Глава 44.

Очень трудно вернуться на землю, если ты уже научился летать по-настоящему. Иногда это удается, но платой за возвращение всегда является какая-то потеря. Некоторую часть вечности я пролежала в небольшом деревянном домике целителя Алико, слабая, худая, как щепка, ничего не помнившая о себе. Целитель долго выхаживал меня, поил травами и отварами, водил гулять по лесу, учил собирать травы и готовить целебные зелья. Сначала это были простые сочетания цветов и трав, потом я стала заговаривать их – на здоровье. Однажды целитель пришел необычайно серьезный и даже мрачный, долго молчал, но после моих уговоров рассказал, что есть одна старая женщина, натворившая много зла, но давно расплатившаяся за это страданиями тела и духа, и только я могу помочь ей, сделав зелье из люнтина с капелькой собственной крови. Мне было не жалко и не трудно, я давно заметила, что любые царапины на мне заживают буквально на глазах, да и вида крови я не боялась.

Целитель унес зелье, а потом неожиданно спросил меня, хочу ли я увидеть свою семью.

Семья? У меня есть семья? Отчего-то это слово отзывалось затаенной болью внутри, но я неуверенно кивнула. Они пришли на следующий день – высокий мужчина, седовласый, но сильный и стройный, с моложавым лицом, и женщина, с лицом сдержанным и красивым, а еще девушка, похожая на меня как две капли воды, и молодой мужчина с длинными светлыми волосами. Девушка плакала и обнимала меня, называла сестренкой, а мужчина и женщина стояли в отдалении молча, но в глазах женщины я заметила слезы. Они звали меня уйти с собой, но я отчего-то медлила, словно не зная, могу ли выйти из леса или принадлежу ему теперь целиком.

- Она ждала другого, - заметил доселе молчавший светловолосый мастер.

Меня смутил его взгляд, слишком быстро он отвел глаза в сторону.

Я не пошла с ними. Лес дарил покой. Я хотела покоя.

Покой пронизывал меня, как солнечный свет густую крону. Он был безмолвен и печален, и я бесцельно бродила туда и сюда, пока не вышла из леса на простор. Покрытая высохшей буроватой травой поляна круто обрывалась, открывая взгляду широкую темную реку.  Река текла бурно, полноводно, особенно после недавних осенних дождей. От нее веяло холодом. От высоты привычно закружилась голова и почему-то вспомнилась другая глубокая темнота, в которую мне хотелось упасть, провалиться, в которой было страшно и хорошо до одури... Я подошла к краю поближе, еще поближе, сдвигаясь по полшага, по десятой части локтя. Река звала, высота, темнота, покой - звали меня, их голоса звучали в голове все отчетливее и громче. Еще полшага. Под ногой поплыла рыхлая земля, потянула меня к краю.

Чья-то рука ухватила за локоть, за талию, потянула назад.

- Отпусти, - попросила я. Потом попыталась оттолкнуть, лягнуть, вырваться, выскользнуть - но хватка была крепка, твердая.

- Отпусти! - закричала я. - Я хочу туда, я хочу...

- Тогда давай вместе, - шепнул на ухо знакомый голос.

Я смотрела вниз еще несколько мгновений, словно выбирая между холодной темнотой воды и теплой темнотой его глаз.

- Не говори так, - сказала я и вдруг поняла, что неважно, увижу ли я его...ее...их всех, неважно, будут ли они любить меня и ждать. То, что жило внутри меня, было слишком огромным, слишком настоящим, слишком вросло в мою плоть и кровь, и оно стоило всего. В голове словно грохотал колокол. Я возвращалась не к ним, я возращалась к себе самой.

***

Сон? Да, возможно.

Тень из рода Лиан пришла в себя все там же, на каменном постаменте целителя. Агген тихо дремала здесь же, на полу, сидя на меховом одеяле. Была такая потрясающая тишина, в которой зависали солнечные пылинки, и даже сам воздух казался теплым. Я несколько мгновений сидела, глядя на ее, даже во сне уставшее, лицо, стараясь найти следы ожогов или шрамов…ничего. Ее лицо было так же прекрасно, как и раньше.

- Агги, - шепнула я, - Агги...

Она подняла на меня еще сонные замутненные глаза, вскочила, обхватила тонкими руками, зарылась в волосы. Отстранилась, хлопая мокрыми ресницами, уставилась на меня, по-детски приоткрыв рот:

- Глен, ты улыбаешься! – и вдруг осеклась, выдохнула и отвернулась.

- Глен…ты как?

- Нормально, - сказала я и вдруг поняла, что да - действительно, все нормально. Так, как и должно быть. Несмотря ни на что я не чувствовала ни боли, ни даже голода. Вероятно, одно из целительских заклинаний и несколько целебных отваров - казалось, я смогу вспомнить, что входило в их состав. - Как ты?

- Все хорошо, Глен. Что со мной сделается, теперь-то.

Она помогла мне спуститься и сжала в руках мои пальцы.

- Вообще-то, столько всего произошло, пока ты… Дэро… Ты знаешь, мы…

Я постаралась не обращать внимания на боль где-то в области грудной клетки. Мастер Дэро и эта боль должны были остаться в прошлом. Хорошо, если они с Агген нашли общий язык и помирились. Я должна это выдержать. Я смогу теперь выдержать, все, что угодно.

- Дай мне воды, - тихо попросила я. Тело казалось высохшим, горло саднило.

Агген мигом притащила воды в глиняной чашке и смотрела, как я пью, словно это был какой-то древний обряд. Капли воды стекали по подбородку на серую холщовую накидку.

- Нас развели, - Агген закусила губу и наконец-то посмотрела на меня. – Наш брак расторгнут.

-Как? – только и смогла выговорить я. – Как так?

Мы слышали о расторжении брака, но обычно подобное случалось лишь у королевских пар в самых крайних случаях. Подумав об этом, я вспомнила о королеве Терэн.

- А королева…?

- Королева Терэн умерла, Глен. По официальной версии, скончалась после неизвестной болезни. Впрочем, так оно и есть. Когда Дрейко очутился в склепе, ты исчезла, а королева потеряла сознание. Она и малышка были незамедлительно доставлены во дворец, но леди Терэн так и не пришла в себя. А вот маленькая Элан неожиданно пошла на поправку. Конечно, король объявил траур по безвременно погибшей любимой жене. С его стороны расторжение брака в обмен за молчание довольно небольшая цена. Особенно, если учесть, что спустя такое длительное время брака супруга осталась невинной. – Агген невесело хмыкнула. – Знаешь, он ведь мне - тебе - практически предложение сделал.

- Король?

- Король. Так и сказал – цветочек, я с того самого момента, как увидел тебя сидящей на елие, был готов назвать тебя своей королевой. Что еще за лазания по деревьям, Глен? А ты оказалась вполне себе роковой женщиной!

- Как Дрейко узнал, где я?

- Гаман. Мы встретили ее в лесу. Она запомнила имя Сиан. Ну и... Королева находилась с официальным визитом в поместье Виртон. Собиралась отдать дань почтения усопшим предкам.

- Что теперь будет? – немного подумав, спросила я.

- Леди Лукан Виртон, - Агген поморщилась, - Ты же ее видела, так вот, ей стало лучше. Никто не знает, почему, но после пожара ее болезнь прошла. И…она сожгла завет, согласно которому род Виртон и род Лиан не могут породниться. Дрейко расторг помолвку с мастой Саран. И теперь мы…

Внезапно, голос Агген дрогнул.

- Ты…ты же не против, Глен?

Я смотрела на нее, не понимая, в чем, собственно, дело. Потом почти рассмеялась – это было непривычно, но не так уж и трудно.

- Конечно, не против, Агги. Как я могу быть против! Я очень за тебя рада. И за мастера Дрейко. А что сказали лорд Эрко и леди Адон?

- Они ничего не сказали, - Агген задумчиво посмотрела на меня. – Знаешь, мне кажется, они многое передумали за эти дни. Замок сильно обгорел и им теперь есть, чем заняться. И…знаешь, Глен, мне кажется, тебе стоит с ними поговорить. Им есть, что сказать - тебе.

Я так не думала, но не стала спорить с Агген, сделала несколько шагов, ощущая, как дрожат ноги и что-то предательски ноет в животе, словно из меня вытянули пару центральных жил.

Дверь открылась, и на пороге показался целитель.

- О, маленькая тень! Все же уходишь? Я буду скучать по тебе и по... Знай, если тебе будет некуда идти, я всегда готов ждать свою лучшую ученицу.

- Она не вернется, - серьезно сказала Агген. – ее ждут там.

Иногда сны бывают вещими. По крайне мере, что касается слез в уголках глаз суровой леди Адон. Хотя именно это казалось таким невозможным.

Шатаясь от слабости, я наконец-то поднялась в свою башню, упала в кровать, ощущая невероятную тишину внутри, и проспала почти  до заката. Проснулась от легкого стука двери – Дорат, как в старые времена, принесла мне ужин.

- Приятного аппетита, маста Глен, – я только и успела, что вытаращить глаза.

Закатное солнце кровавило небо, когда я вышла за ворота замка Лиан. Странное чувство, какая-то ноющая, тягучая потребность гнали меня прочь. Трава была совершенно сухой, остро колола ноги, но я шла и шла – и почти не удивилась, услышав глухой стук копыт. Не удивилась и не обернулась, только сердце застучало быстро и нервно, стало страшно, что я, выдержавшая, столь многое, могу вдруг порваться в последний миг, как узкая шелковая лента.