Глава 8. Модный приговор экофару

Марина Цветкова, Тень дракона Эмералда.

Замок Зинборро, эрлинг Зинборро, Предел Торисвен

До самого утра меня никто не побеспокоил. Я отлично выспалась и проснулась от какого-то грохота.

— Ньера? Эрл Зинборро приглашает вас к завтраку! Ньера, с вами все в порядке? — услышала я обеспокоенный голос Лизы из гостиной, и раздался новый стук.

— Все хорошо! Не нужно ломать дверь! — откликнулась я и поспешила отпереть.

— Я пришла, чтобы вас разбудить, но не смогла открыть… — Лиза замолчала, уставившись мне через плечо. — Ньера, кто там у вас? — спросила она шепотом.

— Где? — я испуганно обернулась, даже в глазах на миг потемнело.

Почему-то на долю мгновения я подумала о мужчине из сна. Решила, что это был вовсе не сон, и испытала самую настоящую панику, ожидая его увидеть позади… Но оказалось, что служанка смотрит на подпертую стулом дверь гардеробной.

— Кого вы там заперли?

— Никого! — я с облегчением рассмеялась.

Вот даю! Это надо же было так отпраздновать труса. И с чего я, вообще, об этом подумала.

— А зачем вам понадобилось подпирать дверь? — не унималась Лиза, все еще с опаской посматривая на стул.

— На всякий случай, — я разблокировала гардеробную и Лиза попятилась. — Да нет там никого! — распахнула створку, и оттуда неожиданно что-то вылетело, задев меня по щеке.

— ААА! — вскрикнула я от неожиданности, а Лиза, взвизгнув, едва ко мне на руки не запрыгнула.

Нечто, вылетевшее из гардеробной, беспорядочно металось по комнате, ударяясь об стены, потолок, мебель, и наконец об косяк у окна. Видимо, это истощило запас прочности, летуна, и тот рухнул на пол, раскинув в стороны крылышки.

— Лиза, пусти…

— Простите, ньера! Ради Дракона Прародителя простите меня… Я вам не сделала больно? — Лиза ужасно смутилась. — Я думала это летучий мышар. Боюсь их до смерти.

— Забудь! — отмахнулась я, осторожно приближаясь к существу, которое с самым несчастным видом валялось, раскинуло крылышки. — Птичка какая-то… Миленькая.

Птенец был весь покрыт мягким серым пушком, похожим на шерстку, только на головке, хвосте и крыльях перья были вполне нормальные и красиво отливали аметистом.

Не удержавшись, протянула руку и погладила животик.

— Ой, какой мягонький!

Не зря гардеробную подпирала. Вылети эта милота среди ночи, и я бы точно кони двинула.

— Кажется, это птенца экофара, — удивилась Лиза, присаживаясь рядом. — Только какой-то слишком большой…

— Экофар?

Знать бы еще, что это за чудо такое…

По части местной фауны у меня большие пробелы в знаниях. Я рассматривала крупного, размером со среднюю кошку без учета крыльев, птенца. Тот лежал на спине, повернув набок голову, вроде как дохлый. Даже небольшой загнутый клюв серебряного цвета был слегка приоткрыт и внутри виднелся острый розовый язычок. Корона и бровки из перьев подлиннее придавали птенцу трогательный вид.

— Каркуша! — я нервно хихикнула, вспомнив детскую передачу.

— И как он только сюда попал? Все теперь в перьях, — сетовала Лиза, осматривая спальню.

— Может, вчера залетел, тут окно было открыто?

Служанка задумалась.

— Наверное… — она вдруг выпучила и без того выразительные глаза. — Я поняла, откуда он взялся, ньера. Его прислали вчера утром эрлине Граппе в подарок. Похоже, подарок сбежал.

— Кто такая эрлина Граппа? Дочь эрла? — предположила я, примериваясь как бы поудобнее поднять птенца с пола.

Нужно убедиться что он не поранился.

— Граппа — старшая дочь эрлессы Хересс.

Хересс, Граппа… Забавное совпадение.

— А еще у них есть дет? Как зовут?

Почему-то на этом месте глаза служанки забегали. Ей определенно хотелось сказать больше.

— Лиза? — я проницательно улыбнулась.

— У эрлессы Хересс три дочери. Граппа, Аффината и Мискалия, — ответила Лиза с загадочным выражением лица.

А я едва сдержалась, чтобы в голос не заржать совершенно по-конски. Но сдержалась, стараясь не выдать всей степени веселья.

— А у эрла Зинборро? — уточнила я, уже догадываясь, к чему она ведет.

— Эрл Зинборро считает, что и у него три дочери. Но мне кажется, что единственной его дочерью была Линдара.

— Забавно!

— Эрлесса все время говорит, что ее солиярская и берштонская кровь взяла верх… Да вы и сами все скоро увидите. Я принесу вам платье.

— Конечно-конечно…

Припомнила жену одного из знакомых депутатов, у которой все дети были похожи на прабабку, внучатого прадеда, тетку по матери из Рязани, но только не на любимого мужа.

Лиза скрылась в гардеробной, а я осторожно оттянула крылышко, и ощупала тонкую косточку. Вроде цела. Проверила другое крылышко. Затем подняла на руки и, разместив несчастного птенчика на краешке кровати, принялась его осторожно осматривать.

— Осторожнее, ньера! Вдруг он заразный! — сморщилась Лиза, вернувшаяся из гардеробной с нежно-зеленым платьем в руках.

— Сама ты заразная! — послышался тоненький голос.

Мы с Лизой переглянулись.

— Ньера? — служанка удивленно приподняла брови.

— Это не я!

Мы вместе посмотрели на птенца, который глядел в ответ большими круглыми глазами, радужка которых была необычного фиолетового цвета. Таких потрясающих глаз мне никогда еще не доводилось видеть.

— Фююю… — протянул он вопросительно.

— Лиза, у вас животные разговаривают? — поинтересовалась я у служанки.

— Ньера, ну и вопросы у вас! Шутите, да? — разулыбалась та.

Яснее не стало…

— Шучу! — буркнула я.

— Фью! — прозвучало будто насмешливо

— Да все, как и у вас в Кирфаронге, ньера, — засуетилась Лиза, скрывшись в гардеробной.

Угу. Знать бы еще, как на самом деле в том Кирфаронге.

— Кажется, с ним все хорошо. Давай отдадим его хозяйке, — не успела я договорить, как птенец стремительно метнулся и спрятался между подушек.

Лиза рассмеялась, прикрыв рот ладошкой. А мне стало очень интересно.

— Лиза, мне кажется, он не хочет к Граппе…

— Я бы на его месте тоже не хотела. Граппа его до гола обдерет…

Я ошарашенно посмотрела на глаза, сверкающие из-за подушек, затем на Лизу, снова на глаза…

— Чего?!

— Граппа для этого его и заказала. Украшения из перьев экофара нынче в моде.

Меня аж подбросило, стоило представить, как кто-то ощипывает птенца заживо. Это кем же надо быть? Неужели рука поднимется?

— Фиг ей, а не перья! — решила я. Ни за что не отдам птенца дочери Хересс! — Лиза, собери, пожалуйста, все перья. Постарайся найти все. Проверь в гардеробной и перетряси постель. Для чего, объяснять нужно?

— Нет, ньера. Я поняла.

Девушка была не настолько проста, как могло показаться, я это сразу заметила. Роль пугливой глупышки, возможно, облегчала ей жизнь и работу в этом доме. Когда я вернулась из ванной, она протянула мне шкатулку, которую позаимствовала на туалетном столике.

— Я собрала все.

— Отлично. Они ценные?

— Очень! А сколько весь экофар стоит, и представить сложно.

— Можешь взять их себе, — Подарки прислуге никогда не бывают лишними. Верность этим не купишь, но некоторое расположение, основанное хотя бы на надежде получить еще, возможно. — Хотя, стой! — от меня не укрылось разочарование, мелькнувшее в глазах девушки. — Тебе есть, где их спрятать? Боюсь, если обнаружат, обвинят в воровстве.

Лиза даже с лица спала и попыталась сунуть шкатулку мне в руки.

— В общем, можешь оставить ее здесь. А перья бери, когда понадобятся. Ты же собиралась их продать, верно?

Служанка несмело кивнула.

— Тогда так: если точно сможешь их реализовать незаметно, бери. Если нет, можешь оставить здесь на хранение. Они твои.

— Спасибо, ньера! Меня это очень выручит. На мне ведь долг…

— Долг?

— Да. Я потом расскажу, нам надо поторопиться. Эрлесса Хересс не любит, когда на завтрак опаздывают.

Устроив птенчика в ванной, куда мне его удалось заманить, налила ему водички в вазочку, которых в гостиной было вдосталь, велела вести себя тихо. Понял он, или нет, но уж больно умными глазами смотрел.

Существо, вообще, сильно отличалось от всех, что мне доводилось встречать когда-либо. Экофар был… другим, что ли? Иным. Таких можно было разве что в мультиках или фильмах увидеть. От этого создавалось впечатление, что он какой-то игрушечный. И все же он был живым, теплым. У него стучало сердечко, он дышал, открывал и закрывал клювик, и так на меня смотрел…

— Я обязательно вернусь, и мы придумаем, чем тебя покормить.

— Фьють! — птенец только свистел, но больше не издавал членораздельных звуков.

Может, нам с перепугу показалось, что он в тот раз что-то сказал?

— Ладно, идем, — вышла я из ванной к ожидающей меня Лизе.

Собравшись с ее помощью, поинтересовалась между делом:

— А что едят экофары?

Наверняка птенец голодный, распищится еще и сдаст свое укрытие.

— Не знаю… — пожала плечами служанка. — Может, пшено?

Понятно. Нужно как-то выяснить, но чтобы никто не понял, где он скрывается. Поставила себе мысленную пометку поговорить за столом о местной моде. Эта тема обычно благодатная. Даже самые лютые стервы, присев на любимого конька, становились ненадолго условно адекватными, с упоением рассказывая о дизайнерских тряпках. Наверняка та же Граппа все об экофарах сама и выложит. А если нет, как-нибудь подведу разговор к этой теме.

— Ньера, балкон снова нараспашку… — Лиза затравленно уставилась в сторону злосчастного балкона.

— А когда ты заходила, был заперт?

— Нет, но ведь…

— Доброе утро, Лунара! Как погодка? — помахала я в сторону балкона рукой.

Взвизгнув, Лиза выскочила в коридор.

— Ньера, ну вы и шутница! — держась за сердце, смеялась она, прижавшись спиной к стенке.

— Надоело трястись, если честно. Не буду больше его запирать, чтобы не дергаться, — вздохнула я, закрывая дверь.

Идти на завтрак мне не хотелось, а вот есть — даже очень. Сначала я не обращала на это внимания за всей историей с экофаром. А вот, когда умывалась, заметила и лице нездоровую бледность, и мушек перед глазами. Да и вело меня слегка, если круто повернуть…

Против воли в голову закрались неприятные подозрения, а не отравили ли меня? Вон, Лунару же свели в могилу, а она была женой эрла. Что для них я? Отравить, да и в болото головой. Искать меня все равно никто не станет. Одна надежда на волшебный меч.

Я погладила рукоять кинжала, спрятанного в складках платья. Вчерашний наряд пропал, но с меча за ночь маскировка так и не спала.

Лиза проводила меня в просторную столовую, где за большим накрытым столом уже сидела семья эрла Зинборро. Стоило мне войти, как все взгляды повернулись в мою сторону.

— Доброе утро! — бодро и доброжелательно поздоровалась я.

Эрл с эрлессой поприветствовали меня вполне доброжелательно. Зинборро поднялся навстречу, но из-за стола не вышел. Лишь указал на мое место по правую руку от Хересс. По левую сидели три девушки. Старшей лет восемнадцать навскидку, младшей не меньше тринадцати, но как там на деле, кто знает. И эти девчонки пристально и даже с какой-то ревностью меня рассматривали. Поздоровались они, надо сказать неохотно, и то после строгого взгляда матери.

— Познакомься, Марина. Это Граппа, Аффината и Мискалия — мои дочки, — представила дочерей Хересс.

А я снова едва сдержалась, чтобы не расхохотаться. Ну как так вышло, что здесь дочерям дают подобные имена?

— Приятно познакомиться. Я Марина… Фризо, — добавила с задержкой.

Это же надо было едва не забыть фамилию! Штирлиц еще никогда не был так близко к провалу.

— Ну и как там у вас в Кирфаронге? — пискляво поинтересовалась пухленькая Мискалия, самая младшая дочь.

Из всех троих, она единственная была рыжеволосой и веснушчатой, две старшие девушки хоть немного, да походили на мать худобой и желчностью, а эта — нисколько. Но и от эрла Зинборро там точно ничего не было.

— Нормально, — пожала я плечами. — Это ведь мой дом.

— Кирфаронг ужасен! Там же снег! Ненавижу снег! — гундосила Мискалия.

— Мармеладка! — строго прикрикнул на нее отец.

— Да, папочка? — захлопала пышными ресницами девочка, и эрл тут же растаял.

Пожелав приятного аппетита друг другу, мы приступили к завтраку. Еда была вкусной, и желудок сжимался от восторга, а я боялась положить в рот ложку с ароматной сытной кашей. К счастью, Граппа тоже не торопилась набрасываться на еду. Скуластая, худосочная и желчная, она действительно была модницей. Только вот ей бы не помешала пара советов стилиста. Яркий наряд клоунессы в совокупности с мрачной, даже депрессивной внешностью, смотрелся странно.

Да уж, не станет эта «водка виноградная» собирать то, что само выпадет. Точно обдерет бедного птенчика и напялит на себя его перья.

Я поклевала листья, похожие на салат, сжевала несладкую, еще теплую, булочку, чтобы не слишком выделяться, а душа просила каши, сладкой и масляной. Такой ароматной… Вон младшая дочка эрлессы уже добавку доедает. Может и ничего?

Осторожно попробовала ложечку. Вкусно! Напоминает нашу пшенку с тыквой.

Позволив всем немного насытится, разговор начала Хересс:

— Ньера Марина, как вам спалось?

— О! Чудесно! — улыбнулась я. — А какие снились сны! — мечтательно вздохнула и ощутила, что краснею, стоило вспомнить брутального незнакомца.

— И она не приходила вас душить?! — поинтересовалась Аффината, наивно хлопая глазками.

Она единственная, кто предпочитал светлые цвета, а не темные или яркие цвета в одежде. Простое с виду кремовое платье приятно оттеняло смуглую кожу. Средненькая была похожа на старшую, но куда миловидней. Из всех трех эту дочь Хересс можно было считать красавицей. Однако ее внешность меня не обманывала. Такие милашки способны, порой, на неожиданные поступки.

Я как раз набрала в рот новую порцию каши, и чуть не поперхнулась. Невнятно что-то буркнул эрл, а эрлесса в этот миг что-то негромко говорила Граппе, сидевшей от нее по левую руку, и сделала вид, что не услышала.

— Душить? Кто! Кого?!

— Ньера Лунара. Вас, конечно… — Аффината мило улыбалась строя из себя недалекую наивность. — Это ведь вы ночевали в Белых покоях. Я бы не рискнула!

— Мармеладка! — выдохнул Зинборро.

— Так это не шутка? Ньер Дорс, я правильно понимаю, что меня поселили там, где моя жизнь находилась в опасности? — холодно поинтересовалась я, откладывая приборы, кстати вполне стандартные и без заморочек. Ложка, трехзубая вилка, нож. Ничего из ряда вон. — Драклорд Фрост будет неприятно удивлен, — прибавила я, напоминая о своем «родстве» с кирфаронгским правителем.

— Не обращайте внимания, Марина. Аффи просто любит пошутить. Никакой опасности для вас нет, конечно же. Это все ерунда! — она строго уставилась на дочь. — Я просто подумала, что вам будет приятно оказаться в привычных интерьерах, но если желаете, я распоряжусь приготовить вам новые покои.

— Благодарю, не стоит. Мне нравится в Белых, — все еще натянуто улыбнулась я.

Во-первых, там остался экофарчик, а во-вторых, я не чувствовала опасности. Да, призраки — это стремно, но интуиция подсказывала, что именно в этих покоях я буду избавлена от излишнего внимания.

— А как в Кирфаронге летом, тоже холодно? — поинтересовалась Хересс, пытаясь вернуть доброжелательную атмосферу.

— Бывают очень теплые дни. Правда длятся не долго, — ответила я, надеясь, что не промахнулась.

Следовало увести разговор в безопасное русло, и лучше, чтобы на вопросы отвечали хозяева. Опять же, нужно выведать, чем кормить экофара.

— Граппа, у вас интересный покрой воротника. Красиво!

Красный ужас, отдаленно напоминающий жабо, обрамлял длинную тощую шею девушки. Я присмотрелась к чертам ее лица. В принципе, если ее грамотно накрасить и нарядить, то что-то в ней есть. Эдакая нестандартная модельная красота, которая может быть цепляющей при надлежащем оформлении.

— Моя собственная идея, — небрежно бросила девушка.

А мне показалось, что ей самой уже не кажется, что идея хорошая, но что не так, она понять не может. Типичное состояние, когда душа просит красоты и оригинальности, а насмотренности не хватает. Нет у них здесь интернета и модных журналов.

— Вечно наша Пи выдумывает невообразимое, — сладко улыбнулась мне Аффината, одетая куда более классически и со вкусом, если сравнивать ее облик с нарядом ее матери.

Старшая сестра бросила на среднюю короткий недовольный взгляд и скрипнула зубами, но промолчала. Ага, а это уже напоминает застарелую вражду.

— А что в Кирфаронге нынче в моде? — не удержалась, задала вопрос Граппа, и я порадовалась, что «утопила свои вещи в болоте».

— Нежные пастельные тона, мягкие ткани. Облегающий силуэт… Ах, как же мне жаль мой багаж! Я так долго подбирала наряды, а теперь все кануло в бездонную трясину. Но больше всего мне жалко…

— Меха, да? — снова встряла Аффината. — Я слышала, что в Кирфаронге даже белье на меху. Как иначе можно спать на кроватях изо льда? Примерзнешь.

— Мы такие же люди и спим на обычных кроватях, но и теплое белье, порой, бывает не лишним, — заметила я.

Девчонка начала меня раздражать.

— Аффи, не болтай ерунды! Ньера Марина сочтет, что ты не образованная и глупая, — ехидно улыбнулась Граппа.

Пришло время средней сестрички с негодованием таращиться на сестру.

Угу. Один-один! В матче между виноградными горючими напитками наметилась ничья.

Я сделала вид, что едва сдерживаюсь, чтобы не расплакаться.

— Подарки. Мне жалко подарки. И да, меха там тоже были. Серебряная лисица, Черный песец, — врала я, надеясь, что эти названия ни о чем не скажут радушным хозяевам. Но самое дорогое, подарок Драклорда, пелерина из золотого ханурика. Его мех так переливается пожаром в блеске снежинок… … — я сморгнула притворную слезинку, чувствуя себя обладательницей Оскара.

Кажется, мне поверили.

— А у нас в этом сезоне в моде перья! — как ни странно заявила это не Граппа, а Аффината.

— Поэтому ты украла экофара, которого мне подарил Клайд? — зло уставилась на нее сестра.

— Не крала я твоего экофара! Сколько можно повторять! — завизжав, вскочила со стула Аффи и в порыве гнева перевернула тарелку с кашей сестре на подол.

Заливисто расхохотавшись Мескалия захлопала в ладоши, а я застыла от неожиданности. Однако…

— Аффи, Граппа! Вон из-за стола! — зарычала Хересс, и ее острые скулы покраснели.

— Мармеладки, как вам не стыдно? У нас же гости! — тряс тройным подбородком эрл.

Девушки вскочили и, разъяренные покинули столовую. На выходе, Аффината толкнула старшую сестру, и Граппа задела плечом дверной проем. Однако ее внешность меня не обманывала, вот такие «милашки», порой, способны на жуткие вещи.

Оставшаяся Мескалия набивала рот сладостями, в изобилии представленными на столе.

— Кали, ты позавтракала? — сухо поинтересовалась Херес.

— Да, мамочка!

— Тогда ступай к себе.

Послушная улыбчивая пышечка, прежде чем уйти, поцеловала папочку в щеку, и сцапав какой-то крендель, тоже удалилась. Эрл не чаял в дочурке души, судя по умиленному взгляду.

— Растить дочерей непросто, — выдохнула Хересс. — Они у меня с характером. Даже Кали, хоть и кажется простушкой.

Я только согласно кивнула.

— А все потому, что ты их разбаловала, сдобушка. Позволяешь, что угодно, вот и результат.

— Это из-за смотрин! Она переживает, что Клайд выберет Аффи, — заметила Хересс с укором.

— Что мы можем поделать? Выбирать все равно будет жених, — развел руками эрл.

За столом уже второй раз прозвучало имя какого-то Клайда. Значит это он подарил Граппе экофара, а та решила что его стащила Аффината. Могла, чтобы насолить сестренке. Или тут дело глубже? Судя по разговору четы Зинборро, их старшие дочери обе достигли брачного возраста. Но если этот самый Клайд еще и выбирает между ними, то Граппе вряд ли что-то светит.

У меня возникла идея, как добыть корм для птенчика, но понадобится помощь Лизы.

— А вы замужем, Марина? — задала вопрос Хересс.

— Нет, — я решила не говорить, что вдова.

— Может, у вас есть жених, Марина? — поинтересовался эрл Зинборро.

— Пока нет, — ответила я, настораживаясь.

— Как печально! — всплеснул руками эрл.

— Вы же останетесь на праздник, милая? — улыбнулась Хересс самой радушной улыбкой, на какую только была способна.

— Если приглашаете, с радостью! — ответила я.

От меня не укрылось, как заговорщически они с мужем при этом переглянулись. Зинборро явно что-то задумали, но по крайней мере меня до этого момента точно не отравят.