Глава 17

Следом раздался знакомый женский визг. В два шага Коллингейм оказался у перил и повторил прыжок. Себастьян стоял почти в центре зала в стойке и крутил головой. Кайса стояла у него за спиной. Лола сидела на коленях возле раненого аборигена. Неподалеку, свернувшись клубочком, визжала «Ещё», всё также укутанная с ног до головы. По периметру помещения, у разбитых окон стояли профессиональные бойцы, в броне, шлемах и с автоматами-бластерами.

– Девушки, медленно ложитесь на пол, – как можно спокойнее произнес Алекс, заходя за спину Себу и на всякий случай, тоже медленно, вынимая оружие. Толку от него против такого противника – чисто, чтобы не безоружным умирать.

Лола послушалась и легла возле диванчика, прикрыв голову руками. Молодец, девочка. Нечто в платке рухнула, свернувшись в позу эмбриона. И заткнулась. Дышать стало легче.

– Кайса, пожалуйста, тоже, – попросил китиарец свою валькирию, которая даже не шевельнулась. – Ты нам не поможешь.

Блондинка сделала несколько шагов и улеглась рядом с раненым аборигеном.

Между захватчиками и предыдущей партией захватчиков повисла тяжелая тишина, прерванная чуть слышным скрипом входной двери. Алекс дернул головой в сторону источника звука. В помещение вошел лже-Мисима, как и все стоящие, одетый в камуфляж.

– Сколько будет трижды восемь, уважаемый Ли-сан, – церемониально склонил голову Коллингейм, повернувшись корпусом к собеседнику.

– И вам не болеть, дорогой Алекзандер, – мягко улыбнулся чайниз, чуть кивнув головой. – Что это вы с другом беспорядки учиняете на чужой земле? Нехорошо это.

– Это не мы, – скопировав интонации недавнего собеседника, возразил детектив. – Это вы. Это у вас китиарок воруют. Оружием торгуют из-под полы. Какой же это порядок? Бардак какой-то. А мы просто хотим вернуть своё.

– Кто здесь китиарка, и где продают оружие? – спокойно поинтересовался массажист. По совместительству.

– Китиарка не здесь. Китиарка там, где продают оружие, – ответил Алекс.

– Вы меня совсем запутали. Если китиарка не здесь, то что же здесь делаете вы?

– Мы ее догоняем, мистер Ли. Она была здесь совсем недавно, и даже навставляла здешним гостеприимным хозяевам, чтобы не воровали без спросу. Но торговец оружием забрал ее раньше, чем мы успели добраться.

– И кто же он, этот злодей, дорогой Алекзандер? – тонкой иронией показывая свое отношение к словам собеседника, задал очередной вопрос Мисима-Ли.

– Чет Эл Вальтер.

– И как он это делает у нас под самым носом?

Последние кусочки головоломки встали на свои места. То, что минуту назад было блефом, превратилось в аргументированную версию.

– Всё очень просто. Чет постоянно на людях. В прошлом – космодесантник. Идеальная кандидатура вне подозрений. На Парадизе идеальный космопорт с локальной системой видеонаблюдений. Воры и мошенники не могут прорваться через фейс-контроль. Но пираты не «светятся» в Союзных криминальных базах. Когда человек встречается лицом к лицу с пиратом, обычно или первый, или второй погибает. Чтобы развиртуализироваться, покупателю достаточно сказать правильный отзыв на универсальный пароль: «Люди делятся на тех, кто по доске идет, кто на ней стоит, и кто на ней живет». Потом под видом оборудования для дайвинга на корабль заказчикам доставляется оружие. Здесь наверняка жесткий досмотр на въезде, полное его отсутствие на выезде. Особенно, для частных рейсов. Планета аграрная, что опасного отсюда можно вывезти? Схема безупречна. Единственное слабое место – грузчики. Всю черновую работу здесь выполняют местные. Которые любят совать нос, куда не следует. И могут узнать то, что знать не надо. Зато если им пригрозить, что «лавочка» с поиском жен может накрыться весьма негуманным методом, они верят. Потому что знают: шантажист имеет всё, чтобы выполнить угрозу. Когда Чет пожелал, чтобы аборигены украли для него китиарку Тайни Роул, прилетевшую сюда по документам Хэлли Купер, они безропотно выполнили требование. Так что для решения наших с вами проблем нужно одно – найти Чета Эла Вальтера.

– Почему ты думаешь, что Чет не заодно с ними? – спросил Себастьян, который излучал такие волны напряжения, что Алекс побаивался, не снесет ли его ненароком.

– Лицом не вышел, – коротко отрапортовал Коллингейм. – Триада – этническая группировка. Они не жалуют чужаков.

Со стороны двери раздались медленные хлопки.

– Гениально, мой дорогой самурай. Если вы окажетесь правы, я буду вашим должником. Мы сделаем всё, чтобы найти Вальтера и узнать, где ваша девушка. А сейчас вы должны покинуть частную территорию.

– Кайса идет с нами, – безапелляционно заявил Себастьян.

– Да, я иду с ними, – блондинка поднялась с пола. – Я журналистка. Но клянусь, что ничего из здесь произнесенного не выйдет на страницы СМИ.

– Мне не нужны ваши клятвы, – Мисима-Ли чуть скривил рот. – Вам просто не дадут опубликовать то, что опубликовывать не нужно.

– Каким аэрокаром мы можем воспользоваться? – спросил Алекс.

– Вас проводят.

Чайниз сделал знак одному из своих бойцов. Тот коротко кивнул, подтверждая приказ, и направился к двери. Алекс, Себ и Кайса шли за ним. Сказать, что портье отеля не был рад Алексу – ничего не сказать. Но путевка с открытой датой лежала перед ним, и он был вынужден поселить детектива в резервный номер. Остатки ночи Коллингейм досыпал там. Если то беспокойное состояние, в котором находился Алекс, можно назвать сном.

К утру измученный тревогой организм отключился, и, кажется, в тот же момент раздался вызов коммуникатора. Алекс еще не до конца проснулся, но вызов принял. Над коммом повисло лицо Мисимы-Ли.

– Детектив, мы нашли его. Он мертв. Девушки с ним нет, – обрушил чайниз сразу.

В голове у Коллингейма просветлело, как по мановению волшебной палочки. Видимо, всё то, что хотел сказать детектив, было написано у него на лице.

– Мы нашли его мертвым, – уточнил триадовец.

В один момент Алекс осознал всё то, что Тайни безуспешно пыталась ему втолковать во время поисков ее брата. Понял всю ее паранойю, ее стремление всё держать под контролем и всё делать самой. Возможно, – конечно, возможно, – что инструктора уже нашли мертвым. Возможно, его искали так быстро, как могли. Но ведь остается шанс, что если бы Алекс не выпустил из рук вожжи, Тайни сейчас была бы свободна.

– Мы остановили все вылеты, будем прочесывать корабли. Собираем информацию о тех местах, где Вальтер бывал. Содержимое склада его магазина подтвердило вашу версию.

– С-спасибо, – выдавил Коллингейм и вырубил комм.

Алекс с трудом удержался от того, чтобы швырнуть невинное устройство в стену. Ведь запасного нет. Он бросил комм на кровать. Мозг работал со скоростью миллион операций в секунду, чтобы найти выход из безвыходной ситуации. Сидеть и ждать, пока они найдут еще один… еще одно… Нет, нужно что-то делать! Сколько времени потребуется Виктору, чтобы взломать местную коммсеть? Сколько времени потребуется на то, чтобы засечь сигнал медчипа с аэрокара? Алекс потянулся за коммом, и тот зазвонил. Коллингейм снова принял вызов, и над коммом возникла сияющая физиономия рыжего клиента Чета – Зверя.

– Привет, детектив! – с улыбкой во все тридцать два зуба на небритой морде поздоровался он. – Ты, говорят, что-то потерял?

Мозг сообщил Алексу, что во вчерашнем гениальном инсайте оказались забыты покупатели оружия, с самыми очевидными кандидатами на роль которых Алекс пил пиво под чилимов в «Альбатросе».

– Что с ней? – спросил Коллингейм.

– Жива и практически здорова. Но мы тут не при чем. Мы просто избавили ее от этого ублюдка Чета. Так что ты можешь ее забрать, – щерился Зверь. – Как только поможешь нам, разумеется. К сожалению, благодаря твоей неуемной активности мы оказались в опасной ситуации. Вот-вот по космолетам пойдут косоглазые. Нам бы хотелось улететь раньше, чем они доберутся до нас.

Он растянул сомкнутые губы с выражением лица «ну, ты понимаешь» и развел руками для усиления эффекта.

– Я ничего не имею против твоей девчонки. Не понимаю, с чего все эти высокие трагедии, если честно. Но тебя с нею, по крайней мере, многое связывает.

До Алекса дошло, что он, вообще-то, детективом не представлялся, и о своем близком знакомстве с Роул эту компанию не информировал.

– Не нужно на меня так смотреть, – ухмыльнулся рыжий. – Вы же на своем копеечном Атоване, как два бакса, прямо сверху лежите. Вот дебила Чета понять не могу. Чего ему шлея под хвост попала? Видимо, просто корона наросла. А тут девка продинамила. А Вальтер к этому непривычный. Был. Неважно. Короче, детектив Алекзандер Коллингейм, слушай сюда. У тебя есть два часа, чтобы найти для нас возможность вырваться отсюда. Два. Часа.

Вбитые в Алекса правила утверждали, что с шантажистами переговоры не ведут. В шестидесяти процентах случаев после выполнения требований заложник не возвращался. Во всяком случае, живым.

– Детектив, не стоит морщить лобик в попытке решить нравственную дилемму, – продолжал Зверь. – Ты своей гениальной, но куриной башкой просто не понимаешь, куда взлез. Между какими людьми встал. Нас не возьмут живыми. Не потому что мы так мечтаем самоубиться. А потому что нам не дадут сдаться. Нас подорвут, как только Большим Людям станет понятно, что их спокойная жизнь под угрозой. Поэтому – два часа. У тебя есть два часа, чтобы придумать, как нас спасти. Потому что не станет нас – не станет девушки.

– Мне нужны гарантии, – произнес Коллингейм, просчитывая варианты.

– Хорошо. Смотри.

Картинка над коммом сменилась. На ней была кровать с резными спинками, к которым была привязана Тайни. Простынка прикрывала ее тело, на котором, судя по видневшимся голым плечам, ничего не было. Глаза китиарки были закрыты.

– Тай! – крикнул детектив. Он был намерен убедиться, что девушка жива. Просто, чтобы тяжелый узел, в который завязался желудок с кишками, наконец ослаб.

– Алекс, – прошептала пленница, не открывая глаз. Жива.

– Время идет, детектив. Поменьше рефлексируй, побольше делай. И помни: весь мир не спасешь. Но в твоих силах спасти свою девушку.

Изображение исчезло. Теперь вариантов не осталось. Коллингейм набрал Майера. Тот ответил на удивление быстро.

– Виктор, вопрос жизни и смерти, – начал с места в карьер детектив. – Жизни и смерти Тайни. Вводные данные: космопорт на Парадизе. Без доступа в Макросеть. Вылеты временно запрещены до выяснения обстоятельств. Нужно дать возможность одному из космолетов улететь с планеты.

– Что с ней? – по лицу Майера невозможно было что-либо прочесть.

– Не знаю. Единственное, что могу сказать наверняка – сейчас она жива. Мне ее показали.

– Во что она вляпалась на это раз?

Коллингейм в глубине души был благодарен Виктору за то, что вопрос не прозвучал в формулировке: «Как ты допустил, чтобы ее похитили?» Ответить на него было бы гораздо сложнее. Алекс вкратце обрисовал основные события. Что скрывать-то? Майер воспринял рассказ с истинно китиарской невозмутимостью.

– То, что сеть локальная, это плохо, – подвел он итог. – Вирус я сделаю, но тебе придется доставить его вручную. Как ты это сделаешь, не знаю, но необходимо обеспечить обмен данных между твоим коммом и устройствами, включенными в систему космопорта.

– Понял.

– Нужен местный протокол разрешения на взлет. У Марсо должен быть, если вы вчера взлетали. Данные пиратского корабля – если они хотят уйти тихо и без помпы. Всё.

– Сколько времени тебе нужно на работу? – уточнил Алекс, на ходу одеваясь.

– Около часа.

– Я лечу в космопорт на местном аэротакси. Все коммуникации в текстовом режиме, чтобы избежать лишних глаз и ушей.

– Принято. Детектив! – окликнул китиарец, когда Коллингейм уже собирался нажать отбой. – И что, тебя не мучают угрызения совести? Воспаленное чувство долга? Ты же фактически отпускаешь на свободу убийц. Причем не просто отпускаешь, а с оружием. Они этим оружием потом кого-то убьют.

– Майер, я не на кушетке, а ты – не мой психоаналитик. Свое воспаленное чувство долга я оттопчу себе без посторонней помощи. До связи.

– До связи.

Майер отключился. Вопросы арифметики последние дни Алексу не давались. Что ценнее: жизнь Тайни или десятков незнакомых людей, которые погибнут при его попустительстве? Коллингейм отказывался укладывать чаши весов допустимые потери. Совесть, чувство долга, нравственность – на растерзание всему этому Коллингейм отдастся через два часа. А пока он заказал трансферт, разбудил китиарца и связался с рыжим, который неожиданно оказался истинным капитаном своей банды. Впрочем, эти ребята – люди бывалые, умеют правильно смещать акценты. Аэрокар прибыл через десять минут. Еще через полчаса Майер сбросил вирусный файл. В космопорт детектив прибыл спустя час десять после звонка Зверя.

В порту царило оживление. Несколько регулярных пассажирских рейсов были отложены из-за тайфуна. И вновь задержка. Теперь – из-за осмотра багажа и проверок звездолетов. Именно эти рейсы подарили Тайни отсрочку. В первую очередь досматривали крупные космические лайнеры. Частная мелочевка ждала своего часа. До них в очереди стояли сотни рядовых отдыхающих. Пассажиры не сдерживали возмущений. Самым нежным из услышанного Коллингеймом было «жирные ленивцы». Это – почти любя. Хорошо, что тут не было детей. Парадизы позиционировались как курорты для отдыха взрослых. Дети хуже переносили межзвездные перелеты, требовали особых условий, послеполетной реабилитации и вообще массы дополнительных капиталовложений. Поэтому космопорт сейчас хотя бы не оглушал многоголосый детский рев. Но даже взрослого рева хватало сотрудникам, чтобы пар начал сочиться у них из ушей. И как в этой ситуации ненавязчиво получить доступ к местной сети?

Алекс решил не рисковать, и отправился прямиком в офис вылетов. Это было простое решение. Сложнее было решить, что же там сказать. Не скажешь же: «Здравствуйте. Мне нужно запустить вам вирус. Не будете ли вы любезны дать мне допуск в сеть?»

За стеклянной дверцей офиса сидела единственная работница, обладательница основательного возраста, веса и экстремально-фиолетовых волос. До радужной Саманты она не дотягивала, но двигалась в том же направлении. Остальные столы были свободны. Похоже, всех, кто мог перемещаться без антигравитационной платформы, отправили на помощь в досмотре.

– Добрый день! – широко улыбнулся Коллингейм. – Я хочу подать заявку на вылет.

– «Оформить запрос», – неожиданно глубоким басом ответила дама, и у детектива закралось подозрение в правильности определения пола.

– Да, да! Точно. Правильно. Оформить запрос. Точнее, я его уже оформил. Можно, я его вам скину?

– Не «скину», а «отправлю», – поправила его ходячая, хотя на данный момент сидячая, гендерная интрига.

– Отправлю, – согласился Алекс. – Скопирую. Всё что угодно. А как?

– Код адреса для отправки на стенде, – фиолетово-волосое нечто ткнуло себе за спину.

Алекс набрал запрет отправки, несколько раз безуспешно понажимал клавиши, после чего как можно беспомощней пожаловался:

– Не получается.

– Что там может не получаться? – «гендерная интрига» поднялась из-за стола, и Коллингейм окончательно растерялся. Вторичные половы признаки у «этого» отсутствовали напрочь. Небольшая грудь – не аргумент, при ожирении по женскому типу у мужика может быть и больше.

– Ничего, – признался детектив и протянул комм «интриге».

Та (или «то») покрутила(ло) комм в руках, несколько раз навело его на код и от души нажало на всё, до чего дотянулось своими сосисками. Безрезультатно, разумеется.

– У вас комм поломанный, – сделало он вывод.

– Да, нет. Вроде работает. А может, я его так, напрямую, отправлю. Ну, по сети. Можно? – спросил Алекс с улыбкой дебила, надеясь, что, увидев родственника по интеллекту, «интрига» расслабится.

– Не положено, – заявило фиолетовое.

– А почему? – искренне удивился Коллингейм. – Ну, пожалуйста! Нам завтра улетать, а я со своим напарником никак не могу связаться. Понимаете, я немного, – детектив выполнил характерный щелчок о горло и, понизив голос, в нос закончил: – перебрал. Если он узнает, что я до сих пор не подал документы, он меня тут и бросит. Ну, пожалуйста, – заканючил Коллингейм. – Я буду очень, очень благодарен…

Он постучал по комму, намекая, что не останется в долгу. Непонятно, на что рассчитывал клерк, учитывая, что комм клиента не работал на исходящие, но он согласился.

– Давайте, только быстро! – прошептал он, щелкнул по клавиатуре, открывая доступ в сеть с мобильного устройства, и начал записывать свой контакт для нескромной благодарности.

Коллингейм настроил отправку файла. Внизу мигал огоньком прогресс копирования вируса. Они скопировались практически одновременно. Следом Алекс, как порядочный… Точнее, порядочнАЯ. Свинья. В общем, он перевел фиолетовому небольшую сумму. Чтобы и не остаться совсем без денег, но заставить сообщника молчать во избежание заслуженной кары за взятку.

– Это же разрешение на вылет! – заявил тот самый сообщник.

– Как разрешение? Какое разрешение? – поразился Коллингейм. Актерские способности, похоже, тоже передаются половым путем, потому никогда раньше Алекс не лицедействовал в таком объеме.

– А так. Разрешение на вылет. Вчерашним числом, – злорадно заявило фиолетовое, но в следующий момент слегка побледнело, глянув взгляд в сторону двери.

Алекс посмотрел в том же направлении.

– Как вчерашним? И он вылетел? – детектив осел в клиентское кресло. И, наверное, тоже побледнел, потому что в паре десятков шагов от офиса вылетов Мисима-Ли беседовал с незнакомым мужчиной в форме.

– Сейчас проверю, – клерк с проблемами половой дифференциации подобрался и демонстрировал теперь воплощенную компетентность. – Да, Себастьян Марсо вылетел вчера в…

Клерк продолжал, но Алекс его не слушал. Мисима повернулся к кабинету и узнал посетителя.

– Я, пожалуй, пойду… Мне что-то нехорошо, – сообщил детектив и, вопреки своим словам, бодренько направился к двери. Ему удалось покинуть кабинет прежде, чем Мисима успел сунуть туда свой нос.

– Дорогой Алекзандер, доброе утро! – чайниз уважительно склонил голову. – Что вас привело в такое время в космопорт?

Сейчас сработает вирус, и вы сразу узнаете, думал Коллингейм. Или не сработает. Но тогда в любом случае кирдык.

– Доброе утро, Мисима-Ли-сан, – вежливо ответил Алекс. – Не смог усидеть на месте. Надеюсь, вы можете меня понять. Пытался выяснить у местного персонала, какие судна покинули порт до утра, но мой атованский значок не имеет здесь никакого веса.

– Мы уже проверили. Ночью успели вылететь всего четыре корабля. Ничего криминального. Но ваш товарищ может их проверить по своим каналам.

– Замечательно. Вы сбросите мне на комм данные?

Мисима кивнул.

– А как обстоят дела с поиском Тайни? – спросил Коллингейм.

– Делаем, что можем, – ответил триадовец и стал рассказывать, какие меры предпринимаются.

На непритязательный взгляд Алекса, – прямо самое очевидное, что бросалось в глаза – ловля покупателей была для Триады приоритетней. Поэтому Коллингейм всё сделал правильно. Даже если и неправильно. Он всё равно не смог бы по-другому.

От мыслей Коллингейма отвлек вызов комма.

– Простите, мне нужно ответить, – извинился Коллингейм, по возможности спокойно отошел от собеседника и включил гарнитуру.

– Молодец, детектив, – похвалил его рыжий. – Ты не волшебник случаем?

– Ага. Джинн, – съёрничал Алекс.

– Джин или волшебник – мне без разницы. Но разрешение у нас в кармане. Как только мы выйдем на орбиту, ты получишь координаты, – заверил его Зверь. – Только… ты мужик взрослый, должен понимать, что Чет с ней не в карты играл. Но, говорят, китиарки крепкие. Мы не при чем. Мы себе не враги, чтобы становится врагами Китиары. Удачи, детектив!

Рыжий отключил связь.

Алекс вернулся к Мисиме, потому что просто стоять и ждать было невыносимо.

– Шеф, там какой-то лось ошибочно выпустил корабль, – подбежал к ним спустя минут десять молодой чайниз.

– Извините, молодой человек, мне нужно отойти. Дела, – откланялся триадовец.

Коллингейм кивнул и вынул комм. На всякий случай. Словно ожидая этого, устройство звякнуло сообщением. На трехмерной карте пульсировала точка.

– Мистер Ли! – окликнул Алекс удаляющегося массажиста. – Мисима-сан!

Лже-джапаниз остановился.

– Мисима-сан, у меня есть наводка. Необходимо проверить. Дайте, пожалуйста, аэрокар.

– Сами справитесь? – уточнил он.

Алекс закивал головой.

– Ганг, проводи, – велел триадовец, и его молодой подчиненный повел Алекса в сторону стоянки. Коллингейм переслал сообщение Себу. Теперь спокойствие. Только спокойствие. И скорость.