29

Вирсавия

Тео оказался отвратительным пациентом. Он буквально сводил всех с ума. За ту неделю, что мы находимся в доме его отца, я хотела придушить его несколько раз. А я очень терпеливый человек. Ему говоришь, что врач запретил вставать на следующие сутки после операции, что делает мой муж? Встает с койки, отцепляет все датчики и делает вид, что все нормально, ничего не произошло! Мне пришлось жаловаться его отцу. Но не помогло. И тогда я не выдержала — разрыдалась. Я правда сильно испугалась. Он же все еще в критическом состоянии! Не зря же заставляют лежать в постели и набираться сил, черт возьми. Мои нервы просто трещали.

— Не плачь, зайка, — он еще и успокаивает меня!

Я повернулась к окну и обняла себя руками. Меня душили изнутри эмоции, я не могла с ними справиться. Неужели он не понимает всю серьезность ситуации?

— Эй, малышка, ты чего? — повернул меня к себе и стер слезы пальцами.

— Тебе все равно, да? — голос у меня хриплый.

— О чем ты? Говори прямо.

— В тебя стреляли! Врач сказал, что тебе нельзя вставать, нужен отдых, чтобы не было осложнений, а ты…

— Со мной все нормально, видишь, — разводит руки в стороны, улыбается.

Мне бы радоваться, но я пока не могу успокоиться, слова хирурга застряли в голове. Он сказал пять дней… Через пять дней все будет ясно. А этот стоит, улыбается.

— А если что-то пойдет не так? А если ты… — я зажмуриваюсь, не могу это сказать. — Ты никого не слушаешь! Тебе говорит профессионал, отец, братья, а ты сам себе на уме! — кричу я.

Наверное, я первый раз в жизни повышаю голос.

— Тон сбавь, — холодно произносит Тео. — Со слухом у меня все в порядке.

— Лучше бы с головой, — фыркнула я.

Брови мужа поднялись вверх.

— Зайка кусается?

— Я просто хочу, чтобы с тобой все было хорошо… А ты никого не слушаешь!

— И поэтому решила разжалобить меня слезами?

— Разве тебя могут тронуть чьи-то слезы? — шепчу я.

Тео шагает ближе. Я вижу, что ему больно, он устал и ему требуется отдых. Какой же он упрямый, как ишак!

Супруг проводит ладонью по моему лицу.

— Ты права. Ничьи слезы меня не трогают. Кроме твоих, Вирсавия, — я нервно сглатываю, глядя на него. — Ты мне нутро в клочья рвешь ими.

Сердце быстрее забилось о ребра. Это больше, чем признание… Боже.

— Тогда вернись в постель, и я не буду плакать.

И он сделал, как я попросила! Следующие три дня он провел в постели. К нему постоянно приходили братья и отец. Я старалась всегда уходить, чтобы дать им время пообщаться. Мне казалось, что я там лишняя, им хотелось обсудить дела, а я мешала.

Нет, я ни в коем случае не чувствовала обиду или что-то в этом роде. Я все прекрасно понимаю. Я бы тоже не хотела, чтобы Тео сидел постоянно со мной и сестрами.

Пока мужчины были в комнате, я решила выпить чая. Немного поговорила с женщиной, которая заведует кухней. Она так и не подпустила меня к плите. Но стоит отметить, готовит она потрясающе. Позже я погуляла по саду и решила, что уже все разошлись. Подошла к нашей спальне и услышала голос Мирана.

— Как думаешь, кто это был?

Мне нужно было развернуться и уйти! Но я словно приросла к месту. Плохая, плохая зайка!

— Вариантов много, — ответил Тео. — Меня больше интересует, что за смертник нас сдал. Мало кто из людей знал, что мы будем там. Список небольшой, нужно всех проверить.

— Я уже занимаюсь этим, — сказал Тай. — Кстати, не могу найти Регину.

— А она при чем? — спросил муж.

Что за Регина? Я вся превратилась вслух.

— Ты что, не смотришь детективные сериалы? Всегда подозревай бывших, — весело ответил Тай.

— Какие, блть, сериалы?!

— Она знала о вечере.

— Но не знала, что мы там будем.

— Вот я и хочу с ней пообщаться.

За всем этим кошмаром может стоять бывшая любовница моего мужа? Господи, Тео вообще может выбирать себе женщин?

Потом братья стали обсуждать бизнес, и я быстренько ушла, чтобы меня не поймали с поличным. Было о чем подумать. Я даже невольно стала задумываться, может, отец не зря нас никуда не пускал? Оберегал таким образом… Но в голове это никак не укладывалось. Думаю, если бы он знал, что нас отстрелят, как бродячих собак, то не препятствовал бы.

Через несколько дней приходил врач и сказал, что Тео идет на поправку и ему можно вставать и гулять, но без фанатизма, сказал, нельзя напрягаться.

Настроение было просто отличное! Муж ушел на прогулку, а мне хотелось танцевать от счастья. И я решила, почему бы и нет? Нашла прикольные песни, надела наушники в уши и стала кружить по комнате. Не скажу, что у меня здорово получалось, но мне было хорошо. Переживания последних дней отступали. Я кружилась и смеялась.

И тут я почувствовала, что на меня смотрят. Открыла глаза и увидела, что Теоман сидит в кресле и неотрывно наблюдает за мной. В горле тут же пересохло. Я достала наушники из ушей, хотела отключить музыку на телефоне, но получилось так, что я наоборот ее включила и тишину комнаты напомнили мелодичные гитарные рифы. Я стала тыкать по экрану, но ничего не происходило.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Оставь, — сказал Тео.

Я прикусила губы и кивнула.

Он так смотрел на меня… По телу начали разбегаться разряды электричества. Какой он красивый. Господи, о чем только думаю?! В мужа стреляли, а я думаю, как бы забраться к нему на колени.

— Подойди ко мне, — командует.

Я не задумываясь подхожу. Пульс частит в ушах, а в животе зарождается приятное тепло.

— Станцуешь для меня? — спрашивает хрипло. В его глазах я вижу отражение своих эмоций.

Я не могу отказать. Не хочу. Встаю между его широко расставленных ног и танцую.

Плавно покачиваю бедрами. Сейчас я чувствую себя такой свободной и раскрепощенной. Потому что с ним и для него. Мне нечего стесняться. Чувствую обжигающий взгляд супруга на себе. Я уверена, что ему нравится. Чувствую. Я вкладываю в движения максимум эмоций. Меня будоражит и пьянит его реакция. Никогда не чувствовала себя более желанной.

— Тебе нравится? — спрашиваю, смело глядя на него.

— Нравится. Ты офигенная. Продолжай.

Между нами все накаляется до предела, еще немного, и рванет. Провожу руками по талии, дергаю плечиком, и тонкая лямка платья спадает вниз. Провоцирую. Мир вокруг кружится, а сердце заходится от адреналина. Дыхание спирает, когда вижу в глазах мужа пламя желания.

— Разденься, Вирсавия.