Глава 13. День 68

На следующий же день я была готова. Рано утром собрала небольшой скарб, сумку припасов, минимум одежды, наняла почтовую лошадь и помчалась в путь.

Ездила верхом я не слишком-то хорошо. С детства меня этому особенно никто не учил. Но даже после смерти матери я помнила ее слова о том, что каждая уважающая себя госпожа должна обладать этим нехитрым навыком. Госпожа из меня была никакая, зато править лошадью я научилась, частенько выпрашивая соседского конюха меня покатать.

Я торопилась. Путь мне предстоял неблизкий, а проезжая мимо замка графа Шерье, я поняла, что могу вот-вот опоздать.

Вокруг дворца Найрен собирались люди. Никогда прежде я не видела, чтобы тихий, мрачно-одинокий дом опального принца, у которого мне довелось служить, был настолько похож на муравейник. И большая часть муравьев в нем была черной масти — Кайл Шерье стянул к себе всех некромантов провинции.

Я знала, что они вот-вот двинутся на столицу. А потому у меня был только один шанс предотвратить это безумие — прибыть туда раньше.

Дорога заняла семь дней. И это при том, что я скакала без остановки, меняя лошадь на почтовую карету и обратно. Долго передвигаться верхом мое не приученное к подобным нагрузкам тело отказывалось. Уже в конце первого дня я готова была выть от усталости и боли в пятой точке. Попу хотелось растереть какой-нибудь мазью и никогда-никогда на нее больше не садиться.

Но все же к исходу недели я была в Альденоре. Ларрет, огромный каменно-серый замок королей, стоял на вершине скалы и будто ждал меня.

Не останавливаясь на отдых и передышку, я рванула к главным вратам. Однако, когда до них оставалось не более пятнадцати метров и я уже готова была войти, мне в глаза бросилось, как двое охранников на входе отчитывают невысокого полноватого мужчину в расписном костюме.

— Мне нужно к его величеству! — возмущался он. — Я — глава гильдии цветочников и должен предоставить госпоже Лутус новые тюльпаны для ее сада! Вы знаете, кто такая госпожа Лутус? Это самая ближайшая подруга его величества! По какому праву вы не пускаете меня?

— Я уже сказал вам, — строго ответил один из стражников. — На ваш счет распоряжений не поступало. Извольте пойти прочь, пока мы не применили силу. Возвращайтесь с официальным разрешением.

— Но как же так?.. — воскликнул толстяк в дорогой одежде.

И в тот же миг второй охранник подцепил его за ворот камзола, расшитого цветами, и отшвырнул прочь.

Несчастный цветочник что-то крикнул в ответ, но на этот раз попытки прорваться во дворец оставил.

А я поняла, что так просто в Ларрет мне не проникнуть. Никак.

Меня уже начала захлестывать паника. Неужели я зря преодолела все это расстояние? Неужели мой план провалится, даже не начав осуществляться?

Однако через пару минут я заметила еще одного странного человека. Это была девушка в длинном черном плаще вроде моего. Однако на ее голове красовалась широкополая шляпа, на которой слишком уж отчетливо виднелся медно-желтый вышитый ворон. Символ некроманта.

— Я на смотр королевских магов, — спокойно и с достоинством проговорила она. Ее голос звучал так, словно она даже не предполагала, что ее могут не пропустить.

И как ни странно, оба охранника синхронно склонили головы, открывая врата.

— Добро пожаловать, госпожа маг, — проговорил один из них, несколько нервно рассматривая ворона на ее шляпе.

Женщина ничего не ответила, только молча прошествовала на территорию королевского замка.

Я набрала в легкие побольше воздуха и пошла следом.

— Куда? — рявкнул мне тот самый стражник, чей взгляд только что выражал едва ли не испуг.

— На королевский смотр магов, — как можно более грозно ответила я. — Есть какие-то проблемы с этим?

Лицо мужчины резко поменяло выражение.

— Госпожа — маг? — спросил он, скептически оглядывая меня с ног до головы.

На мне не было никаких опознавательных знаков, и я совсем не удивилась этому вопросу. Темные и светлые колдуны, как правило, носили хоть что-то, что указывало бы на их принадлежность к избранной касте людей. Они были настолько редки, что простые люди не смели обманывать в этом деле. Ведь если, скажем, пришить себе на плечо ворона без всякого на то основания, то однажды можно оказаться в очень тяжелой ситуации. Ведь нежить нападала на города не так уж и редко, и в подобных случаях люди с подобными нашивками шли в бой первыми.

А если, например, вышить на одежде зеленый кленовый листок, то и вовсе по улице спокойно пройти не удастся. На светлых жрецов, что лечат одним прикосновением, всегда находится слишком много больных, мечтающих о быстром исцелении.

— Маг, маг, — бросила я, демонстративно отвернувшись и скривив губы, словно этот разговор меня ужасно утомил.

— Почему же на вас нет регалий, госпожа маг? — вкрадчиво продолжил расспрос мужчина.

— Слушай, пропусти ее, не хватало нам еще проблем с колдунами, — буркнул ему на ухо второй и тут же начал говорить мне: — Госпожа некромантка, будьте любезны, прохо…

— Погоди, Джеф, — осадил его первый, склонив голову набок. Его взгляд скользнул по моей дешевой обуви, по простому темному плащу без красивой строчки, по фиалковому платью, которое нисколько не подходило к роли мрачной носительницы Сумеречной магии. — Никакая это не некромантка, клянусь своей печенью. Решила надуть добрых вояк? Давай, пошла отсюда, пока я не разозлился.

— Ты что творишь? — зашипел второй.

Я глубоко вздохнула, не собираясь отступать, несмотря на то, что от страха ладони начали потеть.

— Иди-иди, — повторил первый, видя, что я не двигаюсь с места. — Или хочешь, чтобы я тебе помог?

Я стиснула зубы, придавая себе как можно более грозный вид, сложила руки на груди и, прожигая стражника взглядом, полным раздражения, процедила:

— Дам тебе последний шанс исправиться и извиниться. Последний.

— А потом что? — приподнял бровь охранник, но на этот раз в его лице уже не было столько уверенности. Кажется, моя наглость хоть немного, но сработала.

— Рик, она же на нас зомбаков натравит, какого упыря ты делаешь? — взвизгнул второй охранник, виновато улыбаясь. — Простите, госпожа некромантка…

— Где ваши регалии? — не сдавался его товарищ. — Если вы — маг, то должны иметь соответствующий вид.

— Я — колдунья, а не пугало, — рявкнула я в ответ очень грозно. Второй стражник даже отшатнулся. — И имею право носить то, что мне нравится. Или ты имеешь что-то против?

Я даже немного наклонилась вперед, напирая на мужчину. И вдруг, несмотря на то, что он был выше, а я смотрела на него снизу вверх, он… отступил.

— Нет, конечно, вы имеете право, госпожа, но… Быть может, вы продемонстрируете нам свое мастерство, — уже совсем неуверенно проговорил первый. — Вы ведь понимаете, что мы обязаны убедиться…

— Пропусти, пропусти ее! — тихо вопил второй мужчина, зажмурившись и прикрывшись длинной алебардой. Будто тонкое древко могло его спрятать.

Похоже, он уже представил, как я ему страшно мщу. А у меня не было ни малейшего представления, что делать дальше. Если первый стражник будет настаивать, а я не смогу продемонстрировать магию, за ложь меня могут даже в тюрьму отправить.

Я глубоко вздохнула. Ужасно хотелось избежать публичного применения силы, которая мало того, что и не моя вовсе, так я еще и не умею управлять ею должным образом. Я успела выучить с Лорейной всего парочку заклятий, и все они требовали много времени и концентрации.

— Ну, ты сам напросился, — несмотря ни на что ответила я, демонстративно вскинув подбородок. Блефовала, конечно. Я понятия не имела, что делать. Но, чтобы не молчать, все же открыла рот и стала выдавать какую-то тарабарщину на эшгенрейском: — Dar hiesterah jertaver…*

Получалась полная ерунда, потому что это была не полноценная магия, а просто отдельные слова из разных заклинаний. Прямо сейчас я не могла вызвать ни банши Лорейну, ни кого-то еще. Я не была способна поднять зомби, хотя вроде бы моего умения на это вполне хватало. Дело в том, что я держала наготове одно особое заклинание, применить которое должна была лишь во дворце. Концентрация на этом забирала все мои силы, не позволяя провернуть даже самое простое колдовство.

К счастью, уже на третьем слове моего блефа второй охранник сломался и закричал, открывая ворота:

— Это же язык демонов! Не заклинайте нас, дорогая госпожа! Простите Рика, он глупый, безмозглый осел! Не сердитесь, умоляю вас! Проходите скорее и чувствуйте себя как дома. Простите еще раз, что потревожили ваш покой.

На этот раз первый охранник многозначительно промолчал. Он слегка побледнел после моих слов, видать, тоже узнал эшгенрейский.

В общем, все сложилось как нельзя лучше. Я кивнула мужчинам, приподняла подбородок и гордо прошествовала на территорию королевского дворца, благодаря про себя всех богов, что не пришлось позориться. Конечно, рано или поздно я бы все же вызвала, например, Лорейну. И доказала-таки, что кое-чего стою. Однако сколько на это пришлось бы потратить нервов! Да и план мой полетел бы ко всем драуграм. Чтобы заново заготовить заклятье, вибрирующее у меня на кончиках пальцев, пришлось бы потратить еще сутки.

Я не могла так рисковать.

Во дворец я проникла без особенных проблем. Здесь повсюду было вполне достаточно прислуги, среди которой было не так уж сложно затеряться. А вот для того, чтобы попасть на аудиенцию к его величеству, пришлось снова хитрить.

Найти Ирвиша Шеррана Кастро-Ларрет было не так уж сложно. Чай не иголка в стоге сена, а целый король. Его покои располагались на первом этаже замка в отдельном крыле, которое называлось Золотым. Меня в это крыло пускать, конечно же, никто не собирался. И вот тогда-то я впервые и проговорила местным стражникам то, ради чего явилась сюда, преодолев сотни километров от провинции Шерье:

— На его величество короля готовится покушение. И только я знаю его детали.

После этих слов меня схватили под белы рученьки и увели прочь. Только, увы, не в покои короля, а в темницу, что совсем не радовало. Собственно, я предполагала, что будет именно так, но до последнего надеялась на чудо.

В камере меня продержали полдня, в течение которых королевские дознаватели пытались выведать информацию о покушении. Но я продолжала говорить, что признаюсь только лично его величеству Ирвишу. Правда, стоит отметить, что в моем голосе было все меньше и меньше уверенности. Я ужасно боялась, что меня начнут пытать и до короля-то дело и не дойдет.

Но я знала, на что иду.

Впрочем, стоило сказать дознавателям, что я — некромантка, как отношение ко мне стало чуточку лучше. Ведь даже умирающий маг способен бросить недругам в лицо такое проклятье, после которого человек уже вряд ли оправится. Так что со мной начали обходиться по крайней мере уважительно.

Конечно, сперва на слово мне никто не поверил. В камеру явились три королевских некроманта и… посмотрели на меня. Это были три старика с такими мрачными и страшными лицами, что становилось не по себе только от одного их вида. Они не колдовали, не разводили руками вокруг меня. Просто все трое молча подтвердили, что я и впрямь колдунья. И, судя по всему, очень сильная.

Именно после этого отношение ко мне изменилось. Меня стали называть госпожой, стражники перестали запугивать, почтительно кланяясь, а сами королевские колдуны разговаривали со мной мягко и дружелюбно. Даже как-то добродушно, словно я не враг им, а и вовсе — старый друг.

Приятно было чувствовать себя кем-то особенным, даже несмотря на то, что это была вовсе не моя заслуга, а ребенка, что рос у меня в животе.

Вот было бы здорово, если бы все было иначе. Если бы я родилась с магией в крови, тогда, наверное, и Кайл Шерье глядел бы на меня так же, как эти незнакомые колдуны. Он видел бы во мне не просто симпатичную служанку, а человека, который способен понять его, как никто другой. Как только некромант может понять некроманта. А я смогла бы по-настоящему разделить с ним его увлечение Сумеречным искусством.

Впрочем, какая разница? После того, что я собралась сегодня сделать, Кайл уже никогда не взглянет на меня. Ни как на друга, ни как на свою женщину.

— Итак, вы хотели видеть короля, — прозвучал вдруг зычный мужской голос, когда я уже почти отчаялась добиться желаемого.

Подняла голову и увидела высокого светловолосого мужчину с прямым уверенным взглядом. На его плечах не было мантии, на голове не блестела корона, но не узнать в этом человеке короля было невозможно. Все в нем источало величие. И осанка, и богатая, но не вычурная одежда, и перстни на пальцах, каждый из которых был столь велик, что на них, как пить дать, можно было купить по маленькому замку.

— Хотела, — ответила я, почтительно склонив голову. — Ваше величество, меня зовут Ниара Келли. И я преодолела сотни километров, чтобы сказать вам…

— Что именно, девочка? — приподнял бровь король, когда на секунду я замолкла.

Все вокруг затихли в ожидании: стражники, колдуны, дознаватели. Все смотрели на странную некромантку, которая пришла поведать о заговоре.

— Я — служанка и любовница графа Кайла Шерье Кастро-Найрен, — проговорила я дрогнувшим голосом. — И я создала проклятье, которое вас убьет…

— Что ты такое говоришь? — прорычал король, нахмурившись и сделав едва заметный знак колдунам.

В тот же миг некроманты бросили в воздух какие-то заклятья, и меня окружило густое чёрное облако. Дышать стало тяжело. Воздух будто превратился в липкую массу, готовую вот-вот затечь в ноздри, задушить. Однако вся эта темная хмарь витала совсем рядом, но не касалась моей кожи. Будто предупреждая…

— Говори, — жёстко приказал Ирвиш Шерран.

Я глубоко вздохнула и набрала в лёгкие побольше воздуха. Словно боялась, что в следующий миг у меня может уже не быть такой возможности.

— Скажу, если пообещаете сохранить мне жизнь, — проговорила я последнее, на что надеялась.

— Ты не в том положении, чтобы диктовать условия! — рявкнул король.

От перенапряжения и стресса заклятие, которое я заготовила, начало подрагивать, готовое вот-вот развалиться и испортить мне все дело. Я и так из последних сил крутила в голове заветную фразу на эшгенрейском, опасаясь, что не успею произнести все, что нужно. Опасаясь, что просто забуду последовательность или густое облако не даст мне даже начать свое колдовство.

— Но я пришла к вам сама, ваше величество, — проговорила я вяло. — Это уже свидетельствует о моих благих намерениях и должно послужить моим оправданием перед вами.

— О твоих намерениях мы как раз сейчас и поговорим, — опасно-тихим голосом ответил Ирвиш. — Рассказывай. А я уж потом буду решать твою судьбу.

Я глубоко вздохнула.

— Ваше величество, — начала тут же, придавая своему голосу твердости. Мне нужно было сыграть роль, это тоже было частью плана. — Я создала страшное проклятье, чтобы убить вас… ради своего возлюбленного. Кайла Шерье Кастро-Найрен.

— Говори подробнее! Как ты это сделала и зачем? И почему признаешься теперь? Что это за хитрость, ведьма? — Король явно моим новостям не обрадовался.

В каземате воцарилась гробовая тишина.

— Я хотела посадить на трон законного короля, — проговорила я твердо, стараясь не отвести глаз от мужчины, который сжигал меня полным ненависти взглядом. — Кайл достоин того, чтобы править.

— И для этого ты прокляла меня? — изогнул бровь король и тут же посмотрел на своих придворных некромантов. — И вы ничего не почувствовали? Я зачем вас вообще держу при себе?!

Колдуны склонили головы.

— Простите, ваше величество, — произнес один из них. — Мы действительно не почувствовали. И я склонен утверждать, что эта женщина лжет. Возможно, она вообще сумасшедшая. Ибо я готов поставить свою жизнь на то, что на вас нет никакого заклятья.

После этой тирады он бросил на меня косой взгляд, полный если не ненависти, то чего-то недоброго.

А я вдруг вспомнила нечто важное.

Предатель.

Один некромант-предатель абсолютно точно находился в окружении короля! Об этом как-то упоминал граф Шерье. Может ли быть такое, что вот этот лысоватый старик — это он и есть?

Тогда я должна быть предельно осторожна, потому что мне совершенно не хотелось тянуть за собой в бездну и его.

— Жизнь твоя уже и так стоит на кону, — с легким презрением ответил некроманту король и снова посмотрел на меня. — А ты — рассказывай дальше. Что за проклятье?

— Это… проклятие на смерть, — ответила, слегка краснея. Очень сложно лгать, когда не знаешь материал. Хотя лгать вообще сложно. — Я зачаровала один предмет…

— Ваше величество, — перебил меня все тот же подозрительный старик. — Она явно даже не понимает, о чем говорит. Название проклятья этой женщине неведомо, артефакт-хранилище тоже неизвестен. Ее слова — набор бессмыслиц. Нужно позвать жрецов, чтобы заперли ее в доме для душевнобольных.

— Не перебивай, Хеймор, — с раздражением бросил король. — Говори дальше, женщина. Что за предмет и как он работает? Если не назовешь, я просто отрублю тебе голову за дурацкие шутки.

По спине прокатилась морозная волна. Я почувствовала, что дрожу, и говорить стало еще сложнее.

— Назову, ваше величество. Потому что я не лгу, — хрипло ответила я. — Это человеческое сердце.

После этих слов дружный выдох разнесся по каземату. А на себе я поймала вспыхнувший взгляд того самого старика, Хеймора. Это был не взгляд ужаса или удивления. Это был взгляд человека, который знал.

— Где оно? — задал вопрос король, и прозвучало это как приказ, который не обсуждается.

Я громко сглотнула.

— В ваших покоях, — ответила тут же, подняв на него прямой взгляд и больше всего на свете стараясь не отвернуться.

Ирвиш взмахнул рукой, и тут же несколько стражников выбежали из каземата.

— Рассказывай дальше, как ты зачаровала его, — потребовал король.

И я закрыла глаза, вспоминая слова Лорейны. В самый последний день перед тем, как отправиться в Альденор, я вызвала банши вновь. Но в тот раз не было тренировок или упражнений в некромантии. Я спрашивала ее о человеческом сердце, которое Кайл приказал кому-то из здешних магов спрятать в покоях его величества. И теперь я досконально знала, как выглядит этот страшный кусок плоти.

— На одной из сторон сердца вырезана буква “S”, что означает “Sheight”, “проклинаю”, — начала рассказывать я. — А на второй стороне написано “B — biontie", что означает “король”.

И это была правда, хотя и на самом деле буквы эти означали совсем иное.

“S — shew`ier” переводилось просто как “слово”. А “B — birnaght” означало “портал”. Это был всего-навсего пространственный переход, который активировался словом “Слово”. Лорейна рассказала мне, что, оказывается, когда нужно было придумать какой-то особенный шифр для открытия темных врат, Кайл вспылил. Ему не хотелось запоминать то, что могло вылететь из головы. И потому портал должен был открыться от такого простого ключа.

Но королю этого знать не следовало.

Несколько минут его величество Ирвиш мерил каземат широкими шагами, сложив руки за спиной. А затем двери открылись и на пороге появились отправившиеся на поиски стражники. В руках один из них держал завернутый в тряпку круглый предмет.

Король нахмурился, взглянув на находку, и тут же перевел взгляд, полный ярости, на некромантов. Он не осмеливался прикоснуться к предмету, который мог принести ему смерть.

Увидев в яростном взгляде короля приказ, старик, которого звали Хеймор, дернулся вперед и выхватил у стражника сверток.

— Ты — моя правая рука, первый некромант королевства, который должен оберегать меня, и что я вижу?! — проревел Ирфиш. — В моей комнате человеческое сердце!!!

После этих слов он повернулся к страже:

— Где вы это нашли? — спросил он, пока Хеймор осторожно разворачивал “подарочек”, то и дело бросая на меня гневные взгляды.

— У вас под матрасом, ваше величество. В ногах, — ответил один из них.

— Замечательно, — фыркнул король. — Просто замечательно!

И по тону было ясно, что это вовсе не замечательно.

— Что дальше?! — рявкнул он, снова посмотрев на меня. — Зачем ты все это рассказала?

Я набрала побольше воздуха в грудь и выдохнула:

— Я передумала. Хотела, чтобы вы жили, а на моих руках не было крови.

— Что за чушь? — нахмурился Ирвиш.

И в этот момент совсем другой некромант, чьего имени я не знала, произнес:

— А может быть, она просто покрывает кого-то? Может быть, самого Кайла Шерье?

Меня словно окатили ледяной волной.

— Нет! Ведьма здесь лишь одна, и в моих силах… — начала было говорить я, вскакивая со стула, на котором сидела, готовясь бросить заклятье и продемонстрировать собственную мощь.

Но внезапно от перенапряжения и страха за Кайла заклинание, которое я так долго готовила, все же рассыпалось.

В ужасе я открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег, маленькая и беззащитная.

Упав обратно на стул, я повернула голову к Хеймору, вглядываясь в малюсенькие черные глаза на морщинистом лице, намереваясь все же закончить свою бессмысленно брошенную фразу, как вдруг старик заговорил:

— Не стоит лгать, деточка. — И голос его звучал неожиданно мягко.

В этот момент я вдруг поняла, что для него, как для первого некроманта королевства, вступившего в сговор с опальным принцем, не выгодны подозрения, падающие на Кайла Шерье. А значит, он будет пытаться все отрицать.

— А откуда мы вообще можем знать, что она говорит правду? — произнес он, опустив взгляд на сухое черное сердце. — Этот орган, несомненно, зачарован, но его магия вполне может быть направлена, например, я прощу прощения, ваше величество, на снижение вашей потенции. Недаром сердце было положено именно в ногах.

Король перевел на меня хмурый взгляд, а затем снова на первого некроманта.

— И что, тебе кажется, что это должно меня обрадовать?! — спросил он зло. — И вообще, это твоя забота — решать, с помощью каких проклятий пытаются убить твоего короля!

— Я уже говорил и готов повторить, что вашей жизни ничто не угрожало и не угрожает. А девушке, если она и впрямь сильная некромантка, в чем я теперь уже сомневаюсь, стоило бы просто признаться.

— В чем же? — приподнял бровь Ирвиш. — По-моему, она уже во всем призналась.

Честно говоря, я была склонна с ним согласиться, недоуменно вглядываясь в лицо Хеймора.

— В том, что просто хотела привлечь к себе внимание, — пожал плечами старик. — В то время как во дворце происходит смотр колдунов, годных к службе у вашего величества, каждый хочет как-то выделиться. А чем не способ — показать, что ты умеешь накладывать такие сложные чары, как проклятия на смерть. Но при этом продемонстрировать ещё и полное раскаяние и любовь к вашему величеству. Наверняка любой захочет, чтобы подобная сильная колдунья служила на его благо, а не на чужое.

Несколько мгновений Ирвиш молчал, ошеломленно хлопая глазами. Признаться, я была удивлена не меньше его. Так вывернуть ситуацию мне самой бы в голову не пришло.

— А тебе не кажется, — прищурился король, — что подставлять свою голову под плаху ради должности — не самая выгодная затея?

В этот момент в разговор вновь вступил второй некромант, чьи черные глаза то и дело скользили по мне с изрядной долей сомнения.

— Ваше величество, — пробубнил он сухими сморщенными губами, — я все же опасаюсь, что ее шаг мог быть шагом влюбленной женщины, которая хочет спасти своего любовника. Не кажется ли вам, что стоит проверить его светлость графа Шерье? Не планировал ли он чего-то дурного на ваш счёт? Возможно, речь шла о покушении, которое эта девочка пожелала остановить?

От его слов меня пробрала дрожь. Так близко старик оказался к правде.

Хеймор сжал зубы и зло посмотрел на товарища, бросив:

— Выходит, ты готов предположить, что пропустил смертельное проклятие, наложенное на собственного короля?

С этими словами Хеймор резко достал из ткани и вложил в голые старческие руки товарища сушеное сердце.

— Если этот орган зачарован на смерть, то заклятье активируется от прикосновения к коже, — сказал он, глядя, как бледнеет от страха лицо его оппонента, сжимающего артефакт. — Вот только я знаю, что это не так, а теперь узнаешь и ты, Рейл.

Второй некромант, вздрогнув, взглянул на сердце, а через мгновение облегчённо вздохнул.

— Действительно… — пробубнил он.

— Ну, а если там чары для снижения потенции, то тебе-то уже в любом случае все равно, правда? — добавил с кривой усмешкой первый некромант королевства.

В этот момент король закатил глаза к потолку и бросил:

— Так, мне все это надоело.

Сунул руку в карман, достал оттуда какой-то предмет, напоминающий огниво, и быстро щёлкнул им.

В воздухе мелькнула зеленоватая искра, и в следующий миг перед его величеством сгустилась Тьма, превращаясь в блестящее чёрное зеркало.

А в отражении… появилось лицо Кайла!

Граф Шерье повернул голову, сперва будто ничего не замечая, а затем ошеломленно взглянув сквозь пространство сперва на Ирвиша, а затем на меня.

Черные глаза широко распахнулись, а затем их залил такой мрак, которого я не видела никогда прежде.

— Твоя любовница пыталась убить меня, Шерье, — зло бросил король. — Ты прибудешь в замок через неделю. Или я собственными руками отрублю ей голову.

_______________________________________________________

— Dar hiesterah jertaver…* — Душа тишина откройся.