Глава 14

— Надо ещё кофе купить, — тихо сказала я себе под нос, грустно взглянув на травяной чай, который принесла Пипитта.

Нет, у меня не было к нему претензий. Душистый и бодрящий напиток не мог не понравиться, но всё же он не был кофе. Любимым, горьковатым ежедневным утренним спутником, без которого не открывались мои глаза.

— Торф к полудню подготовить не получится, — подлил масла в огонь моего расстройства его обломательство. — Да и над его транспортировкой нужно подумать.

Я вообще слабо представляла, как происходит добыча торфа, что с ним делают дальше и в каком виде перевозят, поэтому откинула грусть и решила уточнить:

— А как его используют в вашем мире?

К тому же разговор разнообразил пустую кашу беседой, потому пренебрегать им не стоило.

— Это очень ценный ресурс, — с готовностью принялся пояснять дракон. Наверное, тоже не смаковал пустую гречку. — После магической обработки его используют как топливо для бурелётов и наземного транспорта. Ещё он хорошо держит тепло, и его применяют в строительстве. Удобрения опять же…

— Стоп, — перебила я принца, быстренько подсчитав всю выгоду от ценного ресурса. — Такая корова нужна самому! Мы его продавать пока не будем. Отправим подданных на добычу, оборудуем с его помощью скотный двор, сделаем удобрения и только излишки продадим.

— Тогда ты права. На продажу пока остаются только травы, и я не уверен, что нам хватит на кофе с лакомством для виверна. Сама видела, какие они там цены установили.

Услышал всё-таки про кофе.

— Что-нибудь придумаем, — задумчиво протянула я, побарабанив пальцами по столу.

Вызревала у меня в голове одна идея…

Мы в санатории на протяжении нескольких лет играли в чёрную кассу. Может, и тут получится нечто подобное провернуть с дружественно настроенными странами? Жалко, что их всего три. Куш будет небольшим, потому что сегодня не найдётся много денег на взнос.

— Что, например? — уцепился за мои слова его грозность.

Но я не спешила выдавать сырой продукт.

— Ен, а напиши в чат, чтобы обязательно принесли сегодня что-то на продажу и не спешили спускать деньги. У меня есть план, как нам друг другу помочь.

— Что за план? Мне нужны подробности, — затребовал его недоверчивость ответа, и мне пришлось рассказывать, потому что метка клятвы на запястье неприятно дёрнулась.

— Мы можем организовать типа банка или общака — я не знаю, как у вас такое называется. В общем, все скинемся, к примеру, по десять, а лучше двадцать цветков — у кого сколько будет — и по очереди будем этот банк забирать. Таким образом у всех в своё время окажется на руках бОльшая, чем имелась до этого в наличии, сумма. А значит, её хватит на что-то крупное. Только вот я не знаю пока, раз в неделю скидываться или чаще…

Дракон почесал бровь и глубоко задумался. Хотя чего тут думать? Гениальная же идея.

— Это недостойно и попахивает мошенничеством, — наконец, выдал он. — У меня язык не повернётся такое предложить. А так идея хорошая.

— У меня повернётся, — пожав плечами, сообщила прекрасную новость. — Как хорошо, что императрица я и вообще не боюсь упасть в глазах принцессы Фурии.

— Гурии.

И вот каким образом разговор опять скатился к ней?

— Без разницы. Кстати, я всё же хочу знать, зачем ты меня вчера лизнул? — перешла я к вопросу, который меня беспокоил сильнее других. И невольно начала давить с упорством заправского следователя: — Твой дракон никак не успокоится? Как вы проверяете эту свою истинность? Лучше сам расскажи, всё равно же узнаю.

Ен поморщился, вздохнул и нехотя ответил:

— Истинность проверяется через укус. Нужно получить всего каплю крови таким способом, чтобы ощутить предназначение.

— Фу! Какая гадость! Я даже начинаю думать, что вампирам повезло больше. Хоба: ощутил эрекцию — и сразу всё понял. А тут сколько надо дев покусать и крови чужой испить, пока найдёшь.

— Не так это работает! — возмутился его кусачесть. — Истинную видно и по косвенным признакам.

Я загорелась любопытством и, забыв про первоначальный вопрос, отодвинула тарелку с недоеденной кашей, чтобы склониться над столом и стать поближе к дракону.

— То есть у Сансы были косвенные признаки, раз ты её проверял? А у Чародейской есть?

— Твоя ревность неуместна, попаданка.

Вот так вот прямо, глядя мне в глаза, заявила наглая драконья морда. И ухмыльнулась вдобавок так понятливо!

— Что? Какая ещё ревность? — я аж вскочила со стула от возмущения. — Ты забыл, что у меня дома любимый есть? Это простое любопытство! Впрочем, не очень-то мне и интересно. Пойду к травникам.

Я подхватила тарелку с кружкой и понеслась на выход. Кашу скормлю курам, а посуду отдам на кухню. А между делом мысленно себя отпинаю за то, что так опростоволосилась. Будет теперь его грозность думать, что мне нравится. А это вообще не так. Я терпеть не могу таких заносчивых и властных красавчиков, я люблю парней тихих и скромных, потому что сама в душе тот ещё властный диктатор.

На крыльце было пусто — травники пока не явились, — и я потопала к скотному двору.

А он преображался прямо на глазах. Трое подданных доили корову и коз, а остальные что-то строили. Видимо, птичник, потому что страусов и куриц выпустили из клеток.

— Доброе утро, императрица, — поздоровались со мной студенты вразнобой, делая вид, что очень сильно заняты.

Я не стала придираться, но взяла паузу и подошла к курицам. Несушки (обозвала их про себя так авансом) что-то клевали, но и каше моей обрадовались, когда я вывалила им остатки.

— Доброе утро, — ответила я, всё же решив проявить милость к халтурщикам, — нужно будет сделать животным ещё торфяной настил.

— Обязательно сделаем, императрица, и пастись отведём, — поспешили заклинатели заверить.

Вот люблю людей, до которых быстро доходит. Аж настроение поднялось.

— А вы уже позавтракали? — спросила дружелюбно, чтобы дать понять — я не злопамятная.

— Нет ещё. Доделаем и пойдём.

— Молодцы! Не буду отвлекать, — похвалила и пошла в кухню.

Когда вернулась к крыльцу, травники уже сидели на ступенях, а рядом с ними лежали холщовые мешочки. Прошла и присела в центре, краем глаза отмечая, что чуть поодаль Ен собирает студентов и на что-то их организовывает. Надеюсь, на добычу камня, торфа и охоту, а не на геройское нападение на соседей.

— Ну рассказывайте, что у нас есть ценного, — обратилась к травникам, усилием воли оторвав взгляд от дракона и Ко.

Ребята развязали свои котомки и как давай обзываться на растения всякими заковыристыми словами! Из знакомых я уловила только корень валерианы, кошачью мяту и репей.

— И всё это ценное? Можно прямо хорошо продать? — недоверчиво уточнила, даже не пытаясь вникать в подробности.

— Валериана и кошачья мята ценятся у оборотней, — принялась мне объяснять очень серьёзная девушка с тяжёлыми косами, свёрнутыми кренделем вокруг головы. Беджи им сделать, что ли? — Они всегда платят за эти травы приличные деньги, потому что используют их и как приправу к блюдам, и как компонент для своих зелий. Щипачка горькая — вообще редкое растение, которое растёт только на склонах вулканических гор. А мраморный язык — ингредиент для настоек, используемых в тайных канцеляриях. Его сразу выкупают государственные службы.

— Хм-м… — задумалась я, опять невольно косясь на его грозность. Он вдруг махнул рукой в сторону болота, и человек десять парней отправились в указанном им направлении. — Если нам выделили такие ценные участки земли, где растут редкие растения, так, может, у нас есть и любимая вивернами плотоядная… — тут я сделала многозначительную паузу и приподняла бровь, хитренько улыбаясь, потому что, хоть убей, не запомнила, как называется лакомство Виталика.

Зато студенты меня поняли и порадовали.

— Есть! Я видела у озера! Но брать не стала, потому что плотоядные архании в хозяйстве бесполезны, зато как звено экосистемы незаменимы. Они пропускают через себя хитин, костную ткань и кровь своих жертв и выделяют в почву необходимые для развития корневой системы ценнейших кустиков морозной зашибинки вещества. А она…

— Стоп! — прервала я говорливую деву. — Просто скажи, можно мне получить несколько штук?

Травники посмотрели на меня ошарашенно, но, убедившись, что я не шучу, всё же ответили:

— Можно попробовать сорвать парочку, но больше не стоит, — осторожно пообещал длинноволосый худой парнишка.

— Хорошо! — с радостью согласилась я на «хоть шерсти клок».

Это же какая удача! Во-первых, лакомство можно не искать и не тратить на него деньги. Вместо этого купить ещё куриц, например. А во-вторых, перед Виталиком точно не будет стыдно.

Я собрала мешочки, выпроводила подданных за новыми травками и поднялась. Ко мне шёл Ен, который уже куда-то отправил последнюю часть студентов.

— Предлагаю выдвигаться в академию, — сказал он, подойдя к крыльцу, ровным тоном, как будто и не обвинял меня незнамо в чём за завтраком. — Пока посмотрим табло, пока продадим травы и наметим покупки, как раз подойдёт время встречи.

Мне остро захотелось рвануть в свою комнату, чтобы причесаться, накраситься и переодеться. Но я этот приступ неуместной женской слабости пресекла на корню. Ещё чего? Мне совершенно наплевать, если Фурия вырядится в лучшее платье! Я вообще должна думать только о деле.

— Поддерживаю. Ты куда послал народ?

— Добывать торф, руду и камень.

— А на рыбалку? А силки вчерашние проверить? — добавила в тон льда, включив императрицу.

— Этим подданным я ещё утром распоряжения раздал, они сразу после завтрака ушли.

— Хорошо. Свободных людей не осталось?

Ен послушно отчитывался, и я прямо наслаждалась нашим диалогом.

— Только Питер, но он координатор и присмотрит за всеми, пока нас нет.

— Ладно, тогда летим сразу, — милостиво согласилась, не найдя других причин медлить.

Принц свистнул Виту, и тот мигом примчался к крыльцу. Пришлось, перед тем как взбираться на виверна, гладить его чешуйчатую морду и клятвенно заверять, что вкусняшка скоро будет. А он вроде бы понял, потому что радостно фыркнул и лизнул меня в ладонь шершавым языком. Вытирая её о штанину, я уже точно знала, что вчера во сне меня касался не язык Виталика. Язык из сна был совершенно не шершавый и дарил совсем иные ощущения.

Из-за этого открытия лететь в объятиях принца стало тревожно. А ну как грызанет, чтобы крови моей попробовать? Поэтому я всю дорогу отвлекала его разговорами о яйцах. В смысле, заставляла считать, сколько нам нужно ещё купить куриц, чтобы выйти на получение нужного для комфортного питания населения количество яиц в день.

Благодаря этому долетели мы без происшествий, а за куполом я опасаться перестала. Не думала, что его хищность кинется на меня прилюдно — площадь-то опять была заполнена студентами, изображавшими торговцев и рабочих.

Их мы миновали без задержек, потому что прежде чем что-то покупать, нужно продать травы и сделать взнос в чёрную кассу. А вот в фойе у большого табло остановились. Там вывесили результаты, и победить любопытство не было никаких сил.

Тем более рядом с ним стоял ректор и что-то объяснял представителям других миров. Конечно, и мы присоединились.

Первым делом я нашла на табло наш Северный мир и чуть не захлопала в ладоши от радости. Мы занимали первое место, светились красным, а в итоговой колонке напротив Драконьей империи красовалась цифра с набранными за сутки баллами. Аж сорок шесть из пятидесяти возможных! Вторыми шли ведьмаки, третьей Феминия, следом вампиры, оборотни, Фурия со своей Маджестией и на последней ступеньке телепался наг. У него в колонке «комфорт населения» стояла позорная единица со знаком минус, а общая сумма баллов даже до тридцати не доползла.

— Видишь, — шепнула я Ену, легонечко пихнув его локтем в бок.

Хотелось добавить «а я тебе говорила», но болтать при таком массовом скоплении местных я опасалась. Кто знает, кто они и каким обладают слухом?

— Приветствуем ректора, всех наследников и теней, — неожиданно обратился дракон к собравшимся, как-то неправильно отреагировав на мой тычок. Видимо, он пробудил в нём вопросы. — Скажите, ректор, почему у нас не максимальные баллы за «уникальность выбора стратегии» и «оптимальную организацию труда населения»?

Кстати, да. Мне тоже интересно, что нам надо подтянуть. У нас в этих колонках стояли девятка и семёрка, а в трёх других: «комфорт населения», «дипломатия» и «преумножение богатства» по десять максимальных баллов. Другие страны нашего мира такими результатами похвастаться не могли, хотя это для нас не оправдание.

— Да, конечно, советник императрицы Чейен Блад, — с радостью обратил на нас внимание ректор. — Один балл с вас сняли за то, что вы начали развитие мира с усиления источника. Это элементарный шаг. Так сделали абсолютно все государства во всех четырёх мирах. Только с разным успехом, — покачал он головой осуждающе.

Действительно, с разным успехом. Цифры в этой графе у наших соседей разнились. Но у нага тоже стояла девятка — значит, у него с магией всё хорошо. А вот старания Фурии оценили лишь на четвёрку. У Селестины и Левко значилось по шесть. Вампиры получили семь, а оборотни два и три балла. Странно, что они вчера вредничали, ведь с магией у них беда. Как связываться с нами будут?

Ну да ладно. Может, послезавтра дадим им ещё шанс.

— Было бы глупостью этого не сделать, — холодно возразил дракон ректору, намекая на расшифровку.

— Возможно, но мы надеялись на креатив. Этому миру нужны свежие идеи, — сказал ректор, ни капли под драконьим взглядом не смутившись, и глянул почему-то на меня. А у меня от этого намёка сердце заколотилось и захотелось схватиться за Ена. — А организация подданных… Ну, думаю, тут вы и сами понимаете, что мы знаем о том, как ваши помощники разбазарили всю магию и как позволили себе оставить работу с животными недоделанной. А в остальных пунктах вы были безупречны. Поздравляю.

— Благодарим, — процедил Ен и, положив мне на плечо руку, развернул к торговому центру.

Про скотный двор он не знал, и новость эта ему не понравилась. Придётся убеждать, что все уже наказаны и дополнительной кары не требуется. Хотела сказать прямо сразу, но огромные двери вдруг распахнулись и нам навстречу вышли Кали с тенью.

Птичка обрадовалась дракону, как будто сто лет не видела, хотя на самом деле и дня не прошло. Глаза её засияли, улыбка расцвела, щёки окрасил румянец, а руками она как будто крыльями взмахнула. Надеюсь, это не приветствие и мне его повторять не надо. Принц, вон, с крылатым помощником принцессы стоят и не дёргаются.

— Здравствуйте, принцесса, — вежливо поздоровался дракон без всяких эмоций.

— Здравствуйте, ваша грозность, — ответила с придыханием восторженным тоном принцесса ирлингов. — Я видела ваши успехи — они впечатляют. Не могли бы вы дать мне пару советов по развитию мира прямо сейчас? Там, — она кивнула назад, на торгово-деловой центр, — на третьем этаже есть уютные комнаты для переговоров. Я могла бы задержаться и вернуться туда с вами.

И, выпятив грудь, она намотала локон на палец.

Я ужасно разозлилась. Мне очень, просто очень-очень это не понравилось. Я что, правда ревную? С какой стати? Дала себе пинка, улыбнулась принцессе, сняла с плеча руку дракона и дружелюбно сказала:

— Конечно, сходите поговорите. А я пока пробегусь по лавкам и рынку. Встретимся в полдень на площади, ваша грозность, как договаривались.

И рванула через порог, пока не остановили. Пусть принц видит, что я ни капельки не ревную. Мне дела нет до того, что они там будут с Кали в этих номерах делать.

Интересно, а её тень они с собой возьмут? Хотя нет, вообще не интересно!