Глава 11

Мы с дедулей Карлом основательно зачистили сокровищницу от ловушек и защитных ритуалов Регины. Так что теперь это была едва ли не самая безопасная комната в пирамиде.

А потому, мы решили пока не таскать все трофеи с собой и оставить их здесь на время, пока мы будем разбираться с происходящим.

Ну а, чтобы темпы сбора добычи не падали, я оставил пару звероголовых умертвий чтобы они самостоятельно собирали артефакты в сумки.

Всё равно, основательно разбираться с добычей мы будем уже в Рихтерберге и, скорее всего, при помощи Октавии.

Что ни говори, а три эксперта всегда лучше чем два. Или во всяком случае — быстрее.

А работы там предстояло много.

Определить что делает каждый конкретный артефакт, рассортировать их по категориям, а потом ещё и распределить между своими людьми.

Ну и, конечно, выбрать наиболее сильные и значимые артефакты для личного пользования и экспериментов по их воссозданию.

Поэтому сейчас не имело значения, кто именно будет их собирать, всё равно, все подлежит внимательному пересмотру. А пока есть смысл грести всё подчистую.

А ведь мы ещё даже до библиотеки Регины не добрались! И, может быть, это не единственная сокровищница в пирамиде.

В общем, я не особенно рассчитывал, что мы вернёмся в Рихтерберг сегодня.

Тем более, что теперь ещё нужно решать проблемы с местными… кхм… жителями.

Ольга кратко рассказала, что видела, но теперь мы стояли на пороге арены и своими глазами убедились в серьёзности ситуации.

Звероголовые действительно набросились друг на друга и яростно сражались. Вот только половина из них всё ещё выглядела не намного лучше наших умертвий. Ментальная магия высушила их души и поймала разум в такую ловушку, из которой уже не выбраться.

Я понял это почти сразу при взгляде на их противников. Ведь те, напротив, выглядели более, чем живыми. Они даже пытались организовать что-то вроде боевого построения и переговаривались между собой на одном из древних языков.

К сожалению, я был недостаточно хорошо с ним знаком, чтобы понимать каждое слово, но по отдельным фразам догадывался, что они обсуждают битву, просят друг у друга помощи и обсуждают тактику.

Сомнений не оставалось. Часть слуг Регины пришли в себя и теперь противостоят тем, кто уже никогда не вернёт свой собственный разум.

Похоже, что те провели под контролем Сципион слишком много времени и не обладали достаточно устойчивым рассудком, а теперь окончательно потеряли свою личность.

Служение Регине стало единственной целью их существования, и даже когда она перестала их контролировать, для них всё равно ничего не изменилось.

Печальное зрелище.

Я перевел взгляд на сфинксов. Их всё также сдерживали мои питомцы, но, похоже, что они были в порядке.

Правда, выпускать из оков я их не спешил, мало ли как они себя поведут.

Сначала нужно разобраться с менее проблемными врагами.

Дед, глядя на сражение, как всегда предложил кардинальный способ решения задачи:

— Может быть, просто перебьём их всех, да и дело с концом? Превратим всех в умертвия и пусть охраняют пирамиду. Если Регина всё-таки вернётся, её будет ждать крайне неприятный сюрприз.

Ольга изумлённо взглянула на дедулю Карла. Ей подобные методы явно не пришлись по вкусу. Хотя определённая извращенная логика в этом была.

Но у меня существовали свои принципы. Один из них — не убивать разумных существ, пока они не дали для этого повода. Если не следовать этому, действительно легко самому превратиться в чудовище.

— Нам и так есть кого убивать. Эти несчастные уже никогда не станут прежними, — указал я, на потерявших разум, — начнём с них, а дальше посмотрим.

Ольга кивнула в знак согласия и сразу же выступила на стороне разумных звероголовых, а вот дед, как всегда не отказал себе в удовольствии посетовать о том, что внук вырос не таким, как он хотел.

— Эх, Макс, — покачал он головой, — твоя доброта когда-нибудь тебя погубит. Слушал бы лучше деда!

— Деда его хладнокровие уже погубило, — напомнил я ему с улыбкой, — так что пока счёт за мной.

Лич поцокал языком и снова покачал головой, но продолжать спор не стал, вместо этого он тоже включился в драку.

Как, в общем, и я.

А с нашей помощью всё закончилось очень быстро.

Правда, если во время битвы, звероголовые дрались с нами практически плечом к плечу, то как только всё закончилось, в их глазах появилась настороженность, а сами они сделали от нас несколько шагов назад и заняли оборонительную позицию.

Они начали переговариваться на своём языке. Но я понял только несколько радостных выкриков: «Ведьма мертва!».

А после к нам вышел один из них. Высокий мужчина, с тренированным телом воина и головой шакала.

Он ничем особенно не отличался от остальных. Все они были примерно одного роста, и снаряжение у них было одинаковое. Копья в руках, кожаная туника, кожаные же накладки на коленях и браслеты на руках. Всё это было декорировано медными полосками или пластинами, причём не только для красоты, но и для укрепления доспеха.

Впрочем, это всё равно было совершенно неоправданно с точки зрения современной брони. Хотя и стильно.

Они выглядели как воины из древних времён, а, скорее всего, ими и являлись.

Представители магических рас зачастую показывали просто чудеса долгожительства. Так что вполне может быть, что некоторые из их народа даже старше моего деда.

Это интриговало. И было ещё одной причиной для того, чтобы не покончить с ними сразу.

Уверен, озвучь я эту мысль личу, как он сразу же бы поменял своё мнение насчёт необходимости их убивать. Ну или настаивал бы на превращении каждого из них не в обычное умертвие, а в ревенанта. Уж кто-кто, а дед был не менее охоч до чужих тайн и магических секретов, чем Регина.

Но иногда даже он мыслил на удивление прямолинейно и готов был принимать чересчур поспешные решения.

Тем временем, воин вышедший к нам остановился и представился уже на нашем языке:

— Меня зовут Анпу. А вы? Вы убийцы ведьмы?

Его голос был необычным, довольно хриплым и словно немного рычащим. Что, впрочем, неудивительно, учитывая, что его гортань сильно отличалась от человеческой.

Я представился в ответ, в затем был вынужден его разочаровать.

— Боюсь, что нет. Ещё не убийцы. Ведьма сбежала, — в толпе звероголовых поднялись вопли отчаяния, я поднял руку, дав знак, чтобы мне дали договорить, и добавил, — но вряд ли она посмеет снова сюда вернуться. Да и, раз её контроль над вами ослаб, это уже о многом говорит.

— Да, — кивнул Анпу, — но если так будет… — он не договорил и, вместо этого, яро воскликнул, — всё равно мы у вас в долгу!

Он поднял копьё вверх, а затем ударил им об землю, будто посохом.

Этот же жест повторили остальные, стоящие за ним.

А затем и вовсе преклонили колено.

Я тихо вздохнул. Никогда не любил эти церемонии.

Но нет ничего хуже, чем их прервать и тем самым выразить неуважение к жестам благодарности и признательности.

Как правило, это не очень хорошо воспринимают, и переговоры потом получаются натянутыми. Даже если другая сторона действительно благодарна.

Так что я терпеливо перенёс всю эту, так сказать, официальную часть.

И, наконец, Анпу решил продолжить нормальный разговор, из которого мы узнали много чего интересного.

Звероголовые, действительно, были очень древним народом. И, несмотря на то, что они делились на разные ветви, такие как крокодилы, шакалы, кошки и даже соколы, между собой они никогда не воевали.

Они считали, что места на берегах великой реки хватит всем.

Звероголовые вообще были мирной расой, хотя силой их природа не обделила. Они были чем-то средним между магами и магическими существами. Кроме того, с последними они умели очень хорошо договариваться. Именно поэтому их поселения очень часто защищали сфинксы.

На этом моменте рассказа, он попросил нас отпустить захваченных гигантов, пообещав, что те будут вести себя спокойно.

А мне и самому было любопытно послушать ещё и их. В конце концов, это тоже разумные существа. Так что я приказал червям отступить.

И теперь перед нами стояли трое. Анпу и два сфинкса по обе стороны от него.

Они тоже склонили головы, а затем представились. Одного из них звали Хешерем, а вторую — Тиамат.

Меня это удивило, потому что я знал, что значение последнего слова как-то связано с водой. О чём я сразу и спросил, потому что такие существа редко получают свои имена просто так.

— Моё первое дыхание застыло в воздухе не этих земель, а в местах за границей всех известных вам карт, — вымолвила она, и в её голосе будто зазвенели отголоски неведомых просторов, — там, где волны катятся не из песчинок, а из вечной синевы глубин, и где крылатые хранители загадок никогда никому не служили, храня лишь верность древним законам, начертанным в самих звёздах

Дед хмыкнул.

— Ты это сказала так, словно недолюбливаешь наших новых знакомых, — он кивнул в сторону звероголовых, — они порабощали вас также как и Регина?

— Что⁈ Нет! — возмущённо воскликнула она.

А в разговор вмешался Хешерем, хотя легче от этого не стало.

— Даруйте нам круг солнца и луны, — промолвил он, но, немного подумав, пояснил, — даруйте нам время. Наши разумы долго пребывали в оковах чужой воли, но ныне мы чувствуем, как изменились течения мира, и впитываем знания, словно пустыня — редкий дождь. Наш язык, плетущий тени между словами, для вас слишком прозрачен, — добавил он с тихим, почти извиняющимся рычанием на последнем слоге, — вы улавливаете лишь поверхность глубоких вод, не видя течений под ней.

— А, так это мы виноваты? — надавил на него вредный лич, ухватившись за последнюю фразу.

На что Хешерем ответил столь же эмоционально, что и его подружка. И даже теми же словами.

— Что⁈ Нет!

Я засмеялся и пояснил для Ольги, которая, судя по её виду, вообще ничего не понимала.

— Это сфинксы. Создания, чей высокий интеллект максимально приспособлен под то, чтобы говорить загадками или хотя бы иносказательно и витиевато. Также они способны буквально впитывать в себя знания о мире, именно поэтому в легендах их, зачастую изображают, как мудрейших из магических существ.

Хешерем кивнул.

— Завеса времён сдвинулась перед нашими глазами, но тропы будущего ещё скрыты туманом непознанного, — попытался пояснить он, как всегда только сильнее всё запутывая, — мы ступаем по краю между прошлыми законами и новыми истинами, не зная, какие нити судьбы теперь вплетать в свою речь. Склоняем головы перед теми, кто разорвал цепи наших разумов, хотя наше почтение — лишь тень того, что должно быть выражено в священных ритуалах.

— В общем, — перевёл я, — они благодарны, но пока не готовы общаться.

Сфинксы снова склонили головы и сделали шаг назад, предоставляя возможность Анпу вести с нами беседу дальше.

Я же всё ещё переваривал нашу краткую беседу. Занятные создания. Я общался со сфинксами в первый раз и до этого не был уверен, сколько правды в том, что о них пишут.

Но, похоже, определения были довольно точны. Но главное, что правдивой оказалась информация о том, что они каким-то образом получают знания из всего вокруг. Во всяком случае, именно как подтверждение этому я понял слова Хешерема.

Интересно, значит ли это, что в них сейчас хлынул целый поток новых знаний? О сотнях или даже о тысяче лет. Всё зависит от того, как долго их разум спал, пока был подчинён Регине.

И что конкретно они поймут теперь, а также смогут ли разгадать тайну очагов скверны?

Я бы не удивился ничему. Истинно-магические существа просто по факту своего существования владели уникальными способностями, многие из которых не может повторить ни один маг, даже частично.

Причём зачастую это касается не каких-то боевых заклинаний или техник. А именно взаимодействия с мирозданием. Магические существа и духи настолько плотно вплетены в это самое мироздание, что мы по сравнению с ними, кажемся здесь обычными гостями.

С другой стороны, их связь с миром настолько сильна, когда болен он, то и они больны.

Именно поэтому в трудные времена элементали практически сливаются со своей стихией воедино и никак не проявляют себя в глазах человечества.

С другой стороны — именно по этой причине все магические существа становятся союзниками для того, кто хочет очистить мир от скверны. А кто это такой? Верно — клан Рихтеров, и я сам собственной персоной

В общем, я рассчитывал, что сумею ещё не раз пообщаться со сфинксами. Это может стать крайне интересным опытом.

Но сейчас надо было вернуться к разговору с Анпу.

Звероголовые тоже были не самыми простыми существами, хотя и не такими интригующими. Но их история также оставалась весьма любопытной.

Тем более, что с теми же сфинксами они как-то умудрились договориться об охране своих земель.

Вот только, даже это не спасло их от Регины.

Анпу продолжил свой рассказ.

Народы звероголовых привыкли к достаточно суровому местному климату. Они научились строить глубокие подземелья и величественные пирамиды. Со временем они даже перестали зависеть от великой реки, ведь обнаружили множество подземных вод.

Так что теперь они могли жить даже в самом сердце пустыни.

А потом появилась она. Регина Сципион.

Сначала ведьма втерлась в доверие ко сфинксам и постепенно сумела поработить их разум, но звероголовые поняли это не сразу.

Наоборот, сфинксы убедили их в том, что Регина настоящая светлая богиня, с чьей помощью их жизнь станет ещё лучше, а кроме того, она научит их вести дела со своим собственным народом. С людьми.

Анпу ещё раз напомнил, что их раса очень миролюбивая, и они действительно всегда хотели сотрудничать с человеческой цивилизацией, но люди всегда опасались их из-за необычной и даже жуткой внешности.

Да и не так часто люди забирались в глубины пустыни, в которой по их мнению, не было абсолютно ничего полезного.

Так что Регина знала на какие надежды и чаяния звероголовых ей давить.

В те времена она была ещё не столь уверена в своих силах и не могла разом захватить целый народ. Поэтому она действовала постепенно и осторожно, словно акула кружась вокруг своей добычи в ожидании подходящего момента.

Так она взяла под контроль всех значимых представителей их народа и начала править сама, как королева.

А со временем поработила вообще всех.

— Какая же она мерзкая, — зло высказалась Ольга в конце рассказа Анпу.

— У Сципион иначе и не бывает, — философски заметил дед, — так что я бы на вашем месте присмотрелся ещё раз к этой вашей Октавии, да получше.

— Хватит, — резко осадил я лича, — это не обсуждается.

Он примирительно поднял руки вверх.

— Ладно-ладно, кто я такой, чтобы делиться своим многовековым опытом с собственным внуком.

— Дед, — ещё раз обратился я к нему, — не дави на жалость. Тебе не идёт.

Лич пожал плечами, а мы вернулись к истории Анпу.

Тем более что он явно подводил её к логическому концу.

— Наше служение Регине было похоже на бесконечный сон, из которого нет выхода. Редкие проблески сознания сменялись многолетней рутиной. И сейчас, когда я пытаюсь вспомнить хоть что-то о пролетевших веках, то чувствую себя заплутавшим в тумане.

— Значит вы всё-таки что-то осознаёте под контролем? — удивилась Ольга.

— Да, — кивнул Анпу, но лишь малую часть происходящего. Зато мы постоянно чувствовали настоящее отчаяние, даже не понимая его причины. Мы жили в бесконечном страдании.

— Какой ужас, — снова впечатлилась Ольга, воинственно сжав кулаки, — мы ещё прикончим эту стерву! — пообещала она, — Регина ответит за всё!

— Я верю, что так и будет, — серьёзно ответил Анпу, а затем добавил то главное, ради чего вообще рассказал нам эту историю, — но пока это не произошло, мы не можем чувствовать себя в безопасности. Поэтому я от лица своего народа смиренно прошу великого мага и избавителя Максимилиана Рихтера стать нашим покровителем. А мы в ответ готовы поклясться в своей безусловной и вечной верности!

Я задумался. Вассалитет над подобным народом открывал многие возможности, но имел и некоторые подводные камни.

А пока я размышлял, Анпу сказал ещё кое-что:

— Но как бы там ни было, а в благодарность за наше спасение, мы хотим преподнести вам по-настоящему особенный дар!