15

Эстер

— Идём, — бросает мне Хантер, когда заканчивает все свои заезды.

Он использует меня как вешалку для своего полотенца и халата, пока принимает душ, который сложно назвать душем. Ведь это просто шланг с ледяной водой в ржавой кабинке. Но вошёл он в неё словно греческий бог — голый, с упругой задницей, перед этим сбросив свою грязную одежду в сумку.

Однако спартанские условия не беспокоят Хантера. Как и то, что сейчас январь и вроде бы в этой части Швейцарии не так и холодно, но всё же. На улице максимум плюс семь.

А вот меня беспокоит то, как внизу живота тяжелеет и скручивает при виде голого Келлера, выходящего из кабинки. Он забирает у меня полотенце, неспешно вытирает своё вытатуированное сильное тело. Я поздно вспоминаю, что могу и отвернуться.

У него совсем нет стыда!

Да, конечно, здесь рядом никого нет, но всё же.

Я смущаюсь. А ещё боюсь, что он может затащить меня в эту кабинку, чтобы… чтобы сделать со мной самые извращённые вещи.

К моему облегчению, Хантер этого не делает. Мы вместе возвращаемся к грузовику.

— Похоже, ты закончил, и я могу идти. Не переживай, я могу добраться на такси до ближайшего вокзала, — говорю я ему, улыбаясь, но он явно не разделяет моего энтузиазма.

Его глаза опасно темнеют, и он кивает мне на грузовик и пропускает вперёд, и я понимаю, что не всё так просто. Покорно поднимаюсь и забиваюсь в самый дальний угол рядом с какими-то инструментами.

Хантер плотно закрывает за собой дверь грузовика.

— Иди ко мне, Эстер, — говорит он, и воздух пропадает из лёгких. Я сжимаюсь от ужаса и предвкушения.

Его халат будто специально развязывается, оголяя интимную часть тела.

Но я не двигаюсь с места.

Так не может продолжаться.

Я не собака, чтобы он манил меня и потом делал всё, что ему вздумается.

Я качаю головой. На лице Хантера появляется зловещая ухмылка.

Он приближается ко мне сам, напирая своей аурой. По пути он хватает со стеллажа дребезжащую сверкающую цепь.

— Ты хочешь сбежать от меня, Эстер? — я смотрю, как он наматывает цепь на свою правую руку.

— Ты пугаешь меня. Конечно, я хочу от тебя сбежать, — срывается с губ, и я их облизываю, словно убирая остатки смелости.

— Я не буду причинять тебе боль, если ты сама этого не попросишь, — он становится слишком близко.

Я упираюсь ладонями в его грудь, пока размышляю, что это значит. Он не будет делать мне больно? С чего он вообще взял, что я его об этом попрошу?

Моё замешательство становится моей ошибкой. Хантер ловко перекидывает цепь на мои запястья и обвязывает их.

— Что ты делаешь? Ты же говорил, что не будешь делать мне больно! — шиплю, возмущаясь и пытаясь выдернуть руки, но они застряли в железной паутине.

Хантер поднимает свою правую руку вверх, заставляя и меня поднять запястья. Словно марионетку он кружит меня, а затем толкает к стене грузовика, при этом опустив руку мне за голову. Теперь я стою к нему спиной, опираясь локтями в стену, пока мои запястья утянуты цепью за затылок.

— Хантер! — вскрикиваю я.

— Это только ласка, мой нежный цветочек. Только потому, что ты решила, что сможешь уехать отсюда без меня. — Он тянет мои связанные запястья ниже, заставляя выгибаться. — Имей в виду, что я готов заковать тебя в цепи, если понадобится.

Я тяжело дышу.

— Зачем тебе всё это? Ты… жесток. Я не сделала тебе ничего плохого!

— Расслабься, — шепчет он, обдавая жаром мою шею. — Обещаю, тебе понравится.

Он проводит языком под моим ухом, заставляя дрожать всем телом. Он ласкает меня своими руками, поднимая худи вместе с футболкой и лифчиком.

Моё тело становится беззащитным, но в то же время мне это нравится.

Проклятье…

Мне нравится, как он сминает мою талию, а потом грудь — он будто знает, где мне понравится больше всего.

Он накидывает цепь поверх груди и моих напряжённых сосков и стягивает её, усиливая возбуждение.

— Тебе больно, Эстер? — шепчет мне в ухо.

— Нет, — признаюсь я.

Я просто сошла с ума.

— Тогда я могу продолжить.

Не дожидаясь ответа — да это и не было вопросом — Хантер опускает мои спортивные штаны и добирается до самого сокровенного.

Он довольно стонет, почувствовав мою влагу, скопившуюся между ног.

— Я же говорил, что тебе понравится.

Он тянет мои запястья ниже за затылок, и я выгибаю ему навстречу свою задницу.

Хантер очень ловко входит в меня одним рывком.

Я всхлипываю от собственного бесстыдства, потому что к тому времени моё тело уже изнывает и просит почувствовать его внутри. Приятная боль от проникновения теперь ощущается как облегчение.

Хантер начинает двигаться — сначала медленно, потом набирает ритм.

Я не могу сдерживать стоны, даже если знаю, что кто-то может их услышать.

Боже… с кем ещё он творил такое здесь, в этом грузовике?

Лучше не думать.

Соски горят от лёгкого трения с цепью, и я вновь рассыпаюсь в руках Хантера на атомы.

— Хорошая девочка. В тебе так узко и тепло, что я хочу находиться здесь целую вечность. Ты же позволишь? — я содрогаюсь от невероятных ощущений.

Неужели он спрашивает у меня разрешения?

— Господи, да… — стону с закатывающимися глазами.

Я знала, что секс с мужчиной приносит удовольствие, но не думала, что такое.

Самое странное — это то, что боль становится сладкой. Хантер впивается пальцами в мой живот, вдавливая в себя. Дерзко кусает в шею и натягивает цепь.

Я чувствую, как он наполняет меня изнутри.

Чёрт…

Если бы бабушка знала, как мне это нравится — она бы лишила меня наследства.