Глава 19

Утро начиналось с запаха свежего кофе и теплого круассана. Тесса шла по мостовой Грабена, запрокинув голову. Вокруг высились барочные фасады, позолоченные ангелы и завитки лепнины, ослепительные в лучах восходящего солнца.

Она не спешила.

Пальцы скользили по холодному мрамору фонтанов, подошвы сапог отстукивали ритм по брусчатке. Вена была не городом, а мазком на холсте.

У собора Святого Стефана она остановилась, чувствуя, как мурашки бегут по спине. Готические шпили рвали небо, а где-то за спиной уличный скрипач заводил свою мелодию.

Она много фотографировала. Не могла удержаться. Необходимо запечатлеть красоту. Устав и чувствуя, как гудят ноги, присела на скамью. Задрав голову кверху, посмотрела на небо.

Завораживающее зрелище. Люди постоянно куда-то спешат. Дела, заботы. Это логично и во многом правильно. Жизнь каждого состоит из определенных целей, и зачастую нет даже минуточки, чтобы оглядеться по сторонам, замедлиться. А как же дедлайн? А как же дела, встречи? Новые проекты? Нет-нет, надо спешить.

А куда спешить-то?

Тесса достала планшет и принялась рисовать.

Ей спешить больше точно некуда. Рука с карандашом мелькала над белым листом, оставляя заметки. Пусть будут. Мансатова прислала следующий договор и предложила поработать на постоянной основе. Тесса ответила, что не готова пока к долгосрочному контракту. А к разовым — пожалуйста.

Тесса не жалела, что поехала с Елисеем. Завтра они уже возвращаются. Два дня пролетели быстро. К сожалению, днями Елисей был занят. Вчера к ней смог присоединиться после десяти вечера. Она не рассчитывала, что они будут постоянно вместе. Елисей приехал в Вену решать дела. А она… Она так, посмотреть, побыть рядом.

Последняя мысль снова отозвалась не только в голове. И настырно вставал вопрос, что будет по возращении.

Днем ее обязательно звонил Елисей. Спрашивал, чем она занимается. Обязательно говорил какую-нибудь пошлость, от которой она неизменно краснела, как девчонка. Почему-то это расстраивало Тессу. Ну нельзя же так. Правда.

Она все больше погружалась в отношения, которые при дневном свете воспринимались как бег на короткую дистанцию.

Карандаш Тессы все быстрее мелькал над листом.

Она немного потерялась во времени, но, когда услышала знакомый рингтон, поставленный на Варанова, поспешно ответила.

— Привет.

Дыхание у нее сбилось. Ни дать ни взять влюбленная малолетка. Точнее, малолетка-переросток.

— Ты где? — сразу перешел к делу Елисей.

— Гуляю.

— Отлично. Ты мне нужна, Тесса.

— О-о. Какое интересное признание.

Вот. Пожалуйста. Снова покраснела.

Елисей сто процентов имел в виду некое дело. А она о чем подумала? Точнее, не она, а глупое сердце, которое теперь жило своей жизнью и не подчинялось ей, как бы она с ним ни пыталась договориться.

— Конечно, интересное. Меня затащили на официальное мероприятие к одному местному чинуше. Отказать не могу. И ты мне тоже не откажешь, да, Тесса?

Почему почти в каждом его предложении звучал второй подтекст?

— Что от меня требуется?

— Сопроводить меня. Отмазка, что тебе нечего надеть, не прокатит. Хотел кинуть тебе деньги на карту, но у тебя виза. Поэтому говори, где находишься, сейчас приедет Анатолий и отвезет тебя в бутик. Купишь красивое платье и далее по списку, что к нему прилагается.

— Ого…

— Будем считать это за «да». В двадцать один час наш выход, Айдаровна. Поразишь меня?

— Платье короля? — фыркнула она, не замечая, как напряглись соски.

Голос Елисея последние дни действовал на нее соответствующе.

— Хм… А что, это мысль. В платье короля пощеголяешь после приема.

Елисей скинул вызов, правильно решив, что разговор подошел к концу. Тесса повертела телефон в руках. Потом сфотографировала вывеску ближайшего кафе и отправила Елисею.

Тесса разволновалась. Это только в фильмах у простых учительниц безупречные манеры, идеальный вкус и они с легкостью могут сразу же подобрать платье на выход в свет. У нее — иначе.

Она не могла представить, в каком направлении двигаться. Выход она видела только один.

Тесса набрала Иву и едва ли не слово в слово повторила слова, услышанные от Елисея.

— Ивка, мне нужна твоя помощь.

— Всегда готова, — отозвалась сестра. — Что приключилось?

— Мне надо купить платье.

— Пф…

— Чего ты пфукаешь! — разозлилась Тесса. — Я серьезно.

— Ладно… Извини, чего ты сразу в бочку лезешь? По моему определению ты должна ходить счастливая, довольная и сытая.

Тесса закатила глаза.

— Я счастливая, довольная и сытая.

— Я бы, конечно, спросила каков наш Елисей Аркадьевич в постели, но, боюсь, ты кинешь трубку, — продолжала стебаться Ива.

— Кину. И больше не позвоню.

Тесса зашла в небольшое кафе и заказала кофе с собой.

— Эх… А я-то уже…

— Ива…

— Молчу. Но учти, дорогая, как только вернешься, я с тебя живой не слезу! И ты мне пусть не подробности, но в общем расскажешь, что и как! А теперь я тебя внимательно слушаю.

Тесса сделала глоток кофе и снова вышла на улицу. Так бы и не уходила…

— Я же выше сказала — мне нужно платье. Елисей пригласил меня…

— …на ужин?

— Ива!

— Ладно, слушаю.

— На деловую встречу.

В трубке повисла тишина.

— Ив? — позвала, насторожившись, Тесса.

— Дай-ка я кое-что уточню, сестрица.

Тесса вздохнула.

— Уточняй.

— Ты, девушка, обладающая безупречным художественным стилем, умница и красавица, тонко чувствующая натура, сейчас тушуешься перед выбором платья. А все почему? Потому что Елисей, мать его, Аркадьевич пригласил тебя сопроводить его на мероприятие. Пригласил в качестве своей спутницы, и все, ты поплыла. Тесса, вообще, когда я сватала тебе Варанова, я подразумевала хороший, качественный секс. А не то, что ты в него влюбишься. Нет, я ничего не имею против… Варанов — хороший мужик. Про тебя я и вовсе молчу. Но черт, Тесса!

Она и без Ивы знала, что «черт, Тесса».

— Поможешь или дальше разглагольствовать будем?

— Я сейчас начну ругаться. Долго и витиевато.

— Оставим могучий и русский на потом.

Даже сквозь расстояние было слышно, как вздохнула Ива.

— Ладно, куда от тебя денешься… Но я считаю, ты бы отлично справилась и сама. Хотя, наверное, нервы и прочее, да?

— Да.

— Сама такой была. Первый раз, когда к большим и серьезным дяденькам выходила, поджилки дрожали. И ладно бы только большие и серьезные дяденьки. Там же с ними их жены, любовницы. Шлюхи высокооплачиваемые опять же. Не хотелось выглядеть бледной молью на их фоне. Поэтому да… Понимаю. Значит, как приедешь в бутик, включай видеосвязь, будем выбирать тебе красоту, Тесса.

Он пожирал ее взглядом. Такое с Варановым было впервые. Он не то чтобы никогда ранее не ревновал спутницу или не восхищался ей… Разное случалось, особенно по молодости.

Здесь было другое. Абсолютно.

Он, как дикий зверь, выслеживал Тессу. Ему необходимо было держать ее в поле зрения. Если кто-то его отвлекал и Тесса ускользала, он начинал раздражаться. Ему не терпелось избавиться от собеседника. Елисей обязательно бы постебался над собой при иных обстоятельствах, но что-то нихера сейчас не стебалось.

В нем точно пробудились древние демоны, темные инстинкты, спавшие десятилетиями.

Варанова разъедало изнутри. Он пытался проанализировать, что с ним, и выходила какая-то хрень.

Но хрень интересная…

На приеме присутствовали и другие русские. Конечно, как это Вена и без русских! Тем более самому Варанову назначил встречу Шамилев. В свое время отец Шамилева работал с отцом Елисея, они продолжили сотрудничество. О делах уже перетерли, вечером так… скрепить договоренности и, если что-то не учли, уточнить, добавить последние штрихи.

Шамилев при виде Тессы сделал стойку. Едва заметную, почти незнакомую постороннему взгляду. Елисей стоял рядом, считывал и внутренне скалился.

Ой, не надо… не лезьте на его территорию. Затопчет и подомнет.

Влад настоял на том, чтобы ему представили Тессу. Ладно, хрен с ним, представил он Тессу ему. Были соблюдены приличия, дальше что?

А то, блядь!

Шамилев смотрел на Тессу не оценивающе. А должен был… И это насторожило Варанова. Такие, как он и Влад, давно измеряли женщин в валюте. Особенно на официальных мероприятиях. Мелькали одни и те же лица из каталогов, закрытых и общедоступных. Блондинка только что вернулась из Дубая, рыжая в поисках более стабильного партнера.

Еще в глазах таких, как он и Шамилев, имелась скука. Ничего нового женщины им не могли преподнести.

И тут Тесса.

Мать ее, Айдаровна.

С неповторимым шармом, с улыбкой, от которой не только яйца наполнялись тяжестью.

Она не кокетничала, не пыталась понравиться. Наоборот, вела себя как ребенок, дорвавшийся до сладкого. Все рассматривала, трогала, если думала, что на нее никто не смотрит.

А на нее смотрели.

Он, Влад. И еще с десяток мудаков, которые не вкурили, что она с ним.

— Шамилев…

— У?

— Даже не рыпайся.

— Варанов, ну что ты… Я только посмотреть.

— Смотреть пристально тоже не рекомендую.

— Даже так, брат?

Шамилев похлопал его по плечу.

— Тогда мой тебе совет, хотя ты в нем и не нуждаешься. Хватай свою Тессу и тащи в берлогу. И если тебе не надоест ее трахать через месяц, женись. Но если вдруг…

— Позубоскалишь…

Шамилев еще раз хлопнул и отошел, продолжая лениво наблюдать за Тессой. Она как раз разговаривала с двумя дубайскими «дамами».

Тесса была в белом. Платье свободно спадало по телу. Ни в коем случае не облегало. И лишь при ходьбе немного акцентировало бедра.

Но Варанов не видел ничего более сексуального! Взрыв башки, и только.

И это она показалась ему перед самым выездом!

Ничего открытого, ничего вызывающего. А у него встал. Стоял всю дорогу, и сейчас, стоило посмотреть на нее, подумать…

Разговор с «дубайскими» заставил Тессу нахмуриться. Какого черта эти шалавы ей напели?

Убьет гадин… во вшивый бордель к туркам отправит…

— Елисей! Как давно я тебя не видел…

Какой-то толстяк, которого он знать не знал, пытался преградить ему путь.

— Потом, — отмахнулся Варанов, держа курс к Тессе.

Та же как-то беспомощно повела плечами и куда-то направилась. Тесса, куда? Да черт…

— Что случилось? — стребовал с нее Елисей, догоняя на небольшой веранде.

Она успела упереться ладонями в перила. Елисей встал сзади.

Тесса снова повела плечами, отчего ее лопатки заострились. Прямо как ангел. Сейчас появятся крылья, и она, недостижимая и непонятая, упорхнет в небо. Н-да, Варанов, тяжелый случай. Когда ты успел превратиться во влюбленного дебила, выуживающего из памяти романтические бредни?

— Ничего.

Другого ответа от нее он и не ждал.

Тесса не относилась к категории тех женщин, что по ерунде будут жаловаться своему мужчине.

Легкое раздражение скользнуло по душе. А Елисею, черт побери, надо было, чтобы она рассказывала о любых пустяках! В нем с каждым днем просыпалась и увеличивалась нестерпимая жажда присвоить Тессу. Не только тело. Как там говорят? И душу тоже…

Да, мужик, поплыл ты конкретно.

— Елисей, я в состоянии дать отпор.

Он склонил голову набок.

— Меня не устраивает ответ.

Тесса демонстративно закатила глаза и скрестила руки на груди.

— Девочки хотели знать, в каком каталоге я размещаюсь. Я сначала даже не поняла, чего они от меня хотят.

Она уперла в него сердитый взгляд.

— И с какой целью они интересовались?

У него зачесались пальцы. Подойти бы к этим «дубайским» и сжать их тонкие шеи, чтобы впредь знали, с кем имеют дело.

Тесса поежилась, и тонкая лямка платье чуть-чуть съехала вниз.

— Я так думаю, из-за тебя, Елисей Аркадьевич.

В ход пошла тяжелая артиллерия — Тесса назвала его по отчеству.

— Из-за меня…

— Угу. Уж очень они жаждали быть тобой замеченными.

Он их заметил. И запомнил.

— Ты их послала на… хер?

Тесса обернулась.

Иногда все-таки приходилось смягчать эмоции.

Она кивнула.

— Пришлось.

— Умница. Но давай дальше… продолжай. Я жду.

— Это все.

— Хочешь сказать, что не станешь мне выговаривать за тот факт, что тебя приняли за эскортницу лишь потому, что ты со мной?

Уголки губ Тессы настырно поползли вверх.

— Не дождешься. Скандала не будет.

— Зато с моей стороны есть претензии, — склонился над ней Елисей.

— Какие, интересно?

— Ты настолько охуенно выглядишь, что у меня непрекращающейся стояк. А еще меня бесит, что на тебя пялятся другие мужики!

— В ком-то заговорили собственнические инстинкты?

— Откуда ты такие словечки знаешь?

— У подростков о-о-очень богатый словарный запас. Иногда не только матерный.

— Айдаровна, ты понимаешь, куда я клоню? Я зол. А когда я зол…

— Ты хочешь секса? — парировала она, а у самой жилка на шее забилась интенсивнее.

— Умница моя.

Он перехватил ее за локоть и повел за собой.

В любом доме есть свободные комнаты. Мать вашу, запирающиеся изнутри! И он такую комнату найдет! Она им нужна позарез!