Глава 29. Второй шанс для раненой души

После разговора с Эйреном мое настроение вдруг изменилось. Появилось ощущение, что впереди меня ждет что-то светлое и новое. И пусть наш союз — союз Дракона и Тени пока больше напоминает договорной брак, есть у меня чувство, что он имеет все шансы перерасти во что-то большее.

Я вдруг остро поняла, как хочу кого-то любить и быть любимой. Долгие годы я шла к единственной цели — узнать, что стало с моей сестрой, и добиться справедливой кары для преступника. А теперь Василина здесь. Жива, здорова, счастлива в браке, и мне нужна новая цель. Теперь я хочу счастья для себя. Надеюсь, это не слишком эгоистично?

Хочу, чтобы меня любили. Хочу любить. Хочу завести собственных детей…

Эйрен… Эйрен притягивает меня как мужчина. Я остро на него реагирую. Если он не соврал, рассказывая про истинных… Если в мире Пределов и правда действуют подобные законы, то я до конца жизни буду благодарить провидение, которое меня сюда забросило. А если нет, что ж… Зато я точно знаю, что он способен сделать ребенка. Не все и на это способны… Для счастья, мне хватит и этого.

Кстати, о детях! Моя племянница Злата от него в восторге. Получается, что Эйрен неплохо умеет ладить с ребятней? Надо будет поговорить с племяшкой один на один и выспросить все, что ей известно. Порой дети могут рассказать много интересного о взрослых, а я получу взгляд с разных точек зрения.

Пока мы шли по коридору в покои драклорда, в моей голове царила какая-то каша из обрывков мыслей, желаний сомнений и мечтаний. Я толком не могла ни на одной сосредоточиться. Скакала с одного на другое. Вскоре мы расположились в гостиной. Реджинхард и Эйрен расселись в креслах у камина, а я — рядом с Линой на уютном диванчике, который куда больше напоминал наши земные, а не те неудобные конструкции вроде мягких лавок, что были в замке Зинборро. Лина полулежала на нем в свободном белом платье и качала младенца в красивой резной люльке, с улыбкой поглядывая на меня. Похоже, ей не терпелось остаться наедине и побеседовать.

— Уснул, — шепнула она, улыбнувшись мужу.

Чуть позже заглянула незнакомая мне женщина, в облике которой было что-то хищное. Я даже как-то вся подобралась, но оказалось, что это Агриппина — няня Златы, а теперь и Володи тоже. Она забрала ребенка и ушла в спальню, и мы остались вчетвером.

— Я хотел обсудить с вами одну теорию, которая пришла мне в голову. Если происходящее с нашими Тенями — закономерность, то мы можем попытаться помочь нашему другу драклорду Кирфаронга хотя бы советом.

— Было бы здорово, — согласился Эйрен.

— Если оглянуться назад, нетрудно заметить, что драклорды с каждым поколением менее разборчиво выбирали себе Теней, предпочитая дочерей эрлов тщательным поискам той самой единственной. Некоторые и вовсе взялись устраивать своего рода смотрины, на которые могли приехать все желающие девушки. Далеко не все из них становились Тенями, а вот бастардов рожали только в путь. Прости Эйрен.

— Ничего. Я не стыжусь своего происхождения. Напротив, отец поступил в какой-то степени мудро. Ведь до сих пор неизвестно, куда пропал мой брат. Жив ли он? Я сомневаюсь. И что было бы сейчас с Торисвеном и Эмералдом, не окажись поблизости меня? — он иронично усмехнулся.

— Согласен. В твоем случае Вальд словно предвидел беду. И он оказался прав в своей предусмотрительности, но вернемся к Теням. На наше поколение среди девушек будто их будто бы и не осталось. Подозрительное явление, не находишь?

— Опять же не только на наше, — кивнул Эйрен. — Даже мой отец с трудом смог отыскать себе Тень в свое время. — А женился все равно на другой женщине, умудрившись заделать меня на стороне с третьей.

— Ваш батенька, тот еще ходок, драклорд, — поддела его Василина.

— Что есть, то есть, — развел руками Эйрен.

— Одним словом, драклорды становились все менее и менее разборчивыми? — заметила я не без некоторого раздражения.

— Выходит, что так, — согласился со мной Реджинхард. — Еще мой отец сетовал и грозил всеми карами Дракона Прародителя, из-за того, что драклорд Солияра с ума сбрендил и собрал у себя целый гарем из Теней. Все наши предки наделали дел в свое время. Женились на других, а Теней держали при себе только чтобы оставаться человеком. Бедные девушки не могли все бросить и выйти за другого, не знали любви, не рожали детей, если драклорд этого не хотел…

— Несчастные женщины! — я представила себе такую роль эдакого вечного аксессуара.

— Миры разные, пороки все те же… — покачала головой Василина.

— Так устроены мужчины, — развел руками Эйрен, за что удостоился испепеляющих взглядов от нас с Линой.

— Не все, конечно же! — тут же поднял он руки и обезоруживающе улыбнулся.

— А, может, янтарный и забрал всех ваших Теней в свой гарем? Потому ты и не смог найти ни одной? — предположила Василина.

— Вряд ли. Но, возможно, именно этот его поступок и стал последней каплей. Дракон Прародитель разгневался и покарал нас.

— С нашими Пределами все ясно, но мы до сих пор не знаем, что случилось в Берштоне. Как бы выяснить? — вздохнул Эйрен.

— Пока слишком опасно туда соваться даже вдвоем. Власть там захватили нирфеаты. Кто знает, какие сюрпризы они приготовили? Понадобится несколько лет, чтобы народ Дракендорта пришел в себя. Слишком многих угнали в рабство или уничтожили, а остальные долго жили в страхе. Как ни печально признавать, но мы не в состоянии сейчас вести полномасштабные боевые действия.

— Верно. Люди Торисвена также нуждаются в отдыхе. И, прежде чем во что-то ввязываться, я и Фрост должны решить свои проблемы на рубежах, обезопасив нас с этой стороны. В идеале янтарный должен сделать то же самое, и тогда мы сможем выступить единым фронтом. Нирфея не выстоит против объединенных Пределов.

— Да… Янтарные… — задумчиво протянул Редж. — Янтарные всегда были сами по себе. Я и сейчас не могу до него докричаться. Никакого отклика. Интересно, там, вообще, кто-нибудь еще правит? И кто?

— Хотелось бы надеяться, что не нирфы, — заметила Вася.

— Ладно, об этом потом. Что ты хотел сказать насчет сапфирового? — вернул разговор в прежнее русло Эйрен.

— Обе наши Тени попали сюда из другого мира, и неизменно оказывались рядом с Ключом Предела. Но при каких условиях это случалось? — Реджинхард обвел взглядом присутствующих.

Все молчали.

— Полгода. Оставалось примерно полгода до падения барьера! — сообразил первым Эйрен.

— И я пришел к тому же выводу, — подтвердил алмазный.

— То есть Финбару можно не переживать еще какое-то время? — недоверчиво изогнул бровь Эйрен.

— Я бы так не сказал… — Реджинхард поднялся и прошелся туда-сюда по гостиной. Остановился у окна. — Нет. Поиски прекращать не стоит. Вдруг мы ошибаемся, тогда время будет потеряно… — он обернулся и воскликнул: — Точно!

— Что? — воскликнули мы едва ли не хором.

— Мечи! Когда все случилось, твой меч был потерян, а мой… Я считал, что он уничтожен.

— Это невозможно! — удивился Эйрен.

— После того как я поставил барьер, Рассекающий напоминал сгоревшую лучину. У него даже рукояти не было, — Редж усмехнулся.

— Подтверждаю. Я, когда появилась там в пещере, думала, что у меня какая-то арматурина, то есть железяка под… под спиной мешается. А позже в руках оказался настоящий меч. Красивый, — кивнула Василина.

— Ты же мне расскажешь, как все произошло? — попросила я сестру.

— Конечно!

Вскоре понятливые мужчины нас оставили, и в гостиную проскользнула Злата. Чумазая, с порванными на коленках штанами, но веселая.

— Боже! Что с тобой?!

— Мам, только не ругайся. Мы играли, кто дальше прыгнет… с амбара.

— Что?! — Василина схватилась за сердце. — Быстро в ванну! Нужно обработать раны. Я сейчас, — она с некоторым трудом поднялась с дивана.

— Мамочка, тетя Ася запретила тебе сегодня много двигаться, ты забыла?

— Вот и иди тогда к тете Асе и возьми у нее что-нибудь для заживления, ладно? — мне показалось, что Василина хочет сплавить дочь, чтобы что-то мне сказать.

— Хорошо. И еще я умоюсь и переоденусь, — племяшка явно задабривала мать.

Когда Злата умчалась, Вася, покачав головой, проводила ее встревоженным взглядом.

— С этой непоседой я поседею раньше времени. У меня чувство, что моя дочь растет хулиганкой…

— Вспомни нас с тобой. Мы тоже, порой, такую дичь творили.

— Да уж… — Василина улыбнулась, на миг провалившись в прошлое, а затем торопливо продолжила: — Мариш, я так много тебе хочу рассказать! Но сначала обязана предупредить. Я вижу, тебе нравится Эйрен? Но ты должна знать, что он… Он…

— Драклорд Торисвена — бабник. Я это слышала миллионы раз, еще в замке Зинборро. Правда, не знала, что речь идет о нем.

— Хорошо. Значит, не питаешь иллюзий.

— Вась, я вчера тебе рассказала, за кем была замужем? Я не питаю иллюзий насчет мужчин в принципе и понимаю, на что иду. Даже если речь идет об Эйрене.

Меня не покидало чувство, что драклорд Торисвена чем-то насолил сестре.

— Хорошо, — кивнула Вася. — Тогда еще один важный момент. Даже и не знаю, как подступиться, — сестра явно волновалась.

— Если ты про Росу и ее ребенка, я уже в курсе.

Брови Василины удивленно взлетели.

— И об этом знаешь? Когда только успела? Вроде от меня не отходила до поздней ночи…

— Как раз шла к себе, когда встретила Росу с мужем, Лиза и поведала мне местные сплетни, а утром Эйрен рассказал свою версию событий.

— Выкручивался? — сестра пристально на меня посмотрела. — Что говорил?

— Сказал все как есть. Я приняла его извинения.

— Ладно. Тогда еще один момент. Эйрен пытался меня соблазнить, — сестра испытующе уставилась мне в глаза.

— Но ведь ничего не получилось, так? — я ответила таким же прямым взглядом.

— Конечно! Иначе и быть не могло! У меня ведь есть Реджинхард.

— Вот и прекрасно, — я улыбнулась.

— Марин, я не пытаюсь настроить тебя против него. Тем более, что ты теперь тоже Тень Дракона. Просто… Просто очень тебя люблю и хочу для тебя лишь самого лучшего. Ты это заслужил, как никто другой, моя маленькая хрупкая сестренка, — она потянулась ко мне, и я отметила, что ее глаза заблестели непролитыми слезами.

— Васька, не переживай за меня, — я подалась навстречу и крепко обняла сестру. — Я не ослеплена чувствами. Я даже не уверена, что действительно влюблена в него. Но не буду отрицать, Эйрен мне нравится, и я хочу попробовать быть с ним. К тому же, как ты сама сказала, у меня нет выхода. Теперь я — его Тень. Мы провели ритуал, и это ты тоже знаешь.

— Все так, но ваш ритуал не завершен. Пока все еще можно переиграть.

— В каком это смысле?

— Чтобы цепи стали нерушимыми, нужен еще один этап. Не допускай его, пока не решишь все окончательно.

— Ничего не понятно, но очень интересно! — сыронизировала я.

Василина подняла обе руки и тряхнула ими:

— У меня на запястьях магические кандалы с цепями толщиной примерно с мою руку, они тянутся к дракону. И эти цепи уже невозможно разрушить. Потому Редж мой, а я его — пока мы дышим.

— Вот знаешь, я теперь слегка сомневаюсь в твоем душевном здоровье. Вааасяяя, я ничего не вижу! Никаких цепей, — протянула я шепотом, чуть наклонившись к сестре.

Та, совершенно как в детстве показала мне язык.

— Помнишь поговорку про суслика, которого тоже не видно? Вот так и с цепями. Я их тоже не вижу пока. Но видела, в пещере дракона во время нашей свадьбы. Возможно, и ты сможешь. Знаешь, Маринка, меня вся эта тема с цепями напрягала до тех пор, пока Редж не сказал мне кое-что. Рассказать?

— Давай! — мне стало ужасно интересно.

— «Это цепи. Они приковали нас друг другу, связали нашу суть, как и полагается. Дракон и Тень — истинная пара, как в древних легендах», — сказал мой муж. А я ответила, что такие цепи и коня удержат. А он ответил, что не коня, а дракона. А еще сказал, что я не пленница дракона, а его хозяйка.

— Все зависит от точки зрения, как и всегда, — усмехнулась я.

— Так и есть.

Наш разговор прервали мужчины, вернувшиеся в гостиную.

— Марина, Эйрен не против, чтобы ты погостила у нас какое-то время. Но я решил, что, прежде чем вы отправитесь в Торисвен, следует сыграть свадьбу. Знаю, по вашим обычаям это имеет большое значение, поэтому завтра же мы начнем подготовку и… — Реджинхард разошелся не на шутку.

— Стоп-стоп-стоп! — подняла я руку. — А можно мы с Эйреном как-нибудь сами это решим?

Я понимала, что Реджинхард действует из добрых побуждений, но мне претило, что в очередной раз кто-то пытается вмешиваться в мою жизнь.

— Редж, — Василина протянула руку к мужу. — Не спеши, пожалуйста.

— Реджинхард, я всей душой благодарна вам за участие, но мне бы хотелось, чтобы все шло своим чередом, — я бросила короткий взгляд на Эйрена и улыбнулась.

— Ничего не понимаю…

— Да что здесь непонятного, дорогой? Марина хочет, чтобы за ней для начала поухаживали. Свидания в красивых местах, комплименты, подарки. Девушку нужно завоевывать, а ты сразу о свадьбе. Марина уже была там однажды. Чтобы снова затащить ее под венец… В пещеру Дракона Прародителя, если по-вашему, нужно сильно постараться, — сестра подарила мне улыбку и покосилась на Эйрена.

Василина понимала, что я чувствую, и сумела облечь это в слова лучше, чем если бы я сделала это самостоятельно.

— Женщины! — драклорд закатил глаза.

А вот Эйрен молча смотрел на меня, да так, словно только что узнал обо мне что-то новое. А еще так, словно уже готовит план по захвату этой крепости. Невольно мои щеки потеплели, а в груди томительно сжалось от предвкушения чего-то… Чего-то приятного.

Весь оставшийся день я провела с сестрой. Мы возились с младенцем и болтали обо всем. Василина рассказала мне, как родилась Злата, и кто ее отец. Странно, но я ничего не испытала по этому поводу. Ревности и быть не могло, но и никаких черт бывшего мужа я в племяннице не находила. Ни одной. Зато наши с Василиной черты у нее были, а еще черты Линдары и Лунары. Да мы все были похожи между собой, как сестры!

Вечером, когда Злата в очередной раз заглянула в покои, я подарила ей перстень, на который у нее было куда больше прав, чем у меня. За ужином к нам присоединился сапфировый дракон, который прилетел, чтобы побыть в окружении трех Теней. Это благотворно на него влияло и хоть только частично, но решало проблему с оборотом, в чем он нам и признался.

— Мы всегда рады вас видеть, уважаемый Финбар, — заверила его Василина.

Сегодня устроили небольшой праздник только для своих, а официальный прием в честь рождения наследника по местной традиции запланировали через три месяца. Потому за столом было чуть больше людей, чем обычно. Остальным обитателям замка накрыли во дворе на свежем воздухе.

— Драклорд Финбар, — в какой-то момент подошла Агриппина. — Матриарх моего клана предлагает вам навестить деревню гарпий. Возможно, это окажется для вас полезным.

Так очень тактично она предложила ему помощь в поисках Тени. Василина успела рассказать, как видела меня там в каком-то волшебном озере. Оно то ли будущее предсказывает, то ли показывает реальность в тот самый момент, когда в него смотришь. Вероятно, Финбар тоже увидит там подсказку, где искать свою Тень.

— Передайте слова благодарности, матриарху. Я с удовольствием воспользуюсь ее гостеприимством, — поблагодарил гарпию драклорд Кирфаронга, и Агриппина с поклоном удалилась.

Поздно вечером, оставив Василину, я направилась к себе. В крытой галерее по пути меня ждал сюрприз:

— Как насчет ночной прогулки, Тень? — предложил Эйрен, неспешно оттолкнувшись от баллюстрады.

Невольно я залюбовалась мужчиной, который приблизился ко мне. Его фигурой, вызывающей приятный трепет. Обманчиво ленивыми движениями хищника, готового в любой момент к прыжку. Его глаза мягко сверкнули магической зеленью, когда мы остановились друг напротив друга. Признаться, я утомилась и хотела прилечь, но у меня язык не повернулся ему отказать. Да и любопытство одолело, в один момент прогнав усталость.

— Можно и прогуляться, — осторожно ответила я.

Эйрен протянул руку, и я вложила в нее свою, чувствуя себя школьницей на первом свидании. Драклорд провел меня незнакомыми коридорами, и мы вышли на улицу. Откуда-то со стороны доносились голоса и шум позднего праздника, но рядом никого не было.

— Это тебе, — Эйрен вручил мне цветок.

Пышный бутон незнакомого цветка бело-голубого цвета красиво засеребрился в свете луны.

— Спасибо!

Я протянула руку, чтобы взять цветок, и Эйрен коснулся моих пальцев. Это вызвало острую реакцию. Слишком острую, для столь невинного прикосновения.

— Ты же не против немного полетать?

— На драконе? — сердце замерло от предвкушения.

Вместо ответа Эйрен подхватил меня на руки, а в следующий миг я испытала что-то вроде состояния свободного падения. Только полетела я не вниз, а вверх. Все тотчас закончилось, я и ахнуть не успела, как оказалась на спине дракона. Трепет предвкушения пощекотал нервы перышком.

— Ой! Я уронила цветок!

«Ничего. Я подарю тебе еще много цветов», — отозвался Эйрен.

«Надеюсь, тебе понравится летать со мной», — вторил ему Эмералд.

Мне показалось, что дракон не может забыть, как я летала на другом.

— Не ревнуй! Берлиан мне теперь как брат. Он женат на моей сестре, — напомнила я.

«Эйрен, считаю нам нужно лететь в пещеру Дракона Прародителя, а не…»

«Ты действительно хочешь испортить сюрприз?» — перебил дракона драклорд.

«Нет, но я хочу поскорее сделать Тень нашей навсегда!»

— Эй! А меня кто-нибудь спросил?! — возмутилась я.

«Видишь? Наша Тень… Она… Она как будто не хочет быть нашей!» — дракон забеспокоился.

— Для того чтобы Тень захотела быть вашей, вы должны убедить ее, что в этом есть необходимость, — намекнула я очень толсто. — Иначе, какой в этом прок для Тени?

«Но как же так? Это неправильно! Я ведь чувствую, что ты — та самая. Единственная. Наша. Эйрен, почему она не чувствует того же? Мне больно от ее слов! И… страшно… Я Эмералд — изумрудный дракон, бесстрашный в бою, испытываю ужас, что не смогу… Что такое сокровище ускользнет из моих лап…» — меня окатило густой смесью тревоги и растерянности.

«Значит, нам придется как следует постараться и убедить Тень в том, что мы сделаем ее счастливой», — коротко отозвался Эйрен.

Невольно я улыбнулась, любуясь, удаляющимся величественным замком Дорт-Холл, и мерцающими в лучах заходящего солнца морскими волнами. Мы летели вдоль кромки побережья куда-то прочь от замка и горной гряды — на юг.

Справа тянулись леса, впадали в море реки. Скорость полета была такой, что если бы не драконья магия, я бы не удержалась на спине Эмералда. Дракон то взмывал в небо, то спускался к самой воде. Однажды он кончиком крыла пробороздил по ее поверхности, и за нами остался яркий флюоресцирующий след. Наверное, светились какие-то водоросли или планктон?

Вскоре стемнело окончательно, но дракон легко ориентировался.

«Хочешь посмотреть на мир так, как вижу его я?» — спросил он.

— Было бы интересно.

А в следующий момент все вокруг изменилось. Тьма исчезла, полыхнула красками, и окружению словно добавили света и объема. Какие-то полосы цветного тумана шлейфами окутывали предметы, вихрились водоворотами, а все вокруг внизу расцветилось пульсирующими мерцающими точками.

«Это магия. Все в мире пределов ей пропитано», — пояснил Эйрен.

— А точки? Светлячки?

«Нет, это живые существа. Например, вон там горлодер преследует зайца. — Картинка приблизилась, и я отчетливо увидела длинноухого, который, петляя, пытался спастись. За ним неслось существо, напоминающее гиену.

— Мне его жалко…

«Но и хищник хочет есть. Это самка, которой нужно кормить щенят. Кому отдашь предпочтение? Скажи, и мы спасем одного, но обречем второго», — поинтересовался Эйрен.

— Пусть все идет своим чередом, — я зажмурилась, а когда снова открыла глаза, мир снова стал привычным. — Такая власть — не для всех. Она вынуждает каждый миг делать выбор.

«Так и есть, Марина. И я тоже пытаюсь к этому бремени привыкнуть».

Я ничего не ответила, но в этот момент кое-что поняла об Эйрене. Он хороший человек, раз осознает, что власть — это не только безграничные возможности, но такая же ответственность. Ответственность за судьбы людей в его случае. На противоположные экземпляры я уже насмотрелась.

Впереди показалась горная гряда. Не такая мощная, как Драконий Хребет, но по-своему красивая и покрытая зеленью. Преодолев ее, мы стали снижаться, пока не приземлились на какой-то симпатичной поляне. Здесь все светилось не хуже, чем в одном очень кассовом фильме про расу гигантских синих существ гуманоидного типа. Миг свободного падения, и я оказалась на руках у Эйрена:

— Прилетели, — объявил он и, будто нехотя, поставил меня на землю.

Страшно признаться, но и мне не хотелось, чтобы он выпускал меня из рук…

— Здесь тепло, — заметила я с легким неудовольствием.

Даже в тонком платье, в котором я была за ужином, я не мерзла. Если бы было попрохладнее, был бы повод прижаться к мужчине. Мне ужасно захотелось прикосновений и объятий, но и не хотелось сдаваться вот так.

— Мы на юге. Тут до Солияра рукой подать. Тут давным-давно лето.

— И что мы здесь делаем?

— Свидание в красивом месте. Так говорила твоя сестра? Прогуляемся по пляжу, посмотрим на море, просто поговорим, о чем захочешь.

— Расскажи мне об этом месте, — попросила я. — Почему здесь так сказочно? В Торисвене мы шли несколько дней, и ничего подобного не встретили ни днем, ни ночью.

— Особенность здешних краев. Особая магия, особые существа. У нас севернее климат более суровый.

— А мне и в Торисвене тоже нравится, — улыбнулась я. — Если бы не погоня, я бы получила больше удовольствия от путешествия в Дракендорт, — посмотрела я на драклорда.

Эйрен сорвал несколько цветочных бутонов, мерцающих розовым, ловко соорудил из них нечто вроде венка или диадемы и водрузил мне на голову.

— Ты такая красивая, Тень! Даже дух захватывает! Я никогда еще такого не испытывал, — он провел тыльной стороной руки по моей щеке.

Я еле сдержалась, чтобы не зажмурится от удовольствия.

— Ты нарочно все это говоришь?

— Говорю, что думаю. Это… Это вот здесь, — он порывисто хлопнул себя по груди. — С тобой все по-другому. Ярко. Остро… Знаешь, мне сложно говорить об этом, но мне хочется, чтобы ты знала, что я чувствую. Это все настоящее. Я смотрю на тебя и знаю, что с этих пор мне никто больше не нужен. Понял это еще тогда — в первую нашу встречу, когда проснулся, ощутив, что ты рядом.

— Это был сон…

— Нет. Ты что-то попросила у меча, и он исполнил желание так, как ты его сформулировала.

— Шуточное гадание. Я сказала: «Ложусь на новом месте, приснись жених невесте». Иногда так девушки развлекаются у нас на Земле.

— И как это работает?

— А, никак. Мне еще не встретилось ни одной, у которой это бы действительно сработало. А у меня… — я вдруг смутилась.

— А у тебя в руках был один из пяти самых могущественных артефактов нашего мира, — улыбнулся Эйрен, притягивая меня ближе.

— А теперь у меня в руках один из пяти самых могущественных мужчин этого мира? — я обняла его за шею, решив, что достаточно ходить вокруг да около.

Зачем оттягивать неизбежное? Я не могу отрицать то, что чувствую к Эйрену. Пусть пока это не любовь, а симпатия и интерес. А еще желание. Лина просветила меня о том, как действует связь. Сопротивление бесполезно. Рано или поздно, мы проснемся в одной постели.

— Знаешь, а мне нравится, как это звучит из твоих уст, — ответил Эйрен враз охрипшим голосом.

Его губы вдруг оказались совсем близко. Я привстала на цыпочки, сокращаяя оставшееся расстояние. Ддотянувшись, провела своей нижней губой по его.

— Ты меня пытаешься соблазнить, Тень? — рычащие нотки в голосе мужчины отозвались внутри меня приятной вибрацией.

— Пытаюсь?! — я добавила нотку возмущения и прильнула к нему всем телом, шепнув: — Я не пытаюсь, я соблазняю!

О том, что попытка удалась, говорила приятная твердость, которую я отчетливо ощутила животом. Драклорд завладел моим ртом. Он целовал меня так порывисто, так отчаянно, что некогда было вдохнуть. Его язык хозяйничал в моем рту с напором завоевателя. Волна ощущений захлестнула нас, унесла в водоворот чувственных удовольствий. Голову кружили ароматы ночного тропического леса и здорового мужского тела. Я прижималась к нему, инстинктивно желая оказаться ближе. Отвечала на поцелуй столь самоотверженно, словно от этого зависела моя жизнь. Целовала его и понимала, что это какой-то новый этап в моей судьбе. Надеюсь, счастливый…

Вдруг испугавшись, я разорвала поцелуй первой, высвободившись из объятий драклорда чуть раньше, чем наступила точка невозврата. Мы, тяжело дыша, уставились друг на друга. Эйрен чуть вопросительно, я смущенно. Вдруг он настороженно осмотрелся по сторонам.

— Что-такое? — напряглась я.

— Кажется, за нами кто-то наблюдает, — едва слышно произнес драклорд.

Миг, и я снова в его объятиях. Прижимаюсь к боку, боязливо вглядываясь в многообразие ночных красок.

— Ничего не бойся, Тень. Идем, — Эйрен обнял меня за плечи и поцеловал в висок.

Посмотрев наверх, я заметила лукавые огоньки, блеснувшие в его глазах.

— Ты нарочно, да? Там никого не было?

— Ну почему же? Там всегда кто-нибудь есть, — отозвался негодный драклорд!