Часть 2. Глава 1. Мелек

Так в жизни всегда: то бесконечно ждёшь новостей, а их нет и нет, но зато потом они обрушиваются потоком, и думаешь: поменьше бы.

Год спустя

— Рада умерла, Мелек, — вкрадчиво произнёс Алим, рассматривая меня в этот момент как дикое животное, которое может укусить. Почему? Чего конкретно он ждал? И о чём догадывался?

Сегодня утром, когда я пришла в зал для тренировок никак не ожидала услышать эти слова. В голове словно что-то взорвалось. Мысли и вопросы мелькали и тут же разлетались в том шоке, в котором застыло и моё тело. Его словно окунули во что-то отвратительно липкое и горячее. Неприятный озноб прокатился от макушки до самых кончиков пальцев ног. Кто это сделал? Враги? Несчастный случай? Другие наложницы и фаворитки?

— Мелек! — повысил голос наставник, проникая в мой заторможённый мозг. — Ты меня слушаешь?

В ответ смогла только отрывисто кивнуть в знак согласия.

— Я говорю, что Рада скончалась в родах. На всё воля Бога. Но мальчик остался жив. Амир нарёк сына Надим.

— Понятно, — прохрипела, кое-как возвращая себе голос.

Но он показался мне незнакомым и каким-то чересчур каркающим. Нежная прежде трель, превратилась в противный собачий лай.

— Повелитель Сурии прибудет сегодня вечером с телом, чтобы мы могли похоронить её в семейной усыпальнице как того требует традиция. Тебе надо будет спрятаться. И вообще всех девочек уберём с глаз долой. У меня дом тут неподалёку. На время его визита спрячетесь там. И готовься морально. В скором времени ты отправишься, чтобы закончить начатое. Не сразу. Может месяцев через пять-шесть, чтобы было меньше подозрений. Амир Сурийский должен умереть и тогда ты получишь долгожданную для тебя свободу. Как мы и договаривались. Сдержу слово, не волнуйся.

Всё ещё переваривала новость, что та вздорная принцесса, которая помотала мне столько нервов теперь… мертва, когда другие слова начали доходить до меня. Амир приедет?! Надолго?! Боже! Кто бы знал, как страшно мне встретить его вновь. Посмотреть в глаза того, чьего отца я убила, а самого обманула и скрылась в Андалузии.

— Но… — неожиданно продолжил Алим. — Ты была сама не своя после Сурии и… Я дам тебе право отказаться от этого задания. Если хочешь. Но учти. В таком случае свободы тебе не видать. Никогда.

О, Шайтан! Целый год не было почти никаких новостей и почти никаких решений, а тут столько сразу всего! Правильно говорят, жизнь как река. Она выходит из берегов и иногда создаёт бурные пороги и обрывы… главное — умудриться не утонуть в ней. И сейчас моё мирно текущее русло мгновенно превратилось в водопад, которому не видно края.

Наверное, на последний год мне грех жаловаться. Меня отправляли всего на три задания, а в остальное время Алим приставил меня к новым девчушкам для тренировок. И сама не заметила, как втайне привязалась к ним. Всего четверо малышек. Мушира, Наяда, Ситта и Хавва. Иногда я малодушно представляла себя их, если не матерью, то старшей сестрой. Само собой старалась не афишировать добрые отношения. Наставник такого точно бы не одобрил. Но ничего не могла с собой поделать. И пусть убийства и шпионаж омрачали моё существование, девочки принесли мне столько удовольствия! Их успехи и редкая радость, как бальзам для материнского инстинкта, проснувшегося столь неожиданно.

Но сколько это продлится? Отказаться от возможной свободы ради них? Но их могут убить каждый день! И я не смогу защищать их вечно, как бы ни хотела. Да и смогу ли сама я убить падишаха Сурии? Того, кто так часто мне снился оставляя меня в женском томлении. Пару раз Динар пытался приставать ко мне и делал неприличные предложения, но больше это не встретило отклика в моём теле. Только какую-то скрытую злость на Сурийского. Но тот вообще вызывал противоречивые эмоции, не достойные тени Андалузии.

От ревности при новости о беременности Рады, до чувства глубокой вины за смерть его отца. От ненависти за то, что вызвал во мне сильное желание принадлежать ему хоть раз, до страха увидеть его ещё. Эти противоречия сводили меня с ума. Особенно по ночам, когда занятия заканчивались, оставляя слишком много времени для мучительных сожалений и затаённых постыдных желаний.

И так что же выбрать? Убийство того, кто поселился в моих мыслях и свобода или жизнь рабыни, вынужденной до конца жизни влачить своё существование, подчиняясь чужой воле?

— Подумай об этом, Мелек. И дай ответ завтра, — тихо проговорил Алим. — Салих со мной на эту тему пока не говорил, но думаю, скоро об этом зайдёт речь, и я могу порекомендовать ему Варку для этого дела. Она справится. Таких же условий ей, конечно, не предложат.

— Не надо, — неожиданно даже для самой себя дала ответ. — Я сделаю это. Тогда когда придёт время, Алим. Какая разница от чьей руки это произойдёт, раз и так неизбежно? И ты сам знаешь, как я хочу свободы.

В конце концов, всё это правда. От первого до последнего слова. И не важно, что свободолюбивая лиса во мне разрывалась на части. Она хотела Амира. Продолжая лелеять в душе каждый миг нашей короткой близости. Но и свободу она тоже хочет не меньше. На душе было муторно. Принятое решение давило на мои плечи как грозовая туча, нависшая над городом и угрожающая своим потоком и молниями уничтожить всё живое.

— Ну раз ты так решила, то… — поддержал паузу наставник. — Занимайся сегодня тенями. Но после обеда вам приготовят карету. И вы уедете. Там не слишком подготовлено для физических тренировок, но остальное не проблема. Вас вернут, как только повелитель Сурии уедет.

Я кивнула под его задумчивым взглядом и прошла в бараки девочек, чтобы объявить подъём.

Слова "повелитель Сурии" продолжали пагубно влиять на психику. Ведь именно благодаря моим стараниям это произошло. Это резало не только слух, но и меня. На части. Говорят время лечит всё… но это не так. Оно просто помогает отвлечься перед тем как прошлое снова настигнет тебя. А это случается… всегда.