Глава 13. Лис

Проснувшись, я не сразу поняла, где нахожусь. Блеклый свет проникал между рейками жалюзи, расчерчивая пол ровными полосами. Освещение не изменилось с того момент, как я заснула. Либо я спала пару минут, либо здесь всегда так. На теневой стороне хотя бы день сменялся ночью, пусть и без любимых мною звезд. Здесь же даже ночи нет.Повернув голову, я увидела Марка, спящего на соседнем диване. Во сне он снова стал похож на парня, которого я знала. Хмурые морщинки на лбу и упрямые складки в уголках губ разгладились, лицо выражало безмятежность, но очарование длилось недолго: веки Марка дрогнули, он просыпался, и вместе с пробуждением ожесточалось его лицо.Я отвернулась, пока он не поймал меня за подглядыванием. Не хватало еще, чтобы он вообразил, будто я думаю о нем.− Доброе утро, − пробормотала я, боковым зрением заметив движение на диване Марка.Принц сел и потянулся:− Мы здесь не для обмена любезностями.− То, что мы застряли в междусторонье, не значит, что мы должны потерять человеческий облик. Почему не быть вежливыми друг с другом, раз уж мы вынуждены делить это приключение на двоих?− Я бы с удовольствием был вежлив с тобой, не будь ты главной причиной нашего пребывания здесь.Я прикрыла глаза и досчитала про себя до десяти, сдерживая вспыльчивость. Я могла напомнить принцу, что в случившемся виновата не я одна, но какой от этого толк? Ссора не вернет нас домой.− Куда подевался тот славный парень, которого я знала? − прошептала, вставая с дивана.− Он все еще здесь, но он невероятно зол, − донеслось мне в спину.Вскоре мы снова вышли на улицу в поисках еды. Но продовольственные магазины на нашем пути были пусты. Ни крошки съестного. В животе урчало, и энергия была на исходе, но я, шаркая ногами, упорно тащилась вслед за Марком.За пару часов мы обменялись несколькими фразами, говоря друг с другом исключительно по делу. Например, когда выбирали дорогу.Молчание тяготило. Между мной и Марком словно возвели глухую стену. Не пробиться через нее, не обойти, не перелезть. Все мои попытки наладить отношения терпели крах. Каждая новая неудача лишь больнее ранила, и я взяла паузу. Ему хочется играть в непримиримых врагов? Я готова!Пейзаж менялся. Мы подошли к окраине города. Впереди до самого горизонта простиралось поле. Там еды точно не найти, и мы повернули назад. Покидать город без припасов равносильно самоубийству.На этот раз мы шли по другим улицам, изучая город вдоль и поперек. Пересекая очередной перекресток, я по привычке посмотрела налево – не едет ли машина, и сама себе удивилась. Как долго я буду соблюдать бесполезные ритуалы?Но благодаря приверженности к правилам я заметила кое-что странное. По улице бежал ребенок. Я едва могла разглядеть его, он был скорее контуром живого человека, чем реальным ребенком. Зато я отчетливо слышала его смех. Ребенок несся прямо на меня, и я невольно отпрянула. Миновав меня, он растворился в воздухе, словно его и не было.− Что это? − потрясенная до глубины души, я все же была уверена, что ребенок мне не померещился.− Эхо отражения, − сказал Марк. − Мы застряли в толще тени. А тени передают информацию от одной стороны к другой. Все отражения проходят сквозь междусторонье, и одно из них мы сейчас наблюдали.− А мы не можем сесть отражению на хвост и вместе с ним перейти на теневую сторону?− Как ты планируешь это сделать? − спросил Марк.− Пока не придумала, − буркнула я.Мы снова надолго умолкли. Молчание способствовало размышлению о будущем. Вода была на исходе. Скоро нас будет мучить не только голод, но и жажда, а от нее умирают за пару-тройку дней. Странно, что не попадались скелеты наших нечастных предшественников.− Отсюда кто-нибудь выбирался? − спросила я, устав от траурных мыслей.− Как, например?− Ну, может, через тень. Нырнуть на одну из сторон.− Где ты видела тени? − Марк обвел рукой улицу, предлагая мне продемонстрировать ему тень.Я проследила за его жестом. Действительно, с тенями дела здесь обстояли еще хуже, чем на теневой стороне. Казалось, солнце или, что там освещало местный небосклон, всегда было в зените. Ни у меня, ни у Марка тени не было. Не было ее и у всего остального.− Что если искусственно создать тень, как вы делаете это на своей стороне? − предложила я.− Для этого необходим мощный источник освещения и электричество.− В супермаркете есть электричество, − сказала я и добавила: − по крайней мере, мороженое в холодильнике не таяло.Марк потребовал, чтобы я немедленно отвела его в супермаркет. Я согласилась, хотя и опасалась, что не смогу отыскать его среди переплетения городских улиц. Но какая-то часть моего мозга запомнила дорогу, и через час с небольшим я вывела нас к дверям супермаркета.Устав, я не пошла вместе с Марком изучать внутренности магазина, а присела на лавке около входа. В прошлый раз я осмотрела все полки и точно знала, что еды там нет. Разве что пара брикетов мороженого. Я попросила Марка принести мне один. На полноценный обед мороженое не тянет, но оно хотя бы калорийное.Я откинулась на спинку лавки. Сейчас бы вздремнуть. Странное дело, с тех пор, как мы попали в междусторонье, меня постоянно клонило в сон. Я списала это на недоедание.Не зная, чем себя развлечь в ожидании Марка, я сканировала улицу в поисках чего-нибудь интересного, но это занятие быстро наскучило. Тогда я заглянула сквозь стеклянные двери внутрь супермаркета, высматривая, не возвращается ли Марк. Взгляд скользнул по кассовым аппаратам и уже переместился на полки, когда в голове вспыхнул стоп знак.Я вернулась к изучению кассовых аппаратов. Вот оно! На кресле одного из кассиров сидел лис. Я готова была руку дать на отсечение, что уже встречала его. Цвет его шерсти не оставлял сомнений: именно за ним я гналась вчера.Животное не выглядело испуганным. Напротив, лис как будто наблюдал за мной. Наши глаза встретились, и у меня по коже пробежал мороз. Карие глаза лиса напоминали человеческие. Сходство было поразительным. На краткий миг я забыла, что смотрю в глаза животного.Я ущипнула себя за руку, проверяя, не снится ли мне лис. Боль привела в чувства. Вскочив, я бросилась в супермаркет. Лис в ту же секунду спрыгнул с кресла и скрылся между стеллажами.Он играл со мной в прятки. Петляя между полками, не позволял приблизиться, но и не давал потерять себя из виду. Словно заманиваемый сиренами моряк я шла за лисом. Он уводил меня все глубже в недра супермаркета, в итоге скользнув в подсобное помещение.Я притормозила около двери. Надо позвать Марка. С ним не так страшно, но любое промедление играло лису на руку. Пока я сбегаю за Марком, он скроется.В отличие от зала свет в подсобке не работал. В полумраке я то и дело спотыкалась о пустые коробки, и уж было решила, что лис навсегда потерян, как он выглянул из-за угла, убедился, что я его заметила, и снова спрятался. Ну, точно ждал меня! Парализованная страхом я застыла, но тут же одернула себя. Что ужасного мне сделает животное размером с крупную кошку? Я больше и сильнее и уж как-нибудь отобьюсь, если он нападет.Я мысленно дала себе пощечину, обозвала размазней и велела идти вперед. Несколько шагов до угла дались с трудом. Сердце бухало в груди, ладони вспотели, и я вытерла их о брюки.Еще несколько секунд ушло на то, чтобы убедить себя заглянуть за угол. Сделать это было ох как не просто, ведь я ожидала, что на меня того и гляди бросится дикий зверь. Дома я не раз слышала, что лисы – разносчики бешенства. Один укус или даже царапина, и я заражена. Вряд ли в междусторонье найдется вакцина от бешенства, а значит, меня ждет медленная и мучительная смерть.Переборов страх усилием воли, я вытянула шею и осторожно одним глазом посмотрела, что там за углом. Беглый взгляд, и я, тяжело дыша, привалилась спиной к стене. Медленно я осмысливала увиденное. За углом до самого потолка тянулись полки. Нижние ярусы пустовали, а на верхних что-то лежало.На меня никто не набросился, и это придало мне смелости. Я снова заглянула за угол. Лис куда-то запропастился, зато на верхних полках я разглядела несколько пачек хлопьев для завтрака, бутылки с водой и коробку сладких сухариков. Не бог весть какой провиант, но я обрадовалась и ему.Лис привел меня к еде! Будь он поблизости, я бы его расцеловала. Страх исчез как по мановению волшебной палочки подобно кролику в шляпе фокусника. Без сомнений лис настроен дружелюбно. Одна беда: самой мне нипочем не достать продукты. Полки расположены слишком высоко, намного выше моего роста.С сожалением я покинула подсобку и отправилась на поиски Марка, успокаивая себя тем, что вокруг нет никого, кто мог бы позариться на скудные продуктовые запасы. Принц был в зале круп. Хотел разжиться чем-нибудь съестным, но полки были девственно пусты. Я схватила его за руку и потянула за собой, на ходу объясняя, какой клад я обнаружила.Возбужденные предвкушением скорого обеда, мы забыли о разногласиях. На время мы превратились в союзников, ведь припасы требовалось еще достать, а для этого нужно было работать сообща.Просто подпрыгнуть и взять еду не получилось. Вариант свалить полку тоже не подходил, так как вода была не в пластиковых, а в стеклянных бутылках. При столкновении с бетонным полом они разобьются, и мы останемся без питья. Тогда я вызвалась вскарабкаться наверх, как более легкая из нас двоих, и сбросить припасы Марку.Первые полки начинались на уровне моей груди, так высоко мне ногу не поднять. Я осмотрелась в поисках коробки, которую можно использовать как ступеньку, но все они были картонными и прогибались под моим весом.− Я подсажу тебя, − сказал Марк и шагнул ко мне.Наступила неловкая пауза. Мы замерли друг напротив друга. Марк вытянул руки, но не осмеливался коснуться меня.− Давай уже! Я не собираюсь торчать здесь сутки напролет, − сказала я, пряча за наглостью робость.Марк так и не притронулся ко мне. Вместо этого он встал на одно колено, предоставив другое в виде ступеньки. Я поставила на него ногу, уцепилась за стальную балку и подтянулась.Карабкаясь наверх, старалась не смотреть вниз. До полки с продуктами было метра два. Высокие здесь, однако, потолки. Добравшись до припасов, я обвила одну руку вокруг балки, а второй сбрасывала пакеты с едой Марку. Последними были бутылки. Он ловко ловил их на лету. Недаром он коротал дни в Черной крепости, играя в вышибалу.Спуститься было легче, чем подняться. Внизу меня ждала еда, а я еще никогда не чувствовала себя такой голодной. Спрыгнув на пол, я набросилась на коробку с хлопьями, разорвав ее, зачерпнула горсть и высыпала в рот. Сухие хлопья хрустели на зубах. Залитые молоком они вкуснее, но так тоже сойдет.За считанные минуты мы умяли по коробке хлопьев и выпили две бутылки воды. Голод притупился, и я блаженно улыбнулась.− Как ты отыскала еду? − спросил Марк. − У тебя встроенный радар на съестные припасы?− К сожалению, нет. Нам бы это здорово помогло, но я просто пошла за лисом.Марк уставился на меня, словно я смолола несусветную чушь. С его точки зрения в моих словах было мало смысла, и я ему все рассказала. Он слушал, не перебивая, и лишь скептически хмыкал, когда я упоминала о странностях животного. Таких, например, как человеческие глаза или то, что лис привел меня прямо к еде, будто хотел накормить.− Ты утверждаешь, что лис показал тебе, где хранятся припасы? − не поверил Марк в мои россказни.− Я ничего не утверждаю, − я смяла пустую упаковку хлопьев. − Но я пошла за лисом и вот мы здесь.Чтобы не ввязываться в спор, Марк сменил тему:− У еды странный привкус. Ты не находишь?Так как хлопья закончились, я, отгрызя приличный кусок сухаря, сосредоточилась на вкусовых ощущениях. Сухарь был черствый. Наверное, не один год валялся в подсобке. Прожевав, я ощутила необычное послевкусие, словно вместо сухаря из муки и дрожжей ела пенопласт.Я осмотрела пакет в поисках срока годности, но информация была затерта. На месте сведений о составе продукта, о производителе и дате производства была одна большая черная клякса. Проверка других пачек дала тот же результат.− Наверное, продукты просрочены, − предположила я. − Отсюда проблемы со вкусом. Но в случае с хлопьями и сухарями это не страшно. Вряд ли мы отравимся.− Пожалуй, ты права. Кроме того ничего другого у нас все равно нет.− Прибережем что-нибудь на ужин, − как бы мне не хотелось доесть сухари, я заставила себя думать о будущем. Едва ли лис будет появляться каждый раз, когда я проголодаюсь и любезно отводить меня к продуктам.− И с запахом что-то не так, − Марк не торопился расставаться с едой. − Понюхай.Он протянул мне сухарь, и я глубоко вдохнула, а потом еще раз и еще. Ничего. Сухарь никак не пах. Я подобрала пустую пачку хлопьев и зарылась в нее носом, но коробка не имела запаха. Если задуматься, то и съеденная накануне шоколадка не могла похвастаться свойственным шоколаду ароматом, но тогда я не обратила на это внимания.− Я ничего не чувствую, − призналась я.− А я опасался, что дело во мне. По-видимому, местная еда не имеет запаха.− Или мы утратили одно из пяти чувств. Надеюсь, за обонянием не последуют другие.