Глава 2

Они не успели договорить, дверь кабинета распахнулась.

Без объявления войны…

Вздрогнув, Тесса обернулась на звук. И сразу все поняла.

Гость.

Тот самый.

О котором говорила сестра.

Первая мысль, которая пронзила мозг Тессы, — такими лощеными из тюрьмы не выходят. Или где он был.

Вторая была что-то про животный магнетизм и природную агрессию, исходящую от некоторых индивидов мужского пола.

Остальное — смазано.

Кабинет заполнился мужчинами.

Сам Варанов — имени его Тесса не знала, слышала сто процентов, но не запомнила за ненадобностью — и телохранитель. Возможно, кто-то был еще. Тесса не удивилась бы, узнай, что они закрыли галерею.

Чтобы никто, ни одна душа не могла помешать серьезному разговору. А то, что разговор будет серьезным, не вызывало сомнений.

У Тессы возникло ощущение, что она попала в какой-то криминальный триллер.

И ей очень хотелось, чтобы он завершился, не успев начать.

— Ива.

Варанову хватило одного слова, чтобы сестру прорвало.

— Елисей, прости меня, пожалуйста. Бес попутал. Дурная я баба и…

Он оказался в одночасье рядом с Ивой, навис.

На его широкой спине рубашка натянулась. Одно неосторожное, опрометчивое движение — и ткань треснет.

— Ты решила поиграть со мной? А, Ива? Решила проверить, насколько далеко можешь зайти? Ты всерьез решила, что номер с подделкой прокатил?

Ива несколько раз открывала рот и закрывала. Она побледнела.

— Тебе разрешили работать? Разрешили! И где? В центре города! Клиентов богатых дали! А тебе в блондинистую головку пришла мысль дурить взрослых дядь? После меня кто бы был следующим? Мне за тебя поручились, а ты!..

Он не договорил. Ива съежилась, точно ожидая удара. Тесса не выдержала, подалась вперед, готовая вмешаться, но натолкнулась на предупреждающее покачивание головы другого мужчины. Если самому Варанову было около сорока, этот выглядел старше лет на десять. А может, Тессе так казалось. Она потеряла возможность здраво оценивать происходящее.

— Елисей, я…

— Отныне Елисей Аркадьевич, — прорычал мужчина. — Кто картину рисовал?

На Тессу до этого момента он не обращал внимания.

Она могла и дальше простоять безучастной тенью.

Могла…

Но не простояла.

Даже шагнула к Иве, точно ее вмешательство могло увести проблему от сестры.

— Я.

Иногда одно лишь слово способно разрушить все.

Варанов, поведя нехилыми такими плечами, медленно развернулся в ее сторону.

— А ты, нахер, кто такая? — Теперь он рычал на нее.

И выдвинулся к ней.

— Елисей… — начала Ива, но потом вспомнила его оговорку и поспешно заплетающимся языком добавила: — Аркадьевич, это моя сестра! Я же кинула… ик… простите вам ее фото. Чтобы так сказать… подготовить. И…

Варанов вскинул руку кверху, останавливая почти бессвязную речь хозяйки кабинета и галереи.

От недоброго взгляда мужчины Тессе захотелось провалиться сквозь землю. Как Ива работает с такими? Каждодневно общается, заключает сделки. Привечает при выставках.

Ей Варанов Елисей Аркадьевич — только с отчеством, значит, и никак иначе — не понравился сразу.

Да, с виду красивый мужик. Она как художница оценила его внешность. И широкий лоб с темными бровями, и высокие скулы. Тяжелый квадратный подбородок как никогда характеризовал его обладателя. Крепкая челюсть, слегка выступающий под ней кадык тоже о многом говорили. Никаких плавных линий. Только углы.

А глаза и губы? Вот где черти бесновались.

Темный омут в сочетании с чувствительностью. Этот мужчина мог обладать любой внешностью, даже самой отталкивающей, все равно те самые черти выступали бы на первый план. У Тессы сбилось дыхание. Она попыталась уговорить себя, что это естественно. Ее реакция — защитная. Не более. Правда, ироничный голосок ехидненько пропел внутри, что она ни разу в жизни не стояла рядом с подобного рода мужчинами.

И не желала бы это делать впредь.

Тонкий запах древесного парфюма, не ярко-свежий, бьющий в нос, а уже успевший раскрыться более мягкими финальными нотками, довершал картину.

— Ты.

Тесса сглотнула и кивнула.

Права была сестра. С нее тоже спросят.

Этот так точно.

И все, возможно, обошлось бы, если бы не пьяный язык Ивы.

— Елисей Аркадьевич, вам понравилась работа моей сестры? А давайте замутим бизнес, и она…

— Ива, помолчи-ка.

Он смотрел только на нее.

На Тессу.

Хотя нет — не обошлось бы.

Ива сто процентов права. Деньги в жизни этого мужчины не играли первостепенной роли. Авторитет и ущемленное самолюбие — вот что сейчас двигало им.

— Я так понимаю, ты на радостях от встречи со мной напилась, да, Ивка? — Варанов не оборачивался, стоял напротив Тессы. Изучал ее.

Да-да, изучал.

Тесса чувствовала, как по ней скользит взгляд его темных глаз. Щеки запылали, по коже пошли красные пятна. Тесса не сдвинулась с места и взгляд не отвела. На самом деле, ее не так-то просто смутить. Ее поймут те, кто хотя бы месяц проработал в школе.

Она — четыре года. И пусть она преподавала рисование и черчение, этого хватало для бурного ежедневного общения с подростками.

А они и не так умеют смотреть, Елисей Аркадьевич.

Хотя нет…

Так не умел никто из знакомых Тессы. И не надо.

Ива притихла, посматривала то на нее, то на него. То на охрану в двери.

— Представишься?

— Тесса.

— Хм…

У нее было необычное имя, многие замечали данный факт.

Варанов промолчал. Конечно. Если человек имеет дело с элитными эскортницами, там поинтереснее имена бытуют.

— За тобой заедет в девятнадцать часов мой человек, — наконец, сказал он тоном, не подразумевающим возражений.

Тесса настолько сильно впилась короткими ноготками в нежную плоть ладоней, что почувствовала боль.

— Мы с вами на «ты» не переходили.

Уже через секунду она поняла, что стоило промолчать. Иногда не надо лезть на рожон и показывать свое «я».

Варанов улыбнулся.

Его улыбка имела точно противоположный эффект. Тессу точно изнутри жгутом скрутило.

«Хотя бы разочек под мужиком нормальным полежишь…»

Где тут, скажите на милость, нормальность?!

— Вот вечером и перейдем, — щурясь и не скрывая негатива, бросил он, разворачиваясь.

Не успели молодые женщины выдохнуть, как Варанов остановился и обернулся.

— Много что обсудим, Тесса.

После этого Варанов направился к двери, бросив Иве:

— С тобой встретимся завтра, Ива Айдаровна. И лучше тебе привести себя в адекватный вид.

За мужчинами закрылась дверь. Они остались вдвоем. Ива и Тесса.

Обе молчали.

В ушах последней звенело. И гул нарастал.

Домой ей надо. К себе.

— Тесса…

— Молчи.

— Сестренка, милая. — Вся великосветская спесь слетела с Ивы. Та даже умудрилась встать на колени и сложить руки в молельном жесте и не свалиться с дивана. — Помоги… От тебя ничего не требуется. Поужинай ты с этим ублюдком!

— А как же полежать? Под мужиком-то нормальным? Перед смертью! Ты же это не договорила? Да?! — Тесса потом пожалеет о своем срыве, но как вышло.

Встреча с Елисеем Варановым произвела на нее оглушающее впечатление, если не сказать большее.

— Да! — Внезапно и Ива повысила голос. — Ты искренне веришь, что умрешь через три месяца! Чертовой целкой! Ни я, ни родоки не верят! А ты веришь! И живешь каждый день в ожидании даты! Так сделай хотя бы что-то хорошее для сестры!

— Какая же ты…

— Какая? Давай! Договаривай!

Внезапно Ива осела, закрыла лицо ладонями и разрыдалась.

Тесса поморщилась, говоря себе оставаться на месте. Нельзя подходить сейчас к Иве.

Если подойдет, та прогнет ее. Она сделает, как хочет Ива.

А идти на поводу у сестры Тесса не собиралась.

И все же…

Дубликат у Варанова. Он за него заплатил деньги. Она соучастница подлога. Так получается?

Тесса никогда не думала про свое искусство в негативном ключе. Тем более, не предполагала, что встрянет в подобную историю.

Чем она может для нее обернуться?

Чтобы снять возрастающее напряжение, Тесса провела рукой по горлу. Сейчас и она, кажется, пойдет к бару Иве.

— Тесс…

— Ничего не хочу слушать.

— Он же серьезно… Про ужин.

— И что?

— Ты не понимаешь, кто он.

— И не хочу.

— Он мне неприятности устроит… Ты не понимаешь…

Она-то понимала. Неприятности он и ей устроит.

Им надо поговорить. В более спокойной обстановке.

Тесса обняла себя за плечи и подошла к окну.

— Тесс, ну чего ты… А? Может, это твой шанс. Я сейчас абсолютно серьезно. Это не пьяный бред. Тебе надо выбираться. Сюда. Ко мне…

— Ива, помолчи, пожалуйста. Хотя бы минутку.

— Помолчи… Минутку. А если я не хочу молчать? Какая-то чертова старуха напророчила тебе черт-те что!.. И ты веришь? Это ненормально, Тесс! Ненормально! Вы там все потихоньку сходите с ума, в своей тайге. Очнись уже! Давай сюда, ко мне… Мы из тебя знаменитость сделаем! Я тебе такую выставку забабахаю, что она прогремит на всю Россию-матушку и…

— Спасибо, я один раз уже нарисовала тебе картину.

Тесса развернулась на каблуках и вышла.