Глава двенадцатая

Жаль Аластор сразу не поделился какие у него там размышления. Потому что я все же впала в предобморочное состояние.

– Возможно, я все-таки слегка ошиблась. – голос КатШи доносился как сквозь вату. – Это не яд для меня и для сидхе, а вот насчет Хесс уже не уверена. Она какая-то зеленая.

– Машину качает.

– Ну если огрызается, значит все в порядке. – уже голос Аластора.

Я приоткрыла взгляд, все вокруг расплывалось. Но лицо Темного принца пока видела четко. Зеленые глаза светились на смуглом лице, шрам постепенно затягивался.

– Держись, Хесси, нас уже ждут. Подлатаем.

– Это нечестно.

У меня во рту точно куча зефира оказалась непонятно откуда. Слова выталкивались с трудом.

– Ты опять пытаешься меня спасти.

– И он спасет. – подтвердила Кесси. – Наместник, я, конечно, не истинная КатШи, но кое-что знаю. Вы же можете вытащить яд. Ну все сидхе…

– Я полукровка. – перебил ее Аластор.

– Ты- сын Мэб, мать ее, Королевы Воздуха и Тьмы. Похрен, что полукровка, у тебя сил наравне с истинным сидхе.

Я поморщилась: их слова так давили на уши. А еще зрение все ухудшалось. Вот ведь забавная штука: прежде я даже не травилась. А тут раз и хреново.

– Вы о чем? – прохрипела кое-как. – Что это за хрень?!

– Демоническая хрень. – сообщила Кесси. – Верно, наместник?

– Помолчите обе.

КатШи замолкла, начала вылизывать лапу. Какими-то нервными движениями. А я послушалась, потому что сил не осталось. Долбаная отрава. Это моя человеческая сущность или что-то другое? Ведь на Аластора капли тоже попали, ему тоже досталось, но он выглядел по-прежнему бодрым. Только слегка побледнел. За меня что ли испугался?

– Если можешь, – сообщила ему сквозь силу, – то вылечи уже меня! Я не собираюсь сдохнуть в такси, да еще в твоей компании.

– Ты принимаешь помощь сидхе? – не унимался Аластор.

– Да, мать вашу!

И тут же услышала как затрещали джинсы. Бедные мои джинсы, купленные буквально месяц назад. Как раз в том месте, где красовалась длинная рана.

А над ухом послышалось мягкое мурлыканье. Это Кесси прижалась к моей щеке, заурчала. Так что по телу пронеслась волна умиротворения. КатШи мурлыканием могли усыпить, не зря есть легенда про кота Баюна.

Я буквально растеклась по сиденью. Тело стало легким, точно не моим. И точно издалека ощущала чьи-то пальцы на коже, потом в ране. Дернулась, но даже боль отступила под мурлыканьем Кесси. Она улеглась мне на грудь и продолжала урчать.

Голова кружилась, боль ощущалась точно откуда-то издалека. А затем ощущение пальцев сменилось прикосновением языка.

Темный принц в буквальном смысле слова сейчас зализывал мне рану, заодно запуская в организм противоядие. Слюна сидхе. Уникальное средство. Вытянет буквально любой яд. Только вот проблема: ты останешься при этом должен сидхе. Должен по уши. Потому что это по сути спасение жизни.

А сидхе о чужих долгах отлично помнят. Более того, предъявляют счет в самый “удачный” момент.

Даже сквозь мурлыканье Кесси я начинала ощущать горячее чувство внизу живота. Пока язык Аластора касался раны, внутри совершенно непроизвольно разрасталось возбуждение. Абсолютно неправильное, темное. Но оно было.

– Кесси!

Она точно поняла, о чем я попыталась попросить. Мурлыканье усилилось, возбуждение стало отступать. И в какой-то момент я впала в странное забытье. Нечто среднее между сном и реальностью. Ощущала прикосновения, но не понимала, что происходит.

Затем мир вокруг зашатался, а в голове начало проясняться. Я открыла глаза.

– Живая!

Кесси сидела рядом и перебирала лапками.

– Хесс, ты живая! Аластор просто молодец!

Прежде чем ответить, я прислушалась к ощущениям. Так, немного гудит голова, но в целом нормально. Отыскала взглядом место раны. Там розовела тонкая полоска. Среди остатков джинсовой ткани.

Итак, Темный принц вылечил меня. И теперь я ему должна. Должна по самое не могу.

Обвела взглядом обстановку вокруг. Одна из спален резиденции.

Мать вашу, я больше скажу! Это спальня Аластора! Эти бронзового цвета стены, кожаная мебель и огромная кровать, где спокойно разместятся десять человек. Огромный канделябр прямиком из какого-то средневековья, в котором горели толстые свечи. А за окном царила темнота. Та чернильная темнота, которая есть только в Горхейме. В которой, как говорит Аластор, все пороки чувствуются ярче и слаще.

– Где он? – спросила у Кесси.

– Здесь.

Аластор точно за дверью спальни поджидал. Злиться на него не выходило. Наверное, потому, что Темный принц выглядел уставшим. Сидхе это не свойственно, но он полукровка. Человеческая кровь дает знать о себе.

– Как чувствуешь себя?

– Нормально. – буркнула я. – Что это было?

– Яд. – Аластор присел на край постели, отчего она мне сразу показалась крайне узкой. – Причем яд неизвестный, который подействовал лишь на тебя, милая. Я уже привлек всех химиков к изучению. пока могу сказать, прежде они такого не видели. Есть предположения, что такого яда в нашем времени еще не существует. И да, больше он ни на кого не подействовал.

– Ты проверял?! – вырвалось у меня.

Аластор кивнул. Черные волосы, влажные после душа, прилипли ко лбу и шее. Лицо снова стало практически безукоризненным, рана от Мэб исчезла.

– И тут у нас возникает проблема. – продолжил он. – Ты любишь логику, Хесс? Я вот – да. И если рассуждать логически, то нас поджидали. Если более логически, то не нас, а тебя. Кто-то предупредил Канада, кто-то прислал этих тварей, у которых внутри яд, действующий лишь на тебя. Кто-то не хотел, чтобы ты отыскала Лэйгана. Или то, с чем он столкнулся.

– Это тупо.

Я подтянула колени ближе к груди. Рядом с Аластором хотелось все конечности подобрать, чтобы случайно не коснуться его. В памяти осталось прикосновение языка и горячий комок возбуждения в животе. Это ничего хорошего не сулило. Я наполовину человек и могу поддаться искушению. Другой момент, что у Аластора какой-то пунктик насчет меня. Видимо, я единственная, кого пока не затащил в постель.

– Хесс, – вмешалась Кесси, – я знаю, что выбрала своей хозяйкой тебя. Но сейчас прав наместник. Ни на него, ни на меня яд не подействовал. Да и Канад общался так, точно он тебя знал.

Она обошла вокруг меня, мазнула хвостом по лицу. И мурлыкнула прямо в ухо:

– Может, забить на поиски Лэйгана?

– Мимо. – резко ответил Аластор. – Приказы Мэб не обсуждаются. Хесс?

Он мне право выбора давал? Я аж кашлянула от неожиданности. Иногда Темный принц показывал очередную свою тайную сторону.

– Теперь это касается меня напрямую. – сообщила Аластору. – Кому-то я не даю покоя. И это странно. Серьезно, кому я нужна?!

– Мне.

Аластор сказал это так просто, что не поверить нельзя.

Если только это не я.

– Ты несколько лет отлично обходился без меня.

– Но не упускал из виду, милая. Ну же, не верю, что не видела мои маленькие послания.

Ну да: иллюзорные цветы на стенах, танцующие крохотные феи, осыпающиеся звездным дождем, шепот по ночам. Когда я сидела и зажимала уши, чтобы не слышать и не слушать. Потому что вместе с голосом приходила тоска по Горхейму, по жизни здесь.

– Есть еще проблема.

– Всего одна? – хмыкнула я.

По мне так их просто куча. И все продолжают расти, как снежный ком. Главная: где, черт подери, искать Лэйгона. Мэб угроз на ветер не бросает. А я не настолько отморожена, чтобы вызвать ее недовольство.

– Я сказал еще одна. – поправил меня Аластор. – И появилась она после встречи с Канадом. Почему он говорил, что ты погубишь этот мир?

Вопрос он вроде бы задал спокойным голосом. Но почему-то у меня мурашки пробежались по всем частям тела, а волосы на затылке приподнялись. В этом весь Аластор. Он не повышает голос, он управляет им так, что слушатели рыдают от восторга или от ужаса. Я сама видела, как однажды на улице один из преступников валялся у него в ногах и просил замолчать. Пока Темный принц великодушно не выдрал ему барабанные перепонки вместе с ушами.

– Он мог соврать?

– Фоморы мерзки по своей природе. Но не врут, когда дело касается предсказаний. Другое дело, что вариантов будущего великое множество.

– И некоторые из них мы имеем счастье наблюдать в Горхейме. – проворчала я. – Например, из одного варианта будущего к нам привезли те компьютеры. Ну которые потом попытались захватить Горхейм.

– Тот вариант будущего мы отсекли сразу после бунта. Но знаешь, что меня смущает?

– Не знаю, но ты поведай мне.

Не нравилось то, как Аластор стоял. Если понадобится, то он сделает рывок быстрее меня. Да и вообще не люблю, когда мужчины нависают. Типа доминируют, ага.

Я слезла с постели, не сводя взгляда с наместника. И при этом пытаясь оценить свое состояние. Так, не шатает, голове значительно легче, реакция на уровне. Только никакого оружия, даже из волос вытащили металлические нити.

– Фоморы видят наиболее возможное будущее. И тут опять проблема. Прежде Канад такого не выдавал, иначе слухи расползлись бы. Когда Небывальщине начинает грозить опасность, то всегда возникает паника. А тут ничего. То есть, прежде будущее было другое. Но стоило тебе вернуться в Горхейм…

– Еще меня обвини! – взвилась я. – Напомнить, кто меня сюда вернул?! И что ты сейчас заводишь разговор? Хочешь убить меня?

– Кстати, именно так обычно поступают с теми, кто является угрозой для будущего. – подала голос Кесси.

Уж вот кто бы молчал! Я развернулась к ней, но КатШи развела передними лапами. Мол, извини, это всего лишь правда.

– Я не буду тебя убивать. – отрезал Аластор. – Хотя это был бы отличный выход из положения. Просто я не верю в то, что Канад беспокоился о Небывальщине.

Я поняла, что у меня сейчас закипит мозг. То Аластор говорит, что фоморы не врут в предсказаниях, то теперь чему-то не верит. Еще и виски по-прежнему ныли, а во рту точно появилась пустыня Сахара.

– Наместник, – обратилась светским тоном, – думаю, нам необходимо выпить. Причем алкоголь, потому что иначе я окончательно одурею. И сделать это не в твоей спальне!

– Чем она тебе не нравится?

– Она боится. – мяукнула Кесси.

– Заткнись! – рявкнула я.

– Конечно, боится. – хмыкнул Аластор. – Такая сильная и независимая Хесс боится показаться женственной и влюбленной.

У меня даже не получилось на него разозлиться. Ну конечно, это в духе Темного принца. Ах, я так хорош, что обо мне мечтает любая женщина. Обломись, наместник. Я устойчива к чарам сидхе. Даже если и хочется им покориться, что-то внутри дает мне силу.

– Я просто не хочу стать игрушкой.

– Ты никогда не была игрушкой, Хесс. – мягко ответил Аластор. – Я никогда бы не сделал тебя игрушкой.

Кесси тут выдала странный звук и спросила:

– Мне выйти?

Я молча показала, что ей надо заткнуться. И снова перевела взгляд на Аластора.

– Алкоголь и размышления.

– Узнаю свою Хесс.

– Я не твоя.

Аластор не стал спорить, но улыбнулся так, точно общался с несмышленышем. Мол, не буду спорить, но останусь при себе.

– Идем на террасу, Хесс. КатШи, твой мозг тоже будет нужен.

– Почему из уст сидхе это звучит угрожающе? – проворчала Кесси.

Она отряхнулась, потянулась так, что блеснули когти. И спрыгнула с постели. Я же пошатнулась, когда Кесси боднула мне колени. Большая и тяжелая зараза.

Аластор уже прищелкивал пальцами.

– Я понял уже, что вы меня боитесь и заранее приписываете все грехи. Но давайте пообщаемся нормально. Прошу. Будем только мы, слугам я запретил подходить к террасе ближе, чем на три метра. Ну и заодно поставил неприятные сюрпризы для тех, кто ослушается.

– Не сомневаюсь.

Эта терраса была самая маленькая. И застекленная чем-то, похожем на стекло. Но оно всегда оставалось теплым и могло легко прогибаться. А еще тут стояли низкие кресла и круглый столик. Его вычурная ножка утопала в белоснежном ковре.

– Текила из Мексики. – Аластор подхватил со столика квадратную бутылку с бледно-желтой жидкостью. – Десять лет выдержки и все такое. КатШи, тебе налить?

– В блюдечко. – кивнула Кесси. – Из рюмки неудобно. А Хесс никогда мне алкоголь не предлагала.

– Нормальные кошки его не пьют!

– Я КатШи. Ладно, не злись, ты же знала, кто я такая. В любом случае пара глотков текилы не повредят. И обсудим все в дружеской беседе. Например, наместник, объясните, почему Хесс до сих пор жива. Не рассматриваем вариант про великую любовь.

Согласна. Сидхе обожают сильные эмоции, но свой мир любят сильнее. И думаю перешагнут через что угодно, лишь сохранить Небывальщину. Ну или Тир-на-Ног, если брать его настоящее название.

– Я хочу понять, чего так испугались демоны. – ответил Аластор. – Это первое. Второе: каким образом они смогли проникнуть через Время в Горхейм. Это может означать лишь одно: в будущем демоны попали в Небывальщину.

Млять!