Глава 5

Они стояли на берегу моря.

Песчаные дюны остались за спиной, как и схлопнувшийся бункер. Дир провёл детонацию удалённо, лишь покачав головой в ответ на: «Уверен, что дедуля не заныкал в углу что-нибудь интересненькое?»

– Итак, Харон спёр мёртвого инопланетянина, – беспечно сказала Таисса, стоя между Верноном и Диром. – Какой у нас план? Поймать первого и сжечь второго? Или наоборот? Как будем с этим разбираться, вместе или по отдельности?

Она заметила, как переглянулись Вернон и Дир.

– Эй, вы же не будете драться прямо здесь? – Таисса повысила голос. – Мы же все лучшие друзья, да? Хотя, – она похлопала себя по бедру, где висел кинжал-инструмент, – лопатка у меня всегда с собой.

– Харон будет искать лабораторию, которая сможет использовать инопланетный геном, – заметил Дир, глядя на горизонт. – К нам, разумеется, он не обратится.

Таисса фыркнула.

– Мягко сказано. Харон в нашу сторону даже не посмотрит.

– То есть вам нужны мои ресурсы и связи, чтобы найти Харона через эту лабораторию, – констатировал Вернон. – Предлагаешь перемирие и совместные поиски?

– Да.

Таисса переводила взгляд с Вернона на Дира. Если они это серьёзно, то ей придётся играть роль самозванки, но уже не среди Светлых, а дома. Удастся ли ей?

– Меня с собой возьмут, надеюсь? – уточнила она. – Я умею делать жалобные глазки и рассказывать миру, что бесконтрольные генетические модификации – это плохо.

– Этим мы как раз и займёмся, – произнёс Дир, хмурясь. – Нам нужно тихо провести проверки во всех частных лабораториях. Совет вскоре инициирует более жёсткий контроль за ними. Если мы не найдём лабораторию, куда обратится Харон, то хотя бы затрудним ему доступ. Вернон, надеюсь, ты к нам присоединишься.

Таисса вдруг увидела две точки на горизонте. Два белых силуэта, с разных сторон приближающихся к ним.

– Транспорт? – спросила она.

– Наш, – кивнул в ответ Дир. – И Вернона, я полагаю. Поскольку мне предстоят длительные консультации с Советом, я предлагаю отправиться в Нью-Йорк поодиночке.

Воздух дрожал от жары, солнце пекло голову, но Таиссу охватил озноб. Она знала, о чём её спросят дальше.

Две яхты. И только одна Таисса.

– С кем ты предпочла бы отправиться? – негромко спросил Дир. – Ты работаешь на Совет, но будет естественнее, если ты вернёшься домой с Верноном. Нам нужно показать, что ты настоящая Таисса Пирс, в конце концов.

Таисса бросила вопросительный взгляд на Вернона.

– Настоящая Таисса Пирс? И он готов это подтвердить?

Вернон кивнул.

– Зная, кто я такая? Зная, что я стреляла в Эйвена Пирса? – Таисса прищурилась. – Тёмный, в чём твоя выгода?

– Ресурс, – коротко сказал Вернон. – Светлый к тебе привязан, так что, пока ты рядом, ты смягчающий фактор для нашего взаимодействия.

– Ну-ну, – язвительно отозвалась Таисса. – Надейтесь. Я-то полагаю, в моём присутствии вы гораздо скорее набьёте друг другу морду, но как скажете.

Дир едва заметно улыбнулся и покачал головой.

– Кажется, я начинаю привыкать к твоему самомнению.

– Ещё бы, Светлячок. – Таисса одарила его ослепительной улыбкой. – Ты меня никогда не забудешь.

Вернон повернулся к морю.

– Итак, – прохладно произнёс он, глядя на две приближающиеся яхты. Одна из них выглядела куда роскошнее, и Таисса подозревала, что знает, кому эта яхта принадлежит. – В каком составе мы отправляемся?

Он не глядел на Таиссу. А вот Дир – да.

Самозванка, работающая на Совет, могла сделать только один выбор.

Отправиться с Верноном Лютером. Втереться в доверие, приглядываться к каждой детали, впитывать информацию.

Но Таисса работала не на Совет, и шпионить ей стоило за Диром.

Где ей место? И чего хочет она сама?

– Полагаю, – с сарказмом самозванки бросила Таисса, – отдельную яхту мне не дадут.

– Могу прислать, – небрежно бросил Вернон. – Но тебе придётся покуковать на берегу пару дней.

Таисса фыркнула.

И замерла, увидев название первой яхты.

– Нет, ты точно издеваешься, – вырвалось у неё.

«Таис».

Четыре буквы, выведенные на носу узкой белой яхты с простым силуэтом, идущей к берегу на полной скорости.

– Совет позволил тебе такую бессовестную романтику, Светлячок? – поинтересовалась Таисса у Дира. – Это же не твоя яхта!

– Не моя, – отозвался Дир. – Но когда я стал единоличным диктатором Совета, никто не помешал мне назвать её так. А потом, когда я вернул себе ауру, о названии уже забыли.

– Логично, – хмыкнул Вернон, бросив острый взгляд на Таиссу. – Жаль, виновница так и не узнала.

– Таисса сбежала от меня, когда я стал неудачливым повелителем мира, – отозвался Дир. – Думаю, ей вряд ли понравилась бы прогулка со мной на яхте – тогда.

– Ты был грозным парнем, – кивнул Вернон рассеянно. – Жаль, профукал это всё.

Роскошная белоснежная яхта, куда более внушительная, чем прежняя парусная яхта, принадлежащая Вернону, приближалась к ним с другой стороны.

Яхта Вернона. И словно в пику, называлась она…

«Л.»

– Это та самая яхта? – спокойно поинтересовался Дир. Он, в отличие Таиссы, не щурился, словно его вообще не беспокоило солнце. – Главная героиня светских хроник последнего времени, насколько я помню.

Вернон ухмыльнулся.

– Волнуешься, отмыл ли я палубу после последней вечеринки?

Таисса моргнула. Светские хроники? Вечеринки? Она пару раз видела Вернона с полураздетыми девицами раньше, но…

– Горячие ночи в Атлантике, – протянул Вернон. – Неплохой способ развеяться. Я забыл, как это развлекает.

– Даёт забыться, ты хочешь сказать, – произнёс Дир негромко. – Без Таиссы.

– Жизнь не заканчивается, – с философским видом пожал плечами Вернон. – Кроме моей, естественно. Но это не повод отказывать себе в удовольствиях.

Значит, светская хроника не врала. Вернон коротал ночи с другими девушками. Таисса с усилием подавила в себе все эмоции. Самозванке было бы плевать, крутил интрижки Вернон или нет. Напротив, её бы это обрадовало: проникнуть в постель к нему теперь станет гораздо легче, а с внешностью Таиссы Пирс она вытеснит оттуда всех претенденток.

– Жаль, меня на твоей яхте не было, – протянула Таисса. – Я бы показала тебе класс.

– Ещё не поздно.

Их взгляды встретились на мгновение.

Не поздно. Много чего не поздно. Например, уехать с Верноном, забыть о поисках Источника и провести эти месяцы вместе, только он и она.

…И натыкаться на чужие лифчики под подушками дивана. И помнить, что Дир знает об обмане. И каждую ночь – вспоминать ту, первую.

И ждать боли. Которая наступит слишком скоро.

Таисса отвела взгляд. Кажется, даже поиски Источника под чужой личиной не так болезненны, как эта солнечная морская мечта.

Она молча глядела на приближающиеся яхты. Одна из них была названа в её честь, вторая – в память об их с Верноном ночных разговорах. Но принесло ли это им счастье?

Может быть, ей стоило поступить, как Элен? Уйти и оставить их двоих в покое?

«Нет», – тихо ответил внутренний голос. Не тогда, когда у Вернона осталось так мало времени, а Дир и Совет верным путём шли к катастрофе.

Таисса сделала глубокий вдох.

И приняла единственно верное решение.

– Светлячок, – позвала Таисса. – Я отправляюсь с тобой.

Дир поднял бровь. В его лице было лишь лёгкое удивление, но Таисса, знавшая его, прочла в его глазах…

Нет, не счастье, не облегчение и не чувство победы. Просто он был рад ей.

– Могу ли я спросить почему? – негромко спросил он.

– Потому что пора играть Таиссу Пирс по полной программе, – вздохнула Таисса тяжело. – Не хочу становиться этой занудой, но дело есть дело. – Она бросила острый взгляд на Вернона. – С Лютером я всё время буду собой, потому что он-то знает, кто я. А моя игра его, видите ли, раздражает.

Она выразилась совершенно прозрачно.«Вернон, рядом с тобой я буду Таиссой Пирс, а мы не можем себе этого позволить».

Таисса обернулась к Вернону, и, ухмыльнувшись ему, подмигнула со значением.

– Понял, Л.? Пофлиртуем в Нью-Йорке.

Не говоря ни слова, Вернон оттолкнулся от песка и взлетел.

– Эй, спасибо, что спас! – крикнула Таисса ему вслед. – И не за что тебе просить прощения, лучше в следующий раз бери взрывчатки поменьше!

Если Дир не заподозрит ничего после этих слов, значит, ей крупно повезло. Но промолчать после короткого«прости»от Вернона Таисса не могла.

«Тебе не за что просить прощения».

В том, что произошло между ними, была боль. Но Вернон давно стал частью Таиссы.

Частью, от которой Таисса отказываться не собиралась.