Глава 18

Девять дней отмечали дома. Приглашенных было немного меньше, чем в ресторане. Служащие кейтеринга работали слаженно и походили на муравьев. Каждый четко выполнял свою роль.

Анна Андреевна время от времени пыталась дать совет или высказать веское мнение. Ей кивали, и даже не делали вид, что слушают. «Да, да, конечно, не беспокойтесь, да, да, разумеется…»

— Эти бандиты перевернут мне вверх дном всю кухню, — чуть не плакала домработница. — Дурдом, а не поминки. Будто я не могла все это приготовить. Так нет, надо было вызвать целую армию бездельников, — жаловалась она Рите, зашедшей на кухню выпить чая.

— Пойдемте ко мне, — предложила Рита домработнице. — Наше мнение все равно никому не интересно. До завершения поминок можете отдыхать.

— Ну да, а потом мне мыть за ними полы. Натоптали как стадо слонов. И кухню изгваздают. Напялили бахилы и перчатки и думают, что все у них стерильно. Посоветовала бы я им кое-что еще надеть, да уж лучше промолчу.

— Я вам помогу убраться, — пообещала Рита.

— Не откажусь, — слабо улыбнулась домработница. — Ненавижу, когда на моей территории хозяйничают. Ничего потом не найдешь.

Рита забрала чайник, Анна Андреевна прихватила чай и сахар. Хотела взять конфеты, но Рита ее остановила:

— У меня есть. Вчера знакомый накупил. И конфет, и печений. Даже пирожные есть.

— Хороший у тебя знакомый, — по-доброму усмехнулась домработница.

В комнате Риты было прохладно. Она никогда не любила жару, даже зимой открывала окно. Свежий воздух бодрит, сон под него здоровый, утром голова свежая.

Масяня дремала на своей подушечке в углу. Услышав шаги, подняла голову, убедилась, что это не враги, а всего лишь ее хозяйка привела к себе гостью. Домработницу Масяня откровенно побаивалась. Уж слишком та строгая. Смотрит пронзительно, говорит отрывисто. И Масяня ей совсем не нравится, судя по сердитым взглядам, что она всегда бросала в сторону кошки.

Но на этот раз домработница смотрела по-доброму. Даже слегка улыбалась. Масяня зевнула, положила голову на передние лапки и прикрыла глаза, продолжая следить за тем, что происходит в комнате. Мало ли что? Вдруг домработница захочет ее украсть и забрать себе? Ведь Масяня такая красавица!

— Хорошая у тебя кошка, — кивнула в сторону Масяни Анна Андреевна. — И правда ведет себя нормально. Не шастает по дому, сидит в комнате и гуляет по саду. Не орет по ночам. Воспитанная.

— Да, она у меня умница, — Рита включила чайник и поставила на стол все, что принес вчера Алекс.

— А я винца прихватила, кагор, — домработница извлекла из бездонного кармана фартука небольшую бутылочку. — Помянем твою сестру Марину.

Налила в чашки немного вина. Анна Андреевна вздохнула.

— Ну, земля ей пухом и вечная память. Хорошая она была, беззлобная. Почти. Иногда так на меня орала, что стекла в окнах звенели… — не удержалась домработница. И тут же смутилась: — Говорят, о покойниках хорошо или никак. Зря я так сказала. Хорошая она была. Просто хорошая и все, — покосилась на потолок Анна Андреевна, словно опасаясь что тот разверзнется и ее поразит молния разгневанного ангела.

Выпили молча, не чокаясь, как и положено на поминках.

Рита протянула Анне Андреевне пирожные:

— Очень вкусные, хотя и мелкие. Берите сразу несколько.

— Под кагор самое то, — удовлетворенно заметила домработница, запуская пятерню в коробку с пирожными.

— И еще миндальные печенья, — продолжала почивать ее Рита. — Не сообразила колбасу и сыр купить по дороге из больницы.

— Да ничего, — Анна Андреевна с удовольствием откусила пирожное. — И правда очень вкусно. Ты на поминках поешь, да и мне что-то с барского стола перепадет. С голоду не помру. Вот только мне интересно, придет Светлана на поминки или нет?

— Светлана это кто? — осторожно спросила Рита.

— Хрен ее знает, — пожала плечами Анна Андреевна, наливая еще кагор. — Знакомая Евгения Павловича. Он с ней иногда прогуливался. Вон там, — кивнула она в сторону леса. — Я два раза видела. Но гуляли просто так, без обнимашек. Не думаю, что она его любовница. Вот и вопрос? Кто она такая?

— А откуда вы знаете, что ее Светланой зовут? — удивилась Рита.

— Слышала, как он по телефону ее называл. А потом выходил через заднюю калитку. Она его там ждала. Прохаживалась вдоль забора. И шли они в сторону обрыву, откуда вид на реку. Назад он один приходил. Может, конечно, надо было об этом полиции сообщить… Но они не спрашивали, а мне еще тут работать. Ты меня тоже не выдавай, — предупредила Анна Андреевна. Похоже, ей было жизненно необходимо поделиться этой информацией. Не могла она держать ее в себе, просто сил не было.

— А вы ее одну видели? Без Евгения Павловича?

— Нет. Говорю же, всего два раза и видела. А говорил он с ней по мобильнику несколько раз. Я тогда подумала, что с любовницей. Но нет, не похоже. И говорил сухо и мало, и встречались как просто знакомые. Может, конечно, это для конспирации. О чем говорили тоже непонятно: «Да, нет, все как договорились».

— Как эта Светлана выглядит? — поинтересовалась Рита.

— Никак. Вот вообще никак. Штаны, куртка с капюшоном. Даже какого цвета волосы не видно. Но я подумала, что блондинка. Блондинки мужчинам нравятся. И у сестры твоей были светлые волосы. Натуральные. Это сейчас такая редкость. А вот в кого у тебя темные?

— В маму, — Рита, наконец, разлила по чашкам чай. — Мы с Мариной вообще были непохожи. Ни внешне, ни характером.

— Да, такое бывает. Генетика штука сложная. Не знаешь, где и что вылезет. Кто-то болезни унаследует, кто-то красоту, а кто-то гением станет у родителей идиотов, — со знанием дела заметила Анна Андреевна. — Ну и наоборот тоже бывает. И намного чаще. Не зря говорят: на детях гениев природа отдыхает.

На это возразить Рите было нечего.

— Но, как мне кажется, хозяин чисто дружит с этой Светланой, не любовник они, нет, — продолжила Анна Андреевна. — Голос, когда он с ней говорил, становился мягким, но не эротичным, я бы так сказала. Может, со школы знакомы, или с института. А может где еще познакомились. Вот и интересно, придет она на поминки, или нет? Многие любят на такие мероприятия ходить. Себя показать, на других посмотреть. И главное, тут все демократично. Я бы на ее месте пришла. Не выгонит ее Евгений Павлович, не положено на поминках никого выгонять. Грех! — наставительно подняла указательный палец домработница.

Трудно сказать, что было интереснее Анна Андреевне: посмотреть на потенциальную любовницу хозяина или на реакцию именитых гостей. Ведь визит незнакомки наверняка будет неожиданностью для большинства.

Рита не сомневалась — Светлана не придет. Раз Евгений не афишировал свое знакомство с ней, значит и на поминках ей делать нечего. Не все такие любопытные, как Анна Андреевна.

Наличие таинственной знакомой у Рогулина заинтриговало Риту. Кто же она такая? Их встречи не были тайными. С любовницами за забором не встречаются.

Значит, в случае чего, Евгений всегда мог бы объяснить жене, зачем он виделся с незнакомкой, и кто она такая. Или ему в последнее время вообще было наплевать на Марину и ее чувства?

Ровно в полдень всех пригласили к столу. Рита присела в самом конце. В столовой висел ровный шум голосов. Снова блистали траурными туалетами дамы, мужчины общались, время от времени сокрушенно кивая головами, изображая сочувствие. И тут же сдержанно смеялись над каким-нибудь метким выражением или удачной шуткой.

Обычная светская вечеринка. Только проходит днем и под классическую музыку. Струнный квартет расположился на втором этаже, на площадке, ведущей в личные покои хозяина. Играли легкую музыку. Слегка задумчивую, романтичную, нежную. Вивальди, Моцарт, немного Верди, чуть-чуть Пуччини. Не слишком траурно, но задумчиво. Все очень мило и со вкусом.

Звенел под серебряными приборами фарфор, искрились вино, коньяк и виски в хрустальных бокалах, звучали трогательные речи. Вспоминали о Марине с легкой светлой грустью. Еще немного, и Рита поверит, что ее сестра была святой.

И снова печаль постепенно уступила место обыденности. За столом уже слышался откровенный смех. Гости вспоминали забавные случаи. Сначала связанные с Мариной, потом про Марину вообще забыли.

Илларион, возглавляющий холдинг медицинских препаратов «Здравие» уже изрядно поднабрался и подкатывал к какой-то роскошной даме бальзаковского возраста. Похоже, ему все равно кого кадрить, когда он под шафе. Дама благосклонно слушала комплименты и играла длинной ниткой жемчуга. Илларион время от времени ржал, как жеребец, его собеседница мило улыбалась.

Дама пришла на поминки одна. Илларион вообще был одинок, как он сообщил Рите на похоронах. Похоже развлечение на сегодня он себе нашел.

Вдовец общался с гостями, подзывал официантов и давал указания, кому что налить. Алкоголь лился рекой. Евгений даже не старался выглядеть удрученным. К чему притворятся? Тут все свои. Все знают, что последнее время в семье Рогулиных все было сложно. Да, жаль Марину, но без нее жизнь Евгения стала намного проще. Прочь лицемерие, долой обывательскую мораль!

Была ли Марина счастлива в браке с олигархом? Радовалась ли она жизни в роскоши? Рита надеялась, что так и было. Ведь сестра столько сил положила, чтобы достичь желаемого. И снова Рите стало грустно. Сейчас до ее сестры никому нет дела.

Рита обвела взглядом пьющих и оживленно болтающих гостей, вздохнула и прошла на кухню.

— Ну что, можно загружать посудомойку? — спросила она у Анны Андреевны, сидящей у стола с опущенными плечами. — Второе уже почти доели. Потом десерт и все.

— Какое там все, — вздохнула домработница. — Ты посмотри, сколько шампанского и прочего горячительного, — кивнула она на ящики в углу. — До позднего вечера не разойдутся.

Она тяжело поднялась, потерла поясницу, открыла посудомойку:

— Давай посуду. Эти товарищи из фирмы мыть ее не будут. Вот что хочет пусть Евгений Павлович говорит обо мне, а в девятнадцать ноль-ноль я уйду. И убирать свинарню, которая останется после хваленой конторы, я буду только завтра. Доплатил бы мне, я бы все не хуже организовала. Причем одна. Так нет, надо обязательно посторонних людей полон дом нагнать. Ну ладно бы официанты. Без них никак. Но три повара-то зачем нужны? Я что, готовлю плохо? — ворчала домработница. — На хрена еще какая-то баба? Типа, организует она все тут, координирует. Да ничего она не организует, ничего не координирует, только задницей вертит перед Рогулиным. «Это туда, это сюда, все ли вас устраивает, Евгений Павлович, всем ли вы довольны, может, что еще желаете?» — передразнила Анна Андреевна. — Не поминки, а балаган с приглашенными клоунами.