Глава 12

Дверь распахнулась и Евгений ворвался в комнату Риты как ураган.

— Мог бы постучаться, — Рита поднялась из-за стола, где сидела за ноутбуком, изучая местные легенды.

— Ты ментов вызвала? — зарычал он, подходя к ней вплотную.

— Нет, зачем? — удивилась Рита. — Кто их вызывает? Они сами приходят.

— Не ври. Живешь в моем доме, жрешь в три горла и тут же гадишь! Чего ты копаешься в грязном белье, чего хочешь найти? Думаешь, Маринка тебе денег оставила? Не оставила. Ничего тебе не положено. Так что угомонись!

— Что ты говоришь? — искренне возмутилась Рита. — Ты пьян?

— Я, в отличие от твоей сестры, не пью до белой горячки. Что ты в полиции наплела, что они сюда притащились?

— Полиция делает свое дело. Разбирается, почему умерла моя сестра.

— Чего тут разбираться? Был сердечный приступ. Патологоанатом дал заключение. Марину похоронили. Все. Так чего вы вынюхиваете?

Рита отступила от Евгения на пару шагов:

— Прекрати орать, — потребовала она. — Чего ты психуешь, если все чисто? Отчитаются они перед руководством и закроют дело. Можно немого потерпеть неудобства, — она пытливо посмотрела на зятя. Тот мерил широкими шагами комнату и сердито сопел носом, как разъясненный носорог. — И я у тебя не жру, как ты выразился. Я себе еду покупаю. Спроси у Анны Андреевны. И готовлю я себе сама. Не утруждаю ее и не объедаю тебя. После сорока дней я уеду и больше мы не увидимся. Это я тебе обещаю. Могу и сейчас уйти, раз ты так хочешь. И пусть полицейские все вопросы задают тебе. Лично мне от них скрывать нечего. Спросят, почему я уехала, отвечу, что ты меня выпроводил.

Последнее замечание охладило гнев Евгения. Он остановился, шумно выдохнул и повернулся к Рите:

— Извини, погорячился. Сама понимаешь — полиция в доме не может не раздражать. Анна Андреевна сказала, завтра они с обыском придут. Перевернут тут все, и ради чего?

— Не придут они, не переживай, — усмехнулась Рита. — Они блефовали. Вдруг Анна Андреевна разрешит осмотреться? Ну кто им ордер выдаст и на основании чего? — пусть Женька успокоится и поверит — Рита ему не враг. — Да и что им искать?

Да она и не враг. Пока, по крайней мере. Она только хочет разобраться, от чего умерла Марина.

— Да, ты права, — согласился Евгений. — Я весь на нервах после смерти жены. Мне ее очень не хватает…

Слова прозвучали не слишком убедительно, но Рита сделала вид, что поверила и обняла Евгения:

— Мне ее тоже не хватает… Мне надо чем-нибудь занять себя. Сегодня закончу разбирать ее вещи, там немного осталось.

— Спасибо, — изобразил на лице благодарность Евгений. — Точно ничего не хочешь взять себе?

— Нет, мне ничего не подойдет. И фигуры у нас были разные, и образ жизни. Некуда мне носить ее брендовую одежду.

— Тогда рассортируй что осталось. Отбери то, в чем она ходила на фитнес и занималась споротом. Отвезу в детский дом. Их выпускникам подойдет. А вечерние платья в театральную студию. То, что совсем новое — отложи отдельно.

— Поняла, — кивнула Рита. — Сегодня-завтра все разберу.

Неужели хочет продать новые вещи? Впрочем, почему нет? Это его право. Ведь за все в свое время платил Евгений. Только как-то это мелочно. Но не ей судить об этом.

Не стоит откладывать дела в долгий ящик. После разговора с зятем Рита отправилась в комнату сестры и первым делом обыскала ее. Но бутылку не нашла. Скорее всего Марина не стала бы прятать ее у себя. Вполне возможно, Марина подозревала — муж может догадаться о ее заначке и в очередной раз разразится скандал о ее пристрастии к алкоголю.

Мешки с вещами Рита сложила у двери спальни, закрыла дверь, прошла по коридору. На кухне гремела посудой Анна Андреевна. Рита тихо поднялась на второй этаж. В комнате Евгения работал телевизор. Ужинать он будет через полчаса.

Рита вернулась в гостиную, и начала методично обыскивать ее. Собственно, обыскивать там было особо нечего. Она заглянула в напольные вазы. Но в них в день похорон стояли цветы, значит бутылки там быть не может.

Камин постоянно топят, и там ничего спрятать нельзя. Попробовала поднять сиденье кресел и дивана. Нет, они прикреплены намертво и не открываются. Рита подошла к двум книжным шкафам, открыла одни из них. Никому не нужные собрания сочинений стояли ровными рядами. Интересно, их хоть когда-нибудь кто-то хотя бы открывал? Какой-то Гладилин, какой-то Соколов. О них Рита даже не слышала. Может, и хорошо писали, только кто их сейчас читает? Прошло их время…

А вот Солженицына Рита даже пыталась читать. Не пошло, не ее это…

Рядом с классиками советской литературы разместились зарубежные. Их, очевидно, расставляли по цвету корешков. Чтобы сочетались. Дюма и Мопассан были Рите знакомы еще со школы. Она невольно погладила корешки книг, словно здороваясь со старыми знакомыми. Но и эти прекрасные авторы стояли непрочитанными в дорогом антикварном шкафу.

Рита вынула несколько книг. За ними оказался еще ряд. Похоже, отец Евгения считал, что так удачно вкладывает деньги. Когда-то книги можно было выгодно продать. А теперь только даром отдать в библиотеку или сдать в макулатуру. Печально, но таковы нынешние реалии.

Быстро пробежавшись взглядом по полке, Рита убедилась, что тут ничего не спрятано. Да и бутылка бы сюда не влезла по высоте. А вот на нижней полке вполне могла уместиться.

Вынув наугад три книги из центра, Рита замерла от радости. В полумраке блеснул пузатый бок бутылки. Рита вытащила из кармана бумажные салфетки, осторожно достала с полки бутылку. Рядом оказался и стакан. Она поспешно вернула книги на место, закрыла шкаф и поспешила в свою комнату.

Начала набирать номер Алекса. От волнения у нее дрожали пальцы.

— Я нашла бутылку, — выпалила она, даже не поздоровавшись. — И стакан.

— Отлично. Завтра сможешь мне передать?

— Лучше сегодня, — она глянула на часы.

Уже почти шесть вечера. За полчаса волне можно добраться до центра.

— Если тебе не поздно, подъезжай в офис, — согласился Алекс.

В дверь постучали. Рита заметалась по комнате, не зная, куда засунуть бутылку, стоящую на столе. Судорожно прижала ее и стакан и изголовью кровати и закрыла подушкой.

— Да, входите, — Рита сунула мобильник под покрывало.

В спальню вошла Анна Андреевна:

— Евгений Павлович приглашает поужинать с ним, — едва разжимая губы проговорила она. — Сказал, что я тебя не кормлю.

— Зря он так сказал, — пожала плечами Рита. — Видимо, мы друг друга не поняли.

Она пошла за домработницей.

Евгений сидел в столовой. Указал ей на стул рядом с собой:

— Присаживайся, поужинай.

— Нет, спасибо, — отказалась она. — У меня встреча с подругами. В кафе идем.

— Значит, без обид? — усмехнулся Евгений.

— Разумеется. Какие обиды?

Анна Андреевна скрестила руки на груди и смотрела на Риту подозрительно прищурившись.

— Так я могу идти? — повернулась она к хозяину.

— Разумеется, — коротко кивнул домработнице. — Рита, я не против, если ты будешь есть вместе со мной, — разрешил ей Евгений.

— Спасибо, но я страшно привередливая, — улыбнулась в ответ Рита. — Предпочитаю готовить сама. Вы же не возражаете, Анна Андреевна? Я за собой все всегда убираю.

— Убираешь, — пробурчала домработница, — Только после твоей уборки ничего не найдешь. До завтра, Евгений Павлович.

— До завтра, — кивнул ей Рогулин.

Вернувшись к себе, Рита осторожно положила бутылку в новый пакет, понюхала стакан. Коньяком он не пах, но на дне засохло прозрачное темное пятнышко. Стакан Рита упаковала в другой пакет.

Евгений сидел в гостиной и смотрел в ноутбук, стоящий на чайном столике.

— Привет подружкам, — поднял взгляд на Риту. Рита не поняла, говорил он с иронией или нет.

— Передам, — в тон ему пообещала она.

Если бы Евгений или Анна Андреевна захотели, то без особого труда нашли бы спрятанную Мариной бутылку. Скорее всего никакого яда в ней и в помине нет. Прошло достаточно времени, чтобы заменить ее. Тогда зачем оставлять ее? Чтобы убедить — Марина умерла в результате естественных причин от сердечного приступа и любви к выпивке.

Рита миновала пункт охраны коттеджного поселка, дала газа, и Хонда понеслась по пустынной дороге.

До выезда на трассу, оставалась меньше полукилометра. Рита заметила в зеркале заднего вида старенькие потрепанные жигули «Копейку». Они следовали за ней, но у трассы свернули к лесу.

Рита мысленно отметила, что таким раритетным автомобилем в роскошном коттеджном поселке может владеть либо сторож, либо мусорщик. Анна Андреевна водила не новую, но вполне приличную иномарку. «Копейки» сейчас вообще редкость. Практически антиквариат.

Однако сейчас Рите было интереснее узнать мнение Александра о ее находке, чем думать о потрепанных «Жигулях». Что Соловьев скажет про бутылку? Есть в ней яд или нет?

Мысли плавно перешли в другое русло и скоро Рита забыла о странной машине.