45

Эстер

Я просыпаюсь рано утром, плотно прижатая к телу Хантера. Кажется, что я тону в его огромном горячем вытатуированном теле. Мне нравится. Тело приятно ноет после вчерашнего необузданного дикого секса, а потом — горячей ванны, в которой Хантер почти заснул.

Должно быть, он несказанно устал.

Подношу к своему лицу кольцо — единственное, что на мне надето. Оно великолепное. Сверкает даже в затемненной плотными шторами комнате отеля. Я действительно согласилась на это.

Волнительно.

Это означает перемены. Мы с Хантером станем еще ближе. Даже не верится. Все так быстро…

Тянусь к телефону. Через несколько часов у нас должен быть вылет. Родители ждут, что я буду верна своему слову…

Я открываю мессенджер, чтобы посмотреть, прочитала ли мама мое сообщение о том, что Хантер сделал мне предложение.

Прочитала. Но ничего не ответила.

Я пробовала ей звонить, но она не поднимала трубку.

Отец хотя бы просто оставил смайлик под видео с новостного спортивного канала, где Хантер делает мне предложение.

Но тоже ничего не ответил. Возможно, он успокаивает маму.

Хотелось, чтобы родители отнеслись к моему выбору по-другому… Но как есть. Мама всегда влияла и контролировала мои решения. Но это… я не могу ей уступить. Поэтому она пребывает в шоке.

Тяжело вздохнув, я выбираюсь из-под властной руки Хантера, пока он все еще спит, и отправляюсь в ванную.

Вчера он брал меня у этой мраморной жесткой раковины словно дикий зверь. На зеркале еще остались отпечатки наших ладоней, а на моих ногах остались синяки от того, с какой силой он вдавливался в меня. Вероятно, дело в нескольких днях воздержания. Но в тот момент любая боль была сладкой и заставляла терять разум.

Ухмыляюсь, потому что со мной, скорее всего, что-то не так, ведь, вспоминая об этом, я вновь начинаю увлажняться.

Принимаю легкий душ, привожу себя в порядок. Накинув халат, со все еще влажными волосами я возвращаюсь в комнату, чтобы взять несколько вещей из чемодана. Приходится передвинуть чемодан Хантера, из которого внезапно выпадает на пол тканевая сумка из черного шелка. Поднимаю. В ней что-то позвякивает… Она тяжелая, и я просто умираю от любопытства посмотреть, что в ней. Меня манит странная форма того, что содержится внутри.

Поворачиваюсь к кровати Хантера — он еще спит.

Ммм…

Ладно.

Развязываю шнурок над письменным столом и вытаскиваю пару кожаных ремней-наручников. Следом из сумки вываливаются длинные тонкие цепи. Очень в стиле Хантера. Моя грудь набухает при мысли, что он… свяжет меня этим.

Когда я стала такой извращенной? В момент, когда поняла, что за мной наблюдает хищник из темноты. И вот он вышел на свет… Мирно спит рядом, а я рассматриваю его… игрушки.

Последняя вещь из мешочка заставляет меня оцепенеть.

Я перестаю дышать, разглядывая нечто похожее на… крюк. Большой. Металлический. Только с округлым наконечником… Небольшим и напоминающим ту самую игрушку, которую подарил мне Хантер несколько дней назад. На другом конце — кольцо, к которому прикрепляется цепь.

Твою мать… Он явно не рыбу собрался этим ловить.

Я оказываюсь настолько испорчена, что за две секунды понимаю, для чего это все предназначается и как именно это можно использовать.

Больно прикусываю губу, осознавая, что совсем не против…

Легкое прикосновение к моей шее заставляет вздрогнуть, а после почувствовать, как плотно обволакивает меня тело Хантера.

Крюк выпадает из рук на стол.

— Ты… нашла что-то интересное? — спрашивает Хантер, склоняясь над моим ухом.

Черт.

Руки дрожат, пока я пытаюсь запихнуть все это добро обратно.

— У нас скоро… самолет… — легкие отказываются функционировать, я борюсь с постыдным возбуждением.

— У нас нет самолета. — Хантер ловит мои руки и не позволяет запихнуть столь экстравагантные игрушки в шелковую сумку.

Он знает, что я это уже увидела…

— К-как… нет? — я чувствую дрожь в теле, реагирующем на то, как Хантер прижимает ко мне свой возбудившийся член. Чувствую его напор через ткань халата.

— Отец улетел вчера вечером. У нас нет обратного рейса. — В нежном прикосновении Хантера к моей шее есть что-то хищное и опасное.

— Но я… мои родители… — кажется, я начинаю заикаться.

И в чем дело? Я испугалась крюка?

Да, я испугалась, но вместе с тем возбудилась до безумия.

— Я поговорю с ними. Мы останемся здесь. На пару дней. — произносит Хантер и разворачивает меня к себе лицом.

Он внимательно всматривается в мои глаза, а потом медленно поддевает халат и спускает с моих плеч. Дыхание становится рваным.

Халат с тихим шелестом падает на пол.

Мы стоим полностью голые друг перед другом.

Хантер прокладывает линию поцелуев по моей шее, и вскоре я чувствую прикосновение металла по этой линии. Пока я выгибалась от его ласк, Хантер пробрался руками мне за спину, нащупал цепь, ту самую, что является частью зловещей игрушки, и умело воспользовался ею, накинув мне на шею.

— Ты… доверяешь мне, Эстер? — низким голосом спрашивает он, пока затягивает цепь на шее.

Мое сердце бешено стучит, грудь высоко вздымается. Я медлю с ответом, и Хантер успевает взять мою дрожащую руку с поблескивающим кольцом на пальце и приподнести к своим губам.

Поцеловав тыльную сторону ладони, он заводит руку мне за спину. То же самое он проделывает и с другой. А после, словно легкую куклу, переворачивает к себе спиной.

— Эстер… Ты. Мне. Доверяешь? — повторяет Хантер свой вопрос, плотно фиксируя запястья в кожаные ремни за спиной.

Я начинаю задыхаться. Горячие губы нежно касаются плеча, но я вся в ожидании, что новое приключение заведет меня на неизведанную территорию темноты.

— Что ты собираешься делать? — я забываю о его вопросе.

Попросту не слышу, не понимаю, потому что слишком возбуждена происходящим.

Опускаю взгляд на крюк передо мной. Он тускло поблескивает в затемненной комнате.

— Ты не ответила на мой вопрос. — напоминает Хантер, и я вижу, как он тянется за крюком.

Я резко разворачиваюсь к нему лицом. Смотрю снизу вверх, ощущая себя уязвимой.

Хантер ждет. Его глаза темнее бездны.

И мне хочется взвыть от дикого возбуждения, так быстро скопившегося между ног.

Хантер склоняется, чтобы подарить мне самый грязный из всех поцелуев.

Я чувствую, как он прикрепляет крюк к цепи, свисающей с моей шеи по спине. Холодный металл достигает моей задницы.

Хантер останавливается. Он уже приготовил меня, свой очередной шедевр…

— Ну так что? Ты мне доверяешь? — шепчет он на ухо.

Мои ноги подгибаются.

— Да. — стону я ему в губы.

Услышав мой ответ, Хантер издает утробный звук. Достаточно, чтобы полностью потерять контроль. Точно. Я передаю власть над моим телом… ему.

Услышав мой ответ, Хантер издает утробный звук. Достаточно, чтобы полностью потерять контроль. Точно. Я передаю власть над моим телом… ему.

— На колени, — надсадно выдавливает он, и я послушно опускаюсь перед ним, чувствуя, как крюк угрожающе болтается за моей спиной. — Оближи меня, Эстер.

Хантер одной рукой направляет свой орган навстречу моему рту, а другой упирается в стол позади меня.

— Черт… — он задирает голову со стоном наслаждения, когда я облизываю и обхватываю губами его набухший орган.

Я впервые слышу, чтобы он издавал такие звуки. Это… заводит еще больше. Я сжимаю бедра. Тело изнывает. Хантер запускает пальцы в мои все еще влажные волосы и помогает двигаться по его длине до тех пор, пока я не давлюсь кашлем.

— Послушная девочка. — Он притягивает меня за волосы к себе, заставляя встать. — Ты лучшее, что я пробовал в этой жизни.

Хантер одаривает меня неистовым глубоким поцелуем. Приподнимает и на руках подносит к постели. Сначала укладывает на спину. Обласкав соски, он спускается ниже и жадно погружается в мою раскаленную плоть.

Я не могу сдерживать стоны. Извиваюсь, пока он нежно исследует меня своими пальцами во всех отверстиях. Он делает это бережно, позволяя привыкнуть к натяжению. Я не знаю, откуда он берет смазку, потому что больше не в состоянии соображать.

Мой разум покинул этот мир. А я сама растворилась в темноте.

Доведя меня до оргазма, от которого я едва не теряю сознание, Хантер переворачивает меня на живот и заставляет приподняться на колени. Я утыкаюсь носом в постель, потому что руки все еще связаны за спиной.

Хантер аккуратно погружает в мой задний проход прохладный кончик анального крюка — медленно, плавно. И я понимаю, почему он спрашивал про доверие. Иначе я бы не согласилась на это, не смогла бы расслабиться. Но Хантер ласкает, прикасается осторожно и заботливо. От этого низ живота еще больше скручивает в спазме. Опустив его еще немного внутрь, он останавливается, когда я больше не могу сдержать рваных стонов.

— Я… сейчас… кончу… — выдавливаю я.

— Тише. — успокаивает меня Хантер. — Еще рано.

Он опускается, чтобы пройтись языком по моей плоти.

— Пожалуйста… — умоляю я.

Боже, что я прошу? Чтобы он наполнил меня? Да. Я хочу почувствовать Хантера внутри. И он делает это. Пристраивается позади, входит, вызывая искры в глазах.

Он начинает двигаться — сначала медленно, потом быстрее. Одна рука впивается мне в бок, другая — дергает за цепь на спине.

Меня прошибает волной. Сносит. Потому что, потянув на себя, Хантер не просто затягивает плотнее цепь на шее и заставляет выгибаться… Крюк проталкивается в меня глубже.

Чееерт…

Я кричу.

Действительно громко вскрикиваю, но не от боли, а от наслаждения. Это ощущается… высвобождением. Да, как будто я позволила темноте поглотить меня.

— Эстер… Ты идеальна, моя порочная девочка. — Хантер прикусывает плечо, рыча словно зверь и ускоряясь. — Только моя…

Он натягивает позвякивающую цепь, провоцируя новые ощущения и заставляя душу рассыпаться на тысячи частиц. Хантер уверенно и решительно овладевает мной. Сейчас он безжалостен. Я некоторое время балансирую на грани, скуля от ощущений и остроты. Пространство и время стираются. Есть только мы и наши сплетенные самым порочным и грязным образом тела.

— Моя девочка.

Хантер заполняет меня своим семенем, а моя плоть жадно впитывает его в себя, пульсируя и сокращаясь…

Это самое безумное, что происходило со мной в жизни. Из глаз катятся слезы. Хантер обнимает меня и принимается нежно поглаживать. После его бешеного ритма особенно ощущается этот контраст.

Я обмякаю, впитав в себя наш новый уровень темного доверия, и отключаюсь, почувствовав себя в надежных руках...