Глава 18. Неожиданное пополнение и ожидаемое разделение
Реджинхард Берлиан алмазный дракон, драклорд Дракендорта.
Предел Дракендорт, Пик Дракона, Алмазная Пещера. Момент, когда Лина столкнулась с разбойниками.
Несколько дней я только и занимался тем, что уговаривал дракона разорвать нашу связь. Я даже придумал, как именно это сделать, но Берлиан был непреклонен. Первые сутки он и слушать меня не хотел. Пришлось даже выдержать изнуряющее ментальное противостояние, что не так-то просто, когда соревнуешься с драконом.
Как я его уговаривал! Какие приводил доводы, как раскладывал все по полочкам, объясняя, почему эта попытка должна быть успешной, и кажется мне удалось убедить Берлиана, что у нас получится.
«Бер, мы не можем тянуть дальше! Пробуем сегодня на закате», — я был непреклонен.
«Разорвать нашу связь — худшая идея из всех, что приходили тебе в голову, Редж! Я даже не могу решить, что хуже — это, или собственноручно преподнести Рассекающий нирфам на бархатной подушке!»
Ради дракона я даже поновой испробовал способы, что мы придумали раньше, но ожидаемо с нулевым эффектом.
«Уверен, ничего страшного не произойдет, если мы проведем некоторое время по отдельности. Тебе ничего не грозит, а я как-нибудь справлюсь. Как только я найду Линдару, приведу ее сюда, и после твоего освобождения, мы проведем новый ритуал, после чего снова станем одним целым», — уговаривал я дракона.
«Хорошо, но давай еще немного подождем? Три дня, Редж! Еще три дня», — дракон завел прежнюю песню, надеясь, что за три дня случится чудо, не иначе.
«И что изменится, Бер? Ах да, возможно в Дракендорте не останется жителей, потому что их сожрут твари! — вспылил я. — Или нирфы доберутся до моего меча. Кстати, мы ведь не знаем, что случилось с другими подарками Дракона Прародителя. Может, их тоже уже захватили. Тогда точно пределам конец».
«Редж, но послушай…» — аргументы у Берлиана заканчивались, а упрямство — нет. Дракон с легкостью ходил по кругу.
«Так, все. Хватит! Сегодня на закате мы разорвем магические узы, и точка!»
«И что с нами тогда будет?» — звучит странно, но гигантский ящер, порожденный самим Драконом Прародителем в незапамятные времена, пребывал на грани истерики.
Стоило мне это осознать, как я смягчился и ласково коснулся сознания своего второго я.
«Будешь ты — дракон Берлиан, мой брат и самый близкий друг. И буду я — Реджинхард Берлиан, правитель предела Дракендорт. Человек. Яхнэ завязаны на твою магию, запирая ее внутри. Во мне больше не будет драконьей магии, и они перестанут работать, тогда я смогу выйти из пещеры».
«Но что, если у нас не получится, или ты не сможешь выйти наружу?»
Я не успел ответить на в сотый раз заданный вопрос, как вдруг снова ощутил это.
«Да чтоб ее! — выругался я, почувствовав, что Тень снова тратит жизненные силы. — Бер!»
Дракону не нужно было объяснять, что делать. Он помнил, как это было в прошлый раз, и сейчас все сделал моментально. Преобразовывая магию в жизненные силы, мы тоненькой струйкой стали передавать ее нашей Тени. Наконец Линдаре больше ничего не угрожало, но повод поторопиться был веский.
«Берилан, мы сделаем это сейчас».
«Что?! — такого дракон точно не ожидал. — Но почему сейчас?»
«Потому что каждая минута промедления большой риск для нас обоих остаться в этой пещере навечно! Неужели ты не понимаешь? За столь короткое время Линдара дважды оказывалась на грани гибели, и это только те случаи, о которых мы знаем. Я должен как можно скорее оказаться снаружи и выяснить, что происходит».
На этот раз дракон молчал. Долго молчал. Очень долго! Я хотел было его поторопить, но вдруг последовал неожиданный ответ.
«Хорошо, Редж. Ты прав. Мы сделаем это прямо сейчас».
Ритуал был простым, а нужные слова я помнил еще с момента собственного посвящения, которое объединило обе наши сути. Без Тени я не мог превратиться в человека, чтобы их произнести, но мы с удивлением обнаружили, что звуки в них простые шипяще-рычащие — прекрасно подходящие для драконьей гортани.
Стоило последнему раскату затихнуть, и я ослеп и оглох от пронзительной боли, пронзившей все мое существо. Где-то за гранью сознания оглушительно ревел, вторя мне, дракон. Я знал, что он сейчас страдает так же, как и я. То, что с нами творилось, иначе как разрывом и не назовешь. Мне казалось, что в моем организме не осталось ни единой целой кости, ни единой мышцы…
А потом все резко кончилось, и я погрузился в блаженную тьму…
Василина Вьюга, Тень алмазного дракона
Предел Дракендорт, Замок Дорт-холл.
Я очнулась от того, что кто-то брызгал мне в лицо водой.
— Ньера Линдара, очнитесь! — надо мной склонилась незнакомая девушка с растрепавшейся пшеничной косой, обернутой вокруг головы.
Ее слегка треугольное лицо украшала скупая россыпь неярких веснушек, а внимательные зеленые глаза смотрели с тревогой. Я видела ее среди пленниц, но теперь ее руки были развязаны — похоже, моя затея удалась.
— Где бандиты? — поторопилась сесть, но тут же сморщилась от резкой боли в солнечном сплетении и, вскрикнув, упала обратно.
Отдышавшись, подняла голову, силясь рассмотреть больное место и одновременно страшась обнаружить там сквозную дыру. Но нет, ничего подобного. Никаких ран я не заметила, и даже одежда была целой. Потрогала, убедившись, что все так на самом деле и рискнула подняться второй раз.
— Как вы себя чувствуете? Пить хотите? Помочь вам? — на меня обрушился град вопросов.
Со второго раза и не без помощи я все-таки села и приняла протянутый мне девушкой бурдюк — пить и правда хотелось ужасно. Сделала несколько глотков теплой, слегка пахнущей тиной воды и сморщилась.
— Речная?
— Да. Не по нраву? Ой! Вы, наверное, только вино пить привыкли… — спохватилась незнакомка.
— Вино? Я что на алкоголичку похожа?! — возмутилась я подобным выводам.
Девушка обменялась взглядом со столпившимися вокруг меня товарками из-за которых выглядывали ребятишки. Похоже, мой пассаж не был понят и всех обескуражил.
— Вы уж простите, — шагнул ближе смурной парень с основательно побитым лицом, легонько тронув за плечо девушку, что дала мне напиться. — У нас тут все по-простому, но мы отблагодарим вас, как только сможем. Многого у нас нет, к чему вы, верно, привыкли, но…
Его речь прервали голоса:
— Ася!
— Ньера Лина!
Оскальзываясь на склоне, к нам во весь опор мчались Македон и Силан, а впереди них летели два мелких синих дракончика. Не успела я и глазом моргнуть, как младший мальчишка заключил меня в объятья.
— Шнырь! — возмущенно выдохнула девушка.
— Лина, что здесь произошло! — волновался Соник.
— Сам что ли не видишь? — бухтел Баламут.
На дракончиков обратили внимание дети. Кто-то даже поднял с земли камень.
— Соник, Баламут, — лучше держитесь ко мне ближе, а то мало ли.
Я протянула цветодракам руку, чтобы показать всем, что это мои питомцы.
— Ася, это та самая ньера Лина, про которую я тебе говорил. Видишь, она не такая. Она — добрая! Ньера Лина, — обратился парнишка ко мне, — это Айсана — моя старшая сестра.
— Вот и познакомились, — улыбнулась я и пояснила: — Я пью воду и травяные отвары. Вино разве что по праздникам, а еще дружу с цветодраками. Прошу их не обижать! — строго посмотрела на детишек, и те мгновенно попрятались за юбками девушек.
— Лина, раз с тобой порядок, мы будем поблизости. Присмотрим за местностью, — сообщил Соник и первым снялся с моей руки.
С небольшой задержкой за ним последовал Баламут, а я с помощью Силана и Македона, поднялась на ноги и осмотрелась. Все пленники были в сборе, а вот ни одного разбойника не наблюдалось. Ни разбойников, ни их тел, ни крови.
А еще отсутствовали двое из трех парней, которые были среди пленников. Похоже, с нами остался только самый пострадавший — тот самый, которого били ногами.
— А где…
У меня волосы зашевелились, стоило представить, что все это натворил призрачный волк, которого я нечаянно заточила в кинжале.
— Тела работорговцев ребята погрузили на дракх. Отгонят его в устье реки и там затопят. Там течение сильное, отнесет все в море, тела никто не найдет, — Ася говорила спокойно, словно топить суда с трупами для нее было обыденным делом.
— Вот как? — меня немного шокировало то, что Ангус все-таки убил тех людей.
Жестокий мир, жестокая магия… Ладно, надо порадоваться, что он не тронул пленников. Я мысленно вздрогнула, отгоняя куда более страшную картину и посмотрела на то место, где еще совсем недавно швартовалась ладья. Той и правда у берега больше не наблюдалось.
— Это ужасно, но у нас просто нет другого выбора. Если их хозяева узнают, что здесь произошло, нам спокойно не жить. Они придут угонят в рабство всю деревню, а так будет похоже, будто бы дракх вышел в море и попал в шторм, — поспешила объясниться девушка, заметив мое замешательство. — Здесь это обыденное дело.
— Одно плохо, они пришлют новых людей, когда узнают, что партия рабов не пришла в порт вовремя, — добавил избитый парень.
Он стоял чуть согнувшись, и держался за ребра, а на его лице живого места не было. Один глаз заплыл, бровь рассечена и из нее сочится юшка. Нос, губы… Зубы, похоже чудом остались целы.
— А Ангус… Тот волк, он куда подевался?
— Вернулся туда, откуда вы его призвали — в проклятый клинок, — парень отвернулся и сплюнул на землю.
— Вернулся в кинжал, значит? Хм… — открытие было полезным.
Значит ли это, что я и впредь смогу призывать призрака на защиту? Вот только рискну ли? Это, мягко говоря, неприятно и не факт, что полезно для организма. Вдруг после какого-то раза я тоже скрючусь и почернею, прямо как мой меч. Одно мне теперь предельно ясно — за все нужно платить. Особенно за магию.
Спохватившись, принялась осматриваться, почти сразу обнаружив клинок в невысокой и порядком вытоптанной траве. Стоило его взять в руки, как все вдруг притихли и дружно, синхронистам на зависть, отступили от меня подальше.
— Ньера Линдара, это ваш кинжал? — поинтересовался парень, глядя на меня внимательно так и чуть исподлобья.
Вопрос застал меня врасплох, и по взглядам, что прожигали во мне многочисленные дыры, я поняла, что от ответа будет многое зависеть. Возможно даже мое существование.
— Я его нашла и забрала себе, — ответила я чистую правду.
Ася и битый парень переглянулись.
— Ньера Линдара, этот кинжал — оружие нирфеатов. Почему он вам подчиняется?
О как! Похоже, меня заподозрили в порочащих связях, а то и вовсе в принадлежности к вражьему племени… Н-да, стоит впредь быть поосторожнее, а то притопят с этой местной баржей за компанию. К нирфеатам у местных однозначное отношение. А самое смешное, даже если я скажу, что и знать не знала о том, что кинжал нирфеатский, мне никто не поверит. Если уж деревенские это поняли, то ньерам и подавно такие вещи знать полагается.
— Оружие — это всего лишь инструмент. Оно не злое и не доброе, все зависит от того, в чьих оно руках, — нашлась я. — Вы ведь сами видели, что этот кинжал только что спас наши жизни.
И пусть мои слова прозвучали несколько пафосно, эффект возымели нужный. Лица расслабились, из взглядов ушла настороженность.
— Ньера Лина, — дернул меня за рукав Мак. — Им теперь нельзя обратно в деревню.
Мальчишка смотрел не по-детски серьезно.
— Мы… уйдем, — приняла нелегкое решение Ася и с надеждой уставилась на избитого парня. — Да, Бран?
Тот с ответом не спешил, обернулся на притихших детей, которые готовы были расплакаться, услышав эти слова. Наверное, обрадовались бедные, а возвращение по домам неожиданно откладывалось. Я столкнулась взглядом с той самой девчушкой, совершенно не похожей на мою Злату, ну разве что цветом волос, и в груди больно сжалось…
— Но малых-то можно по домам отправить? — с надеждой спросила Айсана.
— Нет, Ася. Не можно. Ты и сама это знаешь, — не стал подавать ложную надежду Бран.
— Но как же…
— Идти далеко, дети не выдержат дороги!
— Да и кормить их нам нечем. Мы-то перекантуемся…
Загомонили наперебой остальные девушки.
— Можно было бы везти их на повозке, но у нас ее нет, — Ася с надеждой посмотрела на меня.
— Не нужна вам никакая повозка. И уходить никуда не надо. Все вы поместитесь в замке Дорт-Холл.
— В замке алмазного дракона? — нахмурился Бран и тут же сморщился от боли.
Парню требовалась медицинская помощь и как можно скорей. На ногах он держался явно на чистом упрямстве, потому что остался один среди детей и девок.
— А что тебя смущает? — улыбнулась я ему. — Или у тебя есть повод, чтобы ослушаться Тень Дракона?
Того, что произойдет после моих слов я ну никак не ждала. Неожиданно все крестьяне, включая детей, склонились в поясном поклоне. С секундной заминкой, это сделали даже Македон и Силан.
— Лина, помнишь, о чем мы говорили перед нашей с Баламутом дуэлью? Верь в себя! — тихонько пискнул Соник на моем плече. И я решила не терять инициативы. Пусть лучше в пояс кланяются, чем оспаривают мое право повелевать. — Замок большой, но в запустении. Мне нужны верные люди. Прислуга, охрана и работники. Детишкам тоже место найдется. Полагаю ничего страшного не случится, если они смогут навещать родственников, когда захотят. И это… — я не знала, как правильно сказать людям, чтобы наконец спины разогнули. Ужасно неловкое чувство! — Идемте, у нас много дел. Нужно успеть обустроиться и приготовить пищу.
Когда мои новые подопечные наконец перестали кланяться, на меня с надеждой уставились больше двадцати пар глаз.
— Отлично, — проворчала я, больше успокаивая себя. — Единственное… У меня плоховато с едой, нужно будет что-то придумать.
— Еды на первое время достаточно, мы с дракха все ценное забрали. А там в деревню наведаемся, чего не хватает, доберем, — совсем по-взрослому отозвался Силан, указав рукой в сторону взгорка.
Там наверху под сенью леса были свалены какие-то тюки и ящики. Приличная такая куча, но как все это в замок доставить? Даже отсюда видно, что нужна целая подвода.
— Рабари запаслись основательно, почти неделю предстояло плыть, — рассудительно заметил парнишка.
Тот самый, которого звали Нанькой. Он как-то незаметно оказался поблизости и теперь с серьезным видом пытался притереться поближе. На него ревниво косился Мак, явно не желая делиться привилегированным местом рядом с Тенью Дракона
— Рабари? — переспросила я.
— Ну да, энти выродки, которых вы прикончили. Они рабами торгуют — рабари, значит.
— Рабари, хм. Подходящее название, коротко и ясно, — похвалила я паренька.
— Дурак! — прошипел Македон, украдкой показав Наньке кулак.
— Ладно, поторопимся. Возьмем, самое необходимое, а за остальным придется сделать еще несколько ходок, — оценивая объемы добра, я стала взбираться с берега обратно на холм, а когда поднялась вылупила от удивления глаза. — А он-то что здесь делает?!
К одному из серых стволов был надежно привязан тот самый Нож — главарь бандитов.
Завидев меня, он улыбнулся разбитыми в кровь губами. Похоже, парни не стали с ним церемониться и сполна отплатили за пинки. Вот честно, наверное, я совсем не гуманистка, но лучше бы его волк съел!
— Ньера Тень, это главарь шайки, и только вам решать его участь, — негромко подсказал Бран.
— И что мне с ним делать? — я растерянно оглянулась на своих новых подопечных.
— Казнить, конечно же! — недоуменно улыбнулась та самая девица, которую швырнули на палубу.
— Казнить? — переспросила я. Не ожидая подобного предложения, я даже растерялась: — Как казнить?
— Как-как! Например, утопить? — предложила все та же девица жизнерадостно.
— Да! — поддержали ее остальные.
— На кол его!
— Сжечь заживо!
— Камень на шею и в реку!
Предложения посыпались как горох из дырявого мешка, одно другого «краше». Самое печальное, что я не до конца осознавала, от меня и правда требуют организовать смертоубийство связанного человека, или можно это как-то решить мирным путем?
Ножа же словно бы и не беспокоила собственная судьба. Он смотрел только на меня и все шире улыбался.
— Лучше бы тебя волк сожрал, — пробормотала я, подходя к пленнику ближе.
Вот удивительно, как в драке ему удалось сохранить зубы целыми?
— Так ведь не сожрал, и теперь я твоя головная боль, ньера Линдара, — услышал, и улыбнулся еще довольнее Нож.
— Может, и правда тебя утопить? — задумалась я.
Но в душе уже знала, что не смогу. А значит придется и его тащить в замок, иначе он вернется и все расскажет своему хозяину. Блин!
— Тебе придется или убить меня, или забрать с собой, — главарь шайки словно прочел мои мысли.
Понял, гад, что на хладнокровное убийство я не способна. То, что случилось с кинжалом нирфеатов, не в счет, я не подозревала, чем все закончится. На этот раз я не удержалась от грязного ругательства себе под нос. Привычка сдерживать эмоции выработалась, когда родилась Злата. Но моей доченьки не было рядом, а остальные дети занимались тем, что несли какие-то тюки в сторону замка — Силан и Македон быстро их организовали.
— Ньера Лина, — Мак оказался тут как тут, стоило о нем подумать. — Мы отправили Наньку в деревню, он приведет подводу, чтобы увезти все это и Брана. Он сам не дойдет.
— Спасибо, Македон. Ты молодчина! — искренне похвалила я парнишку и погладила по вихрастой голове, которую пора была снова вымыть. — А где Бран?
Пора было оказать парню хоть какую-то помощь. Я видела, что его крепко избили, но не поняла, что он не может держаться на ногах. Когда я приблизилась, Бран сидел в сторонке, прислонившись спиной к дереву, за ним ухаживала Айсана — сестра Силана.
— Эй, ньера Тень? — позвал меня Нож.
— Чего тебе? — неохотно оглянулась я.
— Я тоже не дойду до замка сам, — виновато скривился пленник. — Эти трое, кажется, сломали мне ребра и ногу.
— Мне-то что с того? — огрызнулась я, но в душе, как и любой цивилизованный человек, я не могла оставить человека без помощи.
— Может, достанешь свой кинжал и перережешь мне горло? — он явно меня провоцировал.
Я ничего ему не ответила. Вот ведь мужики! Переломают кости друг другу, возись с ними потом!
На самом деле я ужасно злилась, ведь я мало чем могла здесь помочь. Ни Ножу, ни Брану. Привычной аптечки со знакомым каждому относительно здоровому обывателю перечнем лекарств у меня не было, да и лечить я разве что умела детскую простуду и царапины. А перелом я смогу диагностировать, только если кости будут изгибаться так, как не задумала природа, или вовсе торчать наружу.
— Насколько все плохо? — спросила я у Аси, накладывающей зеленую жеваную кашицу на синяки парня.
Тот уже был без рубахи и демонстрировал приятную женскому глазу развитую фигуру человека, который не чурается тяжелого труда на солнце.
— Могло быть и хуже, — бодрился Бран.
Кажется, ему нравилось то, что Ася с ним делает. Вот жук!
— Нужна тугая повязка и живец. Я смогу его приготовить в замке.
Она вдруг прикрыла глаза и принялась водить руками над больным местом. Бран тоже прикрыл глаза, и его лицо расслабилось, словно ушла боль.
— Что происходит? — заинтересовалась я.
— Я лекарка, кое-что умею, травы знаю. Если раздобыть нужные, поставлю его на ноги дня за три. Трещин или переломов у него вроде бы нет.
— А как ты это поняла? Магия?
— Ну что вы! — смутилась Ася. — Какая же у обычной сохи магия? Откуда ей взяться?
И все же девушка что-то могла. Что-то, что сильно превышает способности обычного человека. Она объяснила мне, как по внешним признакам определить перелом или нет и показала травку, которую жевала. Сорвав пяток листов, она протянула их мне:
— Это жилица, если ее пожевать и приложить к больному месту — снимет боль.
— А ее не опасно жевать?
— Даже полезно. Укрепляет организм. У нас всем ребятишкам ее дают, чтобы нажевали запасы на зиму, правда она кисло-горькая, и не всем нравится.
Внутренне поморщившись, взяла листья и направилась к пленнику. Просить поухаживать за ним Асю было бы кощунством. Мне еще придется к ней обратиться, но позже и так, чтобы не видел Бран. По глазам парня видно, что он прикончит Ножа, если он только в сторону Айсаны взглянет.
Недовольная собственными выводами потопала обследовать пленника.
— Что у тебя болит?
— Ребра, — он и правда мелко дышал, и по виску стекала капелька пота.
— Показывай!
Мужчина дернулся, но его руки были связаны за спиной, потому он лишь усмехнулся.
— Не получится. Придется тебе самой меня раздеть, ньера.
— Как ты себе это представляешь? — все больше злилась я.
— Возьми свой кинжал и просто разрежь мне рубаху.
Разбойник смотрел так нагло и самодовольно, явно надеясь, что смог меня смутить. Наверное, он бы даже ёсмог, не будь я современной цивилизованной женщиной, которая не испытывает излишнего пиетета перед обнаженными мужчинами, даже если они связаны по рукам и ногам.
Не раздумывая долго, я вытащила кинжал, и ухватив «пациента» за шиворот, оттянула его на себя, да так, что Нож болезненно сморщился и даже издал какой-то сдавленный звук. Не обращая внимания, полоснула лезвием, разрезая ткань от горла до низу, обнажая могучую грудную клетку и плечи. В этот момент меня угораздило поднять глаза и встретиться взглядом с пленником.
Восхищение и… желание?! Мне не показалось? Именно так и смотрел на меня Нож. Он определенно положил на меня глаз, и если раньше рисовался, то теперь намеренно не скрывал своего отношения. Ну нет!
Положив руку прямо на обнажившееся плечо мужчины, я медленно подалась ближе к его уху и, отчетливо произнося каждое слово, порекомендовала:
— Засунь свои эротические фантазии себе в самое темное место. Да-да, в то самое, о котором ты сейчас подумал. Не то в следующий раз этот кинжал отхватит тебе красу и гордость, понял? Ты знаешь, что делать! — запихала ему в рот листья жилицы.
Сам пожует, велика честь. А намазаться не сможет, так пусть глотает. Судя по тому, что мне сказала Ася, это полезно.