Глава 5

– Оказывается, я убила его жену, а он, вместо того чтобы ее оплакивать, продолжал исследования, заставлял меня тренироваться и не выдал и грамма каких-то эмоций. Разве так можно?

– Это люди, – вздохнула Кассиль, что уже битый час слушала мои душевные излияния. – Никто не предполагал, что разумная раса, проживающая на новой для нас планете, может оказаться такой жестокой и бесчувственной.

Мне необходимо выговориться, и кто как не сестра выслушает и поддержит? Моя младшая сестренка. Сейчас в моей голове все улеглось по полочкам, и тот факт, что Эмма Джонсон погибла от моей магии, шокировал меня.

– У нас все иначе. Мужчины и женщины в паре становятся неразделимы. Смерть сета чародейки переносят очень болезненно. Но… при гибели самой чародейки за грань уходят и ее Тени.

– «Жили они долго и счастливо и умерли в один день», – произнесла я с иронией.

– Именно так, – мягко ответила Кассиль. – По нашим сказаниям, они провожают ее до Священных Врат, чтобы она могла переродиться вновь.

– Очень хочется верить, что ими руководит чувство, всем известное как «любовь». Тени на нее способны?

– Очень даже. – В голосе Кассиль проскочила улыбка. – По крайней мере, у наших с тобой родителей идет все, как надо.

– Ты говорила, у нас есть бабушка. А про маму еще ни слова.

– Я просто не успела. На тебя и так поначалу свалилось море информации.

– Расскажи, какие они?

Я подтянулась на новой просторной постели, в другой, оборудованной всем необходимым, каюте, и прислонилась спиной к переборке. Когда она произнесла первое заветное для каждого слово, меня охватила легкая дрожь.

– Мама у нас красивая златокудрая чародейка, но хрупкая и слабохарактерная женщина, одна из тех, кого сеты подчинили своей воле. Она слишком долго выбирала между двумя мужчинами, и в итоге они овладели ею оба.

– Это, что… У нас с тобой два папы?! – В моем голосе звучало искреннее изумление.

– Ага! – хихикнула сестренка. – И что самое интересное, они неплохо ладят друг с другом с самого начала. По обоюдной договоренности они всегда держат маму в поле зрения и берегут ее от всех желающих занять третье место подле нее. А как они ее называют? "Моя сладкая, ты же такая слабенькая, посидишь в сторонке, пока я этому настырному идиоту руки отрываю?" – Пока она произносила последнее предложение, интонация ее наиграно повышалась.

– А она? – позволила я себе усмехнуться.

– «Конечно, мой герой!» После этого второй папа тоже доказывает, что герой из него не хуже! И затем они дружно оттесняют ее к спальне. Ты не поверишь, я так рада была переехать в свой личный дом, когда достигла совершеннолетия! Слушать их постоянно невыносимо. Конечно, бабуля переплюнула весь наш род, с одним-то сетом, но… слава Богам, живет она тоже отдельно.

Я покачала головой, не спуская улыбки с лица, но все равно представить пока не могу, что подобные связи бывают.

– Бабушку зовут Мирлинда, деда – Шонар, маму – Ливана, одного папу – Эйден, на которого ты похожа больше, второго – Кейдеон, на него больше похожа я.

– По крайней мере, не запутаемся. Имена начинаются на одни и те же буквы, что и у нас.

– Нет-нет! – возразила весьма серьезно сестричка. – Кого-то одного воспринимать нельзя. Они оба наши равноправные отцы.

– Хорошо, я запомню.

– А лучше бы вспомнила… – тяжело вздохнула Кассиль, но тут же приободрилась: – Ибо родственников у нас столько, что всех перечислять невозможно!

– Ужас. Я надеюсь, перед ними реверансы воспроизводить не придется? – обреченно уточнила я.

– А это что такое?

– Учтивые поклоны.

– Не-е-т, что ты…

– Есть! – возрадовалась я.

– Только перед бабушкой и мамой.

Плечи мои тут же опустились. Я за свободу слова, демократию, и все такое прочее. А тут…

– И только один раз. После долгого отсутствия тебя будут встречать как блудную дочь.

– Это каким образом?

– С распростертыми объятиями, но и с повинной речью с твоей стороны. Я научу. В случае прощения тебя затискает вся семья.

– А в противоположном? – Я настороженно замерла.

– Отругают и все равно затискают. Думаю, тебе стоит настроиться на такой вариант. Ведь ты улетела внезапно, оставив… нас всех. Для тебя космос и звезды были страстью. Всегда. А что уж говорить о новой галактике с пригодной для жизни планетой. Новые связи, сотрудничества, экскурсии, торговля… Ты грезила всем этим.

– Что-то теперь не очень все это впечатляет. Может, потому, что я не вижу звездного света?

– Не знаю. В любом случае, ты поступила неразумно. Сбежала, в то время как тебе было велено сидеть дома. Межгалактические отношения поддерживать сложно. А ваша группа была ведущей в этом вопросе.

– А не сильно ли вы меня опекали? Должна же быть причина, почему я так резко сорвалась с места, помимо любви к путешествиям и открытиям.

– Ну, если только совсем чуть-чуть, – хмыкнула Кассиль. – Ты всегда была жутко самостоятельной, контроль за тобой был необходим. Надеюсь, пережитый опыт тебя хоть чему-то научил.

– И я надеюсь. Не ходи по моим стопам, ладно?

– Не обещаю, но постараюсь. Упертость, любопытство и повышенная самодеятельность – это у нас семейное.

Я откинула голову на назад и снова немного улыбнулась.

«Я не одна!» – счастливо билась в моей голове одна и та же мысль.

– Сегодня мы будем обедать в столовой в установленное порядком время. Я ознакомлю тебя с работой пищеблока. Твоя задача – выучить расположение необходимых кнопок на аппарате. Я буду помогать тебе первое время, но, как я успела заметить, казаться беспомощной ты не собираешься.

– Не собираюсь. Еще не хватало выглядеть в глазах Теней немощной. Тем более, может, мне показалось, что Адалис жаждет со мной пообщаться? Слишком уж он прямолинейный ход сделал при знакомстве.

– Ты верно заметила, твоя энергетика ему очень подходит. У него аж глаза засияли, когда ты вошла!

– Не отходи от меня, хорошо? Я не хочу обзавестись сетом раньше времени. Мне нужно адаптироваться.

– Договорились, – улыбнулась Кассиль и ободряюще коснулась моей ладони. – А сейчас как ты смотришь на то, чтобы пообщаться с бортовым медиком Мистифом Ноганом в присутствии капитана? У них обоих есть предположение, как можно решить твою проблему со зрением. Выслушаешь их?

Я, кажется, застыла в ступоре и, прежде чем дать однозначный ответ, уточнила:

– Есть шанс вернуть мне способность… видеть?

На миг мне показалось, что тьма, стоящая перед глазами, дала слабину и пропустила лучик света, который зажгла для меня "надежда"! Жизнь вдруг обрела яркий смысл, от чего я едва смогла усидеть на месте.

– Достоверно неизвестно, но что-то в их головы пришло.

– Да, я пообщаюсь с ними! Ты будешь рядом? – Мой голос содрогался от переполнившего меня волнения.

– Это не столь необходимо, капитан умеет хорошо контролировать любую ситуацию. Но сегодня я буду рядом.

Боже! Если они скажут, что есть реальный шанс прозреть, я зацелую их до смерти! Яркие краски, звездный свет, миллионы пейзажей и объектов для созерцания! Я так плохо помню все это, образы носят лишь предположительный характер, черно-белый цвет… Да, и помню ли вообще? Возможно, все представления о мире – лишь игра моего воображения. Из небольшого количества виденных мной снов только один был цветным и запоминающимся.

Кассиль поднялась, сделала пару шагов и нажала какую-то кнопку у двери на панели, как она мне пояснила еще в прошлый раз.

– Капитан Дантон, Эливэйн готова к беседе. Вы посетите нас?

– Да, конечно. Подойдем в ближайшее время.

После этого связь прервалась, а приятный тембр утих.

– Это издевательство! – произнесла я досадливо.

– Что именно? – обошла меня сестра и открыла встроенный в переборку шкаф.

– Не голос, а сплошное искушение! И как вот таким противостоять?

Кассиль засмеялась и помогла мне встать, чтобы переодеться. Наряд был схож со вчерашним, только на этот раз мантию мы пока надевать не стали. Мои руки и плечи остались открытыми, грудь надежно охватывал и прикрывал топ, округлые бедра снова прятали от посторонних глаз свободные брючки с широким матерчатым поясом.

– Я нормально выгляжу? Не вызывающе? Синяков под глазами нет? Я же прорыдала всю ночь! У меня, поди, все лицо отекло.

– Успокойся, дыши глубже, – усадила она меня на стул. – Все с тобой хорошо. Сейчас расчешем, заплетем тебя, наденем пару аксессуаров, и будешь конфеткой.

– Только не надо делать из меня сороку.

– Это кто?

– Двуцветная птица, которая тащит в гнездо все блестяшки без исключения.

– Не буду. Расслабься.

Пока сестра укладывала мне волосы, что-то в них вплетая, поинтересовалась:

– Ты так беспокоишься о своем внешнем образе, не понравился ли тебе кто-то из Теней ненароком?

– Не знаю. Как мне кто-то может понравиться лишь по одному разговору? – пожала я плечами. – Просто на Земле я не испытывала даже маломальских чувств к окружающим меня мужчинам. Мной они воспринимались как говорящие статуи. Ни голоса, ни прикосновения, ни специфический аромат не вызывали во мне никакого отклика. А сейчас от одной лишь беседы все мое естество содрогается. А аромат… Совсем другой, кружащий голову, – вспомнила я «запах» чужой Тьмы и мужчины, который ей обладает.

Темный дар будто говорил мне, что его обладатель сильный и надежный, верный, в меру покорный и… желанный, для меня. Я бы хотела снова ощутить эту Тьму вокруг себя, как вчера. Утонуть в ней, раствориться и узнать поближе ее хозяина. Но как же неловко обращаться с подобной просьбой к сестре. Начнутся расспросы, возможно, безобидные подтрунивания. Не хочу показывать ей, что так быстро я готова сдаться! Я должна быть примером.

И что же делать? Попробовать найти его самой? Для этого мне придется обнять, как минимум, половину команды! Правда… Можно сузить круг до четырех: Доктор Ноган, Адалис, капитан Дантон и второй навигатор Найтен Полз. Все они присутствовали на тот момент в Командном пункте.

Правда, теперь придется подпустить их к себе ближе, хотя еще мгновение назад я убеждала себя в обратном и намеревалась держаться от сарфирийских мужчин в стороне. Это неимоверно тяжело, как оказалось.

Еще одной трудностью для меня является их способность перемещаться бесшумно. Когда-нибудь настанет момент и Кассиль не будет рядом, а я на ощупь пойду в столовую, и тут за моей спиной раздастся чей-то бас, загоняющий мою душу в пятки. Я так второй раз поседею. Надо поднять этот вопрос сегодня же.

– Кассиль, – позвала я сестру неуверенно.

– Да?

Она как раз надевала на меня длинные бусы-роуп, унизанные редкими разнокалиберными камнями, на ощупь не гранеными, но с полированными краями.

– Мужчины Сарфиры всегда перемещаются так тихо? Почему я не слышу их шагов? На Земле я могла похвастать отличным слухом, а здесь я едва прослушиваю их дыхание.

– Не всегда. Просто они старались тебя не беспокоить первое время. Знаешь ли, на Сарфире довольно вспыльчивые женщины. Если чародейка чем-то крайне недовольна, она может не уследить за своим даром и невольно его активировать. Так как мы находимся на корабле с ограниченным пространством, да еще и в космосе, любое проявление силы может выйти всем нам боком. Так что даже здесь у нас есть преимущество. Доводить тебя до белого каления никто не станет.

– Это радует. Однако мне бы было спокойней, если бы я их слышала. Так не будет неожиданностей, и в данном случае меньше риск, что я отреагирую на их явление неадекватно.

– Хорошо, – улыбнулась Кассиль. – Я поговорю с ними.

– Много ущерба я принесла вчера? Мне кажется, что-то упало и разбилось, – мне стало неловко, должна была поинтересоваться сразу.

– Обошлось, – отмахнулась сестра. – Слушай, у тебя раньше уши были проколоты. А сейчас все затянулось. Как ты смотришь на то, чтобы снова это сделать?

– Эм… Это же больно, да?

– Несомненно, но ненадолго, – задумчиво отозвалась она.

– Я… Даже не знаю. Слишком свежо воспоминание о событиях двухгодовалой давности, – закусила я губу и нервно сжала края стула, надежно вмонтированного в пол.

– Не волнуйся. Это может сделать и бортовой медик, и я, в крайнем случае.

– Согласна. Но могу дать гарантию, от моих воплей будет сотрясаться весь корабль.

Кассиль лишь весело хмыкнула, и в то же время в дверь раздался стук.

– Готова? – уточнила она у меня.

Я кивнула, сожалея, что чернота перед глазами не может хоть на секундочку раствориться и дать мне полюбоваться Тенями. Боже! До чего любопытно, как они выглядят: в жизни, работе, и поединках, о которых говорила Кассиль.

– Войдите, открыто.

Дверь уже привычно вжикнула, отъезжая в сторону и пропуская двух мужчин. На этот раз я слышала их тяжелые шаги, равномерное глубокое дыхание и вежливое покашливание бортового медика, который, видимо, и будет доводить до меня суть разговора.

– Доброе утро, леди. Как ваше самочувствие? – обратился ко мне Мистиф Ноган, с приятным акцентом в голосе.

– Спасибо! Благодаря Кассиль – прекрасное!

– Замечательно! – искренне поддержал меня мужчина. – У меня есть предложение. Не поймите меня неправильно, но я предлагаю провести беседу в медицинском кабинете, где смогу, с вашего дозволения, сразу оценить ваше состояние и ознакомиться с некоторым оборудованием, которым вынуждены уметь пользоваться все члены экипажа и пассажиры.

Я немного напряглась. Боязнь и ненависть к медицинскому оборудованию во мне закрепились, наверное, на всю жизнь.

– Леди Эливэйн, – внезапно взял слово капитан Дантон. – Вам нечего опасаться на нашем корабле. Никто не будет ничего делать без вашего согласия. Максимум, поинтересуются, как ваше самочувствие и снились ли вам цветные сны.

Ох, если лично он будет спрашивать меня об этом каждый день подобным тоном, я согласна на все!

– Хорошо, – кивнула я сдержанно.

Подхватила меня под руку младшая сестрица, и мы покинули каюту вслед за мужчинами.

– Долго ли нам еще лететь до Сарфиры? – решила вдруг спросить я.

– Месяца полтора, может, два, – ответил капитан, следуя позади. – Все будет зависеть от возможных препятствий на нашем пути.

– Препятствий? – вздернула я бровь заинтересованно.

– Астероидные потоки – довольно частое явление. Мы стараемся избегать встречи с ними, а для этого приходится делать обходные пути.

– Но это не так страшно по сравнению с Черной Дырой, которую нам стоит преодолеть, – добавила Кассиль.

– Что?! Как это, преодолеть?

На какое-то время повисла тишина после виноватого "Ой!" моей сестренки. Видимо, меня не хотели беспокоить ожидаемой опасностью.

– Мы пролетим сквозь нее, – наконец ответил на вопрос капитан Дантон.

– Разве это возможно? Ведь нас затянет притяжением, и его внутренние силы расплющат корабль на части, если только мы не сгорим раньше?

– Так вышло, что данный космический объект стал пространственным коридором, который ведет в один конец. До Земли мы добирались долго, но по пути обнаружили его. Таких коллапсаров во вселенной достаточно много, у нее отсутствует истинная сингулярность, потому нам не составило труда выяснить, что данный объект является телепортом.

Я заинтересованно слушала, не перебивая капитана, продолжая следовать вперед вместе с Кассиль.

– Навигаторы вычислили точку выхода. После удачного маневра мы выскочим в непосредственной близости от нашей галактики.

– А что, полет может быть еще и неудачным?

– Были трагические случаи, неоднократно. Приливные силы дыры для нашего межзвездного корабля, с его скоростью, нам не так страшны. Главное – четко рассчитать момент между радиоактивными лавовыми выбросами. Если мы преодолеем горизонт событий, то не сможем покинуть гравитационный радиус коллапсара.

– Иными словами, – пояснила мне Кассиль, – если мы приблизимся к Черной Дыре достаточно близко, обратного пути не будет. Поэтому задача навигаторов – рассчитать точное время для совершения маневра, а пилотов – безошибочное его исполнение.

«Кошмар!»

– И… как скоро мы ее достигнем? – мой голос дрогнул.

Несмотря на это, в данный момент я радовалась, что не увижу ничего! Это же какая выдержка должна быть, чтобы спокойно смотреть на то, как тебя несет в объятия «смерти» и хладнокровно контролировать ситуацию?!

– Уже через неделю, если по пути не встретится других препятствий.

Блеск! Нет слов, одни эмоции. Буду ли я сидеть как на иголках? Нет. Не люблю бояться заранее. Вот как достигнем дыры, тогда и будем думать, за чьей спиной прятаться.

Дорогу до медицинского блока я, в итоге, не запомнила. Когда двойные двери разъехались в сторону, пропуская нас внутрь, привычного и напрягающего меня запаха медикаментов не было. Это позволило мне немного расслабиться.

– Медицинский кабинет довольно просторный, – начал проводить инструктаж Мистиф Ноган. – Здесь всегда исправно работает вентиляция и регулярно проводится дезинфекция помещения в наше отсутствие. Свет включается автоматически, легкий щелчок, что вы сейчас услышите, проинформирует вас об этом.

И он первым сделал шаг внутрь. С двух сторон раздался синхронный щелчок стартеров.

– Теперь все помещение освещено достаточно хорошо. Так же, когда вы заходите в блок, автоматически подается питание на «репарационную капсулу», самое необходимое оборудование на корабле, после пищевого аппарата, разумеется. Предусматривая все непредвиденные случаи, капсулу расположили слева от входа, вдоль переборки.

Бортовой медик приблизился к нам и вежливо предложил:

– Позволите провести вас к ней?

Я отпустила Кассиль и протянула руку вперед. Теплая широкая ладонь аккуратно перехватила мою, гораздо меньшую, и потянула за собой влево.

– Делаем три шага, протяните вторую руку вперед, и вы упретесь в крышку медицинского оборудования.

Я последовала указанию и начала знакомиться с капсулой.

– С ее помощью мы залечиваем раны, абсолютно любые, от простого пореза до несовместимых с жизнью.

– Но ведь небольшие порезы легко заживают у нас сами? – поинтересовалась я, отметив, что контейнер большой и вместит в себя меня вместе с сестрой сразу, даже тесниться почти не придется.

– В космосе любое ранение может значительно помешать работе персонала. Например, на приборной панели свыше сотни кнопок разного назначения. Порой для вывода определенной комбинации команд пилот вынужден пользоваться всеми пальцами. В случае входа корабля в пояс астероидов происходят сильные встряски, не все успевают занять кресла и пристегнуть ремни, случаются падения и серьезные ушибы. Данная техника помогает справиться и с этой проблемой довольно быстро. Но в случае серьезного ранения, большой кровопотере или потери жизнедеятельности какого-либо органа регенерация займет довольно продолжительное время. От трех-четырех часов до трех суток, в зависимости от тяжести состояния. Вам, как и всем членам экипажа, необходимо уметь запускать восстановительный процесс. Пострадавшей можете оказаться вы. В случае если помощь оказать вам некому, вы должны будете сами задать капсуле программу на восстановление. Делается это не сложно. Сначала необходимо отсканировать ваше текущее состояние, запомнить, каким является тело в здоровом виде. Эта информация сохраняется в базе данных встроенного в капсулу компьютера. Ваше сканирование мы выполнили сразу после того, как поправили ваше здоровье и инактивировали полученную на Земле дозу облучения. Также в базе данных уже есть данные всех членов экипажа.

Мою ладонь аккуратно сместили влево.

– Панели две: кнопочная и сенсорная. Кнопки всего три. Первая, – под мою руку попала квадратная кнопка, – сон. Анабиозная функция. Ее в медблоке мы не используем, достаточное количество капсул находится в соответствующей комнате, на нижнем этаже. Вторая кнопка, – теперь треугольная, – задает программу на восстановление. Жмете ее, и пока аппаратура прогревается и открывает свою базу данных, вы размещаетесь внутри. Как только вы готовы к лечебному процессу, жмете третью, круглую кнопку.

Далее мою ладонь завели внутрь капсулы.

– Она герметизирует крышку, активирует подачу смеси дыхательных газов и запускает сканер. После этого вы можете поспать, а компьютер подберет ваши первоначальные данные и произведет восстановление организма посредством лазера и биоматериалов.

– Здорово! – заинтересованно изучила я репарационное оборудование снова.

Большой вытянутый контейнер, вмещающий в себя чело… сарфирийца, прикрывается крышкой из высокопрочного стекла и в одном из концов имеет блок управления с двумя панелями. Кнопки крупные, найти легко, используются без затруднений.

– Я запомнила.

– Отлично! – Мистиф Ноган позволил себе довольно улыбнуться. – А теперь присядьте в кресло, и мы с вами поговорим о вашей дальнейшей перспективе.

Все так же за руку меня медленно проводили в центр комнаты и усадили в мягкое удобное кресло, на котором можно было перейти в любое необходимое положение. На данный момент его спинка откинулась немного назад, а под ступни удобно подъехал валик.

– Пока мы с вами побеседуем, я активирую диагностический сканер, и еще раз проверю состояние вашего головного мозга. Не волнуйтесь, он абсолютно безопасный. Вы даже не заметите, как пройдет обследование.

– Я в порядке. – Пришлось уверенно кивнуть, навострив ушки, и удобно устроить руки на не менее мягких подлокотниках.

Еще несколько напряженных секунд ушло на то, чтобы активировать упомянутый сканер.

– Значит, – начал взволнованно наш семейный врач, – вариант такой. На Сарфире есть священное место, куда допускают обычных граждан крайне редко. Величают его "Колыбелью Жизни". Раз в год всех новорожденных чародеек приносят туда для… как подобрать слово-то.

– Крещения, – помогла ему Кассиль, используя земной термин.

– У нас этот обряд называется «Солун». Все женщины, с самого рождения, проходят омовения и в последующем почитают Высшего Духа, что обитает в недрах озера.

У меня перехватило дыхание от возможной догадки.

– Фиолетового? Под землей?

В кабинете зависла тишина, ясно говорящая о том, что я угадала, и мои собеседники недоуменно переглядываются.

– Ты помнишь? – приблизилась ко мне Кассиль.

– Я видела его во сне, – пояснила я взволнованно. – Совсем недавно… Вернее, уже два месяца назад. Оно находится под землей, в окружении ярких деревьев и кустов, вода в нем безмятежная, играет радужными бликами в звездном свете, что проникает сквозь земляную трещину.

– Да, – задумчиво ответил капитан Дантон, а доктор Ноган принялся анализировать полученные данные обследования. – Это оно. Вода в нем обладает чудодейственными свойствами. Каждый год дух Озера позволяет взять нам определенный объем воды для разработки медикаментов. В безысходных случаях к нему может прийти страждущий и попросить помощи… любой, и он исполнит ее, если сочтет нужным. Мы хотим посетить «Колыбель» и искупать вас в ее водах.

Я задумалась. В мыслях промелькнуло сомнение, что если ничего не выйдет и местное Божество не поддержит меня?

– Элли, – обратилась ко мне сестра мягко, проследив за сменой эмоций на моем лице. – Я думаю, волноваться не стоит. Все, что происходит в нашей жизни, – неспроста. Озеро не зря явилось тебе из недр памяти. Надейся на лучший исход.

– Да. Я думаю, пока воздержусь от размышлений на эту тему, насколько смогу. Будем гадать, когда вопрос встанет ребром. Спасибо. Эта новость действительно меня порадовала.

– Ну, раз все основные вопросы решены, давайте о вашем здоровье, – снова взял на себя слово бортовой медик. – В целом все неплохо, если не брать в расчет зрительные мозговые центры и центр памяти. На затылочной доле головного мозга сильно пострадала корковая часть и частично подкорковая. Почти аналогичная картина наблюдается у височных долей. Радует, что слуховые центры в них не пострадали. Восстановить в «репарационной капсуле» их не получится, сами понимаете. В базе данных нет ваших исходных данных, только те, что имеем на сегодняшний день. Единственный реальный вариант, что они сохранились на корабле, который потерпел крушение на Земле. Но я сомневаюсь, что земляне не докопались до этого и не повредили аппарат. Что касается капсул, находящихся на этом корабле, по прибытии оборудование проходит техническое обслуживание, и все данные удаляются, чтобы не получить сбой программы из-за перегрузки. На Сарфире техническое обслуживание оборудования проводят раз в полгода. Так что…

– Дома моих данных тоже нет, – заключила я печально. – Спасибо, доктор Ноган. Я вас поняла.

– Позвольте нам откланяться, – пролепетала Кассиль. – Нам пора обедать. И вам, кстати, тоже. Идемте в столовую?

– Да, можно было бы, – ответил ей Мистиф Ноган с довольством. – Сегодня я планировал освежить воспоминания о Рассуле с рублеными биточками.

– Ужас, – высказала она свое мнение, помогая при этом мне подняться. – Как его можно есть?

– Мужской деликатес, – невозмутимо поддержал доктора капитан и первым вышел из кабинета.

Мы шли совсем недолго, однако одна невеселая мысль меня посетила. Вернее, вопрос, который я очень хотела задать, но не рискнула, боясь испортить всем настроение и спугнуть аппетит. Не сейчас.

Когда мы вошли в отведенное для трапезы помещение, я поняла, что мы в нем будем не одни.

– Доброго дня, леди Эливэйн, – хором отозвались оба пилота, инженеры и механики.

Надо же. Я еще не забыла, кого как зовут и кому чей голос принадлежит. Особенно этот:

– Здравствуй, Эливэйн, – раздалось совсем рядом, по телу побежали мурашки от противоречивых эмоций, окутавших меня в одно мгновение.

– Адалис, можно попросить лично вас, – выделила я намеренно последнее слово, – не подкрадываться ко мне так тихо.

– Прошу прощения, – отступил немного в сторону сарфириец. – Я не хотел тебя напугать. Просто не удержался и решил подойти. Составишь мне компанию за столом?

Ответить я не успела, меня опередил капитан.

– Адалис, – в его голосе проскочили стальные нотки. – Леди собирается ознакомиться с устройством пищеблока и синтезатором пищи. Если не будешь задерживать девушек, они успеют подкрепиться до ужина.

После небольшой паузы мой якобы знакомый из прошлого сдал позиции.

– Хорошо, – ответил он капитану не менее «приветливо», после чего вновь обратился ко мне. – Позволишь с тобой пообщаться сегодня?

Я открыла недоуменно рот, думая, что бы ответить, ведь я не помню этого мужчину, не знаю чего ожидать от него, а главное, не имею понятия, как он выглядит. Но обижать его тоже не хотелось, Кассиль же подтвердила, что мы были знакомы.

– Да, конечно, – в итоге выдавила я из себя смущенным тоном, но сестренка поправила ситуацию.

– Только в моем присутствии!

– Разумеется, – добродушно поддержал ее позицию Адалис. – Ну, так до вечера?

Мою ладонь аккуратно подхватили кончиками пальцев и поцеловали, нежно коснувшись губами тыльной стороны кисти. Этот жест затянулся настолько, что мне казалось, прошла целая вечность, а кожу обожгло пылким пламенем.

«Так нечестно! – забилось истерично все мое нутро. – Они, значит, могут «давить» на меня подобным образом, вводить в трепет, заполонять собой мои мысли, а я нет? Спокойно! – сказала я сама себе. – Я не буду мстить, ведь я не хочу выставить себя в нехорошем свете, верно? Это не земные мужчины, а Тени, у которых нельзя идти на поводу».

– Скорее веди меня к этому синтезатору, – шепнула я в противоположную сторону сестре немного нервно.

– Идем. От входа налево.

– Удобно. Не запутаюсь.

Я для надежности еще и рукой прикасалась ко всему, что попадалось под руку.

– Здесь столы и стулья тоже вмонтированы в пол и стоят надежно. А вот и он, – переложила она мои ладони на массивную технику, сильно напоминающую по форме холодильник, только с внушительной выемкой чуть ниже центра и чистым подносом внутри.

– Принцип действия прост. Еда здесь синтезируется из белковой, углеводной и жировой смеси, с добавлением приправ и ароматизаторов. На сенсорной панели есть меню и клавиатура, с помощью которых выбираем себе одно из блюд, чей рецепт заложен в программе. Помимо этого, блюдо, при желании и умении управляться с данным аппаратом, можно создать свое. Минусы – это не натуральная пища, потому запах и вкус немного могут отличаться от настоящих продуктов. Плюсы – воспользоваться синтезатором можешь в любое время. Что касается ручной панели – здесь тебя ждут сложности. С кнопками мы сейчас разберемся, но тебе придется запомнить порядковые номера тех или иных блюд. Так как наши продукты ты не помнишь, можешь постепенно попробовать все и остановиться на том, что тебе придется по вкусу.

Далее Кассиль объяснила принцип выбора блюда: горячего: гарнир отдельно, мясо отдельно; напитков: "вверх" – холодные, "вниз" – горячие; десерта. Последний пункт меня позабавил. Даже в космосе эта раса не отказывает себе ни в чем.

– Давай, на сегодня ты запомнишь порядок своих любимых блюд, что ты предпочитала на Сарфире.

– Было бы неплохо, – охотно согласилась я.

Это еще одна возможность узнать о себе хоть какую-то мелочь. После того как я четко запомнила все комбинации, Кассиль запустила синтезатор и велела мне сместиться на два шага вправо.

– Здесь, – переложила она мои руки на другое кухонное устройство, – посудомоечная машина. Знать тебе нужно всего две кнопки, открыть дверцу, положить посуду на решетчатую полку, захлопнуть и запустить. После того как посуда будет вымыта, она автоматически возвращается на полки синтезатора. Все продумано, удобно и просто.

– Действительно.

– Так, бери поднос и разворачивайся на сто восемьдесят градусов. Сделав два шага вперед, ты упрешься в стол.

Мы с удобствами разместились и приступили к трапезе.

– Вкусно! – откликнулась я, попробовав сразу все, что себе набрала.

Кассиль захихикала, наблюдая за моей спешкой.

– Смотри, поперхнешься.

– Я люблю вкусно поесть, а блюда просто замечательные!

– Это ты еще настоящие не ела. Вернее, не помнишь.

Долька грусти прочно обосновалась у меня в груди. Какое-то время мы молча обедали, экипаж уже разошелся, оставив нас одних.

– Кассиль, – вдруг спросила я. – Ты же первый раз в космосе?

– А как ты догадалась? – уточнила сестренка заинтересованно, отправляя очередную порцию десерта в рот.

Послышался ее блаженный вздох, а я отметила на будущее, что она обожает кафарэ, по составу напоминающее арбузное мороженое.

– Ты упоминала, что не так давно достигла совершеннолетия. Я и подумала, хотя могу ошибаться.

– Ты права. Я впервые в космосе. Просто за то время, что мы провели в ваших поисках, я успела привыкнуть к «пейзажу за окном».

Удобный случай задать тот самый вопрос, что так и просится наружу.

– Стоило ли рисковать всем вам ради четырнадцати сарфирийцев?

– Элли, каждый сарфириец того стоит, особенно чародейка. Особенно ваша группа. Каждый твой напарник приходился родственником или просто близким человеком членам нашего экипажа. Мы не могли оставить вас и должны были выяснить, куда вы пропали.

Я временно даже жевать перестала. Выходит, команда этого корабля надеялась отыскать своих родных, а нашла лишь меня?

– Не грузись, – отметила упадок моего настроения Кассиль. – Уже два месяца прошло. Все улеглось. Помнишь? Я говорила тебе, что ты знакома с половиной присутствующих здесь. Они рады, что ты уцелела и протянула на чужой, не исследованной планете, так долго. К слову, капитан по прибытии на Сарфиру намерен поднять вопрос о запрете доступа граждан с планеты Земля в Межгалактический Союз.

– Не слишком ли опрометчивое решение? – изумилась я.

– Думаю, нет. Я поддерживаю позицию Дантона Стронга. Одной той папки с Земли достаточно для вынесения однозначного решения Большим Советом. Я уже говорила, что читаю тебе не все, опуская страшные детали. Земляне могли и поприветливей вас встретить, а не накачивать лекарствами и запирать в клетки.

– То была одна страна. Кто знает, что из себя представляют другие? И в то время как мы явились туда, судя по датам в личном деле, шла Третья Мировая Война. И закончилась она за год до того, как я потеряла зрение и память. Вполне логично, что они приняли наше явление в штыки.

– Ну, не знаю, – вздохнула младшая родственница, дунув на челку. – Война не повод к безобразному насилию. Ну, сбили они вас по ошибке. Обнаружив Инопланетных Созданий, они должны были поступить гуманно, а не сажать вас в стеклянные ящики и наблюдать, как за зверем, периодически пуская ток. И ты забываешь, земляне за счет вас искали выгоду, чтобы выиграть в войне.

– Ладно. Посмотрим, что ответит этот Большой Совет. Кстати, о нем. А кто туда входит? – поинтересовалась я, не забывая работать ложкой.

– Несколько разумных рас с разных планетных систем Гелеона, – задумчиво ответила она и решила рассказать все сразу. – В нашей звездной системе самой крупной и развитой планетой является Сарфира. Есть еще две, одна из них обитаема, но в совете местные жители не участвуют. Называют ее Маллон. Она самая маленькая и находится ближе всего к нашей звезде – Цереону. Однако на ней много полезной и вкусной растительности произрастает, и торговлю с Маллонцами мы поддерживаем. А вот третья, удалена от Цереона и идет после нашей. Зовут ее Трамптан. Разумных рас на ней нет, лишь крупные виды животных с густым и теплым мехом. Вся планета снаружи покрыта льдом, но имеет под его толщей большое разнообразие полезных ископаемых. Сарфирийцы регулярно летают туда и добывают их. Отчасти благодаря сокровищам Трамптана наша планета держит первенство в союзе. Кстати, Сарфиру в совете представляют Королева, что исполняет обязанности президента на нашей планете, и Чезар Школы Теней. По земному – ректор, он же Верховный Тень.

Второй расой, что входит в совет, являются Итарцы. Они обитают в другой системе и представляют ее сразу от имени двух своих планет. Говорят, они оборотни из семейства кошачьих, но об этом я знаю очень мало, ведь поучиться в институте еще не успела, недавно только школу закончила… с тройками, – буркнула Кассиль, а я насмешливо фыркнула. – Затем Валорцы и Теодонийцы. Все они очень похожи на нас, но и о них я тоже мало что знаю. У первых насыщенно красная кожа и длинные черные волосы, у вторых, наоборот, насыщенно черный покров. А вот безумно умные Торшредеры уникальны! С зеленой кожей, полностью покрытые чешуей неприятного зеленого цвета, грудь щуплая, череп вытянут назад, глаза черные, крупные, я бы даже сказала, каплевидные, и если передние конечности отдаленно напоминают четырехпалые руки, то четыре нижние конечности схожи с острыми клинками. Представь ножки паучка, только вместо волосатых лапок острое оружие. После того как они посещают наш космодром и центр межгалактического сотрудничества, паркет, фирпласт и плитку приходится менять.

– Фирпласт? – уточнила я сразу, не отходя от темы.

– Мягкое синтетическое покрытие, хорошо моется, но быстро теряет цвет.

"Чем-то похож на линолеум" – отметила я сходство, допивая остывший "чай", который у сарфирийцев называется сбором, с «брендовой» приставкой к нему.

– Торшредеры из-за их анатомических особенностей не могут реализовывать свои идеи и разработки в полной мере, а потому они охотно сотрудничают с нашим Союзом. Остальные не так важны, – в этом месте ее голос приобрел мрачную окраску.

– Что? – спросила я твердо, намекая, что перемена в ее настроении не утаилась от меня.

– Есть еще одна, довольно крупная раса из другой галактики. Она пока единственная из всех, кого большой совет не допустил в Союз Межгалактический Республик.

– Почему?

Кассиль вздохнула, буркнула себе под нос «Дантон меня убьет» и поведала:

– Называется эта раса Кхагартами. Лично мы, сарфирийцы, считаем их дикарями и пиратами. Несмотря на то, что их корабли смело бороздят космические просторы на своей планете Скар, по слухам, они предпочитают соблюдать зверские традиции. Все кхагарты хищники, питаются мясом. Они захватывают чужие корабли и берут всех разумных существ в плен. Что они с ними делают, нам неизвестно. Кто-то говорит, что они становятся рабами, кто-то – жертвами обрядов. На контакт с Союзом они не идут уже примерно тысячелетие. Потому их мир закрыт для нас законом. По описанию, кхагарты похожи на нас, массивного телосложения, в космосе носят темную форму, но глаза желтые, с вертикальными зрачками, вместо рта – пасть, полная острых клыков. Толстая кожа и шипы, что увенчивают голову и локтевые сгибы, напоминают расцветкой кору дерева, серо-коричневую, разных оттенков. Она позволяет им маскироваться в лесах своей планеты, а длинный гладкий хвост – перемещаться в пространстве, при этом надежно цепляется за ветви деревьев.

Представила я себе этакого серого чело-ящера, с шипами и тем самым хвостом, дорисовала зубы, когти и ужаснулась.

– Зрелище, видимо, премерзкое. Может, спустя тысячу лет эта раса изменилась и сменила свои принципы на новые, более культурные?

– Кто их знает. Пиратство они не бросили и неизменно нападают на космические корабли все снова и снова. Но вот забавный факт: при стычках с ними Союз никогда не обнаруживал женских особей, только мужских. В живых их не оставляют, потому как вырвется такая юркая тварь и разорвет на части голыми лапами половину встречных на его пути. Были прецеденты. У нас даже патруль космический есть, что бережет основные транспортные пути от их нападения. Патруль составляют представители всех рас, входящих в союз. Еще один плюс выгодного сотрудничества.

– Точно. А что, пиратами являются исключительно кхагарты?

– В большинстве случаев.

Сбоку от нас раздалось грозное «Кхм-кхм!», заставившее меня подпрыгнуть от неожиданности.

– Кассиль, я же просил не тревожить нашу пассажирку понапрасну? – с упреком в голосе произнес капитан.

– Так уж вышло, – ответила она виновато.

«Болтушка» – буркнул он себе под нос, заставив меня улыбнуться, после чего ушел, снова оставив нас одних.

– Подумаешь, – тут же возмутилась сестра. – Ты у нас всегда была сильной. Никакими историями о пиратах-мясоедах тебя напугать было невозможно.

– Я предпочитаю бояться, когда того требует ситуация. Трястись заранее – только нервы тратить.

– Правильно. Давай соберем посуду и пройдем назад, в твою каюту. Вот-вот должен будет Адалис заглянуть.

При упоминании о нем, у меня в груди застрял ком. И почему я испытываю к нему так много противоречивых чувств? Общались-то всего немного. Что-то здесь не так.