Глава 23. Амир

Нельзя вымещать своё плохое настроение на первом встречном! Надо уметь сдерживаться и выбирать.

Амир Сурийский

Как только вышел из подземелья сразу пожалел о том, что вообще раскрыл так рано карты перед девчонкой. Лучше было бы аккуратно проследить за ней и выведать всё постепенно, но соблазн был так велик, что просто не удержался, а теперь сам загнал себя в жёсткие рамки. Теперь, если быстро не разрешить ситуацию, об этом узнает отец и может задать немало вопросов, на которые я пока не был готов отвечать. Слишком противоречивые эмоции вызывала Мелек, чтобы вот так просто сдать её на отцовский суд. А его решение мне было и так известно — любое подозрение в предательстве каралось смертью.

Да и Рада… теперь судьба лисички зависит от неё и не уверен, что хочу услышать то, что ядовитая и своенравная невеста может рассказать о своей компаньонке. Даже если подтвердит — не факт что это правда, а если не подтвердит, то не факт что это не будет сделано из простого акта мести.

Сразу после нашёл Асилю и велел, как только Андалузская проснётся, привести её ко мне, а сам же пошёл туда. Кабинет примыкал к моим покоям на мужской части дворца, но здесь всегда было относительно безлюдно. Обычная практика заключалась в том, чтобы приводить девушек в покои хозяев гарема, куда из женской половины шёл прямой коридор, минуя общие комнаты и лишнее внимание к этому событию. Таинство гарема, на то оно и таинство.

Благодаря работе получилось более или менее отвлечься. За пару месяцев отсутствия скопилось довольно много бумаг, доносов и назначений. Так уж повелось у нас с отцом. Постепенно год за годом всё больше он сваливал на меня военные дела Сурии, а сам занимался мирными вопросами и внешней политикой, требуя от меня лишь отчёты раз в несколько месяцев. Когда возникали военные вопросы — он ставил меня перед фактом о новой военной компании или наоборот когда конфронтация переходила в стадию мирных переговоров, то послы доброй воли отсылались Вахиду. Не то чтобы это было идеально или устраивало меня, но никакого выбора мне никто не давал. Это как-то произошло само собой.

В любом случае дел скопилось много и это отвлекло, а вот когда время перевалило за обеденное, это заставило меня напрячься и отвлечься от дел. Вызвав Зейда через охрану, велел найти Асилю и узнать в чём причина задержки.

Женщина появилась через десять минут и выглядела смущённой, что с ней бывало редко. Мне всегда казалось, что это несгибаемая личность, которую сложно сломить любыми трудности и её вид насторожил. Я без слов пристально посмотрел на неё, требуя объяснений.

— Простите, господин, — неуверенно заговорила та, кто отвечал на женской половине за то, чтобы там даже мышь не проскользнула без её участия. — Я передала вашу просьбу принцессе, но она…

— Это был приказ, а не просьба. Так что она? — спросил как можно более спокойным голосом, не передающим закипающее раздражение гложущее изнутри.

— Она сказала, что придёт, как только освободится. Сейчас она выбирает девушек для своей свиты. И ещё госпожа спрашивала про свою компаньонку, но я не смогла ей ответить. Быть может вы в курсе, где девушка? Её зовут Мелек. Вы сегодня говорили с ней в моей комнате, а после её никто не видел.

По мере того как Асиля говорила раздражение быстро перерастало в негодование. Да как Рада смеет игнорировать мой приказ? Как смеет решать, когда ей встречаться со мной, хотя я дал чёткие указания?

Чтобы не сорваться на невинной женщине, резко подскочил с места, стремительно прошёл мимо стушевавшейся Асили и ринулся в бывшие покои матери, точно зная, где поселили Раду. И судя по всему напрасно. По видимому невеста решила, что у неё есть права, которые ей никто не давал. В частности повелевать своим временем и игнорировать меня. Не будь она представительницей династии Андалузии, велел бы выпороть её за ослушание. А так? Так у меня есть другие способы наказания и ей они не понравятся.

Без стука вошёл в покои и молча встал в паре шагов от двери, скрестив руки на груди. Пусть моё лицо по привычке всё так же закрыто, но уверен, что глаза выдавали весь спектр овладевавших мной эмоций. Все присутствующие застыли. Затем отмерев, Рада махнула девушкам, чтобы они ушли. Те почти бегом покинули комнату, оставляя нас наедине.

— Почему ты проигнорировала мой приказ прийти? — холодно спросил у неё, наблюдая за гордо вскинувшей подбородок девушкой.

Впрочем, она тут же опомнилась и опустила взгляд в пол, как и положено послушной вещи. И в отличие от Мелек, в эти глаза мне не надо смотреть, чтобы понимать, что с ней происходит. Рада Андалузская для меня как открытая книга.

Избалованная единственная дочь падишаха сейчас испытывала смешанные чувства. Нрав кричал ей указать мне на моё место, а вот осторожность и разум просто кричали опасаться того в чьих руках её жизнь. Непривычная повиноваться, сейчас она мучилась всеми пробелами в своём воспитании. Отсутствие покорности и превозношение собственной личности на пьедестале её собственной гордости. Только змеиная предусмотрительность мешала ей кусать хозяина, который её кормит, как бы ей того не хотелось.

А они с Мелек в чём-то похожи. Только отличия были радикальны. В то время как от чего-то характеры схожи. Только если лисичка где-то вызывала восхищение, то это змея — пренебрежение и насмешку. Гордая принцесса, в руках у которой так много и так мало власти, которую она так хочет. Но всё это зависит от меня. То, что я дам ей, то у неё и будет и это её бесило.

— Простите, господин, — девушка нашла в себе силы сделать поклон. — Я решила, что в этом нет никакой срочности.

— Ты решила? — издевательски хмыкнул. — Кто сказал тебе, что у тебя есть такое право? Или может ты уже моя супруга и беременна? Тогда я мог бы проигнорировать невыполнение моей воли, рассудив, что возможно ты устала и прийти самому. А теперь мне придётся наказать тебя.

— Наказать? — воскликнула девушка, поднимая на меня испуганные глаза.

— Наказать, — подтвердил кивком. — Чтобы впредь ты знала своё место, женщина. Не волнуйся, до свадьбы я не имею права жестоко наказывать тебя за, казалось бы, мелкий проступок. Церемония назначена на послезавтра, а до той поры ты будешь заперта. Никакой свиты и служанок. Простой рацион, какими питаются рабы. Никакой роскоши. Тебя переведут в более скромные покои на одну персону. Никаких приказов отдавать ты сможешь, они будут проигнорированы. До свадьбы Рада Андалузская не более чем одна из моих рабынь. Именно такое обращение ты заслужила. И надеюсь, это проучит тебя. А если ты будешь проявлять непокорность и после… мои методы будут ставиться только хуже. Не советую проверять их на себе, рабыня.

Девушка от моих слов стиснула ладони в кулаки. Да так что они побелели. Но она сама виновата.

Уже развернулся, чтобы выйти и дать необходимые приказы Асиле, когда до меня дошло, что я так и не поговорил на счёт Мелек. Но принцесса сама осмелилась задать мне вопрос, перед тем как я вышел.

— Господин… простите мне мою смелость, но вы не знаете где моя компаньонка? Я беспокоюсь за подругу.

Медленно развернулся и ещё раз уставился на бледную Андалузскую. Не знаю, почему сказал то, что сказал потом, но, тем не менее, я соврал, принимая для себя судьбоносное решение. Хотя до конца этого ещё не понимал, но предчувствие просто витало в воздухе.

— Её казнили ночью за предательство… Пусть для тебя это послужит уроком, рабыня. Именно так тут обращаются с непокорной вещью.

Рада стала ещё белее мела, а горло судорожно дёрнулось, будто борясь со всхлипом.

— Её вещи сегодня заберут и сожгут, — добавил, прежде чем уйти.