42

Когда-нибудь Мартейн должен будет опомниться. Эта мысль острой иглой вонзалась мне в сердце несколько раз за эту длинную ночь. Я уже не дрожала от страха перед близостью, моё тело лучше меня знало, что этому человеку я могу довериться без остатка. И я снова и снова забывалась в его объятиях, отдавалась волнам магии и счастья. Но когда он отпускал меня — просто чтобы отдышаться, — я вспоминала, что у любой, даже самой волшебной сказки бывает конец. Ночь не вечна, даже такая прекрасная, как эта…

Как мы оба ни старались позабыть о времени, утро всё-таки наступило. Мягкое осеннее солнце коснулось нашей постели. Морской ветер тонким сквозняком влетел в чуть приоткрытое окно и всколыхнул занавески. Сначала я боялась пошевелиться, чтобы не разбудить спящего Тейна раньше времени, но потом решила, что всё случившееся между нами не отменяет моих обязанностей. Я должна привести себя в порядок и идти накрывать завтрак для господина Фоули.

— Ты куда? Нет, постой! — Тейн прижал меня к себе и не дал вылезти из-под одеяла.

— Я и без того проспала, господин, солнце уже высоко.

Я повернулась к нему и вздохнула, увидев знакомую морщинку между бровей.

— Даже теперь я не заслужил обращения по имени? — усмехнулся он.

— Теперь всё стало ещё сложнее! — возразила я и погладила его по чуть колючей щеке.

— Мне кажется, всё наоборот, Эли. — Тейн покачал головой и поцеловал меня. — Между нами всё ясно, а я, поверь уж мне, ценю ясность и откровенность.

— Я вам призналась вчера, да. Своих слов я не заберу назад, потому что это правда.

— Тебе, а не вам. — Он коснулся пальцем моих губ. — Призналась тебе.

— Ладно, как вам… то есть тебе будет угодно. Хорошо.

Я села на постели, отыскивая взглядом одежду, и только сейчас вспомнила, как Тейн принёс меня сюда на руках в одной рубашке. Она, скомканная и измятая, валялась на полу рядом с ботинками Тейна. Он обнял меня за плечи и уложил обратно.

— Ты же не думаешь, что я дам тебе сбежать прямо сейчас?

— У меня есть дела, господин Фоули, — упрямо сказала я. — К тому же тебе давно пора завтракать!

— Тебе тоже, поэтому я схожу на кухню и заодно принесу одежду.

Тейн укутал меня в одеяло и, заткнув его края за подушку, чмокнул меня в нос.

— Ты хотя бы представляешь, что меня ждёт? Вера и женщины с кухни уже к полудню распустят слухи по всему острову! — пискнула я из своего кокона.

— Слухов нам не избежать, это верно. Но я не боюсь этих глупостей и тебе не советую.

Он молниеносно впрыгнул в брюки, натянул рубашку и выглянул в окно. Во дворе послышался скрип отворяемой калитки и разговоры.

— Кто-то пришёл? — испуганно спросила я.

— Почту принесли. Целая сумка писем! Боюсь, сегодня меня ждёт куча работы. — Тейн задёрнул занавеску. — Обещай, что никуда не исчезнешь, Эли. Я скоро вернусь.

— Обещаю, Тейн, — вздохнула я и улыбнулась ему.

Закрыв глаза, я нежилась в большой мягкой постели — удовольствие, доступное далеко не каждой рабыне. В своей каморке я бы сразу плеснула в лицо ледяной воды, гладко зачесала волосы и привычно натянула скромное платье и фартук поверх него. Здесь приходилось наслаждаться прелестями господской жизни. Просыпаться медленно, потягиваться и разглядывать сверкающую хрустальными подвесками люстру на потолке. А может быть, всё это был просто сон? И то, что Мартейн до сих пор не опомнился и не выставил меня прочь, — тому прямое доказательство?

Я покусала припухшие от поцелуев губы и пощипала себя за щёки. Люстра никуда не исчезла, как и мягкие подушки. Всё происходило на самом деле. И Вера наверняка уже побежала на ферму, рассказать птичницам и дояркам сногсшибательные новости. А что если Адриана… У меня чуть не остановилось сердце, когда я пыталась вспомнить, куда спрятала изумрудную брошь хозяйки. Похоже, она так и осталась в кармане платья в моей каморке. Что будет, если тень Адрианы увидит меня здесь? Не причинит ли ей это боль?

— У меня нет совести, — сказала я себе, накрывшись с головой.

Я была так счастлива, но меня так терзало чувство вины. Всё одновременно, сразу. Когда-нибудь эти переживания разорвут меня напополам!

— Это просто дар, — сказала я вслух. — Притяжение тел под влиянием дара. Больше ничего.

«Больше ничего для Тейна, но я-то люблю его по-настоящему».

— Что ты там бормочешь? — весело спросил Тейн, появляясь в спальне нагруженный с головы до ног.

Я выскочила из постели голышом и принялась ему помогать — забрала свою одежду и корзинку с завтраком. Сумку, набитую письмами, газетами и свитками, советник Фоули сам бросил в изножье кровати.

— Прекрасный вид, — сказал Тейн, когда я расстелила полотенце на столике возле кровати и принялась раскладывать на нём свежайшие булочки, сыр и фрукты.

— Тебе нравится смотреть на лохматых и неумытых голых женщин? — уточнила я.

— На тебя, Эли. Я распорядился, чтобы нам согрели ванну, так что не одевайся.

— Тейн, всё это как-то слишком, не находишь? — смутилась я.

— Искупаться и подкрепиться после бурной ночи — это слишком? — Он сел рядом и сунул мне в рот кусочек спелого персика.

— Ты же знаешь, о чём я. Я к такому не привыкла. И знаю, что привыкать не стоит.

— А по-моему, очень даже стоит, — отмахнулся он.

Потом Мартейн выудил из почтовой сумки газеты и, бегло просмотрев заголовки, отбросил их в сторону. Оставалась ещё гора посланий на имя советника Магистрата.

— Я дурак, Эли, — внезапно воскликнул Тейн, хлопнув ладонью по сумке.

— Почему же?

— Потому что ты грамотная девушка, будущая студентка, а я даже не подумал, чем ты занимаешься между отработкой магических заклинаний и чтением учебников. Больше ты не будешь вытирать пыль и таскать подносы. Никогда.

— Ну уж нет, — сказала я. — Я не собираюсь пользоваться тем, что ты взял меня в спальню. Я буду работать точно так же, как и всегда.

— Да, но у тебя будет другая работа, — успокоил меня Мартейн. — Будешь помогать мне с письмами и документами. Как я раньше не додумался до этого!

— Рабыни не бывают секретарями, — напомнила я.

— Где это написано? Такого закона нет. А я, смею тебя заверить, советник Магистрата и законы знаю как свои пять пальцев. Ты будешь моей личной помощницей.

Что мне было делать? Оставалось только смириться с его решением. Я видела, что у господина Фоули весь стол бывает завален бумагами с обращениями и прошениями, на которые он вынужден отвечать, поэтому всегда удивлялась, почему он не поручит это помощникам. Но Мартейн говорил, что ответственность так высока, что передавать подобную работу молоденькому новичку-служащему или студенту Академии он не намерен, а друзья-советники и без того заняты выше крыши.

В ванной комнате я снова испытала приступ неловкости. Помимо большого аквариума с разноцветными морскими рыбками, здесь было огромное зеркало, а сама заполненная тёплой водой чаша оказалась прозрачной. Прежде я даже не заглядывала сюда: для ухода за этой комнатой и рыбками в поместье был специальный служащий.

— Я думала, здесь будет пена, — прошептала я, забравшись в воду.

Зеркальная стена отражала меня во всей красе. Тейн сбросил одежду и нырнул ко мне. Ещё лучше, теперь я совсем залилась краской и отвернулась.

— Ты такая красивая, чего ты стесняешься? — обнимая меня, спросил он.

Как объяснить ему чего? Ох уж эти бесстыжие аристократы! Я не могла спокойно смотреть, как наши обнажённые тела соприкасались, в отражении… не могла, но всё равно украдкой подглядывала.

— Неужели ты правда считаешь, что я красивая? Я самая обычная. И даже волосы пока вон какие короткие, не доросли ещё и до плеч.

Тейн поцеловал меня в шею и коснулся растрёпанных мокрых прядей.

— Волосы отрастут, но это совсем не важно. Длинные они или короткие, есть они или нет. Ты красива сама по себе. Особенно сейчас.

Его руки ласково скользнули по моей спине, и я почувствовала, как покрываюсь мурашками, несмотря на обволакивающее тепло воды.

— Как ты думаешь, могут ли два стихийных мага своей страстью нагреть ванну воды до кипения? — улыбнулся он.

— Но тогда мы сваримся, господин Фоули, — обнимая его, ответила я.

— Я буду всё контролировать!

Он коснулся поверхности воды, и нас заволокло густым белым туманом. К счастью, потому что я бы сгорела от стыда, если бы увидела в зеркале, что между нами происходит. Может быть, я когда-нибудь привыкну, но пока нет. Пока — лучше смотреть только в его глаза, и никуда больше.

* * *

Час спустя нас обоих было не узнать: мы сосредоточенно работали в кабинете Тейна. Я вскрывала письма канцелярским ножом и раскладывала их по папкам, чтобы потом их удобнее было обрабатывать. Частные обращения, налоговые уведомления, сообщения о разделе имущества или объединении хозяйств, рождениях, смертях, браках… Почти все официальные письма были в стандартных сероватых конвертах с оттиском герба Края тысячи островов.

Советник Фоули делал расчёты, быстро передвигая по тонким проволочкам круглые костяшки. Листочек, лежащий перед ним, покрывался ровными рядами цифр. Перо скрипело, а сам советник то морщил лоб, то в задумчивости прикусывал губы.

— Думаю, мне придётся сегодня сплавать в банк, — не отрываясь от вычислений, сказал Тейн.

И тут мне попалось странное письмо. Тёмно-коричневый конверт с зачарованной магической печатью. Я попыталась коснуться его ножом, но лезвие со скрипом соскользнуло, точно по стеклу.

— Как странно, оно заколдовано!

— Что? — Тейн поднял голову. — А от кого оно?

— Магистр Эври Лилар, остров Стефания.

— Как?! Не может быть!

Мартейн выхватил у меня из рук письмо и нож. Я не успела и глазом моргнуть, как он проткнул себе палец и приложил кровоточащий порез к магической печати. Конверт сам собой раскрылся, советник нетерпеливо достал сложенную вдвое записку, пробежал её взглядом и с тревогой посмотрел на меня.

— Эли, мы сейчас же поплывём на этот остров. Вместе. Нужно проверить очень важную информацию, и это не терпит отлагательства. Немедленно собирайся.

* * *

Ветер гнал по морю седые волны. С берега они казались невысокими, но как только мы отплыли от причала, стало понятно, что устоять на ногах при такой качке будет довольно трудно.

— Иди ко мне и покрепче возьмись за мачту! — Тейн протянул мне руку и помог взобраться на небольшой помост, с которого и управлял корабликом.

Я вцепилась в мокрое дерево обеими руками. Как он собирается поддерживать заклинания? Ткань паруса с громкими хлопками натянулась, и мы понеслись на юг. Парусник летел, поймав попутный ветер, безо всякой магии, а над нашими головами мчались стаи морских птиц и обрывки пушистых облаков. Время от времени в прорехах между ними появлялось ослепительное солнце и приходилось отворачиваться, чтобы вновь вернуть себе зрение.

— Это не опасно? — спросила я, когда Тейн наладил быстрый бег по волнам и обнял меня со спины, прижимая к себе и укрывая от летящих с обеих сторон брызг.

— Нет, я не чувствую приближения бури, просто ветер. Если будет так дуть, то мы успеем добраться до заката, путь неблизкий!

— Что-то случилось? Почему мы так спешим?

— Я тебе объясню на месте, Эли, — пообещал он, перекрикивая шум. — Сначала нужно проверить, правда ли написана в письме. Следующий шаг зависит от этого. Возможно, всё это ошибка, недоразумение!

— Почему мы не взяли с собой охрану? — Я попыталась обернуться, но Тейн держал меня так крепко, что ничего не получилось.

— Мы взяли, не волнуйся! Просто обогнали их.

Я немного успокоилась. После нападения, в котором мы потеряли Хисса и нерождённую дочь Адрианы и Мартейна, советник больше не выходил в море без сопровождения. Он был уверенным в себе сильным магом, но уже убедился в том, что его враг не останавливается перед использованием нечестных методов борьбы. Архимагистр вполне был способен нанять два десятка разбойников, чтобы покончить, наконец, с неугомонным советником Фоули.

Ещё неизвестно, чем нам грозит донос мистресс Блом. Мы оба не сомневались, что она отправится в Магистрат и представит ситуацию на острове Асфа в самом извращённом виде. «Хороший способ проверить преданность моих сторонников в Совете», — сказал как-то Мартейн. Я знала, что суд по делу Рида откладывался из-за нехватки доказательств, но что предпримет Горм Виклунд, когда услышит о «смерти» Адрианы? Это невозможно было предугадать.

Долгое время мы следовали вместе с ветром и почти не разговаривали. Мои руки онемели от напряжения и ледяной воды. Волны то стихали (и тогда я осторожно разжимала пальцы и пыталась согреть их дыханием), то с новой силой бросали наш кораблик из стороны в сторону. Мы проплыли вереницу круглых, почти шарообразных островов, покрытых шапками золотисто-зелёных деревьев.

— Это ведь ожерелье Нииры? — спросила я, припомнив один из альбомов с рисунками, который видела в кабинете Мартейна.

— Да, мы почти у границы Края тысячи островов, — отозвался он. — И ветер скоро стихнет.

Острова-бусины располагались широкой дугой. Стоило нам миновать последний, как всё изменилось. Разгладились волны, море приобрело цвет тёмной лазури и стало теплее. Парусник замедлил свой ход, а потом и вовсе остановился и стал медленно кружиться, подхваченный тёплым течением.

— Отдохнём прямо здесь, не будем тратить время, — решил Тейн, опускаясь на скамейку.

— Я захватила поесть, — сказала я и выудила из ящика с крышкой узелок с бутербродами и бутыль с ягодным чаем.

— Надо разогреть, дай сюда!

Пальцы плохо слушались меня, губы совсем заледенели. Я села рядом с Мартейном и хотела помочь, но дар в моей крови словно замёрз, превратился в лёд — руки покалывало от заклинаний, но ничего не происходило.

— Сначала нужно согреть тебя, — усмехнулся Мартейн и обнял меня.

Такой горячий — как ему удавалось сохранять тепло?!

— Этот магистр Эври Лилар — твой союзник? — спросила я. Вместе с теплом ко мне возвращалось и любопытство.

— Откуда мне знать? Он не входит в Совет Магистрата. Думаю, мы поймём это по его реакции на наш приезд. Если в нас с причала полетят молнии и огненные снаряды, то, скорее всего, переговоров не получится.

Теперь я видела четыре лодки телохранителей Тейна. Они держались неподалёку, дожидаясь, когда мы продолжим путь. В каждой лодке виднелось по два человека, один из которых был магом, а второй — воином-лучником.

— Что за магия скрепляет письмо так, что нельзя открыть?

— Обыкновенное зачарование. Печать не позволяет прочитать послание никому, кроме адресата.

— Поэтому ты проколол палец? — Я задумалась. — Разве это не магия крови?

— Можно и так сказать, — пожал плечами Мартейн.

— Я слышала, что в Веллирии ею пользуются искатели Ордена. Инквизиторы. Адриана рассказывала мне об этом.

— Этот человек точно не инквизитор, но на всякий случай не будем говорить ему о том, что происходит на острове Асфа. Нам нужно кое-что проверить. И всё. Не спрашивай раньше времени, прошу тебя, Эли!

Он поцеловал меня. Видно, для того, чтобы я поскорее замолчала, но я всё равно была счастлива.

После остановки мы поплыли при помощи магии: Тейн направлял в парус потоки воздуха и плавно вёл кораблик на юг. Солнце медленно садилось, укрываясь дымкой тонких перламутровых облаков. Смеркалось тоже постепенно. Мы плыли в тишине, слышны были лишь ленивые крики чаек и мерный плеск воды за бортом.

— Хочешь попробовать вместе? — спросил Тейн, коснувшись моей руки.

— Управлять парусником? — удивилась я. — Я же совсем ещё… зелёная, необученный маг.

— Боишься перевернуть эту посудину?

— Конечно, боюсь!

— Поэтому я и предложил сделать это со мной. — Он взял мои руки в свои, не прекращая заклинания.

Мне не нужно было ничего делать. Мой дар устремился за движением магии Тейна, а мне оставалось лишь шевелить пальцами, направляя поток тёплого ветра.

— У тебя получается, — прошептал Мартейн и коснулся губами моего уха.

«Я люблю тебя», — снова подумала я и хотела бы остановиться на этом. Иначе вслед за внутренним признанием обязательно потянутся желания. Люблю и хочу быть с тобой всегда. Люблю и не желаю вспоминать о том, кто я. Люблю и хочу родить тебе сына. Я встряхнулась и помотала головой.

— Устала? Мы уже почти приплыли!

— Нет, я просто… всё в порядке, Тейн.

Мы сошли на берег в бархатной южной темноте. Яркие фонарики обозначали дорогу на пологий холм к ухоженному поместью, выкрашенному ослепительно-белой краской. По серебряно-зелёным склонам были разбросаны домики местных жителей.

— Я знал, что вы примчитесь сразу же, господин Фоули! — усмехнулся хозяин острова Стефания, невысокий круглощёкий магистр Эври Лилар.

— Вы, должно быть, проголодались? — тут же вмешалась его супруга, приветливо улыбаясь мне.

Конечно, она ведь не знала, кто я такая. В потёмках нельзя было разглядеть светлого следа, оставленного миралитом на моей шее. А одежда… у владельцев южного острова одежда была совсем скромной.

— Сначала хотелось бы удостовериться… — как-то особенно настороженно сказал Тейн и взял меня за руку.

Я почувствовала, что он волнуется. Что за дело привело нас сюда? Почему он даже не намекнул мне, что нас ждёт на далёком острове?

— Сейчас-сейчас, я схожу за ней, а вы заходите в дом и располагайтесь в гостиной.

Скрытое усилием воли Тейна волнение передалось и мне, вот только я, в отличие от советника Фоули, вовсе не умела так искусно держать себя в руках. Он молчал и отводил взгляд. Жена Эври усадила нас в кресла и умчалась на кухню. Я разглядывала предметы интерьера, но ни на чём не могла сосредоточиться: странные предчувствия терзали моё сердце.

— Ну вот, Рут, наши гости. Они хотели посмотреть на тебя! — провозгласил магистр Лилар.

Женщина в светлом платье с коротко остриженными волосами вошла в гостиную и поклонилась нам, а потом подняла взгляд и посмотрела прямо мне в глаза. Я не могла в это поверить. Так просто не бывает!

— Эли, неужели это ты, моя девочка? — прошептала она, прижимая ладони к груди.

— Мама! — Я вскочила и бросилась к ней. — Мамочка!