Эпилог

18 июля 2017 г., 20.05

На этот раз ему предстояло присутствовать на настоящем собрании Ковена, и Егор впечатлился происходящим с первых секунд, едва коротко стриженный охранник открыл перед ним дверь в зал, в который раньше его не приглашали.

Здесь царила особенная атмосфера. Окна были завешены очень плотными шторами, свет с улицы сквозь них не проникал, поэтому было достаточно темно, хотя солнце еще не успело сесть. Источником света служил лишь огромный камин — настоящий, древесный, огонь в нем полыхал, как в преисподней, — и несколько свечей в подсвечниках, расставленных по разным углам. Игра света и тени вселяла в душу мистический трепет, а в темноте, казалось, кто-то притаился. Или что-то.

Сами члены Ковена были облачены в длинные черные мантии с капюшонами, скрывающими лица. Они стояли по кругу, повторяя рисунок на мраморном полу, каждый на четко определенном месте. Одно пустовало — принадлежавшее Безликому. В центре круга стоял небольшой стол с подсвечником на три свечи. Именно к нему Егору и предстояло пройти, чтобы поставить свое подношение — тринадцатую шкатулку.

«Ну и цирк, — мелькнуло в голове, пока он шел к столику, торжественно держа перед собой шкатулку. — Для полноты картины не хватает только каких-нибудь песнопений».

Но, к счастью, никакого музыкального сопровождения не звучало. В мертвой тишине зала лишь потрескивал огонь. В противном случае было бы трудно сдержать смех, а так Егор даже не улыбался.

Впрочем, особых причин для улыбок он и не имел. Ведь Ковен еще не знал, что именно Егор им принес.

В круг он вошел через брешь пустующего места. Поставив шкатулку на стол, отступил на шаг назад, обводя взглядом замерших магов. Те прятали лица под капюшонами, поэтому было трудно понять, кто из них где стоит.

— Покажи! — велел властный голос.

Егор сразу узнал Магду: женщин в Ковене было не так уж и много.

— Она не заполнена, — спокойно объявил он. — Не на что смотреть.

В зале моментально что-то изменилось. По кругу пробежало шуршание, маги перестали изображать из себя каменные изваяния, откинули с лиц капюшоны и превратились просто в группу странно одетых людей.

— Как это — не заполнена? — возмутился Карягин, оказавшийся прямо напротив Егора. — Почему?

— Ну… в последний момент Дементьев, видимо, сообразил, что да как. В общем, он загадал желание и поставил время Воронцовой на паузу.

— И как же это он, интересно, догадался? — недобро прищурился Юрий Павлович.

Его Егор узнал сразу, еще до того, как он скинул капюшон: мантия была не в состоянии скрыть его полноту.

— Откуда я знаю? — очень натурально возмутился Егор. — Я мысли читать не умею. Просто вдруг сорвался с места, а потом оказалось, что Воронцова не сыграла в ящик… в шкатулку, в смысле.

— Что-то мне подсказывает, что без тебя тут не обошлось, — холодно уронила Магда. — Ты предал нас.

— Вот только не надо грязи в чистый тазик, — огрызнулся Егор. — Я не виноват в том, что этот бывший следак таким башковитым оказался.

— Даже если так, — чуть спокойнее согласился Карягин. — Ты допустил это. Твоя задача состояла в том, чтобы следить за ними и остановить, если они попытаются спасти Воронцову. Она должна была заплатить! Шкатулка должна была заполниться!

— Так, давайте не будем греться по пустякам, — предложил Егор нарочито бодро. — Никакой катастрофы не произошло. Шкатулка у нас, я вам в два счета подгоню другую жертву. Заполним ее — и можно дальше работать…

— По пустякам? — прошипела Магда.

Наверное, будь у нее шерсть, та сейчас встала бы дыбом. А так исполняющая обязанности главы просто шагнула вперед, сжав руки в кулаки. Но что гораздо хуже: то же самое сделали остальные, и кольцо вокруг Егора стало меньше и плотнее.

— Безликий умер вчера! Едва миновал час Воронцовой, его сердце остановилось и его уже не получилось запустить. Мы думали, он умер свободным, но его душа, оказывается, все-таки досталась хозяину!

— Знаете, вот тут я точно не виноват, — отмахнулся Егор, нервничая, но стараясь это скрыть. — Не надо было тормозить и ждать милости от судьбы. Как только стало понятно, что Воронцовой, кроме ее писательской славы, больше ничего не нужно, следовало передать шкатулку кому-то более внушаемому и жадному.

— Шкатулка должна оставаться в руках того, кто загадал желание последним, — возразил кто-то у него за спиной. — Только тот человек имеет право передать ее дальше.

— Кто сказал? — фыркнул Егор. — Где это правило записано и чем подкреплено?

— Это традиция, — весомо заявил Юрий Павлович. — А если ты не уважаешь традиции Ковена, то тебе не место в круге.

— Ему не место в круге, потому что он предал Ковен, — возразила Магда, делая еще один шаг вперед.

Теперь кольцо окончательно сомкнулось вокруг Егора, и дело запахло бедой. Он инстинктивно соединил кончики пальцев, замыкая контур, но вместо мощной волны силы по венам пробежала лишь невразумительная рябь. Магии в нем сейчас было не больше, чем в тот день, когда он покинул Красный Яр, не собираясь когда-либо туда возвращаться.

Егор недоуменно посмотрел на свои руки. Заметить исчезновение дара Любви было не так просто, а вот Богатство забирал свой демонстративно. Перстень исчез! Егор точно знал, что тот был с ним всего несколько минут назад: он крутил его на пальце, пока ехал сюда. Как и когда тот мог потеряться?

Впрочем, Дары Темных Ангелов тем и отличались: они приходили к тебе сами и пропадали, если тебе удалось добыть их какими-то обходными путями.

По сердцу скользнули холодные липкие пальцы страха. Конечно, даже без даров Ангелов Егор оставался довольно силен: врожденная магия с ним навсегда. Но один против двенадцати опытных магов? Они хоть и носят свои клоунские мантии, а все равно довольно сильны.

— Ты предал Ковен, — повторила Магда, — а значит, предал Тьму. Она такого не прощает!

Все двенадцать синхронно подняли руки, явно собираясь сотворить какое-то заклятие, когда дверь зала со скрипом отворилась и с порога послышался спокойный, до боли знакомый Егору голос:

— Не слишком ли часто ты вещаешь от имени Тьмы, Магда? Не много ли на себя берешь?

Члены Ковена растерянно опустили руки и оглянулись. Некоторые испуганно отшатнулись, хотя объективно ничего страшного их взорам не открылось. Тем не менее круг оказался разрушен.

На пороге стоял мужчина. Свет из коридора — слишком яркий по сравнению с полумраком зала — светил ему в спину, а потому лицо пряталось в тени без всякого капюшона, но те, кто был с ним знаком, могли без труда узнать.

— Нев? — удивилась Магда.

— Как ты прошел мимо охраны? — нахмурился Карягин.

— Охраны? — переспросил Нев, делая шаг в зал. — А она была? Я не заметил. Они, наверное, меня тоже. Легко разойтись на такой-то территории.

Засунув руки в карманы брюк и склонив голову, он прошел вдоль стены к камину, остановился у него и протянул руки к огню, словно те замерзли. Что было весьма сомнительно в жарком июле.

— Какого черта ты здесь делаешь? — огрызнулся Юрий Павлович. — Тебе здесь не место!

— Он прав, — добавила слегка оправившаяся от шока Магда. — У тебя был шанс присоединиться к нам, но ты отказался. Теперь уже поздно.

— Поздно — что? Нацепить на себя дурацкий плащ и встать в круг? Ошибаешься, дорогая моя, это никогда не поздно сделать. Но надо ли?

Он стоял к ним спиной, его лицо теперь нельзя было рассмотреть совсем, даже если посветить в него фонариком, но Егор все равно откуда-то знал, что Нев улыбается. Или правильнее назвать эту гримасу — усмешкой. Она чувствовалась в его тоне.

— Посмотрите на самих себя. Вы маги, некоторые из вас — потомственные. Вы стремитесь к неизведанным далям, прикасаетесь к тонкой материи бытия, переступаете грань реальности, обращаетесь к сложнейшим механизмам мироздания, взываете к сущностям настолько более высокого порядка, что ваш мозг даже не в силах постичь их. Вы обретаете силу, которая большинству и не снилась, в которую обыватели даже не верят. Вы поднимаетесь вверх и проникаете вглубь, вам подчиняются стихии, пространства, объекты физического мира. Вы погружаетесь в таинство, которое шире космоса, значительнее самой жизни…

Он обернулся и посмотрел на них сквозь бликующие очки.

— Чтобы что? Ради чего? Что вы просите взамен? Деньги. Секс. И ту мышиную возню во имя собственной неприкосновенности и права решать за других, которую вы называете властью. Вы мне противны. Вы мните себя элитой, но вы ничтожнее, чем самый ничтожный из нищих спившихся бродяг. У того нет ничего, а его мозг разрушен алкоголем, поэтому он мечтает о примитивных вещах, вроде тепла, комфорта и еды, а заодно о том, чтобы подняться над другими. У вас же есть все. В ваших руках самый мощный инструмент для достижения целей, но вы все равно не способны подняться выше этих убогих человеческих желаний. У вас просто нет фантазии.

Он снова двинулся на них, и те маги, что оказались на его пути, вновь шарахнулись назад и в сторону, позволяя ему беспрепятственно подойти к столику со шкатулкой. Нев открыл ее, заставляя музыку заиграть.

Егор покосился на членов Ковена. От прежнего круга не осталось и следа. Маги хмурились, переглядывались, явно сами не понимая, почему так странно реагируют. Только на лицах некоторых, тех, что были постарше, отражалось недовольство.

Нев с громким стуком захлопнул шкатулку и объявил:

— Но я исправлю вас. Я покажу вам, для чего на самом деле нужна эта сила. Вы вернетесь к истокам.

— Ты, кажется, меня не понял, — прорычала Магда. Егор и не знал, что она так умеет. — Ты не один из нас! Ковен никогда тебя не примет!

— Нет, это ты не поняла, — усмехнулся Нев, не оборачиваясь к ней. — Это я принимаю вас в свой Ковен. Вас и этого мальчика. Мы станем новым «К13» и пойдем к настоящим высотам.

— Ты совсем выжил из ума, старик, — едко выплюнул Юрий Павлович, делая несколько шагов вперед и подходя к Неву ближе всех. — В Ковене Тринадцати может быть только тринадцать членов! И тебе…

Что «и тебе», никто так и не узнал, потому что Нев предупреждающе поднял руку, и Юрий Павлович вдруг как будто поперхнулся словами. Егор прищурился, глядя на происходящее немного иначе, чем обычно, и увидел едва заметные нити, протянувшиеся от руки Нева к Юрию Павловичу. Те оплели его, когда пальцы Нева сжались в кулак, а потом резко дернули, когда он сделал им похожее движение.

Голова мага мотнулась, повернувшись на шее так далеко, как ни одному человеку не сделать. Громкий хруст свидетельствовал: что-то сломалось.

Юрий Павлович постоял секунды две, а потом обмяк и рухнул на пол. Шея так и осталась неестественно вывернутой.

— Я полагаю, проблему с количеством мы решили, — спокойно прокомментировал случившееся Нев. — Еще возражения будут?

Что-то было катастрофически не так, Егор чувствовал это с того самого момента, как старик появился на пороге. Он выглядел как Нев, но говорил и двигался как кто-то совсем другой. А уж когда свернул шею Юрию Павловичу… Не то чтобы Егор его за это осуждал, мужик все-таки был мерзкий, но тот человек, которого он знал, так никогда не поступил бы. Только защищаясь или защищая тех, кто ему дорог.

Егор снова посмотрел на членов Ковена. Те замерли, как зайцы в свете фар приближающейся машины. Уже даже не переглядывались и не перешептывались, просто смотрели на незваного гостя, так легко убившего одного из них и совершенно не боящегося поворачиваться к ним спиной.

— Кажется, это ты слишком много на себя берешь, Нев, — с трудом процедила Магда.

Егор ее даже зауважал за это. Было видно, что ей тоже страшно, как и остальным, голос выдавал подступившие к глазам слезы, но она все равно старалась держаться как хозяйка положения.

— Нев? Бестолковая ты женщина… Ты так ничего и не поняла.

Он усмехнулся, снял очки и положил их на столик рядом со шкатулкой.

— Пусть эта оболочка тебя не обманывает, Магда, — продолжил Нев, поворачиваясь и подставляя лицо отблескам пламени камина. — Его здесь больше нет. Тут только я.

Теперь стало хорошо видно, что глаза Нева полностью залиты черным, но не это поразило Егора больше всего. Такое он видел и раньше даже в зеркале.

Может быть, это снова была причудливая игра света и тени, но, когда Нев снова шагнул навстречу им, темнота за его спиной как будто всколыхнулась, уплотнилась и раскинулась в стороны, подобно двум огромным крыльям.

— Я тот, кого вы так долго ждали, кого так отчаянно звали. Вы хотели, чтобы я стал одним из вас, чтобы моя сила служила вам. Так возрадуйтесь, ибо я пришел. Я ваш Темный Ангел. И единственное, чего я не понимаю… — Он остановился, когда ему надоело смотреть, как одиннадцать мужчин и женщин пятятся в ужасе. — Почему вы до сих пор не преклонили колени передо мной?

Снова посмотрев на магов, Егор понял, что они видят то же самое, что и он: огромную тень, выросшую за плечами Нева, уткнувшуюся тем, что могло бы быть головой, в потолок. Это не было галлюцинацией или миражом. Это действительно был он. Темный Ангел. Как Нев ни старался, пророчество Карины все-таки сбылось.

Снова зашелестели мантии: члены Ковена Тринадцати послушно опускались на колени и склоняли головы, признавая власть Ангела над ними.

Лишь Егор остался стоять. Не из уверенности в собственной крутизне и даже не из духа противоречия. Он просто был слишком шокирован, чтобы пошевелиться.

На лице Нева появилась хищная улыбка. Он посмотрел на Егора и весело подмигнул ему.