24

Они медленно надвигались на нас со всех сторон, замыкая в круг. Их лица выражали суровую сосредоточенность, зачарованное оружие — мечи и посохи — сверкало бело-синими молниями. Я в панике глянула на Мартейна. Его глаза пылали гневом, губы были плотно сомкнуты. Он старался сдержать рвущуюся наружу силу стихий, понимая, что не сумеет уничтожить врагов одним ударом, а шанса на второй может и не быть. Всё же их пять человек! Против одного. Мой дар проснулся, но я не знала никаких боевых заклинаний.

— Брось посох, Фоули! — приказал старший из пятёрки.

— И перестань прикрываться девчонкой, как трус! — добавила женщина, стоящая слева.

— Это вы трусы! — крикнула я, не выдержав напряжения. — Впятером убили господина Рида, а теперь боитесь одного-единственного мага. Потому что знаете, что виновны!

— Кто это тут мяукает? — расхохоталась волшебница и, сделав знак остальным, подошла ко мне. — Уж не ты ли та самая рабыня, о которой так печётся советник?

Я вскинула голову и посмотрела в её презрительно прищуренные глаза.

— Твой хозяин крепко влип, детка, придётся тебе ублажать кого-нибудь другого, — выплюнула она мне в лицо. — Например, моего ручного орка!

Мартейн Фоули положил руку мне на плечо, и я поняла: он хочет, чтобы я замолчала и не отвечала на провокации. Я не представляла, как можно выкрутиться из нашего совершенно безнадёжного положения. Было ясно, что враг всё продумал заранее.

— Я пойду с вами, но рабыня отправится домой. Она принадлежит моей жене. Иди, Эли, передай госпоже Адриане, что я ненадолго задержусь, — и он ощутимо подтолкнул меня в спину.

Я прошла несколько шагов, но передо мной сомкнулись меч и посох.

— Рабыня также пойдёт с нами, — решил старший маг.

— Для чего? — Мартейн посмотрел на неподвижно лежащего Рида. Ледяной кинжал в его спине стремительно таял, роняя на пропитанный кровью сюртук большие прозрачные капли воды. — Раб не может быть свидетелем в суде Магистрата, или вы собираетесь нарушить законы, установленные столетия назад?

— Зато раб может стать наглядным пособием для тех, кто выступает против законов и сеет смуту в Краю тысячи островов, — усмехнулся главарь нападавших. — Ты сможешь увидеть, что тебя ждёт в случае, если не признаешься в убийстве.

— Я догадываюсь, — отозвался Мартейн. — Как и о том, что до суда дело не дойдёт.

— Всё зависит только от тебя, Фоули. В последний раз предлагаю сложить оружие, если не хочешь получить молнию в лоб. Или мне уже сейчас показать, что произойдёт с твоим лицом от одного-единственного разряда?

Я коротко вскрикнула, когда сверкающий меч направили мне в шею. Лезвие шипело в дюйме от обнажённой кожи, испуская колючие искры. Пришлось изо всех сил прикусить губы, чтобы не завопить от страха. В том, что меня убьют, я уже нисколько не сомневалась. В конце концов, им ничего не стоило убить Рида, а ведь он был способным магом.

Тейн демонстративно отбросил посох и выдернул меня из-под угрожающего острия.

— Не бойся, Эли, — тихо сказал он. — Сразу они нас точно не убьют.

«Сперва как следует помучают», — пронеслось у меня в голове.

— На землю! — скомандовала женщина, и мы с Мартейном опустились на жёсткую траву, что росла у кладбища.

Трое магов стояли над нами серыми безмолвными изваяниями, пока их сообщники готовились открывать портал. Я знала, что право на телепортацию принадлежит нескольким избранным: Архимагистру и его верным помощникам, связанным клятвой. Ректору Академии. Верховным жрецам Храма. Ни рядовые советники Магистрата, ни преподаватели Академии, ни даже целители, спешащие на помощь к раненым или умирающим, не имели права открывать собственные порталы. Особых ключей для перемещения между якорями, разбросанными по островам, было всего три, и они тщательно охранялись.

Всё это, конечно, не касалось теневых магов — некромантов и призывателей, которые умели прокладывать себе путь сквозь сумрачное Междумирье. Но таких магов на островах было мало, к тому же их порталы были недоступны ни другим волшебникам, ни обычным людям. Я вздохнула, вспомнив, как Адриана разыскала меня на Канделе, используя ожерелье. Больше такого волшебства не будет, да и ожерелье заперто в шкатулке в моей комнате, в которую я вряд ли когда-нибудь вернусь.

— Как же госпожа Адриана поймёт, что случилось? — еле слышно спросила я советника.

— Она догадается, — прошептал Тейн. — Она пустит теней по нашему следу.

— Они забирают Рида. — Я судорожно вздохнула, стараясь держать себя в руках.

На миг я увидела лицо моего учителя: бледную кожу, широко распахнутые от удивления глаза, замершие в беззвучном крике губы. Успел ли он что-нибудь понять или стихийный кинжал оборвал его жизнь слишком быстро?

Портал напоминал круги, которые появляются на воде, если бросить в неё камень. Тёплый воздух волнами колыхался над зеркальной поверхностью, отражавшей деревья, каменистую площадку, силуэты древних могил за оградой кладбища. Сегодня среди замшелых плит и запечатанных склепов не было ни единого движения. «Где же ты, некромант Ниалл? Почему не следишь за тем, что творится на земле твоих предков?» — подумала я, жадно всматриваясь в вечные сумерки некрополя.

Тело Рида исчезло в портале. Теперь была наша очередь.

— Связать их, — приказал старший.

Можно подумать, нам дали бы сбежать или сотворить колдовство! Толстые верёвки, усиленные магией, стянули моё тело так, словно были изготовлены из железа. Мартейна они связали ещё крепче — я видела, как он напрягает плечи, чтобы не дать путам лишить себя воздуха. Конец верёвки скользнул по моей шее, обдирая кожу. Никак мне не избавиться от ошейника! Если не миралит, так суровая петля, готовая удушить.

— Попрощайся со своим уютным островком, Фоули! — весело сказал маг в сером. — Убийцам не полагается владеть островами.

И он ткнул Мартейна острым навершием посоха, заставляя подняться на ноги и идти к порталу. Меня вздёрнули за локти, поволокли следом, а я всё оглядывалась и оглядывалась на кладбище в надежде, что случится какое-нибудь чудо.

И чудо случилось! Мне пришлось нарочно споткнуться и упасть на колени, чтобы выиграть пару мгновений и получить за это пинок сапогом. Но всё же…

Некромант! Боги услышали мои мольбы. Знакомая туманная фигура с горящими под капюшоном огоньками глаз стремительно приближалась к нам. Миг — и он уже совсем рядом. Я не успела даже сморгнуть, что уж говорить об остальных, ещё не знавших, кто идёт к месту преступления.

— Тейн! — крикнула я.

Советник обернулся и тоже увидел некроманта.

Я и не думала, что могу испугаться ещё сильнее! Связанная зачарованной верёвкой, я отчаянно пыталась высвободить руку, чтобы ослабить петлю на шее. Я понимала, что вскоре меня ждёт страшная смерть в руках безымянных мучителей, и ехидный голос в моём сознании шептал: «Ты до сих пор избегала предначертанной тебе судьбы, но на этот раз никуда не денешься, погибнешь! Никто не спасёт. Неужели ты поверила в то, что тебе позволят стать волшебницей, жалкая рабыня?» Но когда появился некромант, я просто оцепенела!

Как он оказался по эту сторону кладбищенской изгороди? Поблизости не было видно ни ворот, ни калитки. Разве живой человек способен просочиться между толстенными чугунными прутьями, подобно дыму? Разве может двигаться с такой стремительной грацией? Нет, нет и нет. Похожие манеры я замечала только у призванных Адрианой теней и у тех демонических существ, что охраняли замок Норта на Канделе. А если некромант — мертвец, то с какой стати ему помогать кому бы то ни было из живых, пусть даже и самому владельцу острова?

Надо сказать, наши с Мартейном похитители тоже застыли от неожиданности.

— Что здесь происходит? — спросил некромант, откидывая капюшон мантии. — Советник Фоули?

Магическое сияние в глубине его глаз ослабло, и стало понятно, что перед нами всё-таки человек, а не нежить из древнего склепа. Мартейн дёрнулся в путах, но его остановил приставленный к груди меч. И всё же он сдавленно проговорил:

— Рад тебя видеть, Ниалл. Наверное, впервые в жизни.

Следом очнулись и схватившие нас прихвостни Горма Виклунда.

— Не вмешивайся, некромант! — предостерегла женщина. — Твоё дело следить за тем, чтобы мертвяки не разбежались с кладбища.

— Убирайся отсюда, пока цел, — добавил старший маг.

— Я бы расценил это как угрозу, если бы твой дар был равен по силе хотя бы половине моего, — усмехнулся Ниалл.

— Отведите в портал этих двоих, а мы пока разберёмся с любителем гнилья, — распорядился предводитель пятёрки.

Сообщники нерешительно переглядывались между собой. Трусы! Самые настоящие трусливые гиены, способные нападать только скопом. Наверняка он использует их для самых гнусных и грязных поручений — устранить того, кто мешает, подставить невиновного, проучить несогласного. И теперь, встретившись лицом к лицу с неожиданным противником, они готовы поджать хвосты и в панике бежать прочь.

— Никто никуда не пойдёт, — спокойно сказал некромант и развернул ладони к земле.

У него не было в руках ни посоха, ни жезла, способных усилить заклинание, но они были ему и не нужны. Сумрачный туман окутал площадку, на которой мы стояли, поднялся до колен, а затем и до пояса, лишая возможности двигаться. Люди Виклунда попытались закричать, но хриплые голоса оборвались, когда паралич добрался до их голосовых связок.

Обездвиживающее заклинание сковало и Мартейна, и меня, но некромант указал на нас пальцем, и мы тут же освободились от действия тумана. Верёвки, связывавшие нас, лопнули и трухой осыпались под ноги.

— Вы в порядке, господин Фоули? — осведомился некромант.

— Да. Спасибо, — коротко ответил Тейн и посмотрел на меня.

— А вы, юная госпожа? — продолжал наш спаситель.

— Я в порядке, уважаемый Ниалл. Но я не госпожа, а всего лишь рабыня Адрианы Гилмур.

— Неужели? — удивился Ниалл. — Впрочем, обсудим это после. У нас есть несколько минут на то, чтобы решить, куда девать этих пятерых. Какие предложения, советник Фоули?

В это трудно было поверить. Наглые и уверенные в собственной безнаказанности помощники главы Магистрата превратились в неподвижные статуи с растерянными лицами. Паралич не коснулся лишь зрачков, которые теперь были расширены от ужаса. В глазах женщины заблестели слёзы: должно быть, она осознала, в какую ловушку они угодили. Шевелиться было нельзя, но на мышление магия не повлияла.

— Здесь было совершено подлое убийство, — сказал Мартейн, растирая ободранные верёвкой руки. — В котором хотели обвинить меня.

Некромант кивнул и проследовал к большому камню, возле которого я обнаружила бедного Рида. Склонился к подножию валуна, втянул воздух узкими ноздрями. У меня больше не было сомнений в том, что смотритель кладбища живой человек, но всё же он внушал мне безотчётный страх. Даже сейчас, когда помогал Мартейну.

— Они бросили тело в портал? — уточнил Ниалл. — Мы его вернём. Кто же был убит?

— Студент пятого курса Академии по имени Рид, он работал секретарём моей жены, — хмуро сказал советник.

— Тот самый парень, что обучал магии эту девушку? Я видел их здесь не раз и не два.

— Да, это он.

— Мы можем допросить его дух, если потребуется, — пожал плечами некромант.

— Вряд ли он успел что-то заметить, — покачал головой Тейн. — Его убили стихийным кинжалом, ударив в спину. Думаю, они предусмотрели вариант с участием некроманта в суде.

— Некромант в суде опасен, это верно, — согласился Ниалл. — Что ж, тогда поспрашиваем наших заколдованных гостей.

— Они связаны клятвой, насколько я понимаю? — Мартейн оглядел недавних противников.

Я обратила внимание на то, что все пятеро магов имели между собой странное сходство, неуловимое на первый взгляд. Они словно приходились друг другу дальними родственниками, но я не могла понять, в чём заключается эта похожесть. Разный рост и комплекция обычная для стихийников, различные черты лица, и всё же за всем этим стояло нечто, объединявшее их в слаженную группу, способную натворить бед. Клятва? Но какое обещание связывает людей с той же силой, что и кровные узы?

— Связаны, потому как их способности в отдельности не представляют никакого интереса.

Я хотела было задать вопрос, но вовремя вспомнила, что никто не давал слова рабыне. Мартейн коснулся моей спины — он стоял позади меня. Как тогда, у фонтана. Вроде бы это было вчера, но уже кажется, так давно!

— Эли, это старинный ритуал, который придумали наши предки. Когда дар мага слишком слаб, он может объединиться с другими подобными себе магами, дав кровную клятву верности. Обычно такие люди идут служить кому-нибудь могущественному, кто может усилить природные способности мага в обмен на пожизненное подчинение.

Некромант взмахнул рукой, произнося причудливую формулу, и я увидела волшебные нити, которые связывали всех пятерых наших противников. Нити дрожали и пульсировали, показывая внутреннее волнение прислужников Архимагистра.

— Проблема в том, что это не простая клятва. Нельзя получить силу дара, просто пообещав что-то другому человеку. Во время обряда им приходится жертвовать частью собственной души.

Так вот почему они так похожи! Всем им не хватает обыкновенной человечности. Клятва заставляет исполнять все прихоти покровителя без оглядки на душевное равновесие или хотя бы воспитание. Они с лёгкостью убили Рида, захватили нас с Мартейном в плен и так же легко передали бы в руки палачей, утверждая, что именно мы и были настоящими убийцами.

— Ты! — сказал некромант женщине, коснувшись её лица. Слёзы уже ползли по её щекам, прочерчивая блестящие дорожки. — Говори правду, или умрёшь.

Ниалл освободил её от заклятия паралича, и женщина упала на колени, с досадой вытирая щёки. К ней мгновенно вернулась злоба, которую я уже видела в её глазах.

— Я ничего не скажу тебе, грязный некромант! — прошипела она.

Тот развёл руками, снова обездвиживая волшебницу, и повернулся к нам.

— Вы изучали труды по магии крови, господин Фоули? — спросил Ниалл.

Мартейн покачал головой.

— Боюсь, я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

А уж я, никогда и не державшая в руках ни одной книги по этому древнему искусству, вовсе не могла бы догадаться, на что намекает смотритель кладбища.

— Никто и ничто, кроме смерти, не может освободить давших кровную клятву. Но тот, кто прошёл через смерть, имеет власть большую, чем хозяин этих несчастных созданий.

Советник Фоули кивнул:

— Ты можешь подчинить их себе, тогда они расскажут всю правду о заговоре.

— Именно, — с непроницаемым лицом подтвердил некромант.

Между мужчинами повисло тягостное молчание, и я не знала, как повернётся разговор. Когда-то род Ниалл владел западной частью острова, Хисс рассказывал мне об этом, он служил отцу нынешнего смотрителя кладбища. Но родичи некроманта проиграли битву более сильным соперникам, а все их земли достались Мартейну Фоули.

— Ты не станешь помогать, — не спросил, а утвердительно сказал Тейн.

Ниалл ведь и Адриане не помог, когда та попросила провести меня к Алтарю Родовой стихии…

Некромант обвёл глазами поверженных врагов, застывших в нелепых позах.

— Наши предки не ладили, господин Фоули. Но всё же ни ваш отец, ни мой не прошли бы мимо несправедливости и не позволили бы творить суд над теми, кто невиновен. Считайте, что у вас есть свидетель в моём лице. А возможно, у нас в руках есть и убийца несчастного секретаря. Сейчас мы узнаем это.

Ниалл медленно обошёл парализованных прислужников Горма, касаясь каждого рукой. Пальцы колдуна были сложены в особом магическом жесте, между ними струился уже знакомый сумрачный туман. Некромант был невозмутим и спокоен. Он ничего не боялся и был уверен, что успеет завершить проклятие до того, как действие паралича закончится.

— Вы принесли кровную клятву другому магу, я это знаю, — объявил Ниалл, когда притихшие маги покорно сложили оружие к его ногам. — Вы дали ему обет служить до конца ваших дней в обмен на силу дара, которой у вас не было. Но вы совершили ошибку.

— Какую ошибку? — полушёпотом спросил старший маг. Его лицо, как и лица его сотоварищей, ещё больше утратило индивидуальность и посерело.

— Вы пожертвовали частью души, тем самым навеки связав себя с сумраком. А в сумраке есть те, кто сильнее, чем ваш возлюбленный господин. Отныне вы будете моими слугами. Вы признаетесь в преступлениях, которые вас заставляли совершать, назовёте имена тех, кто участвует в заговорах Магистрата. Вы будете говорить правду, хотите того или нет.

— Если мы нарушим клятву, данную Архимагистру, то немедленно умрём, — подала голос женщина.

— А мне без разницы, живы вы или мертвы, — улыбнулся некромант.