Глава 28

Змея вздрогнула, повела хвостом и это дало мне надежду. Я снова закричала – сотрясая весь этот загадочный, эфемерный мир.

«Проснись, пожалуйста, помоги мне…»

Ошпарившая мою щеку пощечина чуть не выбила меня из внутреннего мира в наружный. Вероятно, меня пытались привести в чувство, вывести из транса. Я стиснула зубы, снова сконцентрировалась, возвращаясь туда, куда нужно было…

Черная змея уже вовсю шевелилась, хвост вился, закручиваясь кольцом и снова с силой раскручиваясь, выбрасываясь вперед – словно змее снилось будто она не змея, а ковбой, забрасывающий лассо.    

Она пытается поймать меня – догадалась я. И снова принялась звать существо, умолять помочь мне, умоляя спасти...

Чужая рука вдруг залезла ко мне под юбку, грубо сжимая ягодицу.

– Отпусти! – завизжала я уже нормальным голосом, отбиваясь и выкручиваясь.

– Я же говорил, она притворяется! – захохотал кто-то рядом со мной. – мы ее быстро приведем в чувство!

И тут случилось сразу же несколько вещей.

Всё еще слепая, я засадила кому-то куда-то кулаком и, судя по болезненному вскрику, попала. В ответ меня бросили – буквально отшвырнули от себя, причем с такой силой, что я отлетела по воздуху и врезалась спиной в противоположную стену.

Во-вторых, черная змея, наконец, проснулась и бросилась мне на помощь! Молнией переметнувшись через стол, она остановилась на мгновение напротив, пожирая меня черными, бездонными, засасывающими куда-то вглубь и вдруг сделала выпад вперед – такой быстрый, что я почти не заметила движения. И только спустя пару секунд поняла, что тварь укусила меня! Ужалила в предплечье, оставив на коже две небольшие, зудящие ранки от клыков!

И тут же развернулась на хвосте и с ужасным шипением бросилась на официанта, пригвожденного к полу. Настигла, схватила клыкастой раскрытой пастью за горло и повалила несчастного на пол.

А в-третьих… в третьих, я вдруг поняла, что вижу все эти чудеса… ВЖИВУЮ!

ФИЗИЧЕСКИ!

НА САМОМ ДЕЛЕ!    

Вдруг это стало важнее всего, что происходило до сих пор. Я снова вижу! ВИЖУ!

– Демьян, я могу видеть! – восторженно заорала, зажмуриваясь и снова открывая глаза. – Ударилась головой, наверно…

Я замолчала на полуслове, понимая, что обращаюсь к пустому месту. За столом никого не было. Но ведь я только что цеплялась за ногу моего ректора – спящего и уронившего голову на стол! Где же он?

Из прохода между столами донеслись жуткие, хрипящие и шипящие звуки.

Все еще не в состоянии поверить, что снова прозрела, я поползла на этот звук, пытаясь сложить в голове исчезнувшего Демьяна, появившуюся из внутреннего мира огромную змею и… этот звук.

Не получалось.

– Демьян… – прошептала, замедляя свой ход, по мере того, как мне открывалась ужасная картина – низвергнутый на пол мужчина, весь оплетенный длинным змеиным телом, хрипящий и корчащийся.

Это выглядело как съемка сцены из фильма «Анаконда», а не как что-то из реальной, повседневной жизни. И тем не менее, это происходило – на моих вновь прозревших глазах. 

Он обратился! – вдруг поняла я. Как те женщины-птицы из кафетерия, он обратился, приняв форму своего внутреннего зверя!

Все стало на свои места. Змей не был чем-то эфемерным, метафизическим, символизирующим душу моего ректора. Это и была его истинная, боевая форма, которую я просто сумела разглядеть под человеческой личиной…

Боже, как удивителен мир, в который я попала!

Чуть пошатываясь, я встала на ноги, подошла ближе к переплетшимся человеку и «Анаконде» на полу.

– Может… оставим его в живых? – осторожно спросила, неуверенная, что в этой форме меня понимают. – Надо же узнать, кто их послал…

Оглянулась, завертела головой в поисках того, второго, явно более важного… Эх… сбежал «Петр Семеныч»… сбежал, гад.

– Демьян! – уже более решительно позвала, понимая, что да – этот завравшийся, подлый майр – наш единственный шанс. Иначе можем всю жизнь искать моего несостоявшегося похитителя.

А пока не найдем, я буду чувствовать его руку у себя под юбкой.

Это было удивительно в своей архаичности, но я абсолютно точно знала, что в Сокрытом мире подобную мерзость можно смыть только кровью.  

Официант начал терять сознание, захрипел предсмертно, забился, и мне пришлось дернуть змея за хвост, что почему-то показалось мне очень неприличным жестом. Но действенным. Отчаянно зашипев, змей отпустил почти задушенного человека и обернулся ко мне всей верхней половиной туловища.

«ЧТО ТЕБЕ?!» – говорил его красноречивый, бушующий взгляд.

Я чуть отодвинулась, делая шаг назад. На всякий случай.

– Ты… меня понимаешь, да?

Змей презрительно фыркнул, оскалился и прошипел что-то в ответ.

Я слегка закатила глаза – точно Демьян! Шипит, скалится, истекает ядом… еще придушить меня осталось – тогда точно признаю!

– Прошу прощения, ваша кровожадность, но увы – это не главный враг. Главного ты не видел – он сбежал еще до того, как у меня получилось тебя… вызвать. Так что не стоит терять на этого официантишку время – лучше прихватить его с нами и допросить как следует. Понимаешь?

Змей метнулся ко мне, в одно мгновение оплелся вокруг всего моего тела и завис головой напротив моей – так близко, что мне пришлось сузить глаза к переносице, чтобы сфокусироваться.

«Когда я дал тебе повод усомниться в своих умственных способностях?» – раздалось прямо у меня голове – в самом мозгу! На мгновение мне даже показалось, что это мои мысли, что это я сошла с ума и разговариваю сама с собой.

И вдруг ахнула, догадавшись, что змей разговаривает со мной – мысленно!  

– Эээ… ммм… – замычала, зажмурилась, пытаясь ответить также, мысленно, но быстро поняла что формировать мысли в понятные предложения еще надо уметь. Плюнула и ответила по нормальному – голосом.

– Я не сомневаюсь… просто… просто… это так странно. Ты ведь – ну… как бы… животное.

Его глаза расширились, словно он и сам удивлялся сему факту – да, получается, животное. Ну не поразительно ли? Ничего не ответив, молча смотрел на меня, чуть покачивая своей огромной плоской головой…

Вдруг какое-то движение привлекло мое внимание – что-то метнулось на периферии вновь обретенного зрения.  

– Официант убегает! – вскрикнула, вытягивая руку вперед.

Не оборачиваясь, почти не шевелясь верхней (или передней?) половиной туловища, змей выбросил хвост и словил стремительно уползающего официанта за ногу. Я слегка прыснула со смеху, заметив на толстоватой заднице мужчины расползающееся мокрое пятно – все-таки мокрые штаны сегодня имели место быть. И тут же сморщила нос – а вдруг не только мокрые? Только этого нам в машине и не хватало. Вонять ведь будет даже из багажника!

«Я смотрю, яд подействовал на тебя благотворно…» – снова вклинился в мои мысли Демьян, продолжая, как ни в чем не бывало держать за ногу обоссавшегося официанта. Даже приподнял его немного – вероятно, чтобы сделать позу максимально неудобной и унизительной.

– Какой яд? – не поняла я. Вроде я как раз ядов не нюхала.

«Мой… Ты излечилассссь… Снова видишь… Это хорошо…»

– О… – я нахмурилась. – Так поэтому ты меня укусил? Я думала, просто разозлился… Хоть и не поняла, за что.

«Разозлилсссся? Конечно нет… Мне не за что на тебя злиться… Ты прекрасно справляешшшься, моя ашшштар… Хоть человек во мне еще этого не понимает…»

Опять это слово! Я уже открыла было рот – спросить, что оно означает, но тут за окном послышались сирены полицейских машин, в залу ресторана стали заглядывать один за другим испуганные официанты, и стало не до этого.

– Надо уходить.

«Да… Прихватим нашего друга с собой…»

– Но… как? Как мы вообще выйдем отсюда?

«Иллюзия… Следуй за мной… Но держись блиссско…»

Приказать держаться «блиссско» явно было легче, чем сделать – непонятно было каким образом я должна была шагать рядом со всё время меняющим свое положение змеем, стелящимся по полу то справа, то слева, да еще и тащащим столь тяжелую ношу в хвосте. Однако я старалась, потому что очень скоро стало понятно – нас действительно никто не видит! Не меня, ни Демьяна, ни даже официанта, который изо всех сил пытался привлечь к себе внимание!

Но это еще были цветочки! Спустившись на лифте на первый этаж, мы просто утонули в гуще возбужденной толпы, возбужденной, обсуждающей происшествие – полицейские, жильцы из гостиницы под рестораном, все те же официанты – все галдели, размахивали руками, о чем-то спорили…

Я в ужасе остановилась на выходе из лифта, уверенная, что вот-вот нас увидят, схватят, арестуют – ведь наверняка же не просто так вызвали полицию…

«Не отставай…» – прошелестел змей, протаскивая мимо меня нашего пленника.   

Я опомнилась и стремглав нырнула в полупрозрачный тоннель, возникший прямо из воздуха, огибающий и аккуратно раздвигающий в стороны толпу.

Тоннель скрывал нас и от глаз, и от ушей, делая невидимыми и позволяя беспрепятственно миновать фойе гостиницы.

Уже на улице, тоннель превратился в удлиненный кокон и катился вместе с нами по асфальту до самой машины. Только там я вдруг поняла, что официант, чуть не отравивший нас, давно потерял сознание! Оставалось надеяться, что не умер.

Не то что мне было бы его сильно жалко… Но как мы тогда найдем того, второго – главного, если неглавный умрет!

В ресторан мы с Демьяном приехали сами, без охраны, оставив машину на открытой стоянке позади здания. Народу здесь не было – вероятно все были там, в фойе, где происходило всё самое интересное…

Но где же мы возьмем ключи?! Ведь они должны быть в кармане пиджака Демьяна. А где тот пиджак? Да и кто поведет? Не хвостом же он рулить будет?

Открылся багажник, все еще бессознательный официант полетел туда, на самое дно, а с другой стороны машины полыхнуло и заискрилось, будто шаровая молния пробежалась по длинному змеиному телу.

Я зажмурилась – на всякий случай, чтоб снова не ослепнуть. А когда опять открыла глаза… увидела моего ректора в человеческой форме!

– Садись… – прохрипел Демьян, тяжело опираясь обеими руками о капот.

Когда он успел обратиться?! И как это произошло?! Я с изумлением оглядывала его – растрепанного, покрытого змеиным узором и полностью, до самого галстука, одетого.

Удивительно… Разве оборотни не рвут одежду, когда меняются, оборачиваясь в животную форму?

Почему-то этот вопрос заботил меня очень сильно.

– Садись, – повторил Демьян. – Мне надо выпить.

Не понимая, какая тут связь, я села, открыв дверцу с другой стороны.

Ах вот оно что… На колени мне упала крышка бардачка, блеснула в мерцающей подсветке небольшая, плоская бутылка.

– Пьяные поедем? – фальшиво-радостным голосом спросила я.

– Да я глоток… – пробормотал он, не глядя отвинчивая крышечку и присасываясь к бутылке одним долгим, шумным глотком.  Отлепился, так же не поворачивая головы, отдал бутылку, предоставляя мне самой спрятать ее обратно в бардачок. А когда передавал, я заметила, как сильно дрожит его рука.

– Что… что случилось?

Его нервическое состояние передалось и мне – пальцы мои тоже задрожали вокруг бутылки, позвякивая дорогим кольцом, которое мне надели на палец для похода ресторан.  

Он выдохнул.

– Я просто хочу знать… То, что сейчас произошло – я ведь не сошел с ума, правда? Ты тоже это видела?

Мои брови поднялись высоко-высоко.

– Что ты имеешь в виду?

– Мое… обращение. Я… превратился в змею, не так ли? Я был… змеей?

– Эмм… ну, да. Здоровенной такой, черной змеей – почти как удав, – я все еще не могла понять, отчего он выглядит таким потрясенным. – У вас ведь все обращаются в кого-нибудь… И я совсем не удивилась, когда ты принял свою животную форму… Что здесь такого, из-за чего ты решил напиться, да еще и за рулем…

Я осеклась под его ненормальным, ошалевшим, широко расширенным взглядом.

– Что здесь удивительного, ты спрашиваешь? Ну, как минимум то, что у змееподобных НЕТ животной формы. Мы меняем цвет глаз, цвет кожи… управляем иллюзиями… некоторые управляют огнем… Василиски могут убить одним лишь взглядом… Аспиды владеют водной стихией и отравляют ядом слюны… Но мы… со времен первых драконов… никто и никогда не становился в нашем роду настоящим змеем! – его голос упал до жуткого, громкого шепота, от которого мурашки побежали по коже. – Мы… не оборотни, Елена. Понимаешь?