Глава 16

Глава 16

Игнат с жадностью опустошил стакан с виски, и дернул пальцами галстучный узел, пытаясь расслабить удавку на шее. Что – то не вяжется. Он взял со стола мобильник, и спустя всего один долгий гудок, услышал голос Жилатье.

- Ты что творишь?- прорычал Разумов.

- Это не я.- спокойно ответил Решала.- Тоже видел по телевизору. Не ссы, никто не отследит твоей связи с бабой. Я подчистил хвосты. Бабу шлепнул залетный какой –то. Скорее всего нашла себе трахаря, привела домой. Так бывает, братан.

- Не бывает, твою мать,- Игнат с трудом сдержал рвущийся из груди крик.- На девку тоже совершили покушение. Ты думаешь, что такие совпадения возможны? Кто – то планомерно уничтожает всех, кто так или иначе связан с Райским. Выясни, кто.

- Это будет затратно,- алчно потянул бандит.- Ах, да, забыл сказать. Я сделал ДНК анализ мадам, Лизы Вяземской и Аркаши. Вот, проявил самодеятельность. Результат тебя поразит, брателло. Но это не телефонный разговор. Завтра жду тебя, кум Гнат, в забегаловке с очаровательным названием «Ромашка». И не опаздывай. Это в твоих интересах.

- Игнат, что произошло,- голос Руслана прозвучал, как пистолетный выстрел. Жилатье давно отключился, а Разумов до сих пор сидел прижав мобильник к уху. То, каким тоном решала позволил себе говорить с ним, Игнату совсем не понравилось. И судя по тону, информация, которую нарыл бандит – настоящая бомба.

- Я не знаю, Рус. Я уже ничего не знаю черт побери,- зарычал он, сжав толстостенный стакан с такой силой, что тот лопнул в его руке. Игнат удивленно посмотрел на глубокие порезы на коже. Боль слегка отрезвила, привела в чувство.

- Тебе ее жалко, ведь так? – губы Руслана искривились в уродливой ухмылке.- Как хоть зовут девку.

- Рая,- поморщился Игнат, зло выплевывая слова - у нее идиотское имя. И сама она идиотка.

- Смешно. Я давно не видел у тебя столько эмоций, братишка.

- Я ее ненавижу.

- Нет, Игнат,- улыбка на лице Руслана, словно прилипла. Больше всего сейчас Игнату хотелось ее стереть, просто смазать по испещренной шрамами физиономии брата. Рус читал его, как раскрытую книгу, вытягивая на свет то, что он так усиленно прятал в своей душе. – Ты по уши втрескался в фальшивую Лизу, и боишься себе в этом признаться. Скажи, я ведь прав?

- Да пошел ты,- сквозь зубы процедил Игнат,- тоже мне душевед. Ты в себе покопайся. Что, думал я не знал, что ты покрывал отца и ту шлюху, из-за которых мы сейчас в жопе. Солдат любви, мать твою. Только вот я тебе не позволю лезть в мою душу своими искалеченными руками.

- Она тебя погубит, брат. Я это чувствую,- Игнат удовлетворенно отметил, что улыбка сползла с изуродованного лица. Простить? Нет, он так и не научился прощать. И предательство брата его ранило даже больше чем он мог представить. Руслан всю жизнь был для него самым важным человеком. С тех пор как умерла мать, он чувствовал ответственность, лежащую на его плечах. Мама сгорела от рака за три месяца, и никакие деньги не смогли ее спасти. А потом отец сошел с ума. Жена Аркадия стала катастрофой. Что он увидел в ней, Игнат так и не смог понять. Очнулся, когда уже было поздно. Да и что мог сделать подросток, с пылающим вулканом любви двух взрослых людей. Он не заметил, когда Руслан стал настолько близок к отцу, стал Купидончиком. Он настоящий сын своего отца, потом украл Лизу. Просто, словно играя. И этого предательства Игнат так и не смог ему простить

- Ты, не лезь в мою жизнь. Ванга блин, — нехорошо ухмыльнулся Игнат, глядя на брата. Нет, он больше не чувствовал ненависти к брату. Скорее горькое разочарование и жалость, которую так ненавидит Рус. – И только попробуй вмешаться.

*****

Я не смогла заснуть. Притворилась, когда Игнат склонился надо мной, чтобы убедиться, что я наконец - то отбыла в царство Морфея. Едва дождалась, когда стихнут его шаги в коридоре и вскочила с кровати, едва не упав. Дорогой ноутбук замерцал экраном. Господи, только бы не был запаролен. Забиваю в поисковик имя женщины. Память не подвела. На экране все то же лицо, что я видела совсем недавно по телевизору. Она красива, и я ее помню. В памяти наконец всплывает перекошенное яростью лицо матери. Моей биологической родительницы. Информации очень мало. Все то, что написано, я слышала сегодня в новостях. Ее зовут Ольга Райская. Фамилия совсем не соответствует жизни. В ее душе было столько демонов, которым закрыт вход в эдемский сад. Я тихонько хихикаю своим мыслям. Пытаюсь найти еще хоть немного инормации, но натыкаюсь на стену. Ничего нет: ни профилей в соцсетях, ни чего – то, что могло бы пролить свет, на ее жизнь. Словно и не было человека. Вакуум. Я уже собираюсь выключить ноутбук, едва не плача от разочарования, когда натыкаюсь на небольшую статью о жертвах сексуального насилия. Не знаю, что меня в ней заинтересовывает, но перехожу по ссылке. Это она. Со старого газетного снимка на меня смотрит Ольга Райская. Ее трудно узнать в этой молодой женщине, почти девчонке, с запуганными мутными глазами.

- Ты что делаешь? – вздрагиваю от испуга. Аркадий стоит за моей спиной, и внимательно смотрит на экран. Я так увлеклась, что даже не заметила, как он вошел. Это становится дурной традицией. Бесцеремонность, с которой проникают в комнату мужчины этого дома, граничит с наглостью. «Надо научиться запирать дверь» - думаю я, захлопывая крышку ноутбука. – Где ты взяла фото этой женщины? И почему тебя она так заинтересовала?

- Пап, я просто увидела репортаж по телевизору сегодня. Несчастную убили в собственной квартире. И меня почему – то заинтересовала эта история,- глупо улыбаюсь я, надеясь, что Аркадий поверит, что это всего лишь праздное любопытство. Наблюдаю, как расслабляются мускулы на закаменевшем лице старика.

- Тебе нужны положительные эмоции,- наконец говорит отец. Я впервые вижу улыбку на всегда сжатых губах Аркадия,- девочка моя, ты столько пережила. Я думаю, что беременность пойдет тебе на пользу. Игнат сказал вы были в мед центре.

- Были,- говорю, надув губки. Отец доволен мной, я вижу. Щурится как кот. – Знаешь, пап, я думаю, что мы с Игнатом сами справимся с этим вопросом. Хотя, ты знаешь мое мнение. Я не хочу детей. Эти вечно сопливые, визжащие существа в мои планы не входили.

Говорю, и чувствую отторжение к себе. Но делаю то, что удовлетворит отца. И ему я сейчасашняя, судя по всему, очень по душе. Он узнает свою дочь.

- А почему ты спросил о той бабе? – вопрос слетает с губ сам. Реакция отца на погибшую женщину кажется мне очень интересной. Когда он смотрел на фото, я заметила испуг во всегда острых, злых глазах. – Ты ее знал?

- Нет,- слишком поспешно отвечает Аркадий. Лжет. Надо посмотреть информацию о моем родителе. Думаю в сети о нем будет больше известий. Мне почему то кажется, где то на уровне подсознания, что я найду тоненькую ниточку, связующее звено.- Просто она похожа на мою дальнюю знакомую, которая давно умерла.

- Она похожа на мою мать,- говорю, с интересом наблюдая, как дергается отец.- Ведь так?

- Пойдем,- отец встает с кресла и протягивает мне руку,- я давно должен был это сделать. Может быть ты вспомнишь.

Иду за тяжело шагающим отцом, как собачка на поводке. Он толкает дверь своей спальни, в которой я еще никогда не была, я это точно знаю. Замираю на пороге, задохнувшись от восхищения. Рассматриваю уносящиеся к высокому потолку книжные полки из дорогого дерева, которыми закрыты все стены. В центре кресло качалка. Кровать, стоящую в самом дальнем углу огромного помещения даже не видно. Провожу пальцем по корешкам книг, замерев от восторга.

- Лиза, аккуратно, недовольно говорит отец,- некоторые издания на этой полке бесценны.

- Прости,- мне правда неудобно. Поражает ревностность, с которой папа смотрит за моими движениями.

- Вот, садись и смотри,- мне в руки ложится тяжелый фотоальбом. Ну, конечно. Как же я сама не догадалась. Ведь это архив моей жизни. Замершие моменты, запечатленные на бумаге.

- Это твоя мать,- в голосе отца нет боли, он смотрит на отпечаток женщины, подарившей жизнь его дочери с плохо скрываемой ненавистью.

Я рассматриваю красивую, но какую – то измученную женщину, девочку на ее руках, и не чувствую к ней ничего. Никаких эмоций. Не так, как к той, которую нашли сегодня убитой.

- Ты ее не любила, Лиза,- ухмыляется отец.- И не скучала по ней.

- А я вообще, кого нибудь любила в своей жизни,- спрашиваю горько, зная, какой ответ услышу.

- Да, детка. Любила.- Ухмыляется Аркадий, махнув рукой на большое зеркало в узорчатой раме.- Ты всю жизнь любила только себя. И мне очень нравится эта твоя черта. Кровь не водица, Лиза.

- А как же Руслан?

- Руслан очередная пешка. Ты добилась своего. Растоптала Разумовых. Ведь это благодаря тебе вскрылась связь твоей матери и отца Игната. Руслан сдал любовничков с потрохами, поддавшись на твои чары. Ты привела меня к развратникам. Ты помнишь, почему Руслан стал инвалидом?

- Нет,- хриплю я, глядя в горящие адским пламенем глаза старика.

- Игнат пытался остановить вас. Уберечь влюбленных голубков от разоблачения. Ты умница, детка. Все сделала правильно.

- Мама покончила с собой. Я виновата. Я,- горло сжимает колючий обруч. Становится понятна ненависть Игната. Я разрушила столько жизней, только ради собственного удовлетворения. Интересно, какие цели я преследовала.

- Ну, виновата эта шлюха сама. Ты только ускорила развязку. А знаешь для чего?

Я молчу. Не знаю, но чувствую, что причина мне не понравится.