Глава 20

Они ее нашли. Елисей бесцеремонно дергал одну дверь, вторую.

Наконец, получил то, что хотел.

Гостевая. Подойдет.

Это было тем еще квестом — не разорвать на Тессе платье. Не смять ткань, не рвануть по сторонам. Тесса билась в его руках, подрагивала от нетерпения. Она хотела его! Так же дико, неистово, как и он ее.

Елисей считывал ее похоть. Она плавилась в девичьих глазах, застыла на лице. Губы Тессы чуть приоткрылись, показался язычок.

И все же Елисей не удержался, рванул платье вниз, высвобождая пышную грудь. Какая же она у нее охрененная! Упругая, пышная. Идеальная двоечка, ложившаяся в его ладонь. С бельем пришлось поаккуратничать. Порвет, и Тессе придется ходить по залу с голой грудью. А это недопустимо! Ее мужики и так жором поедали.

Елисей грубовато сжал оба полушария и не сдержавшись застонал. Соски напряглись, мгновенно откликнувшись на его ласку. То, что надо! Он с упоением мял грудь. Давай, Тесса… Ну же, девочка, покажи, что тебе нравится.

Тесса чуть подалась вперед, упершись бедрами в его пах. Стояк был каменным. Яйца звенели от похоти.

— Елисей… Елисей…

Ему чертовски нравилось слышать возбуждение в ее голосе. Легкую хрипотцу. Он спустился рукой вниз, накрыл ее лоно. После чего фактически вдавил ее спиной в стену.

А глаза-то у девочки пьяные, поплывшие…

Едва ли не рыча, он задрал юбку платья по бедрам, выше и выше до самой талии.

Глазами зыркнул вниз. Да-а-а… На Тессе оказались совершенно прозрачные белые трусики. Они ничего не скрывали. В том числе и набухшие формы.

Скалясь, как истинный хищник, почуявший добычу, оказавшийся у цели, Елисей отодвинул трусики в сторону и дотронулся до ароматной влажности. Она была мокрой! Она текла для него!

Как тут не слететь с катушек… Елисей вошел в ее лоно сразу двумя пальцами, вбился, растягивая. Тесса застонала, головой уперлась в стену, заерзала на его руке.

Он трогал ее нежность. Он, черт побери, определенно имел слабость к ее складочкам. Какие же они… Ни у кого таких не встречал. Как мальчишка плыл, ей-богу.

Чтобы окончательно утвердить свое право на ее тело, просунул ногу между ее бедер. Она тотчас осела на нее.

— Ножки не держат, да, Тесса? — надсадно выдохнул он прямо ей в губы.

— Не держат, — подтвердила она, закатывая глаза и распластывая пальцы по стене.

Он снова погладил ее нежные складочки, задевая чувствительную точку. Не удержался, поднес пальцы к лицу и, не разрывая зрительного контакта с взглядом Тессы, понюхал. Он еще ранее, в лесу, отметил, что она имеет особый, наркотический для него запах, от которого он дурел натуральным образом.

У Тессы глаза распахнулись сильнее. Какая же она еще наивная девочка. Ее учить и учить, показывая все стороны секса.

Но блядь, чтобы с ним!

Он вдавил ногу в лоно Тессы. Через брюки невозможно было почувствовать ее влагу! Черт…

Он снова насадил ее на свои пальцы, толкнулся раз, второй. У Тессы закатились глаза. Поплыла девочка…

Но сегодня она будет кончать от его члена внутри! Никаких пальцев!

Он быстро расстегнул штаны и ворвался в лоно Тессы. Она с готовностью приняла его!

Елисей захрипел, ослепленный волной дьявольского удовольствия, от которого свело судорогой все нервные окончания. Ее теснота сводила с ума, лишала разума и контроля. Он толкнулся вперед, заполняя ее всю до основания. Она обтягивала его как кожаная перчатка, дурманила, манила.

Никого никогда он так не хотел, как эту Тессу Багуаль. Это она чертова ведьма! Приворожила, приколдовала.

Он входил в нее, наращивая темп. Бился о ее бедра, с упоением, чувствуя, как ее влага окутывает его член.

Тесса жалобно поскуливала, не желая давать волю стонам. Она несколько раз зажимала рот ладонью, и каждый раз он отводил ее руку в сторону. В конечном итоге схватил обе ладони и зафиксировал своей за кисти над головой.

Вот так. Да, вот так. Теперь она полностью в его власти. Сколько всего он хотел с ней сделать!

Каждую ночь чтобы под ним была. Стонала и так же хмельно смотрела, ничего не соображала. Его имя шептала, просила еще и еще.

Он нещадно врезался в нее, целуя. Толкаясь и снова целуя. Пожирая губами ее стоны.

И оргазм тоже. Тесса задрожала. Тонко-тонко застонала и ослабла.

Он — за ней… Успел выйти и, сжимая зубы, кончил прямо на мягкий подрагивающий живот Тессы. Она уткнулась ему в плечо, тяжело дыша, точно пробежала марафон.

Елисей аккуратно прижимал ее к себе, не спеша разрывать контакт. Пусть девочка придет в себя.

Ему нравилось просто держать ее в объятиях. Гладить. Пальцами чувствовать бархат ее кожи.

Она тоже не спешила отстраняться. Обняла его и начала перебирать волосы на макушке. Потом шумно вздохнула, явно сожалея, что надо возвращаться в реальный мир.

Елисей аккуратно поправил платье. Вроде бы нигде не порвал. Даже оглядел пристально. Помял, конечно, малость, но это ерунда.

— Липко, — прошептала она, а у самой губы в улыбку складываются.

— Где-то здесь есть ванна.

— А еще я теперь нашим сексом пахну. — Она качнулась и прижалась к нему. Он с готовностью принял ее, прислушиваясь к собственному сердцебиению. Никак оно в норму не приходило.

Тесса была такой счастливой…

Кто бы только знал.

Она побывала в сказке. Пережила потрясающие моменты. Но каждый знает, даже ребенок, что сказки рано или поздно заканчиваются.

Утро выдалось пасмурным. Вылетали они в одиннадцать часов. Время еще есть.

Елисей вышел из ванной, промокая волосы полотенцем. Более длинное полотенце красовалось на бедрах. Небрежно так… Одно неверное движение, и оно слетит. Тесса невольно залюбовалась мужчиной. Какой же он…

Он, увидев ее, затормозил и улыбнулся так, что мурашки привычно закололи кожу. На этот раз приятно.

Елисей успел сделать к ней пару шагов, Тесса выкинула руку вперед и негромко сказала:

— Елисей, поговорить надо.

Он тотчас остановился.

— Слушаю.

Тесса точно знала, что скажет. Ночью и сегодня утром она снова и снова перебирала в голове нужные слова.

Удивительно, но она даже не волновалась. Думала, нервничать будет, переживать. Ан нет. Спокойна, как удав. Это плохо или хорошо?

— Я ставлю точку.

Есть такое выражение — мир остановился. Замер. Так и с ними произошло. Лицо Елисея изменилось на глазах, превратилось в нечитаемую маску. Ни один мускул не дрогнул. Как и на всем его теле. Или Тессе так казалось? Да, наверное, казалось. Потому что через секунду он весь пришел в движение. Кадык дернулся, глаза недобро прищурились.

— С хуя ли?

Ну Варанов!..

— Обязательно материться?

— Тебя же мат не смущал. Поэтому я спрошу еще раз — с хуя ли?

Тесса вздохнула и скрестила руки на груди.

— Я так решила.

— Ты?

Верхняя губа Елисея угрожающе дернулась, на скулах заиграли желваки. Ему не нравилось, что он слышал. Очень не нравилось.

Тесса же сохраняла спокойствие. Даже странно.

— Да, Елисей, я. Пусть у нас первая встреча не задалась, вторая тоже… Но то, что произошло потом, мне понравилось.

— Айдаровна, ты сейчас играешь с огнем.

— Елисей, послушай меня… Правда…

— Я слушаю!

Он сорвал с себя полотенце и принялся растирать тело. Тесса поджала пальчики на ногах. Эксгибиционист чертов. Обязательно надо оголяться! Он и раньше не стеснялся своей наготы, сейчас и подавно. Тесса не смутилась, «включила» режим художника. Полюбуется напоследок красивым мужским телом. Почему бы и нет?

Главное — выдержать объяснения, не смалодушничать…

Ее никто бы не понял. Ни единая душа. Отказываться от такого мужчины, как Елисей. Первой… Добровольно. Она же видела, что нравится ему! Чувствовала. И от этого сердце наполнялось одновременно нестерпимой тоской и легкостью.

Она получила свое счастье. Надо и честь знать.

Если продолжит быть рядом с Елисеем, будет только хуже.

Она изначально шла своей дорогой. Где-то ошибалась, где-то выбирала верный путь. Но это ее дорога, ее решения.

Ей надо, чтобы позитивные моменты сохранились в памяти, в голове. Они будут ее согревать оставшиеся дни.

И вот если после ее дня рождения…

Тут Тесса каждый раз обрывала себя. Она так решила. Интуиция, чуйка, женский каприз… Можно ссылаться на что угодно. Она знала, что так надо. И точка.

— Я благодарна тебе за поездку и за то…

— Тесса, вот сейчас помолчи, а? Не пори херню! — Елисей распахнул шкаф и сорвал с вешалки футболку-поло. Швырнул ее на кресло, достал боксеры и штаны. — Ты чего себе надумала? Вчера еще было все отлично! Это девки те на тебя так повлияли? Так найдем их и заставим извиниться, взять слова обратно!

— Нет. Девочек не трогай. Пусть живут и… — Тут Тесса запнулась. — Работают.

— Тогда я не понимаю.

Он натянул боксеры. Уже хорошо. Разговаривать стало легче. И дышать, оказывается, тоже.

— Я же выше сказала — я ставлю точку. Мы хорошо провели время и…

— Тесса, твою мать, — бесцеремонно перебил ее Елисей, посылая в ее сторону яростный взгляд.

Она его выдержала. Пожала плечами. Мол, все. Ну все, Елисей.

Он порывисто оделся.

— Что за блажь тебе ударила в голову? Не с той ноги встала?

— Нет. Я хочу домой. К себе. Одна. Хочу продолжить работать в школе. Хочу проводить учебный год и встретить лето.

— Лето, значит.

— Да.

И не только его. Тесса мысленно умоляла Елисея не переходить границу.

Тот ее понял. Негромко выматерился и начал одеваться. От него прямо-таки исходила негативная энергетика. Тесса предполагала, что так будет. И все равно оказалась неготовой. Возникло желание, совершенно детское, иррациональное, подойти и спрятаться у него на груди. Даже попросить прощения. Но где Елисей Варанов и ее извинения?

— Советую тебе к приземлению передумать, — бросил он в лифте.

— Я не передумаю, Елисей.

Тесса спрятала улыбку.

Теперь он может ей угрожать сколько угодно. Она его не боялась. Она знала его другим.