Глава 16 Андрей

Несносная девочка!

Бросается из огня да в полымя, не думая вообще ни о чем. Я попытался удержать — она решила все сама. Больше не стану, потому что слишком близко Карина воспринимает все происходящее.

Она старалась вести себя непринужденно, обыденно, но старого и прожившего жизнь психолога не проведешь. Все-таки молодец, девочка. Не зря она мне так нравится…

Черт! Хватит!

Всего было слишком: эмоций, гормонов, чувств. Меня угнетал такой сумбур, я не привык к подобному.

Все как-то неправильно, не по шаблону. Вообще, не стоило с ней спать. В который раз я себе это говорю? Да черт его помнит!

Я слушал всплески воды некоторое время, а потом пошел к машине. Включил зажигание и стал ждать.

Карина появилась, когда в машине уже стало жарко. Устроилась рядом со мной и потянула руки к печке, сказав:

— Спасибо.

Я включил свет в салоне и посмотрел вправо. Карина дрожала, губы синие, с волос капает вода. Весенний русский заплыв — это не Майами. Я один раз в проруби искупался, потом неделю лежал в больнице с воспалением легких.

— Карина, ты зачем страдаешь подобной ересью? Здесь не надо никому и ничего доказывать.

— Я никому и ничего не доказывала, — ответила она, стуча зубами.

— Только из-за часто встречаемого мною юношеского максимализма стоит возить плед в багажнике.

— Андрей…

— Замолчи, пожалуйста, — попросил я, причем излишне чопорно, как мне показалось, поэтому добавил мягче: — Карина, у тебя сейчас как будто ледяные колючки. Маленький фыркающий ежик. Это забавно, но и чертовски мило. Но у тебя не так давно была температура под сорок, так что оставим лирику.

Мы уставились друг на друга в свете маленького светодиода над лобовым стеклом. Зачем? Отвернись ты, чертов извращенец, не смотри на эти ноги, плечи…

Остановить бы себя. Но уже слишком поздно.

Я все-таки отвел взгляд и откинулся на сидение, прикрыв глаза. Если и есть где-то библейский змей-искуситель, то вон он сейчас полуголый, мокрый и замерзший сидит рядом. Надо отвлечься.

Итак, концепция религии Эриха Фромма…

Принцип детерминизма…

Понятие социальной психологии управления…

Теория личности Маслоу…

Задачи судебной патопсихологии…

Черт! Обычно это помогает. А тут я вспомнил добрую половину курса, но так и не отвлекся.

Карина молчала, и я уж всерьез забеспокоился, что она от переохлаждения проглотила язык. Повернув голову, открыл глаза и увидел, что она сидит все так же в нижнем белье, разложив сидение и забросив ноги на панель.

Ну, и естественно я, как любой нормальный мужик, тут же начал рассматривать все, что мог рассмотреть. Бля, да если бы я начал теорию относительности переписывать сейчас, то мне бы и это не помогло, какая к черту тогда могла помочь психология!

— Так жарко от печки или потому, что ты прожигаешь меня взглядом? — спросила Карина, не открывая глаз.

— А вариант с температурой не рассматриваешь?

— Главное, ты все успей рассмотреть. Вдруг больше не придется?

Я выдохнул и отвернулся. Хватит, я больше на это не поведусь, а то в итоге все закончится привычным избавлением от одежды и сексом, о котором я пожалею.

Что же ты, девочка, со мной сделала?

Наверняка Дина, будь она здесь, быстро нашла ответ на вопрос. Но я точно знал, что мне это все не нравится.

— Ты в Нью-Йорк собираешься возвращаться? — спросил я.

Ответом мне был едва слышный смешок.

— С глаз долой, из сердца вон, да, Андрей Григорьевич? А если я захочу остаться здесь, в этом городе? Не боишься?

— Да ради бога, мне-то что. Думаешь, в городе мало женщин, с которыми я спал?

Я идиот. Нет, клинический идиот. Вот зачем я это ляпнул? Ей-богу, мозги уже набекрень едут.

Слава богу, Карина впервые, наверное, поступила как взрослый человек (местами, блядь, поменялись) и не стала развивать эту тему. Но ее следующий вопрос был неожиданным:

— А какая у тебя ученая степень?

Я снова повернулся и пристально посмотрел на симпатичное и сейчас такое бесхитростное лицо. Кажется, можно ко всем моим расстройствам, приобретенным за последние несколько суток, прибавить и паранойю.

— Кандидат наук.

— И какая у тебя тема диссертации была? Да не надо так на меня смотреть! — усмехнулась Карина. — Надо же нам о чем-то разговаривать.

— Внутренняя картина сексуального здоровья у женщин с сексуальными дисфункциями, — ответил я, и теперь настала очередь Карины удивляться:

— Офигеть! И на каких женщинах ты проводил опыты?

Разговор опять потек не в то русло. Я покачал головой и ответил:

— Я не проводил опыты, за этим к физикам или химикам. Я всего лишь выдвинул гипотезу и доказал ее. Не буду вдаваться в подробности. Практическая часть моей диссертации довольно скучная. Чистые цифры, пусть за ними и действительно были люди, которые нуждались в помощи.

— И когда докторскую собираешься защищать? Все-таки доктор наук круче кандидата.

Теперь усмехнулся я:

— Мне кажется, что у тебя есть скрытая сексуальная фантазия: переспать с профессором.

— Ой, тоже мне Фрейд выискался, — фыркнула Карина, но задумалась, а через минуту выдала: — Хотя ты прав. Был у меня во время учебы один профессор, половина курса, причем не только девушек, мечтала затащить его в постель.

— Ну тогда теперь ты мне расскажи, как там, в Колумбийском-то?

Странно, но наш разговор меня отвлек больше, чем патопсихологический симптомокомплекс. Я ни разу не отвлекся на все еще голые ноги и руки. Главное, не углубляться. Связь тел разрушить легко, а вот связь мыслей уже тяжелее.

А что, вполне для докторской можно насобирать материала на собственном примере.