти Светлый Источник? Вот вам зацепка, да такая, что небоскрёбы шатаются! Нужны новые Светлые? Забирайте сотнями! Мечта, да и только. Главное – найти общего врага.

– Хочешь сказать, будь это Тёмное существо, вы бы послали его восвояси? – поинтересовался Дир.

Лео шагнул вперёд, стиснув кулаки.

– Это существо влезло своими щупальцами в твою подругу! – процедил он. – Сожрало её! У тебя вообще нет сердца?

– Дир, вы не хотите быть его сообщниками, – в голосе Вика тоже звучало предупреждение. – Как только мир узнает, что Светлые сотрудничают с инопланетной тварью…

– Оно нас слушает, Вик, – быстро сказала Рамона.

– Наверняка, – мрачно подтвердил Лео.

Вернон фыркнул.

– Неплохо было бы ему поглядеть на себя в зеркало. Этот друг человечества залил кровью Нью-Йорк, а сейчас весьма бесцеремонно требует, чтобы его оставили в покое и даже собирается выдвинуть какие-то дополнительные условия. По мне, это несколько чересчур.

– Тот, кто разворотил центр города и убил тысячи людей, должен уйти или быть уничтожен, – твёрдо сказал Вик Шин. – Последнее, что вы, Светлые, должны делать, – это выстилать ему ковровую дорожку.

– Мы ведём переговоры, – ровным голосом ответил Дир. – Мы не сдаёмся на милость победителя.

– Но именно это вы и делаете.

Рамона откинула назад роскошные чёрные волосы. Её лицо горело.

– Пока я была Тёмной, я не думала, что существует худшая судьба, чем смерть, – отрывисто сказала она. – Внушения меня не касались, пытки я могла выдержать, потери пережить. Остальное не имело значения.

Рамона скрестила руки на груди, и Таиссе показалось, что вокруг бывшей Тёмной вновь пылает ушедшая аура. Аура ярости.

– Теперь я понимаю, что такое настоящий страх. Каждую секунду мои люди живут в ожидании. Они отключили импланты, они заблокировали себя, но они понимают, что их время ограничено. Это существо вломится в них, и они могут не успеть покончить с собой. Оно сожрёт их ещё живыми, и они будут осознавать это каждую секунду, пока их собственные импланты будут нести гибель их товарищам. Нам.

Рамона смотрела Диру прямо в глаза.

– Уверен, что ты на его стороне?

Дир не отвёл взгляда.

– Найт передала вам, что мы захлопнули для неё свою сеть? – спокойно спросил он. – У нас новые линки и новые протоколы.

Таисса обречённо вздохнула. Конечно же, Совет догадался, что Найт вернулась, и понял, какую роль она играла.

– Как вы думаете, сколько миллиардов людей были под угрозой из-за того, что Найт взломала нашу сеть? Из-за того, что вы узнали список наших баз?

Дир перевёл взгляд на Вернона.

– Мы были в шаге от войны, Вернон. Без этого списка ты никогда не стал бы угрожать нам применением «Интери». Я не преуменьшаю трагедию прошлой ночи, но разрушенные небоскрёбы – это тысячная доля того, что могло случиться по вашей с Найт вине.

В глазах Дира был не укор. В них были простые холодные факты.

– Именно Найт привела тебя и Харона в наш бункер и довела ситуацию до катастрофы. Не стоит вести себя так, словно вы об этом забыли.

– Ни Хлою, ни Харона мы не контролировали, – устало сказала Таисса. – Они наделали дел сами по себе. Мы пытались остановить их и не скрывали от вас ничего!

– Кроме Найт и тебя.

Таиссе нечего было возразить.

– Кстати, – проронил Дир, – Эйвен тоже жив?

– Его мозг беспомощен и не в силах защититься от вторжения, – произнесла Рамона таким тоном, что Дир изменился в лице. – Хочешь на него посмотреть? Возможно, твоя союзница Лара начнёт его жрать как раз в момент вашей встречи.

– Последний раз, когда я видела отца, – добавила Таисса, – он был в криокамере, израненный, едва живой. Угадай, кто его туда отправил?

Короткая пауза.

– Она жива? – негромко спросил Дир.

Он смотрел на неё очень спокойно. Бесстрастно. Почти.

– Дать координаты, где она сидит живая и здоровая? – язвительно поинтересовалась Таисса. – Правда хочешь на неё посмотреть?

– Я должен.

Таисса ощутила вспышку ревности к настоящей самозванке и мысленно прокляла себя за это. Проклятье, почему она помнит каждое мгновение так ярко?

«Светлячок… Может, останешься здесь со мной? Подержишь за руку и всё такое?»

«Сорок секунд. Я не смог до тебя докричаться. Нахлынули воспоминания?»

«Если бы на твоём месте была она, вряд ли она захотела бы увидеть это место. И вряд ли я захотел бы ей его показать».

«Смелее, Светлячок. Нас никто не видит».

Была ли это она? Она ли это была?

Они оба помнили. И Таисса не знала, что больнее – глядеть в глаза Дира и врать ему или смотреть на него, зная, что он знает правду.

Стеклянная стена, в которую можно биться ладонями до устали. И не пробить её.

– Вы с Ларой близки, – произнесла Таисса. – Ты поэтому встал на её сторону? Потому что вы семья с общими генами, и, стало быть, новые Светлые тоже?

Дир покачал головой.

– Лара держит в заложниках всю планету, Таисса. Мы должны с ней разговаривать. На моём месте ты сказала бы то же самое, просто ты злишься и разочарована, что переговоры ведём мы. Не ты.

Глаза Вернона опасно сверкнули.

– Знаешь, почему ещё Пирс не может вести переговоры? Потому что Александр в любую минуту может включить любимой внучке нанораствор и сломать её по новой. Угадаешь с трёх раз, зачем она вообще к вам отправилась под чужой личиной?

Лицо Дира превратилась в маску.

– Александр этого не сделает.

– Точно? И как ты это…

– Не сделает, потому что я в сознании, – жёстко прервал Дир. – И довольно, Вернон. Мы должны поговорить о главном.

– Давно пора, – пробормотал Лео.

– О требованиях Лары, – низким голосом произнёс Вик Шин. – Мы помним. И каковы они?

Повисла тишина. Все смотрели на Дира. В глазах Лео была откровенная тревога. Он не пытался скрыть свои эмоции ни в лице, ни в ауре – он думал об отце и боялся за него. На лице Рамоны была мрачная решимость женщины, готовой бороться, убивать и умирать, защищая своих. Вик Шин был внимателен и невозмутим.

Аура Вернона… Таисса сказала бы, что та пылает гневом, болью и скорбью, как и её собственная. Но внезапно она уловила в ней жалость. И эта жалость была направлена не на неё.

На Дира. На Дира, узнавшего, что девушка, которую он любил, обманывала его. И обманула настолько мастерски, что он почти влюбился в неё снова.

Эта девушка даже не исчезла. Её просто никогда не существовало. Та, что помогла ему оправиться после потери, дала утешение и заставила улыбаться, была иллюзией. А если откровеннее, то расчётливой ложью.

Таисса предавала его доверие раньше. Но так – никогда.

– Как там Тьен? – спросила Таисса.

Их с Диром глаза встретились.

Звон осыпающейся стеклянной стены не был слышен никому, кроме них двоих.

Не было никакой стены. Были миллионы зеркал и реальностей, в каждой из которых они держались за руки. Как бы больно это ни было.

Отсвет искры вспыхнул в глазах Дира. Искры, объединившей их троих и хранившей его разум сейчас.

– Всё в порядке, – негромко сказал Дир. – Пока я жив, их с Алисой не тронет никто.

Вернон невесело усмехнулся.

– Не ври себе, парень. Тебя позовут – и ты помчишься по указке Совета спасать мир, жертвовать собой или что там ещё придёт им в головы. И забудешь о сыне.

– Ты неправ, – отозвалась Таисса, не глядя на Вернона. – Этого он не сделает.

Ещё несколько секунд Дир смотрел Таиссе в глаза, и она чувствовала его тепло, тающее на ладонях. Но потом его лицо снова замкнулось, и он наклонил голову, вновь становясь парламентёром и посланцем.

– Требований два, и одно не должно вас удивить, – произнёс Дир. – Наш гость хочет вернуть собственное тело.

– Нет, – одновременно сказали Вик Шин и Рамона.

– Это безоговорочное условие.

Вернон фыркнул.

– Даже я столько не выпью, чтобы согласиться. Отдать вам его тело, чтобы что? Сделать тебе ещё несколько тысяч братишек и сестрёнок?

– Мы не идиоты, Вернон, – устало сказал Дир. – Никто из нас не сошёл с ума.

– Лара вас даже не спросит, – отрезал Вернон. – Она будет делать с телом всё, что заблагорассудится, благо ресурсов у неё достаточно. Тех, кто выступит против, она просто вомнёт в землю. Ты ещё не понял? Она по щелчку пальцев может превратить всю планету в свою лабораторию.

– Или в концентрационный лагерь, – мрачно произнёс Вик Шин.

– Пока нет, – негромко сказал Дир. – И мы этого не допустим.

– Если отдадите тело, выдадите это допущение прямо Ларе в руки, – бросила Рамона. – Мне мало верится, что это существо просто хочет быть похоронено по своим обычаям.

– Но если не дать ему этот шанс, мира не будет, – напомнил Дир. – Всё, что у нас есть, – это доверие.

Таисса потёрла лоб. Как ни странно, для неё обе стороны были правы. И Рамона, точку зрения которой Таисса разделяла полностью, и Дир, который говорил о доверии.

Но как говорить о доверии, когда погибло столько невинных людей? Когда это существо с изощрённой жестокостью захватило чужой разум, и не один, а сотни? Таисса не видела ни малейших признаков, что оно собирается останавливаться.

Но Тёмные и Светлые ещё недавно вели войну за власть, где погибли десятки и сотни тысяч невинных людей. И едва не начали её снова. Если Лара припомнит им это, что они смогут ей возразить?

– Мы готовы пойти навстречу Ларе, – сказала Таисса. – Отчасти. Мы можем позвать новых Светлых, чтобы те устроили похоронную церемонию в соответствии с инопланетными традициями. Или просто охраняли тело и следили, чтобы никто не прикасался к нему.

Она поймала взгляд Вернона, и тот едва заметно кивнул ей.

– Но отдать тело мы не можем. Мы боимся тысяч новых Светлых, – голос Таиссы упал до шёпота. – Я боюсь.

Лео фыркнул.

– Светлые тебя не услышат. Лютер прав, они на стороне этой твари. Пока я не увижу своего отца на свободе, не поверю ни одному слову.

– А если твоего отца отпустят, поверишь? – спросил Дир.

– Не настолько, чтобы отдать вам тело.

Дир с сожалением покачал головой.

– У нас есть сутки, чтобы выполнить требование Лары. У всех нас. После этого…

Таисса похолодела, глядя в его глаза. В них стыла обречённость.

– Что?

– Хочешь узнать, какой город будет следующим?

Нет. Не хотела. Больше всего Таисса хотела зажмуриться и провалиться глубоко под землю, запереться там и остановить время.

Какой город будет следующим?

– Какой город будет следующим? – спросила Таисса и сама не узнала свой голос.

– Лондон.

Лондон. Её дом. Пустынное кафе, где сидела Элен, скамейка Найт, сиреневый сад под ранним снегом, скрипучая лестница в доме, пруд, где они гуляли с Диром, кухня, где Таисса с отцом уплетали шоколадный торт. И люди, люди, люди…

Нет.

– Нет, – твёрдо сказала Таисса. – Нельзя идти на поводу у вымогателей. Это азбучные истины. Нельзя, иначе Лара заберёт всё и потребует ещё.

– Убеждён, жители Лондона поблагодарят тебя за такое решение.

– Достаточно, – веско сказал Вик Шин.

Одно-единственное слово, и все притихли.

– Ты сказал, что требований два. Назови второе. Чего ещё хочет Лара?

Звенящая пауза.

– Она хочет видеть Таиссу. И это требование тоже не обсуждается.

Таиссу словно ударили в лицо лопатой. Она вновь ощутила себя пленницей, висящей над перевёрнутыми столами и опустевшей сценой. Вокруг висят такие же беспомощные люди, потерявшие сознание, а она не может никого спасти, и выхода нет, никакого…

Она сбежала, но это существо требует, чтобы она вернулась. И назад её уже не выпустят.

– Зачем? – только и вырвалось у Таиссы.

– Я тебе скажу зачем, – сквозь зубы сказал Вернон. – И ему тоже.

Он выбросил вперёд руку и в сверхскорости ударил в стол. Тот взорвался облаком щепок. Таисса ахнула, но они не успели разлететься: Вернон тут же накрыл их портативным силовым полем.

Таисса, Вернон и проекция Дира остались под золотистой оболочкой.

– Поговорим? – полным ярости голосом спросил Вернон.

Не дожидаясь ответа, он ударил кулаком в потолок, и они трое взлетели в небо.

Облака расстилались внизу.

Проекция Дира парила в трёх метрах от Таиссы, скрестив руки на груди.

– Вернон, это детское поведение.

– Ты видел, – кипящим от гнева голосом произнёс Вернон. – Ты знаешь. Вы с Александром видели и Ваади, и прочие разумы, которых лучше к чаю не приглашать. Так какого чёрта вы не желаете стереть его с лица земли?

– Вернон, этот разговор…

– Найт, нас кто-нибудь слушает? – резким голосом спросил Вернон.

«А есть разница?» – прочла Таисса насмешливую фразу, вспыхнувшую на экране линка.

Вернон ткнул пальцем в линк.

– Ваш союзничек влезет в любое соединение и любого посадит на цепь. Сегодня он захватил две сотни несчастных гостей, но в итоге заберёт всех вас.

– Лара утверждает, что их отпустят, – ровно проговорил Дир. – И её тоже.

– Она лжёт! – голос Вернона взлетел. – Потому что её больше нет! Кого отпустят? Некого больше отпускать! Это не внушения, Светлый! Это существо копается в её памяти, как ты в бабушкином сундуке!

– У Дира никогда не было бабушки, – тихо сказала Таисса.

– Ты хочешь, чтобы я копался в его семейной истории или взывал к его разуму? – Вернон досадливо тряхнул головой. – Я ору на него, потому что он устроился у инопланетного психопата на побегушках! Твой Светлый собирается отдать ему тебя как очередную куклу, хотя ты единственное оружие, которое сработало против него. Решил похоронить заодно с собой всю планету? Тогда просто падай прямо туда и сэкономь нам время!

Палец Вернона указывал вниз, где сквозь разрывы облаков проглядывал океан.

– Тебя тоже ослепляет страх, Вернон, – произнёс Дир. – Страх и жажда мести. Но ты уже не Принц Пустоты, и ты чувствуешь себя беспомощным, потому что не можешь ни запереть нашего гостя, как ты запихнул в стазис Ваади, ни защитить своих близких.

В глазах Дира была не жалость – сочувствие.

– У меня тоже была няня, – негромко сказал Дир. – Она любила меня под внушением, но я помню, что это такое. Вернон, её не вернёшь. И она не хотела бы мести.

– Заткнись.

Дир покачал головой.

– Не могу. От твоих действий зависят жизни, но тобой управляет страх. И ты боишься не того, что с Таиссой что-то случится. Ты боишься, что она сбежит от тебя. К Ларе, к Светлым, к кому угодно. И после всего, что между вами случилось, я сказал бы, что у тебя есть все основания бояться.

По побледневшему лицу Вернона Таисса поняла, что удар пришёлся прямо в цель.

Был ли Дир прав? Ведь Таисса и впрямь сбежала от Вернона к Светлым. Не потому ли, что подсознательно хотела сбежать? И не хочет ли она сейчас того же самого?

Серое небо. Океан в разрывах облаков.

Лондон под угрозой, тысячи погибших… Нужно думать о них. Не о себе.

– Вернёмся к делу, – резко сказала Таисса, вися в воздухе. – Лара наверняка пообещала вам многое, включая миллионы новых Светлых, и многие из Совета захотят согласиться, не так ли? Дир, ты понимаешь, что этим вы можете уничтожить человечество?

Дир повернулся к ней. В его глазах были усталость и печаль.

– Я надеялся, – негромко сказал он, – что об этом Ларе расскажешь ты.

Вернон вдруг ярко, театрально застонал.

– Проклятье, – хрипло сказал он, обхватывая голову руками. – Я снова это чувствую!

Таисса в испуге обернулась к нему.

– Что?

– Воронки! Но в этот раз… три… пять… нет, их ещё больше… я не успеваю… не успею! – Его глаза были широко распахнуты. – Это существо прорвало ткань реальности! Нью-Йорк вот-вот засосёт внутрь!

Глаза Дира расширились.

– Вернон, ты серьёзно?

– Нет, это был блеф! – рявкнул Вернон так, что Таисса отшатнулась. – Нет никаких воронок, это мои дурацкие ощущения! Один раз нашёл безделушку, и то она валялась там давным-давно!

На одну секунду их с Таиссой взгляды встретились, и Таисса вспомнила, как они оба смотрели на кольцо, лежащее на приборной доске.

– Я вру! – яростно продолжил Вернон. – Но какого чёрта? Ты близко не предполагаешь самого худшего! Вы не уничтожили чёртов бункер – и вот оно! Хлоя ещё позавчера штамповала себе новых Светлых, и никто даже пальцем не пошевелил, чтобы разогнать охрану и сжечь её лаборатории со всей начинкой! Я сам оказался идиотом! Всё, на что меня хватило, – отправиться к ней пограбить!

– Ты защищаешь Хлою.

– Защищаю, – огрызнулся Вернон. – А ты на моём месте не защищал бы? И вообще, шёл бы ты лесом… Светлый. Покорми вон сынишку с ложечки.

Во взгляде Дира мелькнуло что-то. Скорее боль, чем нежность.

– Давайте вернёмся, – произнёс он. – Думаю, мы сказали друг другу достаточно.

Едва они приземлились в конференц-зале, Рамона тут же шагнула вперёд.

– Я уже обсудила меры безопасности для Таиссы, – произнесла она. – Приемлемо. Всё зависит от неё.

Все взгляды устремились на Таиссу. Если она скажет, что хочет нырнуть под одеяло с головой и скорее прыгнет в глубокий космос, чем отправится обратно под взгляд нечеловеческих глаз, её никто не поймёт. Точнее, поймут-то её все, но…

Таисса глубоко вздохнула. Ей нельзя быть трусихой. В конце концов, даже Лара, кем бы она сейчас ни была, чувствует страх, боль и одиночество. Может быть, она всё-таки захочет вспомнить и о сострадании?

– Завтра, – решительно сказала Таисса. – Я встречусь с Ларой завтра. Место и время выберете вы.

Дир покачал головой.

– Завтрашний день вряд ли её устроит. Сегодня…

– «Сегодня» наша дорогая новая Светлая может полюбоваться на разрушенные небоскрёбы и тела среди обломков, – отрезал Вернон. – Сутки перемирия – это самое малое, что мы вообще можем потребовать. И вообще, Пирс не должна…

– Должна, – тихо сказала Таисса. – Это я разозлила её прошлой ночью.

Ей очень хотелось отдохнуть. Хотя бы пару часов. Таисса с тоской посмотрела на выход. Может быть, где-нибудь есть тихая спальня, где найдётся одеяло?

Их с Диром взгляды встретились, и невидимое стекло под пальцами Таиссы вновь заледенело. Стена, которую появление новых Светлых сделало лишь толще. Разобьётся ли это стекло хоть когда-нибудь?

– Мне пора, – произнёс Дир. – Место и время обсудим чуть позже. Только… ещё одна вещь.

– Под каким соусом её будут жрать? – съязвил Вернон. – Очень важный вопрос, я уверен.

– Хлоя.

Повисла тишина. Имя зазвенело в воздухе, отзываясь неслышным эхом.

– Пока Лара не высказала никаких мыслей на её счёт, – сказал Дир, не отрывая взгляда от Вернона. – Никаких требований. Но…

Дир не договорил. Все и так его поняли.

Лара, угрожающая всему земному шару, не забыла ни Хлое, ни Харону их преступлений. И даже если бывшие Тёмные согласятся укрыть Хлою, вряд ли эта защита продержится долго.

– Прощайте, – негромко сказал Дир. – Прощай, Найт.

И исчез.