Глава 3.

Будильник я не проспала только чудом. Быстро собралась и даже успела выпить кофе, радуясь, что на втором и третьем этаже кофемашину не слышно. Лифт в спорт зале уже работал, что не могло не радовать.

— Доброе утро! — улыбнулся тренер. — А ты бодрячком.

Сам он попивал крепкий кофе.

— Я дома успела кофе выпить, — улыбнулась ему. — Я быстро переоденусь.

— У тебя ещё десять минут.

Когда вернулась в зал, увидела знакомых мужчин. Мне сонно улыбнулись.

— Пошли разминаться.

После разминки нужно было сделать «гусеничку» — поползать по матам, используя руки. Я как-то тренеру рассказала про то, как упала и не могла доползти до кресла. Теперь я периодически ползаю едва ли не на скорость. Но это теперь воспринимается как веселье. Тренер лёг рядом и пополз вместе со мной. Когда сделали круг, он дал команду ползти к шведской стенке и подниматься на ноги.

— Что лыбитесь? — строго спросил он у мужчин, которые смотрели на нас. — Сейчас вы у меня тоже будете ползать, не используя ноги. Заодно расскажете, какие мышцы работают. Живо на пол и ползите до окна и обратно. Ногами не помогать, гусенички вы мои. И не нужно говорить, что вам яйца мешают. А ты, голубушка, стой, не опирайся на стену, просто придерживайся. Вот так, молодец, Мари. А вы чего лежите — ползите!

Парни хохоча, пока ползали.

— Так-с, Мариша, а теперь для тебя сложное задание, — сказал тренер, улыбаясь. — Алекс, шуруй к нам. Вытяни руки и дай Марише за них взяться. Мари, твоя задача — идти к нему, он будет просто страховать. Иди медленно, не спеша.

Было ощущение, что все, кто видел мои шаги, замерли и почти не дышали.

— Молодец, — похвалил Трой. — Обезболивающее пила сегодня?

— Нет, мне рецепт пока не продлили.

— Почему?

— Запись к врачу всё время передвигают.

— Алекс, отнеси её к коляске, пусть посидит, отдохнёт, и будем дальше заниматься.

У Алекса на руках было так хорошо. Не хотелось, чтобы он меня отпускал. Но кто я и кто он?! Он найдёт себе нормальную, не проблемную. Было неожиданно, когда в конце тренировки Алекс подошёл ко мне.

— Дай номер твоего врача.

— Я всегда звоню в больницу, а они записывают.

— Тогда давай номер больницы и имя врача. Хочу кое-что проверить. Не уезжай, возможно, ты сегодня попадёшь на приём. Будем немного хитрить. Неправильно, что тебя не принимают.

Я слышала, как Алекс с первого раза записался в больницу, притом его мой врач готов принять сегодня же через пару часов.

— Мариш, съездишь домой, возьми старые рецепты, встретимся на автобусной остановке недалеко от твоего дома. Я буду на машине и заберу тебя.

— О, Мариш, ты ещё не уехала, — подбежал Трой. — Я тут вспомнил, что ты у нас не только бухгалтер, но ещё и художник. Я правильно запомнил?

— Да.

Заметила, как оживился администратор, а Алекс выглядел удивлённым.

— Я думал, ты только учишься.

— И это тоже. Просто работой спасаюсь от хандры.

— Можешь рисунки показать?

Мне протянули планшет. Я зашла на сайт фриланса, на котором работала, нашла себя и открыла галерею с работами.

— Оу, круто как! — воскликнул администратор. — А почему у тебя такой значок? Ты не принимаешь сейчас заказы?

— У меня два заказа не закрытых. Сегодня один закрою и смогу ещё принять один. Но написать можно, несмотря на значки. Если что, я договариваюсь, что придётся ждать, пока я освобожусь. Обычно ждать день или два.

— Нам нужен баннер.

Администратор уже был готов вывалить на меня кучу информации.

— Не на словах, а в переписке.

Он сразу закрыл рот и кивнул. Алекс проводил меня до моей автобусной остановки и вернулся к торговому центру, в котором располагался спортзал. В нём нашёл уже открытый кафетерий и заказал кофе и слойку. Отошёл к столику у окна и позвонил своему коллеге.

— Привет, помоги мне разузнать об одной аварии. Случилась два года назад.

Он назвал мои данные и подождал, пока его коллега кликал по компьютеру.

— Я даже проснулся, — услышал он в наушниках. — Взбодрил меня под конец смены. Авария зафиксирована, но тот, кто врезался в машину, скрылся. И похоже, дело замяли. Потому что номер виновника есть, но делу ход не дали.

— Кто виноват в аварии и кто за рулём был?

— Машина зарегистрирована на некого Кирилла Манриза, его отцы — известные шишки. В документах почти ничего нет. Указано, что в машине было четверо — три девчонки и он. Кто был за рулём, не указано. Собственно, это всё, что есть. Почему ты интересуешься?

— Одна из этих девчонок после той аварии сидит в инвалидном кресле. Мне просто стало интересно, как так получилось и почему дело замяли.

— Зная тебя, ты достанешь даже из ада.

— Если нужно — из ада, но пока все участники живы.

— Она тебя зацепила?

— Да.

— Красивая?

— Да.

— Рад за тебя, друг. Моя смена, слава богам, закончилась, и я намерен отоспаться.

Мать удивилась, что сегодня еду в больницу.

— Зачем? Тебе же приём на другой день назначили.

— Перенесли, — буркнула и поехала из дома.

Осень берёт своё, и уже холодает. Одела короткую куртку и тёплые штаны перед выходом. На ноги ботинки натянула. Одно хорошо в моём положении — вещи почти не снашиваются, потому что нового я себе ничего не покупала. Радует хотя бы, что тёплая обувь у меня на молнии, и обуваться легко. В нужное время уже была на остановке. Алекс вышел из чёрной машины и быстро подошёл ко мне. Подкатил к машине и помог забраться на переднее пассажирское сиденье. Коляску быстро сложил и убрал в багажник.

— Пока едем, расскажи про аварию. Ты её помнишь?

— Помню. Проблема в том, что есть то, что я помню, и то, что рассказали трое других. Потому что поверили им, а не мне.

— Расскажи свою версию, а потом их.

Опустила, что я умерла в другом мире, и рассказала то, что помнит моя предшественница.

— Мы ехали по пустой дороге, когда с боку в нас врезалась машина. Я в марках не понимаю, но потом, когда выписали, я нашла ту марку — это был джип. Он врезался в эту дверь, где я сейчас сижу. Я была на этом месте. От удара отключилась. Потом очнулась, слышала и видела всё, но не могла пошевелиться и сказать что-либо. Мои друзья, уже бывшие… Точнее, мой бывший парень решил, что я умерла. И он подумал, что у него будут проблемы, если узнают, что он был за рулём. Он решил, что лучше меня посадить за руль. Они втроём меня пересадили за руль и пристегнули. Для остальных сказали, что это я изначально была за рулём. Якобы я так хотела научиться водить машину, и меня учили. Якобы я видела машину и не затормозила. Собственно, это всё.

— И в больнице не заметили несоответствие травм месту в машине, в котором ты сидела?

— Не знаю, может, и заметили. Мне об этом никто не сказал. Мне ведь ноги заново собирали. А в кресле я потому, что позвонок раздробило, но страховка эту операцию не покрыла. Потому спину поправили по минимуму.

— Ясно. Мы приехали. Не реагируй, если я буду ругаться, возможно, матом.

Улыбнулась. Алекс оказался прав, ему пришлось ругаться сначала на ресепшене, а потом с врачом. Но нас приняли на то время, что он записался.

— Я не собираюсь потакать наркоманам! — заявил врач. — Она жрёт обезболивающее как не в себя!

Я покраснела от злости и обиды.

— Следую строго по вашей инструкции. Не больше трёх таблеток в день.

— Да?! Я выписываю тебе рецепт на полгода, а ты приходишь каждые три месяца.

— Как на полгода? Мне в аптеке продают только на три месяца. Вот чеки.

Достала их из рюкзака.

— Тут они с самой первой покупки, я всё сохранила.

Врач пересмотрел чеки и пересчитал.

— Вот паразиты. Прости, Мариша, я всё выпишу тебе. Но покупай здесь, в больнице. В той аптеке тебя обманывали. Он продавал тебе по завышенной вдвое цене три упаковки вместо шести. Чеки я заберу и подам жалобу на провизора.

— Замечательно, что разобрались. Что насчёт операции для неё?

— Вот расчёты, они не изменились, — сказал раздражённо врач. — Вы, собственно, кто ей?

— Парень её.

Я в шоке посмотрела на Алекса, врач этот взгляд заметил мигом и улыбнулся.

— Вы девушку для этого хоть предупредили.

— Я вообще хотел сказать «жених» или «муж», но это было бы слишком радикально.

— Сделаю вам копию расчётов на операцию. Она дорогая, но и опасная. Если на этом всё, пойдёмте в аптеку, проверю, что вам продадут.

В аптеке Алексей дал мой рецепт, и ему продали шесть упаковок лекарств. Он сложил их в мой рюкзачок.

— Для продления рецепта позвонишь мне. А там, может, тебе раньше и операцию проведут с таким-то кавалером.

Я на это ничего не ответила. Сама была в шоке от всего. Алекс повёз меня на выход из больницы.

— Скрывать не буду, ты мне понравилась, и предлагаю пойти на свидание. Что скажешь?

Смогла только кивнуть.

— Сегодня? Не молчи, прошу.

— Хорошо, — едва не заикаясь, ответила ему.

— Сильно тепло не одевайся, посидим недалеко от твоего дома в хорошем кафе.

Он записал мне свой телефон и подвёз домой. Попросила высадить опять на остановке, от неё мне менее пяти минут до дома. Если бы ходила, то ещё быстрее, а так немного объехать нужно и спуститься по дорожке. Договорились встретиться не возле моего дома, не хотела, чтобы родные его видели. Он показал, где ему будет удобно припарковаться, а мне — удобно подъехать.

— У тебя есть другая коляска, без моторчика?

— Да, но я в ней в основном дома катаюсь.

— Бери сегодня её, думаю, она компактнее.

Кивнула, соглашаясь. Договорились встретиться в семь вечера. Дома постаралась как можно быстрее переделать все дела по учёбе и по работам. О том, что нужно пообедать, вспомнила из-за бурчания в животе.

— Явилась, — проворчала мать, сидя за обедом.

На полу в гостиной курсировал робот-пылесос. Наложила себе обед и поела с ней молча. Когда собиралась вернуться к себе, она сказала строго:

— Запусти стирку, а потом сушку.

— Хорошо.

Покатила к прачечной. В сушку я могу закинуть и даже программу выбрать, хоть и с трудом. А вот вытащить бельё для меня уже сложно, потому что у нас сушилки стоят на стиралках вторым ярусом. Оба агрегата по два, потому что народу в доме много. Запустив стирку, вернулась к работе. Быстро закончила с бухгалтерией и взялась за рисунки. Тоже успела быстро доделать. И до нужного времени смогла ещё позаниматься по учёбе. Нужно было просто почитать и сделать конспект. Оставила на столе записку, что ушла гулять, и переодевшись, поехала на улицу. Хотелось одеться понаряднее, но поняла, что у меня и нечего такого нет. Самое нарядное оказалось — чёрные зауженные джинсы и белая атласная блузка. Выглядит миленько, как студентка на урок пришла. Я даже на обувь по-новому посмотрела — поношенная… Быстренько её натерла до блеска и надела туфли. Наверное, обновлю себе немного гардероб, а то я себя совсем запустила. Типа раз не хожу, то и нового мне ничего не нужно.

— Привет! — сказал Алекс с улыбкой.

Он первым меня заметил и поспешил ко мне. У нас вокруг дома зелёная территория, реденький парк. И только к нашему дому есть подъездная дорога. Вот я по одной из дорожек к нему и катила. Он подбежал и уже сам покатил мой транспорт.

— Эта очень компактная, — сказал он, смотря на коляску. — Тебе в ней удобно?

— Да. Просто я не привыкла в ней на длинные маршруты ездить, максимум по дому.

Парень докатил меня до своей машины и пересадил на переднее пассажирское сиденье. Сразу пристегнул ремнём, а мою коляску одним движением сложил. Подушку сегодня не брала, чтобы мы её не потеряли, пока складываем или раскладываем коляску.

Кафе, в которое он меня привёз, было мне знакомо. Напряглась немного, когда мы входили в него. Администратор был тот же, но, заметив, что я не одна, он к нам не подошёл, хотя сначала дернулся. Единственный официант подошёл и убрал лишний стул, чтобы мне было комфортно за столом. Мы сделали заказ ужина, и Алекс решил разузнать обо мне.

— Ты на кого учишься?

— Финансовый аналитик, — он удивился, это было видно по лицу.

— Оу, неожиданно. А как ты совмещаешь в себе любовь к цифрам и рисование?

— Рисунок — это тоже цифры, — улыбнулась, — пропорции, геометрия. Чего только стоят номера цветов и оттенков. Изначально я хотела на художественный идти, но родители были против. Потому выбрала аналитику.

— Ты на чём рисуешь?

— Через графический планшет и частично дорабатываю программами. В общем, для рисования у меня планшет, а для учёбы и цифр — ноутбук.

— Ну, я раскрываю разные опасные дела, — сказал он, понизив голос до шепота.

— Детектив? — спросила так же тихо.

— Да.

Нам принесли наш заказ — у обоих жаркое и салат. Поели в основном молча.

— У тебя есть друзья, подруги?

— Уже нет, — он нахмурился. — Подруг я лишилась после случая со мной. Не терплю, когда врут, — он с пониманием кивнул. — А новых друзей не появилось, потому что учусь удалённо.

— Скажи мне, Мариша, а как ты решилась выучиться на бухгалтера, ты же студентка?

— Решила, что мне мало фриланса, и всё же какое-то разнообразие в делах. И, наверное, поэтому что так у меня минимум свободного времени.

Он мне с пониманием улыбнулся. С ним было просто приятно быть в одном пространстве.

— Кто у тебя из родных — братья, сёстры?

— Только три старших брата.

— Родные тебя, наверное, сильно поддерживают.

На этом вопросе моя улыбка завяла. Алекс насторожился.

— Этот случай выпал на очень активное время у родных. Братья работают с отцами, и у них как раз дел было просто не в проворот. У них свой цех по производству мебели, и они как раз в это время расширялись и открыли ещё один филиал. В общем, дома они только ночуют и приезжают поздно. Дома только мама, а у неё сложный характер. Мы с ней и раньше не особо ладили, а сейчас я стараюсь пореже на глаза попадаться. Раньше могла поспорить и поругаться, а сейчас уже не хочу ни спорить, ни ругаться. Невеста у братьев классная, с ней можно подружиться. Но мы редко видимся. Она тоже учится, но на очном отделении.

Ещё немного помолчали.

— Я отойду на пару-тройку минут. Эй, — Алекс махнул официанту, — два десерта и чай.

Тот кивнул и стал убирать тарелки. Но стоило только Алексу отойти, одна из дамочек за другим столом стала громко говорить своему спутнику:

— Гриша, она мне аппетит портит, пусть её уберут! Нищенкам и инвалидкам нет места в приличном месте!

Я ощутила, как похолодело у меня всё внутри. Официант убрал тарелки и положил счёт, выжидающе смотря на меня.

— Что происходит? — подошёл Алекс. — И где, позвольте узнать, заказанные мной десерты?

— Молодой человек, — начала дамочка визгливо, — забирайте свою калеку и выметайтесь! Не мешайте нормальным людям общаться.

— Это заведение для приличных людей! — поддержал её спутник.

Меня уже потряхивало, и я смотрела в стол. Не знаю, что увидела женщина и её спутник, но они оба захлопнули рты.

— Мариша, я буду сладкое, любое. Возьми этого юношу и подъедь к витрине со сладким. Пока не позову обратно, побудь там и не поворачивайся. Обидишь её — сверну шею, — сказано было официанту.

Он меня укатил.

— Значит так, неуважаемые, — прорычал Алекс, проявив магию на руках и выставив полог тишины над ним и визгливой парочкой. — Вы либо извинитесь перед моей спутницей, или как минимум больше вас не примут ни в одном приличном заведении.

— Да как ты смеешь мне угрожать?! — попытался возмутиться мужчина. — Я не посмотрю, что ты маг! Я буду жаловаться! Я позвоню владельцу, и это тебя никуда не приведёт!

— А давайте сразу позвоним владельцу сети этих кафе и многих других приличных заведений.

Мужчина побледнел, заподозрив неладное. На звонок Алекса ответили сразу.

— Брат, что случилось?

— Где гарантия, что это именно владелец, а не ваш кореш?! — взвизгнула женщина.

— Ты в каком заведении?

— Одном из первых.

— Сегодня там мой зам, позови его. Они тебя обидели?

— Я сегодня на свидании, брат.

Алекс ощутил, как его побратим встал в стойку.

— Это она? — спросил он на языке, которого эта скандальная пара не знала.

— Да, это наша пара. И они её оскорбили.

— Или они извинятся, или я их уничтожу, — сказано уже было так, что пара поняла, причём тон был такой, что они оба осознали, что их не запугивают, а просто предупреждают.

А я тем временем смотрела на пирожные.

— Какой сорт у вас кофе?

Бармен рассказал и дал выбрать.

— Мне эспрессо сейчас, а за столик два чая, обычных. И на общую тарелку вот эти пирожные по одному и нож, чтобы их разделить.

Я выбрала пять маленьких, похожих на печенье, пирожных и два кусочка торта. Их по моей просьбе сразу разрезали. Краем глаза заметила вспышку. Официант сразу перекрыл мне обзор. Мне подали кофе, его я выпила без сахара и парой глотков.

— Спасибо.

— Можно возвращаться, — сказал официант.

— Я доеду сама, а ты десерты бери.

Он только кивнул. Когда вернулась за столик, женщина с мужчиной, которые нелестно высказывались, уже были бледные.

— Прости меня, я была неправа, — сказала сразу женщина.

— Прости, я был неправ, не знал, что у тебя такие защитники.

Не знаю, кто меня за язык дёрнул.

— Ага, если бы не Алекс, по вашей просьбе меня бы вышвырнули из кафе. Первый раз что ли.

Алекс скрипнул зубами и гневно посмотрел на мужчину.

— Он тебя обижал раньше?

— Я его впервые вижу. Просто отмечаю, что, встретив кого другого, похожего на меня, в следующий раз он спустит его с лестницы.

— Такие, как ты, вообще не должны рождаться, — не удержалась женщина.

— Какая жалость, — съязвила я. — Но родилась я здоровой. А вы не застрахованы, чтобы в один момент не оказаться на моём месте.

Язык прикусили оба.

— Прости нас.

Просто кивнула. Алекс на незнакомом мне языке что-то сказал по телефону и прервал звонок.

— Смотрю, ты выбрала нам разного.

Кивнула. А эта парочка быстро завершила свой ужин и ушли из кафе. Сладкое смогло поднять настроение, но Алекс смотрел на меня изучающе. Было неожиданно, когда зазвонил телефон. Сегодня я была с маленькой сумочкой и быстро достала его.

— Алло, да, пап. Гуляю. Нет, не нужно меня встречать. В кафе. Да, — на последнем вопросе щеки опалил румянец, Алекс улыбнулся. — Точно не нужно встречать. Ну, папа! Потом поговорим, хорошо?

С облегчением завершила разговор.

— Домой вернулись, а тебя нет?

Я кивнула и посмотрела на время — девять вечера. Мы доели сладости, и Алекс за нас расплатился. Отвёз меня домой и проводил почти до калитки. Мне достался быстрый поцелуй в губы, и то быстрый, чтобы я не успела испугаться. Щёки пылали огнём, когда я заехала в дом.

Стоило закрыть двери, ко мне зашли отцы.

— Наконец-то! И как свидание?

— Ой, а щёчки у малышки нашей горят!

Отцы меня разули и сняли куртку. А потом один из них подхватил на руки и отнёс на кровать. Они сами помыли колёса коляски в душевой и вытерли их. Вернули мне коляску.

— Рассказывай, кто он? Как зовут?

— Алекс, детектив. Мы в спортзале познакомились.

— Красивый? — я кивнула. — Побратимов видела или он одиночка?

— Красивый, — вздохнула и задумалась.

Отцы показали на свои запястья, давая мне подсказку.

— Что-то подобное было? В зале должна была заметить.

— Было, только на предплечье тоже была татуировка, похожая.

— Оу, он маг!

— На следующее свидание пригласил? — покачала головой.

Улыбки у отцов пропали. Они мягко пожелали спать и оставили меня одну. Утром зашли за мной на завтрак. Утром мать уже знала о моём свидании, и братья с Аней тоже.

— Не кисни, — сказала мать, когда я делала всем кофе. — Ты же не думала, что он позарится на тебя? Ему с побратимами нужна здоровая жена, а не калека. Ладно бы ты покалечилась замужем, это была бы их ответственность вернуть тебе возможность ходить. А так ты никому такой не нужна.

— Я заметила.

Сказала резче, чем последнее время, и не стала оставаться на завтрак.

— Судя по вашей логике, то вы должны вложить в её здоровье, — сказала Аня. — А то выходит, дочь вам не нужна.

Прежде чем отцы успели что-то сказать, ответила мать:

— Кому нужна обуза?! Пусть сама крутится.

— То есть если я покалечусь, тоже стану обузой? Или на меня найдут деньги, чтобы вылечить?

— Не выдумывай! — сказал старший брат резковато. — Сестра сама виновата, не стоило ей садиться за руль.

— Я смотрю, вы так не любите сестру, что поверили, что она была за рулём? Я смотрела её карту и видела рентген. Она не могла так поломаться, будучи за рулём. Только если была на пассажирском сиденье. Потому что тогда это соответствует вмятине на машине. Иначе вы верите в ложь!

— Аня! Но трое человек не будут лгать!

— Будут, ещё и как, особенно если им это выгодно.

Братья сидели мрачными после её ответа, мать тоже молчала хмурая.

— Никаких доказательств нет, — сказала мать.

— Доказательства — её травмы и вмятина на машине. Это очевидно.

Аня тоже встала из-за стола и ушла к себе в комнату. Ей было больно от их поведения. Её женихи догнали её, понимая, что она может молча уйти.

— Аня, — влетели парни.

— Мне больно от вашего отношения к младшей сестре. Вы не стали на её сторону. По сути, вы её предали, бросили тонуть в пучине неприятностей. Благо у неё хватило сил выплыть и держаться на плаву.

В гостиную с Аней мы вернулись одновременно. За мной сходил один из отцов, попросив не обижаться на резкие слова матери. Отцы сказали, что они мне верят, несмотря ни на что. Но стоило вернуться, я получила новый словесный тычок.