Глава 16

Дженни Аддерли

Сашка уехал, а я осталась. В первый день своей свободы от работы решила убраться в этом домике, чем и занялась. Но уже к полудню, усталая и расстроенная отсутствием своего тигра, нервничала в ожидании звонка от любимого. Он хоть и говорил неоднократно, что я сама могу это сделать, если действительно занят, то просто не ответит. Как-то было неудобно, мало ли на совещании. И в какой-то момент вдруг решилась: наберу его номер, и если после третьего гудка не возьмёт, то положу трубку.

Первый гудок, он же и последний был для меня длиннее минутной паузы. Мой лорд сразу же отозвался, отчего сердце забилось, словно Эрскин не где-то там, а здесь, рядом:

— Да, родная, — ответил он.

— Отвлекаю? — спросила первое, что подвернулось.

— Никогда! — заверил оборотень и добавил, — Жень, как ты там?

— А тебе не доложили?

— Как сказать… — в голосе мужчины мелькнули весёлые нотки, — знаю, что зоопарк точно доволен.

Я не стала уточнять, что именно он имеет в виду под словом «зоопарк», хотя понимала, что вряд ли собственный клан. Вдруг Саша неправильно воспримет мою шутку.

— Саш, я тут думала…

Произнесла и тут же услышала, как где-то там, на другом конце связи, раздался громкий мужской голос:

— А сейчас попрошу всех проголосовать…

— Ой, извини, что помешала, — я вдруг опомнилась. Ведь даже не поинтересовалась, свободен ли оборотень, может ли разговаривать, а сразу кинулась болтать.

— Ты никогда не мешаешь, — чуть приглушённым голосом произнёс Эрскин. — Но пока я действительно занят. Ну, всё, Жень, позвоню вечером.

— Пока! — ответила я и отключилась.

А ведь звонила своему лорду не просто так. В течение дня мою голову посещали разные мысли. Саша говорил, что возможно, я не чувствую своего зверя из-за оберега. Но ведь это всего лишь украшение, подаренное дедом! Правда то, с какой настойчивостью меня уговаривали не снимать его, наводило на определённые мысли. И с родными очень хотелось пообщаться. Билетами Сержа мы должны были воспользоваться только через два месяца. Но это слишком долго для выяснения моей личности. А снимать наугад оберег я боялась. Саша тоже не рекомендовал, мало ли что дед вложил в его создание. Всё-таки, как оказалось, мир фэнтези гораздо реальнее, чем я себе представляла ещё месяц назад.

Эх! А у бабули скоро именины. Это не день рождения, но праздничный пирог с вишней нашей семье всегда был обеспечен. Возникло ощущение чего-то важного, уходящего от меня, и настроение пропало. Открыла интернет, набрала в поисковике «Екатеринбург»…и разревелась. Я так давно не была дома! И как нарочно, Саша где-то там решает свои дела. Конечно, он в последние дни очень много времени посвящает мне, хотя понимаю, что это даётся лорду очень непросто. Как оказалось, у Главы клана есть огромная куча обязанностей, которые он попросту никому не может доверить.

Но я хочу видеть маму и бабушку!

И в сердце возникло настолько сильное желание улететь и повидаться, что не выдержала… и заказала билет домой на сегодняшний вечер. Саши не будет минимум дня четыре. Ну, кто мне помешает встретить его потом, когда вернусь? Я ведь ненадолго, всего-то на две-три ночки и всё. Единственно, я знала, что будет проблема с охраной. Куда я их с собой потащу? В сумку не спрячешь, с собой к родным не приведёшь. Нужно что-то придумать.

И конечно же, выход нашёлся. Причём такой, бесшабашный, насколько позволила моя фантазия. Из вещей я взяла только документы и больше ничего. Начала писать Саше письмо, а потом отложила его в сторону за ненадобностью, понимая, что ни один мой шаг не останется незамеченным. И честно сказать, скрываться не было желания. Зачем? Я не преступница, а оборотни не мои надзиратели. В любом случае если спросят, то отвечу, скрывать не буду. Назначенное время ждала с затаённым сердцем. Нарастало радостное ощущение скорой встречи с мамой и бабулей. И вместе с тем совесть не давала покоя. Она же, моя правильная «я» сверлила меня и укоряла всю дорогу, пока я ехала на Крошке в пригород Абердина, где и располагался аэропорт. И чтобы хоть как-то оправдать своё мятежное поведение, набрала сообщение Саше: «Родной, сил больше нет терпеть. Очень хочу домой, на Урал. Не сердись, я ненадолго. Люблю, только твоя Женька»

Наверное, любой другой мужчина позвонил бы с возмущением и обидой, но только не мой лорд. Он ответил почти сразу же, едва я поставила своё авто на стоянку.

— Жень, это так необходимо сделать именно сейчас? — произнёс он устало. И мне сразу стало стыдно. Я даже сбавила шаг. Краем глаза заметила, как охранник быстро приближается ко мне и только тогда остановилась.

— Саш, я вернусь к твоему приезду. Честно! — выпалила, всё ещё чувствуя себя не в своей тарелке. Жестом руки попросила остановиться охранника на расстоянии. — Понимаешь, устала.

— А чего меня не подождала? Мы бы через месяц вместе полетели, — попытался он возразить.

— Мы и через месяц полетим. Если ты захочешь, — в случае необходимости я могу быть очень даже убедительной!

— Скажи, — он чуть помедлил, но потом продолжил, — это никак не связано с моим зверем?

Так получилось, что всего лишь раз я попросила Сашу обернуться и тут же едва не потеряла сознание. Это только в книжках девицы храбрятся, а в реальности всё с точностью наоборот. Вера в существование рыси после этого у меня заметно поубавилась.

— Нет, что ты! — возмущённо ответила, — ни в коем случае! И потом, — тут мой голос стал спокойнее и я оглянулась на спешащих мимо прохожих, — как думаешь, смогла бы я спокойно спать с тобой рядом, чувствуя страх?

— Думаю, нет, Жень, не смогла бы. Твой страх я бы точно почувствовал.

— Вот видишь! Так что не переживай. Просто Саш, не знаю, что такое со мной творится. Тянет к родным, и всё тут. А ещё эти тайны! Всю душу вымотали! И у бабули именины завтра…

— Всё понял, котёнок, — вздохнул мой тигр и добавил, — дай трубочку сопровождению. Иначе тебя не выпустят.

— Серьёзно? — о подобном исходе я попросту не подумала. — Неужели не смогла бы улететь?

— Да нет, — наконец-то усмехнулся любимый, и у меня отлегло от сердца, — улетела бы. Но они что-то обязательно смогли бы придумать.

— Затейники, — пробормотала я, приблизившись к охраннику. Молодой мужчина весьма крепкого телосложения смотрел на меня хмуро и не выпускал из видимости. Но ровно до тех пор, пока не получил ценных указаний от Главы.

Абердин — Лондон — Москва — Екатеринбург… Так вышло, что мой путь петлял, но иного выбора попросту не было. Нет прямого пути, а на прочих маршрутах мне пришлось бы очень долго ждать пересадки. И всё потому что кое-кто экстренно собрался на Родину. В общем, при виде Уральских гор мне уже не хотелось петь или танцевать и уж тем более смеяться. Добраться бы до дома…

Самолёт только заходил на посадку, а я уже отправила Саше сообщение: «Прилетела. Люблю тебя!». И тут же получила ответ: «Женька, и я тебя очень люблю!».

А у нас уже вовсю хозяйничала осень, обсыпавшая деревья жёлтой и красной краской. На удивление безветренная погода придала мне настроения. И едва покинув здание аэропорта, я направилась на стоянку такси, одновременно набирая мамин номер:

— Алло, мам! Да, это я. Почему шумно? Потому что я прилетела! — последние слова буквально выкрикнула, не сдержавшись от радости. — Скажи бабушке, пусть печёт свой пирог! Что? Уже готов! Уже еду!

Счастье бывает разным. Сегодня я точно знала, что мои мама и бабуля, будут суетиться вокруг меня, подкладывая всё самое лучшее. А ещё мы непременно выпьем по бокалу вина за всё хорошее и вспомним про папу и деда. Но мои дорогие женщины ещё не в курсе, с какими мыслями пожаловала я. И отступать была не намерена! Подбодрив себя, я уверенно пошагала дальше, не обращая внимания на попадающихся навстречу людей. Мысленно я уже выискивала такси, как вдруг рядом со мной раздалось:

— Евгения?

Обернулась и замерла от неожиданности.

Рыжеволосый и веснушчатый мужчина смотрел на меня пытливо, словно старался прочесть мои мысли.

— Роман? — в памяти тут же всплыло имя рыжика, попавшего в аварию вместе со мной. Кажется, именно ему тогда досталось больше всех. Но оторванное ухо, похоже, на месте.

— Он самый, — улыбнулся мужчина. Сейчас он мало напоминал того болтливого весельчака-рыжика. Наверное, у него должность ответственная, а может быть, жизненные ситуации заставили повзрослеть.

— Так, я понимаю, вы за мной? — сейчас, спустя несколько лет, мы разговаривали полуофициально. Когда-то всё было проще.

— Так точно, — ответил он и улыбнулся уголками губ. — Где ваш багаж?

— А его нет, — улыбнулась в ответ, и это у меня получилось само собой. Несмотря на серьёзный вид, Лисов как рыжее солнце, утыканное веснушками, вызывал у меня не страх, а позитивные эмоции, — я так, налегке.

— Всё понял, тогда прошу, — жестом руки мужчина показал на большой чёрный внедорожник. Машина была меньше чем тот дом, за рулём которого сидел Бойд, но всё равно внушительная.

Какое-то время молчали. Не знаю, что в это время было на уме у Лисова, меня все эти подробности мало интересовали. Гораздо важнее для меня в этот момент было увидеть свой родной город, встретить знакомые черты и найти изменения. Я сидела, пристёгнутая ремнём безопасности и недоумевала на себя. Ну почему столько времени не была здесь? Ведь улицы и проспекты, они как дорогие сердцу воспоминания переливались по мере нашего передвижения.

— Давно не были дома? — поинтересовался Роман.

— Давно, — подтвердила и тут же снова припомнила, что когда-то, даже при коротком знакомстве, но мы были на «ты». Я не хотела ни о чём спрашивать этого оборотня, горя нетерпения поскорее добраться домой. Но один вопрос всё-таки не давал покоя. И не выдержав, поинтересовалась, — а как ваше ухо?

— Ухо? — рыжий немного помолчал, но я-то видела, ему приходится бороться с собой. А потом широкая улыбка озарила его лицо, — пришили! Представляете, я же чуть не обернулся от их наркоза!

— В смысле?

— Так там такую дрянь вкололи, что зуд пошёл, хоть тресни! Кто знал, что у меня на это лекарство аллергия!

— Ужас! — я оценила рассказ Лисова и тут же подумала, что сама тогда даже и не думала оборачиваться. Помню, что всё очень быстро зажило, и доктор хвалил мою регенерацию тканей.

— А вы… то есть оборотни, быстро восстанавливаются?

— Да, быстро, — коротко ответил мужчина и чуть заметно улыбнулся. Я отвернулась, не желая комментировать свои наблюдения вслух.

— Надо же! — больше сказать мне было нечего.

— Угу, — отозвался рыжий, но так как в этот момент мы заворачивали к моему дому, то пропал интерес общаться о чём-либо. Хотелось поскорее увидеть бабушку и маму, обнять их, сосчитать прибавившиеся морщинки на милых лицах. А ещё понять, кто я есть на самом деле. И если я особенная, значит, мои родные тоже не совсем люди! Но мамины родители умерли давно, я их даже и не помню. Так что тоже непонятно, что они из себя представляли.

Но вот машина въехала в знакомый с детства дворик и остановилась. Я от нетерпения только что не выпрыгивала на ходу, так хотелось броситься вприпрыжку и побежать по лестнице прямо на пятый этаж, минуя лифт.

— Евгения, возьмите, — Лисов протянул мне свою визитку.

— О! Спасибо! — поблагодарила я. На языке вертелся вопрос об охране, но решила не усугублять своё положение. А то вдруг рыжий и в самом деле захочет выслужиться перед Главой и приставит ко мне кого-нибудь. Или сам будет повсюду за мной ходить. А он-то сам заметный, как подосиновик на снегу.

— Если что, звоните по любому поводу! Договорились?

— Хорошо! Спасибо! — ещё раз поблагодарила я и в этот момент щёлкнули замки в дверцах. Я уже взялась было за ручку, чтобы покинуть авто, как вдруг Роман произнёс, — а всё-таки я тогда был прав. Вы очень важны для Морозова.

Ничего не ответила, лишь слегка махнула рукой на прощание и поспешила к своему подъезду. В какой-то момент в голову пришла мысль, что, возможно, охрана все равно у меня будет, только я её не сразу замечу. Но никаких отрицательных эмоций это не вызвало. Раз Саше так спокойнее, значит и мне тоже.

— Женя! — донёсся до меня голос бабушки в тот момент, когда я всего лишь поднялась на третий этаж. И до своего пятого не ожидала никого увидеть. — Таня! Она уже здесь!

И понеслось…

Мама и бабушка считали нужным помочь мне раздеться, обе следовали за мной по пятам, то и дело что-то переспрашивая, попутно рассказывая о себе.

— А Серёжа, он-то когда к нам приедет? — поинтересовалась мама, протирая и без того сверкающие чистотой бокалы.

— Ну… никогда. Мы не живём вместе, — «ошарашила» я своих родных. В этот момент бокал, как и полагается, падает из маминых рук, разбивается. — Я собиралась подавать на развод, но…

— Женечка, как же так? — удивлённо произнесла бабушка, — а нам-то, почему ничего не сказала?

— Так вышло, — я пожала плечами, думая рассказать или нет.

— Да что же это, — опомнилась бабушка, — девочки, чего встали? Женя, быстро мыть руки! А я сейчас все стёкла пылесосом соберу!

И началось…

Меня потчевали тушёной в скороварке картошечкой со свининой, салатами «оливье» и «шубой». При этом вино всё время пополнялось, не заставляя скучать бокалы. И, в конце концов, я первая наелась и вылезла из-за стола, присев на диван.

— Горемычная, — вдруг вздохнула бабуля. Затем достав из кармана большой носовой платок, промокнула им слёзы и продолжила, — намаялась, поди, с иностранцем-то своим?

— Было дело, — согласилась, и тут меня потянуло на откровение. Да и какая разница, когда о себе рассказывать. Всё равно с чего-то начинать нужно. — Он изменил мне. А я подала на развод.

— Это правильно! — вставила своё слово мама, — мы тебя растили не для того, чтобы каждый Серж ноги вытирал!

Бабуля бросила на сноху одобрительный взгляд и воинственно поджала губы. Подозреваю, окажись Аддерли у неё сейчас на пути, ох, и досталось бы ему!

— А потом его убили, — закончила я свой рассказик и снова потянулась за добавкой вина. Любимые Курицыны меня поддержали, однако на их лицах было столько эмоций! — В общем, свою долю газеты я продала, деньги отправила в зоопарк и приюты для бездомных животных…

— Куда? — бабуля поперхнулась, закашлялась. На её глазах выступили удивлённые слёзы, а мама осторожно постучала по старческой спине.

— Туда, зверям, — пояснила я и на сей раз решила идти напролом, меняя тему разговора, — а теперь расскажите мне, кто мы такие и почему носим эти обереги, — я взялась за свой Алатырь и продемонстрировала его родным. — Про то, что дедушка подарил и велел никогда не снимать, хорошо помню.

Я переводила взгляд с одной на другую, ожидая рассказа. Усталость после полёта давала о себе знать, но выспаться всегда успею. Сейчас же для меня был очень важный момент, можно сказать, определяющий.

— Знаю, вы почему-то боитесь. Тогда слушайте дальше про Сержа, — я решила дать им несколько минут, чтобы прийти в себя, а заодно поделиться минувшими событиями. — Знаете, кто его убил? Родственник, Ленокс Аддерли. Да, тот самый историк.

— Зачем? — поинтересовалась нахмуренная мама.

— Меня не поделили. Лен хотел на мне жениться.

— Батюшки! — воскликнула бабушка. И я засомневалась, а стоило ли столько информации вываливать на них разом. Жили себе спокойно, если только за меня переживали. А тут раз!

— Отправили дочку за границу, — мрачно заметила мамочка, отодвигая свою полупустую тарелку. — Думали, оно и к лучшему. Ты от нас подальше, значит, в безопасности.

— Жень, а ведь ты неспроста все нам рассказываешь, да? Ты что-то знаешь? — подала голос бабуля.

— Да, кое-что мне известно. Но я вам не всё рассказала. Знаете, кто меня спас? Сашка Морозов. Да, тот самый. Ленокс планировал меня отвезти в Швецию, на место разрушенного храма. Видно другого места для ритуала придумать не смог, — от воспоминаний меня передёрнуло, и я встала, чтобы закрыть форточку. Всё-таки не май месяц, а конец сентября.

— Нашли-таки, — тихо произнесла бабуля, складывая свои на удивление гладкие руки одну на другую. Она была расстроена.

— И ещё… мам, баб, я люблю Сашку. Вы, уж, когда он приедет, не ругайтесь сильно, ладно?

— Нашёл-таки, — вздохнула мама. — А чего искал-то?

— Долгая история, но если хотите, могу рассказать, — я вдруг подумала, что сейчас у них вся информация смешается в голове. Столько всего узнали за какие-то два часа. — Только сначала признавайтесь… мы рыси?

Мама вскинула глаза на бабушку, перевела на меня, но промолчала. А вот бабуля произнесла:

— Нет, Жень, мы с Таней люди. Это дед твой да отец были оборотнями.

— А почему прячемся? От кого? — понизила я голос, сама не понимая почему. Словно кто-то из соседей мог услышать эту тайну. — Если что, генеалогическое древо одного норманна я видела. Оно наше?

— Пойдёмте со мной, — бабуля позвала нас за собой в кабинет деда. Ещё при жизни она помогала ему, поэтому точно знала, что и где лежит. Из большого чёрного тубуса был извлечён ватман, на котором красовалось такое же древо, какое показывал мой лорд. — Мой муж всё прятал от людских глаз, боялся, что за тобой, Женечка, придут.

— Кто? — я очень бережно провела по аккуратным буквам, написанным дедушкиной рукой. — Кто придёт?

— Они, звери, — вступила в рассказ мама.

— Зачем я им? Им, что своих самок мало?

— Твой дед рассказывал, что кроме вас, одарённых красавицей Фрейей, больше не было. Только потомки Датчанина. И на протяжении веков многие аристократы желали породниться с нашим родом, отмеченным богиней. Кто-то считал, что богиня наделила своих оборотней необыкновенной красотой, кто-то просто видел в этом высшее отличие, особый знак. Я слышала рассказ, что кто-то из твоих предков отказал на притязания одного садиста-жениха, тогда маленькую девочку выкрали. И спустя время, когда малышка стала сформировавшейся девицей, насильно выдали замуж. Иногда дети пропадали, и никто не знал, что с ними стало. Дед говорил, что не только оборотни охотились на вас. Ты слышала про инквизиторов? Аркуры сильно пострадали и от них.

Я вздрогнула, представив тот ужас, творящийся всего лишь с одной-единственной линией могущественного рода. Почему и за что, уже не спрашивала. Необычная кровь, она многих заставляет завидовать, желать, да и просто сживать со света.

— Жень, ты нам с Таней лучше расскажи, что там с Морозовым? Чего он к тебе приехал-то? Прощения просить? — начала выпытывать у меня бабуля. — Совесть проснулась?

— Да нет, — я фыркнула, представив как мне сейчас рассказывать, — у него там наследство. Вот мы и встретились. Представляете, Сашка стал лордом.

Недоумённая мама и бабушка уставились на меня.

— Главой клана оборотней, — решила сделать свой контрольный выстрел. — Я брала у него интервью. И всё. Попалась птичка в сети.

Дальше я рассказала им почему Морозов когда-то бросил меня. Призналась, что очень люблю его, а память о Серже отошла на второй план. В общем, так получилось, что наш разговор снова вышел к оберегу:

— Ну, так как он действует?

— Не знаю, Жень, только дед твой был уверен в Алатыре. Говорил, что проверенный способ. А ещё делал предположения, что если не снимать оберег нескольким поколениям, то возможность оборачиваться пропадёт.

— Ужас какой, — прошептала я и подумала, что так вряд ли получится. Ведь когда малыш в материнской утробе, оберега-то на нём нет! Правда, Алатырь может носить и мать, но всё равно, уж очень запутанно! — А что будет, если я его сниму? — моя рука непроизвольно коснулась тёплого металла.

— Мы не знаем, Жень, — призналась мама, — наверное, рано или поздно, но случится оборот. Помнишь, когда ты попала в аварию, звери в городе сходили с ума?

— Ничего не помню, столько было событий в тот день, — призналась я. — А что?

— Жень, мы думаем, это были оборотни. Они почувствовали тебя и рванули на поиски. Свободная самка, — тут мама поморщилась, по-видимому, это слово относительно меня ей не очень нравилось, — каждый стремился скорее найти её и назвать своей.

Слов у меня больше не было. Столько лет прошлое рода Аркур размытой тенью скользило за моей спиной, в то время как я сама ни о чём не подозревала.

Мы ещё какое-то время поговорили. Потом я, посетив ванную, направилась спать. Всё-таки многочасовой перелёт — это не самое лучшее времяпрепровождение. Уже перед сном, лёжа под одеялом, отправила сообщение Саше, и он мне тут же перезвонил. Я рассказала, что от родных у меня нет теперь тайн. Озвучила причину, почему когда-то в детстве на меня навесили оберег. И если я не помнила события прошлого из-за аварии, то лорд этим не страдал. Ведь в тот злополучный вечер свободные оборотни его клана и других действительно взбесились. Как оказалось, причиной столь странного поведения была одна ненормальная рысь.

— Жень, я приеду за тобой и мы что-нибудь решим. Не переживай, я найду того, кто нам поможет, — послышалось в трубке телефона. И от этого обещания на душе стало тепло. Я верила своему оборотню. С тех пор как мы встретились, многие мои проблемы он буквально руками разводил.

— Саш, я тебя люблю! — произнесла, понимая, что сейчас расплачусь. То ли наше расставание так действует, то ли выпитый мной алкоголь.

— Котёнок, я тебя тоже очень люблю. Спи, уже недолго осталось до моего приезда. Всего-то несколько дней. Кстати, я звонил своим родителям, они очень ждут нас.

— Ты им рассказал обо мне? — я подскочила на кровати, — а о том, что я сейчас нахожусь здесь, в Екатеринбурге? В одном городе с ними?

— Сказал. Жень, не волнуйся. Мои родители хоть и рвутся тебя увидеть, но я им пояснил, что ты стесняешься. В общем, не переживай по этому поводу.

— Знаешь, что я позабыла?

— Что?

— Купить им подарок. И своим тоже. Завтра хочу этим заняться.

— Котёнок, — растроганно проговорил оборотень, — я всё время про это забываю. Стыдно признаться, не думал о подарках даже маме. Ромке позвони, этот рыжий даже о чём не знает, достать может, — посоветовал Саша и добавил, словно спохватившись, — ты не против, что я именно его за тобой прислал?

— Да нет, всё было мирно, никто не пострадал, — сообщила я и пьяно хихикнула. А потом, вспомнив, решила поинтересоваться, — надеюсь, здесь у меня охраны нет? А то как-то гулять с хвостом не очень комфортно.

— Жень, давай договоримся. Пока ты не рядом со мной, за тобой всегда кто-то будет присматривать. Мне так спокойнее, понимаешь? — проговорил мой лорд голосом преподавателя, пытающегося вразумить неразумного ученика.

— Хорошо, — согласилась и снова легла на кровать, не забыв вздохнуть.

— Что? Что-то болит?

— Нет. Тебя не хватает, — пожаловалась я ему и прикрыла глаза, — приезжай поскорее.

Этой ночью я не видела ни одного сна.

Следующий день был заполнен нашими беседами. Мама взяла на работе отгул, и они с бабулей засыпали меня вопросами. Пришлось всё пересказывать заново, но другими словами. Затем я сбежала от них в кабинет дедушки, где изучала большую неподписанную коробку. Именно в ней и хранились все записи относительно рода Аркур. Что-то было собрано ещё до деда, что-то удалось разыскать ему самому. К сожалению, ни слова об обереге или про то, как «спящему» в человеке оборотню проявить себя. Надеюсь, Саша действительно решит эту проблему.

День пролетел незаметно. И лишь новое утро принесло совершенно неожиданное решение. А впрочем, ничего необычного в этом нет. Мне захотелось погулять по родному городу, посетить какой-нибудь парк, набережную городского пруда, а заодно заглянуть в магазины, чтобы купить подарки моим родным и Сашиным.

Городской пруд Екатеринбурга

— Женечка, может быть с тобой сходить? — любезно поинтересовалась бабуля. Но я-то помнила, что по четвергам она вместе со своими сёстрами играет в лото. А так как после смерти папы бабушка долго не общалась с роднёй и только недавно помирилась, то отрывать её от важного занятия не хотелось. Да и обожала бабуля лото, у нас так три разных коробочки дома стоят. Все подаренные по тому или иному случаю.

— Думаешь, я заблужусь? — улыбнулась вытянутому лицу бабушки. И тут же пояснила, — не надо, я сама прогуляюсь.

— Ты только тепло одевайся, а то дождь обещали! И не до ночи!

— Ба, я не грудная, — рассмеялась последнему заявлению, — не переживай. Погуляю, может, старых друзей встречу. Так хочется просто пройтись, никуда не торопясь.

— Ну, ходить-то у нас улиц много, все ноги по пятую точку стопчешь, — кивнула бабуля, вертясь у зеркала, — ты главное деньги возьми, телефон. И звонить не забывай, каждый час!

Я хмыкнула, что обозначало: «Перебор!». Но препираться не стала, а положила бабке в пакет коробочку конфет, чтобы пожилые дамы попили чай в перерывах между играми. Проводив бабушку до двери, я побрела в дедушкин кабинет. Но как оказалось, энтузиазм по открытию страниц из прошлого нынче меня не посетил. Позвонила маме, та с самого утра ушла на работу. Предупредила её, что хочу погулять по городу. Получила кучу напутствий, от которых сразу возникло ощущение вернувшегося детства. И пошла собираться. Хорошо, что евро или фунты обменять нетрудно в наше время, иначе носилась бы я по всем обменным пунктам. За время моего отсутствия гардероб никуда не делся, а джинсы, они по-прежнему в моде. А что касается прочих вещей, то их-то как раз предстояло купить, равно как и подарки. Ещё раз, бросив оценивающий взгляд в зеркало, осталась довольна. Пожалуй, бабуля и мама правы, я действительно немного похудела за последнее время. Но ведь поводов жировать у меня не было. Одни нервы и стресс. А что нужно каждой девушке или женщине для того, чтобы она пришла в себя, вернулась в форму? Правильно! Немного средств для обновления гардероба, спокойствие, уверенность в завтрашнем дне. И главное, осознание того, что её любят и ценят. А ещё мне всегда доставляло удовольствие делать подарки.

С этими светлыми мыслями я покинула дом и направилась по магазинам. С огромным наслаждением выбрала маме красную сумочку строгой формы с чёрными застёжками, подобрала в тон кожаные перчатки, благо, что размер руки у нас одинаковый. Не забыла про шарфик, конечно же красный, разрисованный чёрными цветами. Бабушке четвёртый набор лото брать не стала. А вот тёплые тапки с мехом, белоснежный пуховый платок и вязаные перчатки приобрела с мыслями, что родной бабуле зимой будет непременно тепло. Себе покупки сделала уже на ходу, не зацикливаясь на сочетании с какими-то вещами, всё равно мы здесь не задержимся. Я знаю, что Саша не может позволить себе долго отсутствовать от родовых земель дядюшки. И как бы мне ни хотелось задержаться здесь, но всё равно придётся уехать, иного пути нет.

Вызвала такси и всё отвезла домой. Как я и думала, бабушка всё ещё не вернулась. А мама ещё днём скинула сообщение, что вынуждена задержаться на работе. Вообще-то, она у меня бухгалтер, а таким полагается нормированный рабочий день, но очередные отчёты всегда отнимают личное время человека. Открыла холодильник с намерением оценить обстановку для того, чтобы понять, чем сегодня угостить своих любимых. Но, похоже, этого не требовалось, всё уже было наготовлено и без моей помощи. Вздохнула, посмотрела в окно и отправилась на прогулку. Но на сей раз не по магазинам, а просто так, чтобы полюбоваться огромным городским прудом, посетить какой-нибудь парк. Чтобы обо мне не волновались, отправила сообщения. Мама ответила тут же, а вот бабуля только после окончания игры.

— Женечка, будь осторожна, — попросила мама и добавила, — и звони, не забывай!

— И не забывай, что есть в забегаловках может быть вредно для здоровья! Даже для твоего! — напомнила бабушка.

Конечно же, я со всем согласилась, а потом отправилась по своим делам. Сначала решила сходить на городской пруд, вид этого огромного водоёма всегда приводил меня в восторг. Там же покормила уток, с удовольствием прошлась вдоль набережной. Затем посидела в беседке, полюбовалась на красивый город. Раньше всё куда-то спешила, а теперь нет. Душа рвалась домой, но стоило вернуться, как оказалось, что очень важную часть сердца оставила там, в далёкой Шотландии. Достала телефон и посмотрела на дисплей. Сегодня мы с Сашкой уже перебросились парой сообщений, а вечером договорились созвониться. И пусть здесь я узнала много нового о себе, да и мама с бабушкой то и дело тормошили меня, расспрашивая о том, о чём иной раз даже не задумывалась, только вот без своего оборотня мне было неуютно.

Я не знаю, что именно вызывает подобное чувство, исключительно веление сердца, химические реакции или как пишут в книгах — привязка. Мне всё равно. Саша Морозов, он же лорд Алекс Эрскин, навсегда поселился в моём сердце и стал незаменимой его частью. Я скучала по своему тигру, очень.

Поднялась, подхватила сумку и тут же поняла, что продрогла и действительно хочу перекусить. Поэтому не стала задерживаться, а пошла прочь от воды. В этот момент на ум пришли холодные воды Северного моря Шотландии, по которым, как оказалось, я тоже скучала.

Пройдя несколько домов, наткнулась на небольшое кафе, куда и заглянула. Выполненное в бежевых и коричневых тонах, оно располагало своими спокойными оттенками и отсутствием крикливости, поэтому решила тут остаться. Заказала горячий чай с лимоном, пирожное и уставилась в окно, за стеклом которого красовался всё тот же городской пруд. Приближался вечер. На другой стороне водоёма уже выделялись светящиеся здания, отражающиеся в тёмной воде. Начал накрапывать дождь, столь привычный в это время года. Здесь на Урале погода может быстро меняться, чередуя жаркое солнце с ледяным порывистым ветром. Наверное, поэтому Абердин не оттолкнул меня своим климатом, а принял, предоставив столь похожие природные условия.

Кафе не пустовало, наполняясь всё новыми и новыми посетителями желающими скоротать тут время или просто погреться и обсохнуть. А я не обращала ни на кого внимания, думая о своём и ожидая, когда дождь прекратится, ведь мой зонт остался дома. Конечно, можно было вызвать такси и спокойно добраться до дома. Но хотелось ещё немного посидеть, а потом прогуляться по улицам родного города. Поэтому я не торопилась, решив ещё побыть здесь хоть какое-то время.

— Девушка скучает? — раздался мужской голос рядом, и я повернула голову.

Высокий брюнет лет сорока выглядел интересно. Нос с сильной горбинкой, близко посаженные пронзительные глаза практически чёрного цвета. Он был, несомненно, хорош собой. Подозреваю, что мужчина понимает, как женщины реагируют на него. Подобные хищники сходу оценивают обстановку, а затем расставляют сети, чтобы поймать в них свою жертву. Однако лёгкий акцент портил всё очарование от этой случайной встречи. Да и есть у меня Сашка, а прочих попросту не нужно.

— Извините, я не общаюсь с незнакомцами, — произнесла и отвернулась, снова уставившись в окно. Однако в отражении видела, что этот человек никуда не ушёл.

— Тогда может быть, познакомимся? — настойчивость этого субъекта не была чем-то вопиющим.

— Прошу вас, оставьте меня, — ответила ему твёрдым тоном, не поворачивая головы. Вообще-то было желание «обломить» красавчика, сообщив ему, что он явно не в моём вкусе. Но работа журналиста приучила быть предельно вежливой и терпеливой к чужим странностям. Поэтому проигнорировала иностранца, который своим присутствием начал надоедать.

— Я думаю, нам с вами есть что обсудить, Дженни, — чужак назвал меня по имени и добавил, — к тому же мне тоже нравится это место. Каждый раз, когда приезжаю в этот город, обязательно иду любоваться этим большим озером.

— Прудом, — поправила я его, обратив внимание на слишком выделяющуюся букву «р». Вот и Ленокс иногда также раскатисто произносил её. Воспоминание об историке вызвало дрожь, и я непроизвольно передёрнулась.

— Ну-ну, милая, неужели я вам настолько неприятен? — не спрашивая разрешения, мужчина присел напротив меня и, сделав знак рукой, подозвал официанта.

Я не стала задерживаться, решив, что мне на сегодня хватит и прогулок, и общения с незнакомыми людьми. Поднялась и направилась к выходу. Однако проходя мимо огромного зеркала, увидела, что этот настойчивый товарищ следует за мной. Хотя шагов я точно не слышала. Возможно, причиной тому доносившаяся музыка и разговор посетителей. Или он нелюдь? Последнее предположение для меня нынче не было чем-то необычным из области фантастики. Я и сама, как, оказалось, имею усы, лапы и хвост и даже кисточки на ушах. Надеюсь, скоро увижу это наяву. Боюсь, конечно же, и вообще не представляю, какой окажусь в этом случае. Но чувствовать себя дефектной для своего тигра тоже не желаю. Я знаю, Сашка ни слова не скажет, если оборот не произойдёт, был ведь он согласен на меня как на человека. Только что-то мне подсказывает, что найти себя полностью, раскрыть, достойное занятие.

— Вы торопитесь? — приставучий картавый мужчина ухватил меня за руку в тот момент, когда я уже практически покинула заведение.

— Уберите руку! — прошипела, зло обернувшись. Было ли мне страшно? Если только самую малость. Потому что никого из охраны или хоть немного похожего на неё, я не заметила. Вообще, ещё час назад радовалась, что не позвонила Лисову. Сейчас же об этом пожалела. Резко выдернув руку, пихнула локтем обнаглевшего мужчину.

И именно в этот момент произошло то, чего я никак не ожидала.

Погас свет, всего на немного. Послышались странные посторонние звуки, напоминающие стук двери и разрывающейся одежды. Сама не пойму почему, но я дёрнулась в сторону. И именно в этот момент возникла тишина, на фоне которой раздалось сопение. А ещё было ощущение чьего-то липкого страха и мощи одновременно. Вокруг по-прежнему была темнота, а я, широко раскрыв глаза, пыталась что-то увидеть в этом мраке.

Без света мы оставались примерно десять секунд не больше. А когда он появился, я ахнула, поражённая увиденной картиной. Огромный тигр склонился над пригнувшим голову коричневым волком. Зверь был крупным, поджарым, но полосатый хищник ещё мощнее. Возникло ощущение, что мне не нужно бояться, я в безопасности!

Сашка…

Двери в этот коридор оказались закрытыми, но было понятно, что там за ними кто-то есть. При этом страха я явно не испытывала. Вдруг со стороны зала раздался испуганный женский голос:

— Что происходит? Двери закрыты!

— Гражданочка, не переживайте. Технические работы, ничего иного. В этом кафе есть запасной выход, вон тот молодой человек вам всё покажет. Официант, коробку самых дорогих конфет девушке за мой счёт! — тут же отозвался мужской голос, наполненный любезности. И на мой взгляд, этим сладким сиропом поливал даму именно Лисов.

— Ну что вы! — хихикнула женщина за дверью, а затем раздался топот удаляющихся ног.

Всё это я слушала вскользь, мимоходом. Гораздо важнее сейчас была та картина, которую приходилось наблюдать. Волк с тоской посмотрел на меня, а потом упал на лапы перед полосатым хищником, словно признавая его силу и старшинство. Тигр же, в свою очередь, предупреждающе рыкнул на противника, а затем бросил на меня свой взгляд, словно пытался оценить степень ущерба на его любимом теле.

— Всё в порядке, — шепнула я одними губами, но зверь меня понял.

И тут меня накрыла волна боли, непонятной, незнакомой. Я охнула, зажала руками живот и согнулась пополам, пытаясь сдержать свой крик. Перед глазами всё поплыло, но взглядом успела зацепиться за валяющийся у моих ног Алатырь. Рык тигра, какое-то движение вокруг меня, всё это словно промелькнуло где-то на задворках сознания.

— Терпи, Женька, терпи, моя хорошая, сейчас тебе будет легче, — родной голос доносился как сквозь толщу воды. — Освободить мне кабинет управляющего! Посетителям вернуть деньги, извиниться и далее по программе! Волк может уходить. Живо!

Какое-то время меня куда-то несли, потому что я чувствовала мерное покачивание. И звук, который никак не мог быть обычным стуком. «Биение сердца», — подумалось мне.

Затем что-то мягкое оказалось под моей спиной, но тут же наступил холод. И я вцепилась руками в нечто горячее, оказавшееся мужчиной.

— Женька, — шептал мне на ушко оборотень, — представь, что ты маленький, очень маленький котёнок. Который попал в большую клетку и у него есть несколько выходов. Первый, ты можешь запросто пролезть между прутьями, только страшно. Второй, это когда будешь ждать прихода и спасения, но совершенно непонятно, когда это произойдёт.

— А третий? — я пыталась выплыть из ощущения боли и судорог, сводивших все мои конечности. Голос Сашки не давал мне потеряться в этом неприятном ощущении. Он звал к спасению, — третий какой?

— Котёнок не хочет ничего менять. Ему удобнее жить в этой тесной клетке, — сообщил мой лорд, стиснув мои ладони, словно пытаясь тем самым придать мне сил.

— Не надо тут жить, — процедила я, стиснув зубы, — клетка не моё место!

— Тогда пытайся выбираться из этого состояния. Представь, что вокруг темно и только в одном месте этой самой клетки есть выход. Протяни руки, голову, старайся прорваться сквозь выстроенное ограждение. Пытайся!

И я вдруг увидела себя большим котёнком, который тыкался между прутьями своей тюрьмы. А потом поняла, что спасение не здесь, чуть правее. Потянулась всем телом, выгнулась, словно протискиваясь, минуя преграду к свободе. И тут я упала, стукнувшись лицом о пол. Больно, между прочим!

— Мяв! — раздался хриплый и низкий голос. Кажется, звуки вырывались из моего горла! И я открыла глаза, пытаясь встать, опираясь на руки… Лапы?! — Мяв!

— Женька, — восхищённый голос моего оборотня заставил поднять мордочку. Конечно, он сидел на кожаном диване, посматривая на меня так, словно не я это, а королева снизошла своим посещением до простых смертных.

— Мяв, — на сей раз у меня вышло это как-то жалобно. Я хотела сказать, что чувствую себя совершенно необыкновенно! Боль ушла, от неё остались лишь воспоминания. А вот запахи, сколько их! И все так и норовят залезть в мой нос. А ещё звуки, они словно долго спали, а теперь все вместе проснулись.

Но самым восхитительным был полуобнажённый мужчина, который немного подался вперёд и сейчас с любопытством посматривал на меня. И я решилась. Направилась к нему, ощущая, как дрожат мои ноги, тьфу! Лапы! Теперь у меня есть лапы! Захотелось вдруг посмотреть на них со всех сторон. Поэтому не дошла до лорда и плюхнулась на попу.

— Иди сюда, — с весельем в голосе позвал меня Сашка.

Я же, склонив голову, просто обалдевала от собственных когтей, шерсти и пятнышек на ней. И тут вспомнила про хвост, попыталась встать, чтобы взглянуть на него. Всё-таки у рысей он очень маленький. Но, по-видимому, паркет слишком гладкий. Натирают его, что ли! Я поскользнулась и завалилась набок. В этот момент мои глаза встретились с насмешливыми карими и вдруг стало неудобно. Ну что Эрскин подумает про меня?

Фыркнула, как смогла и попыталась встать. Получилось. И на сей раз отправилась к предмету своего обожания, стараясь не думать ни о чём ином, а только о нём. А ещё о тигре, которого сейчас очень хотелось увидеть. Вот интересно, какой он по сравнению с рысью? С каждым шагом движения давались всё легче. Поэтому поставить лапы на колени любимого не составило труда.

— Красавица, — прошептал мужчина, наклоняя ко мне своё лицо, — Жень, теперь-то я точно понимаю, почему впервые при виде тебя сделал стойку. — Тигр уже тогда знал, что ты моя.

А я согласилась, лизнув своё счастье прямо в губы. Ну, разве будет кто против?

Жалко, что нижнее бельё пострадало. Только от верхнего меня любимый успел освободить. А кружевные лоскуточки трусов и бюстгальтера торчали из кармана Саши. И это правильно! Нечего моими личными тряпочками разбрасываться в незнакомом месте!

В коридоре послышались голоса, и я едва не отшатнулась от своего личного солнца. Но Эрскин удержал меня, не дал сбежать и скрыться.

— Тише, не бойся. Без моего разрешения сюда никто не войдёт.

Паника немного улеглась, но мой вопросительный взгляд был слишком красноречив. Мне всё равно было неспокойно. А вдруг придёт владелец, да не один, а с полицией?

— Не переживай, это наше семейное кафе, — пояснил лорд, поняв меня правильно и без слов. Сам он встал, прошёлся до встроенного в стену шкафа и, открыв дверцу, извлёк из него рубашку. Ничего себе у кого-то запасы на рабочем месте! А впрочем, не голым же ходить в случае непредвиденных ситуаций.

После сказанного облегчённо вздохнула, но так как в голове теснилось множество вопросов, а я всё ещё рысь, то занервничала. Не знаю, что на этот раз нужно было сделать, только снова «лезть в клетку» через боль не хотелось. Оборотень почти сразу понял, что мне нужно, поэтому мягко произнёс:

— А вот теперь попытайся потянуться, словно ты растёшь вверх, как деревце. И вся шерсть, она врастает в тебя, как вторая кожа.

Слушать подобные речи от Эрскина-Морозова было весьма необычно. Но я доверяла ему, поэтому выполнила всё то, что мне было сказано. А вот оказаться голой, стоящей на коленях перед любимым мужчиной было весьма неожиданно. Сашины глаза странно блеснули… Вот я уверена, мы подумали об одном и том же! Но сейчас не время и не место! Всего лишь миг мы смотрели друг на друга. А после рывком оборотень поднял меня с пола, вручил одежду и буркнул, пытаясь справиться с собой:

— Жень, одевайся. А то мой отец подъехал. Я слышал его голос только что. Скоро он будет здесь, — сообщил мужчина и уже тихо добавил, — лучше бы он сегодня дома сидел.

Повторять два раза было ни к чему. Всё, кроме порванного нижнего белья, довольно быстро оказалось на мне.

— А он… — я опасливо покосилась на дверь, застёгивая последнюю пуговицу.

— Не бойся, — тигрище заботливо поправил мой воротник. И проделал это с таким видом, словно ему это доставляло неимоверное удовольствие, — тебя они уже заранее любят.

— Как это? — я озадаченно посмотрела на любимого.

— Всё, что связано с парой, для нас священно. Родные в курсе про тебя, а значит, ты это я.

— Я это ты, — повторила вслед за Сашей и выправила попавшую под ворот прядь волос, — непривычно.

— Привыкай, — голосом строгого учителя произнёс оборотень, — и вот ещё что, Жень. Не бойся моих родных. Они только с виду такие массивные, всё время норовят показать зубы. На самом деле мы мирные.

— Да-да, мягкие и пушистые, — согласилась я. И уже серьёзно добавила, — а как ты меня нашёл? И вообще, ты ведь должен быть в Шотландии ещё минимум три — четыре дня!

— Не поверишь, — с глубоким вздохом ответил лорд, — скучал. Всё важное сам провернул, а на мелочь оставил Гарри и ещё одного такого же проныру. Они выгоды клана не упустят.

— Действительно, как в такое поверить, — я счастливо улыбнулась, не расспрашивая, что происходило потом. Наверняка Лисов сообщил, где я. А дальше дело техники. Я оказалась прижатой к любимому тигру. Сашка уткнулся носом в мои волосы и в то же время крепко прижимал к себе, словно не видел целую вечность. Я подняла лицо, чтобы спросить, когда он соизволит открыть дверь, но губы мужчины накрыли мои губы. И я потерялась в этом упоительном ощущении, словно не целовалась целую вечность и ещё три дня. Но потом заставила себя упереться руками в грудь оборотня и прошептала:

— Саш, нехорошо получается, твой отец, наверное, заждался.

— Да, пора, — хрипло ответил мой мужчина, не разжимая рук. — Но продолжим сегодня же!

— А кто же против? Только за!

Я только успела поправить одежду, как Сашка отпер дверь. Однако за ней никто не стоял, если не считать незнакомого оборотня. Но на Морозовых он мало походил.

— Значит, он до нас не дошёл, — произнёс мой любимый и, ухватив меня за руку, повёл было за собой. Мы и два шага не сделали из кабинета, как показался высокий мужчина лет шестидесяти. Он шёл навстречу к нам. Штампуют их здесь, что ли! Красив, широкоплеч и взгляд как у моего тигра, такой же пронзительный.

— А что делать нам с матерью, если ты месяцами у нас не появляешься? — громогласно произнёс мужчина. — Да ещё и со своей избранницей не познакомил! Ну что же, прошу обратно в кабинет!

Я-то думала, что сейчас посыплются возможные взаимные обвинения, уж слишком сурово произнёс свою речь Морозов-старший. Но после этих слов последовали объятия и похлопывания по плечу.

— Пап, знакомься, это моя Женька, — произнёс лорд, собственническим жестом положив руку на мою талию и привлекая меня к себе.

— Я так и понял, — мужчина, который до этого момента внимательно разглядывал меня, словно оценивая, улыбнулся, — наконец-то познакомимся. Меня Дмитрий Александрович зовут.

— Очень приятно, Женя.

Не знаю отчего, но едва удержалась, чтобы не сделать старомодный книксен. Уж очень величественно смотрелся этот мужчина.

— Вот и познакомились, — прогрохотал мужчина и уже тише добавил, указывая нам на диван, — присаживайтесь. Сын, рассказывай, что здесь произошло.

Какое-то время Саша молчал, словно собираясь с мыслями. А потом заговорил:

— Пап, моя избранница оказалась весьма необычной девушкой. Конечно, поначалу-то я думал, что она человек. Но вышло, что рысь.

— То есть как это? — не понял Дмитрий Александрович. — Женя, вы принимали таблетки, чтобы усыпить своего зверя?

— Я? Нет, — отрицательно покачала головой и пояснила, — на мне был оберег. Но я сама не понимала, отчего он. Считала, что для красоты. И про рысь не знала.

— Пап, тут непростая история. В общем, Женькин род по легенде идёт от скандинавской богини. Поэтому разыгралась чехарда с преследованиями, в результате которой её предки стали скрываться. Но это в прошлом. Про её сущность узнал один му… историк и захотел тоже стать оборотнем. Но я ему помешал.

— Надеюсь, ты его допросил? — вклинился Морозов-старший. А я заметила, как при кажущемся спокойствии у мужчины сжался кулак.

— Допросил. Он в тюрьме сейчас и за ним присматривают. Но дело не в этом. Жень, Ленокс попросил встречу с каким-то своим покровителем. Формально отказать было нельзя, но никто и не подозревал, о чём хотят разговаривать эти двое. Однако как мне доложили, речь шла о девушке. О тебе. Аддерли поделился историей твоего рода. После чего покровитель очень быстро отправился обратно во Францию, не заметив хвоста. Затем мне доложили, что он вылетел сюда. Ну, я тоже не дремал. Вот и всё.

— А что за род? — поинтересовался мужчина. Всё это время он слушал сына, а взгляд то и дело останавливался на мне.

— Аркуры, — произнесла и зачем-то добавила, — но я урождённая Курицына.

— Шифровалась твоя семья, — совершенно серьёзно ответил Дмитрий Александрович. И уже обращаясь к сыну, спросил, — а тот коричневый волк, что дожидается тебя в зале и есть покровитель?

— Он самый, — кивнул мой лорд и как само собой разумеющееся добавил, — он признал мою силу. Значит, надо ждать заверений в лояльности к нам.

— Хорошее дело, — согласился отец.

А я вдруг поняла, что это необычайно приятно наблюдать, как любимый, перед которым все преклоняли головы, на равных общается с отцом. Не каждый не потеряет разум от власти и могущества.

— Мне кажется, здесь ещё что-то есть, — задумчиво произнёс мужчина, постучав пальцем по столу. — Самок мало это одно, — Морозов-старший бросил на меня быстрый взгляд. А я забыла смутиться при слове «самка», потому что казалось, что вот-вот услышу что-то весьма примечательное и важное, — а вот то, что он рванул за Евгенией аж из-за границы, да после наводки какого-то му… историка, о чём-то говорит. Ну, кроме того, что твоя избранница красива, — тяжёлый взгляд мужчины потеплел, — разумеется.

— Так и есть, — подтвердил Саша. Его объятия стали крепче, — Жень, перед самым отъездом по моей просьбе специалисты отобрали ряд подборок про твоего далёкого предка и саму богиню. И тогда я понял, в чём суть. А после наткнулся и на подтверждение.

— Шура, не тяни, — попросил Морозов, — мне тоже интересно.

— Много веков, желающих породниться с теми Аркурами, которых отметила богиня, было хоть отбавляй. Всё из-за того, что девочки, рождённые в этом роду особенные. Какая-то из них даст начало новому роду, который встанет над всеми оборотнями.

— Я когда-то слышал о чём-то подобном. Но думал, что это сказки, — удивлённо произнёс Дмитрий Александрович, — а ты уверен?

— Практически, — совершенно серьёзно ответил Саша своему отцу, а затем повернулся ко мне, — потому-то и прятались за оберегами твои родные. Боялись, что тебя украдут, а потом просто будут использовать.

— Дикость какая, — пробормотала я и уткнулась в плечо любимого. Так спокойнее.

— Мир оборотней особый. Но и люди порой поступают не менее жестоко. Воровство невест есть и в наше время. А что творилось в средние века, вспомни. Тогда из-за земель и титулов…

— Помню, Саш, — тихо вздохнула. — А мне-то что с этим делать? Снова надевать оберег? — в этот момент в груди что-то сжалось, а потом стало так тоскливо. Наверное, это моя маленькая рысь подаёт мне знаки, что не стоит этого делать. Да я и сама не желаю подобного.

— Нет. Ты выйдешь за меня замуж. И я сумею тебя защитить, не бойся.

— Как только ты поставишь на жену метку, никто не станет на неё претендовать, — заметил Морозов-старший, — а ваше потомство будем охранять.

— Мы справимся, — кивнул Саша и посмотрел на меня, — веришь?

— Да, — ответила так, не потому что не хотела обидеть своего мужчину. Я так чувствовала, знала.

— Жень, подожди меня здесь, я должен пообщаться с этим французским выскочкой, — сообщил мне мой лорд. Он не спрашивал и не советовался, а ставил в известность. Честно говоря, мне и самой хотелось узнать, что к чему. Да и обычаи оборотней, их правила, интересовали. Но возникшая после оборота слабость давала о себе знать.

— Не переживай, я побуду с ней, — уверил Сашу отец, а я лишь кивнула, с неохотой отстранившись от любимого. Он быстро сжал мою руку, а потом покинул нас.

В какой-то момент возникла тишина. Мужчина пересёк кабинет и остановился у окна спиной ко мне:

— Хорошая у нас осень, дождливая, — произнёс он, не поворачиваясь ко мне.

— Вы любите дожди? — удивилась я. Как правило, именно они расстраивают людей. Особенно тех, кто мечтает о тёплом юге, жарком солнце и горячем пляжном песке.

— А вы? — вопросом на вопрос ответил Дмитрий Александрович.

— Если мокнуть и мёрзнуть под ними, то нет. А так, — я передёрнула плечами, ощущая лёгкое головокружение, — то нормально к ним отношусь. Книжку читать или спать под дождь хорошо.

— А я люблю, когда после дождей грибы появляются, — поделился со мной Морозов и повернулся. Ему хватило доли секунды, чтобы понять моё состояние, — тьфу, ты! Вот же, беспамятные мы с сыном. Забыли, что первый оборот изматывает. Вам, Женя, нужно срочно поесть.

Он тут же взял в руки трубку стационарного телефона и коротко произнёс:

— Принесите ко мне в кабинет мясо и рыбу. Да и это тоже. Сыр не забудь!

Дмитрий Александрович перечислял, а я глотала вязкую слюну, понимая, что действительно хочу есть. Хорошо, что живот не урчит от голода! Но это так неудобно!

— Женя, вы не переживайте. Мы не совсем люди и энергии у нас тратится гораздо больше. Только представьте, насколько приходится перестраиваться организму, чтобы изменить свой облик. А чтобы вы не смущались, хотите, я с вами поем?

— Хочу, — коротко ответила я и замолчала. Не то чтобы я боялась этого мужчину, вовсе нет. По работе мне приходилось сталкиваться с разными людьми. Только это был не просто владелец местного кафе и непонятно чего ещё. Это отец моего любимого человека, а вдруг я ему и маме Сашки не понравлюсь? Чувствовала себя как школьница на экзамене.

В этот момент раздался стук в дверь, а потом вошёл официант, катящий перед собой столик, наполненный тарелками с едой. Головокружение усилилось, я сглотнула, но не двинулась с места до тех пор, пока официант не ушёл. Сдерживать своё нетерпение удавалось с трудом. Похоже, моя рысь действительно проголодалась.

— Прошу, — Дмитрий Александрович сделал приглашающий жест.

Часть его рабочего стола была накрыта белоснежной скатертью, на которой манили своими запахами всевозможные блюда. Запечённая с картошкой курочка, стейк из красной рыбы, несколько шампуров с шашлыком, большая плоская тарелка с нарезанными овощами, корзиночка с хлебом и большой кувшин молока. Последнее могло бы показаться неуместным, но не для меня. И когда только всё успели приготовить!

— Спасибо, — произнесла я присаживаясь. Сам Морозов первым приступил к этому импровизированному ужину. И скорее всего, сделал это для того, чтобы я чувствовала себя раскованнее. За что была благодарна.

Мы ели молча, к тому же у меня просто не было повода для разговора с этим оборотнем. Слишком много всего свалилось сегодня на мою голову.

— Жень, — произнёс мужчина после того, как мой стейк практически уже был съеден, а я сама начала посматривать на курочку. Вообще-то, обычно я так много не ем. Но оборот действительно потратил мои силы.

— Да?

— Вы не переживайте и спрашивайте что нужно. Я так понял, для вас многое, связанное с оборотом непонятно. Поэтому задавайте вопросы любые, не думая о том, как они выглядят. Мы о многом узнаём с детства, вам, похоже, рассказать было некому. Я прав?

— Прав, — согласилась и налила себе бокал молока. Я находилась в безопасности, но чувствовалась неловкость при общении с мужчиной. Он, похоже, понимал моё состояние, поэтому продолжил разговор. И слова Морозова меня удивили:

— Сашка не слишком давит?

— Давит? — я взглянула в карие глаза Дмитрия Александровича, заметив там не только простое любопытство, но и заботу. — Есть немного. Но это так, мелочи.

— Он такой. Мы просто не можем не заботиться о своих половинах. Знаете, несколько лет назад мы не сразу поняли, что у сына настоящие чувства. Он скрытный и все свои тёрки с Джеймсом не особо афишировал. Думали, что сын решил встать на дыбы из-за нежелания возглавить клан. Честно говоря, я до сих пор не вижу равного ему, хотя понимаю, что моё мнение предвзято. Родня у нас большая, но глаз у старого лигра был намётан, знал, кого выбирал.

Я молча пила молоко, слушая слова мужчины. Конечно, это прошло для меня весьма болезненно. Но не могла не признавать, что лучшего Главу они выбрать не могли. Наверное, я тоже думаю предвзято, ведь почти никого из родных Саши не знаю.

— Да, он лучший, — совершенно искренне произнесла, заметив в глазах Морозова промелькнувшее удовольствие. В этот момент мужчина подвинул ко мне тарелку с шашлыками, а я поняла, что больше просто не могу есть. Лопну! — Всё! Спасибо! Я сыта! — усмехнулась, пытаясь объяснить своё поведение.

Дверь распахнулась, и показался мой любимый. Сердце словно встало на место, а радость вернулась. Я ждала его.

— Ну, как вы тут? — поинтересовался мой лорд, придвинув свой стул вплотную к моему. Причём это выглядело так бесцеремонно, что я вопросительно посмотрела на него. Конечно, подобное проявление собственничества было приятным. Но ведь неудобно же, мы не одни!

— Нормально, — ответил Морозов-старший, — твоя половинка ест как котёнок, а в остальном порядок. Кстати, как пообщался с волком?

— Через неделю от него в замок прибудет делегация, — сообщил мой тигр, приступив к ужину. Ел он с аппетитом, но аккуратно. Похоже не только у меня энергообмен увеличился после оборота, но и у него. — Если хочешь, поехали с нами, посмотришь. Всё-таки важная шишка этот покровитель. Теперь, благодаря его любопытству и алчности, он будет обязан нашему клану жизнью.

— Думаешь, я французов не видел? — усмехнулся Дмитрий Александрович, бросив на меня хитрый взгляд, — мы с матерью к вам на свадьбу приедем. Надеюсь, не задержите? Не через год?

— Нет, поменьше, — успокоил отца любимый.

Дальнейший разговор касался каких-то личных семейных мелочей. И я расслабилась, ощущая рядом родное надёжное плечо. Мне было спокойно, и только звонок телефона заставил вынырнуть из собственных мыслей. Мои родные, они вернулись домой, а я даже не соизволила позвонить и предупредить, почему так долго отсутствую.

— Мам, извини, забылась, — сразу выпалила в телефонную трубку, — я скоро буду. Жди!

— Мы будем, — поправил меня Сашка, а я только удивлённо приподняла бровь. Ну что же, раз хочет вместе, значит вместе. Впрочем, сообщать об этом своим не стала. Чтобы не суетились лишний раз.

— Эх, опоздал я! Тогда и к нам заглядывайте завтра! А то мать переживать будет! — всполошился Морозов-старший.

А я, едва сдержав улыбку, произнесла:

— А вас, Дмитрий Александрович, просим приехать по такому-то адресу, — и, дотянувшись до разноцветной стопочки бумаги для записей, черкнула родительский адресок. — И супругу не позабудьте!

А что? Так веселее будет. Пусть родные знакомятся, чего скрывать их друг от друга. Я не знала мамы Саши, но почему-то казалось, что в компании знакомиться легче. И это не трусость, а один из подходов общения.

Мы покидали это уютное, запомнившееся навсегда кафе, оставив позади не только Морозова-старшего, но и француза, а с ним и Лисова. Подозреваю, что охрана следовала за нами, но это было настолько незаметно, что я ощущала себя обычным человеком. Как когда-то. Только теперь присутствовал багаж знаний о себе самой.

— Саш, а тебя не смущает, что я бесприданница? — озвучила я мысль, которая крутилась в моей голове давно. Только гнала её, как несущественную. А у Морозовых это кафе и как я слышала, оно не единственное. Кажется, есть ещё охранное предприятие, обслуживающее несколько известных организаций города и области.

Мои слова вызвали весьма бурную реакцию. Лорд резко затормозил, а затем съехал на обочину. И я, даже будучи пристёгнутой ремнём безопасности, упёрлась руками в переднюю панель.

— Жень! Ну откуда такие мысли? — недовольство тигра росло с каждым словом, — кто тебе подобное внушил?

— Никто, — призналась как есть, потирая ладони, — просто кто ты и кто я.

— Чтобы больше я такого не слышал, поняла? — насупленный Глава клана Эрскинов притянул к себе мою поцарапанную ладонь и лизнул её, потом ещё. Я хотела выдрать руку, напомнив, что она чистая, а панель неизвестно. Но оборотень меня опередил, чуть смягчив тон, — моя слюна дезинфицирует. Хотя я позабыл, что твоя регенерация тоже на высоте.

— Саш, не обижайся, пожалуйста, — мне стало неудобно. Но ведь должна я озвучить отголоски своих самокопаний. — Просто Шелли аристократка и дочь какого-то Главы. Ты тоже не на ровном месте появился. Один твой дядюшка чего стоил! Я как бедный родственник. Что скажет верхушка оборотней, таких же, как ты?

— Жень, если ты забыла, — лицо моего любимого наконец-то расслабилось, — это не из-за меня такой же глава клана бросился в соседнюю страну, чтобы заполучить совершенно неизвестную ему самку. Это не из-за меня может развязаться вражда между кланами, если мы с тобой как можно скорее не поженимся.

— Ты говорил, что я твоя пара, — напомнила я, — так разве обязательно жениться?

Похоже, два месяца по Сержу выдержать не удастся.

— Я хочу, чтобы у нас было всё по правилам. С приглашением этих самых Глав, — тут тигрище поморщился, — даже холостых. Чтобы каждая собака знала, чья ты. А насчёт приданого, — тут мой лорд отодвинул назад своё сиденье. Затем без зазрения совести отстегнул мой ремень и просто выдернул меня с места, усадив к себе на колени, — кажется, кто-то позабыл про щедрую благотворительность.

— Какую?

— Приюты и зоопарк. Когда я уезжал, новый владелец газеты просил тебя дать интервью именно «Хронике Абердина». О твоём поступке только и разговоров. Так что ты невеста ещё с тем приданым! — горячие мужские руки удерживали меня за талию.

— Ты позабыл, — я обвила руками шею любимого, — что мне ещё охрана требуется. Я разорю тебя.

— Ерунда, — отмахнулся любимый, явно наслаждаясь нашей близостью. Темнота опустилась на улицы города, но нам двоим было хорошо вместе. — Главное, ты со мной.

Я потянулась к нему за поцелуем, осознавая, что мне мало вот так просто сидеть на коленях и прикасаться к нему руками. Хотелось большего. Слиться воедино, отдаваться раз за разом, шепча любимое имя. Но в самый неподходящий момент, как полагается, зазвонил телефон. На сей раз не мой. С трудом оторвавшись от меня, Саша полез в карман, не забывая, словно ненароком, скользнуть по моим коленям, погладить их. И только потом ответил на звонок:

— Да, ма! Не переживай, — тут оборотень вопросительно посмотрел на меня и прочитав по губам ответ, озвучил его своей матери, — там будут только бабушка и мама Жени. Нет, они без заморочек, не волнуйся.

— Хм, — усмехнулась я, когда мой лорд нажал отбой, — и почему ты решил, что без заморочек? Они ведь до сих пор с тобой не поговорили по поводу того, что их дочь бросил кое-кто. Не будем показывать пальцем кто именно! — мой указательный палец ткнулся в грудь мужчины.

— Я не забыл, — делано печально вздохнул тигр, — но раз всё серьёзно, поехали пораньше. Опередим моих.

— Зачем? — не поняла я этих манёвров.

— Хочу произвести хорошее впечатление, — пояснил Эрскин-Морозов, нехотя усаживая меня обратно. Вообще это было весьма неудобно, но он прав, нужно возвращаться.

Однако, как оказалось, бабушка и мама словно знали, что я буду не одна. Вишнёвый пирог, накрытый по-домашнему стол, всё это поджидало нас. Едва попав в прихожую, я унюхала запах картофельного пюре и прочей вкуснятины. Мой желудок призывно заурчал, словно я не ела со вчерашнего утра. Стало как-то неудобно.

— Это всё оборот, не переживай, — успокоил меня Сашка. — Так всегда бывает.

А бабушка, услышав подобную откровенность, растеряла весь свой воспитательный пыл.

— Таня, — позвала она маму, которая в этот момент то ли приводила себя в порядок, узнав, что я не одна, то ли действительно где-то задержалась.

— Иду, — раздалось с кухни, — одну минутку!

— Таня, наша девочка обернулась.

Мама ничего не ответила. Она вошла в прихожую молча, теребя в руках полотенце. Она переводила взгляд с меня на Сашку. Но потом опомнилась и произнесла тоном, отличающимся от прежнего:

— Здравствуйте. Надеюсь, наша девочка больше не будет из-за вас слёзы лить?

— Мам, — прошептала я, пытаясь образумить родительницу. Я ведь рассказала причину, по которой Морозов меня когда-то оставил. Он спасал, а не предавал! Хотя без знания ситуации трудно понять, из каких побуждений всё это было сделано.

Однако оборотень был серьёзен, и даже тени обиды или непонимания не отразилось на его лице. Саша ответил так, что мои родные должны были понять, он не врёт:

— Нет, надеюсь, что нет. Женька нужна мне, очень. Я люблю её больше жизни.

Я ободряюще сжала его пальцы и призналась своим родным, пытаясь отвлечь внимание от своего лорда:

— Мам, баб, это правда. Сегодня он снова спас меня от какого-то француза. Тот прознал про меня и приехал, чтобы забрать с собой.

Не буду описывать женские лица, потому что Сашка внёс вклад в эту копилку новостей:

— Поэтому свадьбу нужно ускорить. Мне так будет спокойнее.

Вот что-то у меня закралось подозрение, что дело вовсе не в «знании Глав кланов о том, что рысь уже занята». Просто ему так будет спокойнее. Хотя чего там скрывать, мне тоже!

— А где будете жить? — поинтересовалась бабушка, не сходя с места. А я вдруг подумала, что Дмитрий Александрович меня приказал накормить, дал возможность прийти в себя после оборота. А мои маринуют нас в прихожей. Хотя понимаю, у мамы и бабули шок.

— Пойдёмте к столу, там всё и обсудим! — «оттаяла мама» и скомандовала мне, — Женя, не стой как в гостях! Мойте руки и пойдёмте ужинать. Мы вас заждались!

Чуть позже я поинтересовалась, почему мои родные решили, что я не одна, а непременно со своим тигром домой вернусь. На что бабушка отмахнулась, заявив, что знает, что такое муж-оборотень. Оказывается, Алатырь не мешал ему чувствовать свою жену и надолго они никогда не разлучались.

А потом пришли родители Саши. Вот так мы все и перезнакомились. Время пролетело быстро, и расставались наши близкие, уже общаясь в более свободной манере, чем раньше. Дмитрий Александрович попросил посмотреть генеалогическое древо, впечатлился, увидев его. И сказал, что его сына всегда тянуло на что-то необыкновенное. И жена ему достанется такая же. «На экзотику тянет моего тигра», — с усмешкой подумала я, но промолчала, услышав дальнейшие планы наших мам и бабули. Они, видите ли, решили, что до свадьбы полагается жить отдельно!

Я была практически возмущена и едва не высказала свои претензии. Но мой мудрый лорд опередил:

— Нам нельзя находиться раздельно, — твёрдо произнёс он и пояснил, — я буду злой, а Женьке сейчас без меня будет очень плохо. Пап, мам, вы что, забыли каково это — лишиться пары?

— Сын, мы с твоей мамой раздельно не жили, если ты об этом, — «заступился» Морозов-старший, пожалев Александра. — А так, — мужчина обвёл глазами моих родных и свою жену, Лилию, — слушайте, ведь им не шестнадцать! У сына не одна сотня в подчинении, а Женя и вовсе замужем побывала.

— Но последнюю ночь перед свадьбой будете спать раздельно! — смилостивилась бабушка, а мой тигр просиял. Конечно, весь этот спор напоминал какой-то фарс. Но мы понимали наших мам и бабулю. Они любят нас. И для них мы всегда остаёмся детьми. А ещё всегда хочется хоть советом или делом поучаствовать в нашей жизни. Скоро мы уедем, а они останутся. Почему бы и не позволить им хоть немного покомандовать.

* * *

Дженни

Абердин, спустя две недели

Мы пробыли в Екатеринбурге всего лишь три дня и две ночи. Но это время было наполнено суетой и заботами, бесконечными разъездами от одних родителей к другим. Ещё на первой встрече наших родных было решено, что мой оборот мог быть спровоцирован не только сорванным оберегом, но и страхом, а также вовремя появившимся самцом, который оказался моей парой. В последнем я уже давно не сомневалась, слишком сильны и ярки мои чувства по отношению к полосатому.

И всё же, глядя на Сашку, я не могла поверить, что мы вместе. Где-то в глубине души всё ещё жили сомнения, боязнь, что проснусь, и всё окажется сном. Или что Эрскин вдруг поймёт, что я не его половинка. В такие моменты начинала бесцельно бродить по дому, а мой любимый, зная о сомнениях (под сладкими пытками пришлось признаться), отбрасывал все свои дела и просто сажал меня на колени и говорил о своих чувствах. А ещё просил прощения за наше прошлое расставание. Сейчас, зная, что я тоже оборотень, мы не понимали, как могли жить по отдельности, с другими. Вероятно, всему виной мой оберег. Хотя кто знает, как бы поступил тогда лигр Джеймс, считавший, что важнее его мнение, а остальные должны подстраиваться под самого мудрого. То есть его самого.

— Жень, ты не спишь? — произнёс мой любимый в тот момент, когда на улице было утро, но рассвет ещё не наступил.

— Не-а, — протянула я и повернулась к своему тигру.

После того как я стала оборачиваться, со мной стали происходить необычные изменения. Улучшилось зрение (хотя оно всегда было идеальным по человеческим меркам), обострился слух, моя поступь стала более приглушённой. Мама сказала, что я даже двигаться стала плавно. Всё возможно. После моего первого оборота я очень боялась повторить этот болезненный опыт. Но освобождённый организм рыси требовал своё. Поэтому набравшись терпения и уже заранее ожидая боль, я снова вспомнила ту историю про котёнка, который стремится выбраться из клетки. В результате сама не поняла, как упала на пол, запутавшись в одежде. Хорошо, что в этот момент рядом никого не было, особенно Саши. Он настаивал, чтобы я не экспериментировала одна. Но… всё получилось! И в нашем маленьком домике мужа встречала не молодая женщина, а рысь. Оборотень пожурил меня за это, однако я видела его восхищённый взгляд, рассказавший куда больше, чем все слова.

— Волнуешься? — поинтересовался Сашка, собственническим жестом привлекая меня к себе.

— Немного, — призналась и приподняла голову, чтобы устроиться на плече любимого. Он обнял меня, положив горячую ладонь мне на талию. В этот момент тепло руки любимого пробежало по спине, спустившись к бёдрам. Я улыбнулась, почувствовав, как мужское достоинство, упирающееся мне в низ живота, становится всё твёрже.

— Не бойся, котёнок, я же с тобой, — произнёс любимый, ловким движением переворачивая меня на спину.

Я не стала возмущаться, потому что и так было понятно, мы оба хотим этого сближения. Раздвинув колени, с замиранием сердца ощутила, как налитой член проникает в меня. Оборотень остановился, давая возможность свыкнуться с его размерами, а потом нагнулся к моему ушку, прикусил его. Шепнул: «Котёнок», отчего захотелось мурлыкнуть в ответ. Но я только и сделала, что повернула голову, мазнув губами по щеке своего мужчины. В этот момент я поняла, что больше не могу лежать вот так, раздвинув ноги. Ведь понимала, что он нарочно оттягивает удовольствие. Или хочет, чтобы я просила продолжения? Хитрый прищур любимых глаз подтвердил мои подозрения. Желание нарастало, и я проявила инициативу, закинув ноги на бёдра мужчины.

Тихий счастливый смех моего тигра был мне наградой. И началось то движение, от которого не хотелось убежать или скрыться. Только желание продолжать, делая проникновения ещё глубже, острее. Я уже не сдерживала вздохи, порою даже вскрики. Мир сузился до любимого мужчины, нависавшего надо мной и дарившего это наслаждение. Мы как сумасшедшие были готовы сливаться, становиться единым целым. Страстные поцелуи, нежные ласки и взаимные признания, всё это чередовалось, заставляя нас всё глубже проникать друг в друга, врастать каждой клеточкой, желая ещё большего поглощения.

Пик наслаждения настиг меня, но не его. И не отстраняясь, не желая передышки, я позволила своему тигру продолжить этот танец любви. Отчего мой оргазм практически сразу перешёл во второй, ещё более сильный, яркий.

— Женька, — прошептал мой мужчина замирая. И в этот момент я почувствовала пульсацию его плоти внутри себя, радуясь этому ощущению. Он мой, мой!

— Она самая, — подтвердила я тихо, всматриваясь в любимые карие глаза. В голове всплыл вопрос, почему, будучи тигром, глаза любимого наполняются золотом. Но промолчала, оставив эту мелочь на потом. Да и какая разница, если будь у него хоть синие глаза, хоть малиновые, мне не было бы до этого никакого дела.