Глава 7

— Вы меня отпустите? Пожалуйста, — снова начала умолять Габриэль, — я рассказала всё, что знаю.

— Ты собиралась прикарманить мои деньги, сучка, — прошипела Бланш, — а я ведь когда-то считала тебя нормальной!

Наша пленница, похоже, уже догадалась, кто скрывается под сарафаном сельской кокетки, так что принялась оправдываться. Причём крайне заискивающим тоном:

— Княгиня, прошу вас! Мы плохо понимали, что вообще происходит. Катарина погибла, клан развалился, а вы были далеко… вот мы и примкнули к Николя, но я раскаиваюсь, княгиня! Сами видите, каким подонком он оказался! Я уже получила по заслугам за то, что доверилась ему!

Я перебил эту истерику и спросил:

— Лучше расскажи, на какие деньги твой дружок собирается жить? И чем он будет платить своим помощникам? Он ведь не может получить доступ к счетам без ключ-карты.

Услышав мой вопрос, Габриэль сразу обрадовалась. Похоже, что ей было что по этому поводу сказать, а значит, она могла быть для нас ещё немного полезной и надеялась, что таким образом ей удастся выкрутиться.

— Да, он пока не сможет пользоваться коинами с официальных счетов клана. Но это не единственные средства, которые он сумел заполучить. Николя с самого начала подсуетился и раздобыл доступ к личным счетам Катарины. Он самый первый проник в это поместье, так что забрал её личный ключ.

— Ты знаешь, сколько там было коинов? — сразу оживилась Бланш.

— Нет, — покачала головой Габриэль, — Николя никогда не называл точные цифры. Но он был уверен, что этих запасов ему хватит, чтобы протянуть, пока он восстановит доступ к основным счетам.

Я вздохнул. Что за халатность! Катарина не потрудилась должным образом защитить даже собственные сбережения! Получается, что снять деньги с её счетов мог любой заполучивший ключ проходимец, даже при её жизни, раз и после смерти не возникло никаких проблем.

Ну, теперь хотя бы ситуация стала немного яснее. Я был уверен, что даже мои заклятые враги не возьмутся прятать у себя совсем уж бесполезного Вийона. Каждый из них вполне понимал, чем рискует, если открыто выступит против меня.

Да, они, несомненно, уверены, что я уже не тот, что прежде, и что они давно обошли меня в силе и умениях.

Но всё-таки каждый из них помнит, на что я способен. И смерть Катарины только доказывала, что они больше не могут считать себя в стопроцентной безопасности.

Так что брать на себя риск без всякой выгоды никто из них на себя не станет.

И всё же я уверен, что один из Великих кланов вмешался и решил получить выгоду от поступка Николя Вийона.

Никто из более мелких не стал бы связываться, да и сам Николя знал, что они не смогут его защитить. Значит — Великие.

И бомба, которая ждала нас в резиденции, только подтверждала этот вывод. Это точно не стиль Вийонов. И вполне вероятно, что Николя получил её от своих новых друзей.

Но всё-таки, кто? Десмонд или Штайгер? Оба клана были сильны в технологиях и могли создать нечто подобное.

Спешить ли мне на вокзал или догонять грузовики?

У меня не было полной уверенности ни в одной из этих версий. Но всё та же бомба могла стать зацепкой.

Вот только изучить её как следует лично я уже не мог. Стоит Росси достать её из пространственного кармана, как буквально через секунду, раздастся взрыв.

Но, к счастью, личный осмотр — это не единственный способ анализа.

Благодаря тому, что я мог записать видео буквально из всего, что вижу и отправить его Лифэнь, у нас появлялся шанс узнать что-то о происхождении этой бомбы, опираясь только на её внешний вид.

Время поджимало. Но даже в такой ситуации хакерша не подвела. Я ценил эту девушку не только за её профессионализм, но и за скорость, с которой она могла работать, когда это необходимо.

— Нашла, — буквально через минуту после запроса, обратилась она ко мне, — не совсем то же самое, но подобные ошейники широко используются на шахтах и заводах Штайгеров. Так они предотвращают возможные побеги каторжников.

— Каторжников? Гюнтер до сих пор не отказался от этой практики? Я думал, что теперь, когда он получил доступ к дешёвой энергии скверны, то успокоился и перестал экономить, и на тяжёлых производствах теперь работают големы.

— Ага, как же, — услышала меня Октавия и тоже решила высказаться, — этот жадный гном с каждым годом только сильнее гайки закручивает. На его землях сейчас одни из самых суровых законов. Украдёшь какую-нибудь мелочь и всё, мигом в кандалы и на шахты. Это людей ему не жалко, а над големами он трясётся, будь здоров. Они стоят дорого, да ещё и быстро приходят в негодность при активной работе.

Я хмыкнул ещё раз, получив подтверждение старой поговорке о том, что сколько людям ни дай, а им всегда мало.

Впрочем, я тоже не брезговал преступниками. Они у меня активно работали на благо общества после заслуженной смерти. Но это касалось только конченых ублюдков, из тех, что брались за любые грязные дела. Убийства, разбойные нападения, торговля людьми.

Мелкие проступки вроде воровства и мошенничества я оставлял в юрисдикции городского управления.

Гюнтер же никакой градации не придерживался. Любой попавшийся преступник был обречён до самой смерти пахать на благо Штайгеров.

Впрочем, сейчас имело значение только то, что ошейник, который мы нашли на Габриэль — это безусловно, их технология. А значит…

— Бланш, Симон, отправляйтесь на вокзал, — распорядился я. На всякий случай проверьте отходящий поезд. Остальные — за мной.

Хотя я и был уже уверен на девяносто девять процентов, что Николя не поедет на поезде. Хитрый подонок уж точно растрепал свои планы Габриэль не для того, чтобы им следовать, а на случай, если она всё-таки не погибнет, чтобы пустить нас по ложному следу.

Но я не мог игнорировать оставшийся один процент. А у Бланш больше шансов почувствовать другого Вийона, даже если тот будет под маскировкой.

От мыслей меня отвлёк вопрос Кристины:

— А что будем делать с этой? — она имела в виду Габриэль, — мы же не можем взять её с собой. Но и оставить просто так нельзя.

— Зря мы её развязали, — хмыкнула Бланш, — может, упакуем обратно?

— Нет, пожалуйста, — захныкала Габриэль, — эти артефакты… от них так больно. Я никуда не убегу!

— Ладно, дайте мне пару секунд, — включилась Октавия и пододвинула стул с пленницей к туалетному столику с большим зеркалом.

Очень скоро взгляд Габриэль стал туманным, а она взяла расчёску и принялась распутывать свои густые рыжие волосы.

— Вот и всё, — подытожила ведьмочка, — теперь, пока я не отменю приказ, эта красотка будет пользоваться кремами, накладывать макияж, делать причёски… а потом всё смывать и начинать сначала. В общем, вести обычную жизнь девушки из рода Вийон.

* * *

— Симон, быстрее, — недовольно торопила своего спутника Бланш, — у нас всего десять минут!

Несмотря на то что Макс доверил ей вроде бы важное задание, она всё равно чувствовала себя выброшенной на обочину жизни.

Как и все спутники Рихтера, Бланш доверяла его чутью и была уверена, что на вокзале они ничего не найдут. Но, вместо того, чтобы присутствовать при поимке этого гадёныша Николя, она застряла тут с этим… новичком.

— Не волнуйтесь, мадемуазель, — с весёлой улыбкой отвечал он, — мы обязательно успеем в срок. Я не подведу своего мастера на первом же задании, которое он мне доверил!

— Похвальное стремление, но слова делу не помогут. Мы всё равно не успеваем, — мрачно отозвалась Бланш.

Она сразу же отмела вариант с такси, потому что вокзал находился на одной из тех улиц города, где было запрещено автомобильное движение.

В Вийон-де-Тур вообще разрешалось ездить лишь по совсем малому участку города, и там всегда были пробки.

В общем, сократить таким образом время было никак нельзя.

С другой стороны, Бланш была превосходным магом поддержки и владела разного рода благословениями на высшем уровне. В том числе такими, которые ускоряли движения.

Владел ими и Симон, только в другой форме. Ведь их дар брал своё начало в разных стихиях.

Так что, конечно, они здорово выделялись, проносясь по улицам города словно два маленький ураганчика.

Но в один момент им пришлось остановиться возле довольно широкого ручья.

— О, нет! — воскликнула Бланш, — здесь же был мостик, я помню…

От досады она закусила губы и начала напряжённо думать, как обойти это препятствие. В воду ей лезть не хотелось, но, похоже, придётся, если она не собирается подвести Макса. А это исключено.

— Какая же я дура! — снова выпалила она, — надо было уточнить маршрут у Лифэнь. Глупо было надеяться, что здесь всё осталось как пять лет назад, когда я в последний раз была в Вийон-де-Тур.

Сказав это, Бланш решительно двинулась в сторону ручья. Обходить его времени не было совершенно. Они тогда точно опоздают. Придётся нырять.

Однако спустя секунду она вдруг почувствовала сильные руки Симона у себя на талии.

— Не волнуйтесь, мадемуазель, кем я буду, если позволю даме вымокнуть до нитки?

Он подхватил её словно принцессу и, не слушая возражений, разбежался и одним прыжком перепрыгнул через ручей.

После чего аккуратно поставил её на брусчатку и строго добавил:

— И никогда не принижайте себя. Девушка не должна обзывать себя такими словами.

— Но ведь я сама завела нас сюда… — удивилась Бланш.

— Для того и существуют, рыцари, мадемуазель, — вновь улыбнулся Симон, — если дама ошиблась, то они должны исправить ситуацию.

Княгиня совсем засмущалась и, чтобы это скрыть, быстро перевела тему, напомнив, что им нужно спешить.

Очень скоро парочка, наконец, добралась до вокзала. Они успели, поезд ещё не тронулся.

На перроне было много людей, в основном провожающих, но большинство пассажиров уже успели расположиться внутри.

Выдав себя тоже за провожающих, Бланш всё-таки уговорила проводников и охрану пропустить их внутрь. Пусть и в этом облике, но харизма Вийонов её не покидала.

Оставалось всего-то промчаться сквозь все вагоны поезда за три минуты.

Впрочем, под теми заклинаниями, которые они на себя наложили, это было не так уж трудно. Труднее, не показаться персоналу поезда слишком уж подозрительными.

Десмонды не любили шутников на своих поездах.

К счастью, всё обошлось. Но Бланш всё равно была расстроена. Конечно, никакого Николя на поезде не было, так что они просто без толку потратили время.

Только и оставалось, что грустно плестись по перрону, понимая, что пропустят самое интересное.

Однако если Бланш выглядела совсем угрюмой, то Симон, наоборот, не унывал.

— Подожди меня здесь, — обратился он к ней, когда они шли мимо одной из красивых кованых лавочек.

Бланш лишь пожала плечами и села. Даже воздух и виды родного Вийон-де-Тура практически перестали её радовать.

Симон куда-то убежал, но вернулся буквально через несколько минут, держа в руках стаканчик горячего шоколада и упаковку вкуснейших пирожных.

— Прошу, — он галантно приподнёс всё это Бланш, — я не могу допустить, чтобы дама грустила. Надеюсь, это поднимет тебе настроение.

И Бланш действительно невольно расплылась в улыбке. Удивительно, но этот совсем молодой парень знает, как порадовать девушку.

Но, уплетая пирожные, она не могла не спросить:

— Симон, но я ведь выгляжу ужасно! Словно самая настоящая колхозница… а ты так стараешься ради меня.

Симон посмотрел на неё с удивлением и, ни секунды не раздумывая, ответил:

— Глупец тот, кто будет оценивать даму по одной только внешности. Каждая девушка красива по-своему, но гораздо важнее её внутренняя красота.

Бланш не раз слышала подобные фразы из уст самых разных мужчин, но никогда им не верила. Всё это были лишь попытки заинтересовать красотку Вийон, притворившись более глубокой личностью, чем на самом деле.

Она давно привыкла к своей яркой внешности, используя её довольно часто как оружие. Но в этом облике слова молодого дуэлянта прозвучали для неё громко, словно набат. И тот говорил так искренно, что Бланш просто не могла ему не поверить.

* * *

— Не могу понять, — начала Октавия, — сначала я подумала, что мне показалось, но теперь точно вижу, что мы идём не к резиденции Штайгеров, а в какой-то парк.

— Так и есть, — невозмутимо отозвался я.

— Но зачем? — удивлённо спросила она.

В глазах Кристины читался тот же немой вопрос, но Бергман всё ещё не чувствовала себя уверенно в моём обществе и предпочитала вести себя молчаливо и скромно. Даже слишком.

Я же в ответ решил не раскрывать все карты, а, улыбнувшись, ответил вопросом на вопрос:

— Как думаете, как быстро мы догоним грузовики на своих двоих?

— Ну под заклинанием Бланш небольшие шансы есть, — отозвалась Октавия и добавила, — это, кстати, ещё один вопрос, который я хотела задать.

— Просто наблюдайте, — ответил я и повёл их дальше вглубь одного из самых крупных и популярных парков Вийон-де-Тур.

Несколько минут мы шли по красивой тенистой аллее, пока не добрались до небольшого озера, вокруг которого был разбит настоящий сад. Деревьев здесь уже было мало, в основном клумбы с цветами, и такие же цветущие кустарники.

— Даже жаль, что придётся испортить этот вид, — пробормотал я, что заставило девушек вновь с удивлением на меня взглянуть.

В то же время пока я осматривался, Вийон-де-Тур решил напомнить мне, что смотреть по сторонам просто так здесь не принято. Любой взгляд, местные дуэлянты готовы воспринять как вызов.

Так что к нам уже поспешили несколько мужчин с явным намерением вызвать меня на дуэль.

Октавия вздохнула.

— Что, опять? Только не это! Может, не будем тратить время, и с ними разберусь я? — спросила она у меня.

Но я покачал головой.

— Не нужно. Они сейчас сами разбегутся.

Разумеется, мои слова до них долетели и крайне оскорбили.

— С какой стати вы обвиняете нас в трусости⁈ — воскликнул один из них.

— Если секунду назад я ещё сомневался, то теперь уверен! Дуэли не избежать, — вторил ему следующий.

Третий тоже хотел что-то сказать, но я жестом его остановил.

— Минуту, — попросил я у них.

И пока они вновь начали возмущаться моей наглости, земля вдруг вздрогнула. Трава зашевелилась словно старое лоскутное одеяло и стала расползаться.

А из-под неё полезли старые кости.