Глава 12, в которой я веду ночные разговоры

"Можно я позвоню? Хочу тебя увидеть.”

Такого ответа от Максима Ивановича я не ожидала. И увидеть? Зачем? Поглядеть на мои растрепанные волосы, пижаму, комнату? Совсем крохотную, где помещается только кровать, стул, сундук и стоящий на нем инкубатор? Старенькие, совсем простые обои, занавески с отделкой “ришелье”, оставшиеся еще от прабабушки, герань на окне и Фильку, нагло растянувшегося на кровати так, что мне пришлось поджать ноги?

“Не переживай, я не извращенец, который любит разглядывать невероятно соблазнительные пижамки молоденьких девочек, просто хочу поговорить. А это проще, когда видишь собеседника. Так можно?”

Кот перекатился во сне и подпер меня горячим боком, бабушка с дедушкой обсуждали что-то вполголоса, за шумом телевизора и не разберешь, а в открытую форточку, даже через сетку залетел назойливый комар. Невероятно будоражащая и романтичная обстановка, как раз для разговоров на тему скорой свадьбы.

“Нет у меня пижамки. Есть фланелевая ночнушка на завязках у горла. И чепец.”

“Бруня, окстись, когда ты девятнадцатилетняя красотка, потенциального маньяка не спугнуть чепцом. Это, скорее, правильный соус к блюду, чем таракан в тарелке. Но если тебя это беспокоит, обещаю зажмуриться. Одним глазком гляну, что с тобой все нормально — и отключусь.”

Что-то сомневаюсь, что он не шутит насчет красотки, по сравнению с той же Жанной я… Впрочем, полежать в яме уныния и осознания собственной неидеальности я всегда успею, а вот с шефом, кажется, проще согласиться.

“Позвоню под виноградом. Ждите”

После чего я накинула на плечи махровый халат и поспешила на улицу. И только в дверях сообразила, что Максим Иванович вряд ли знаком с нашим внутрисемейным выражением “под виноградом” и фраза мой вышла крайне странной.

Я тихо вышла из дома, спустилась по крыльцу и вдохнула густой, пахнущий матиолами и остывающей землёй воздух, почесала подбежавшего Тузика за ухом и направилась в дальнюю часть двора, где дед ещё до моего рождения оборудовал беседку с качелями, столом и лавками. Вокруг нее рос виноград, создавший стенки с трёх сторон, потому и называлось место именно так.

Не успела я сесть на качели, как пришло сообщение:

"Бруня, никогда не звони мужчинам под виноградом, яблоками, свеклой, кактусом, хмелем или простым и незатейливым сороградусным спиртом! Поверь, от этого одни проблемы."

"Это не простой виноград, сэр! Это "Изабелла"! А вы не мужчина."

По крайней мере не тот, которому не следует звонить под "Изабеллой".

Я села так, чтобы уличный фонарь светил прямо в спину и нажала кнопку видеовызова. Максим Иванович ответил почти сразу, он сидел на кухне, в своем кресле и грыз семечки, вперемешку с солеными орешками. Наверное, все же проникся моими разговорами о деде Степане, и решил бросить курить. Дед, который Семен, первое время делал также.

— Чей-то я не мужчина? — сходу набросился он. — В ответ на такие обвинения могу и игрик-хромосому показать! Правда, анализ не меньше суток делают, но гусары лёгких путей не ищут!

Я только осознала весь масштаб ляпнутой глупости и прикрыла лицо ладонью, потом поспешила оправдаться.

— В смысле — для меня не мужчина…

— Ага, копия дедушки. Эх, Макс, Максюшенька, прошли времена, когда ты был задорным пацанчиком, теперь ты — третий сорт, дед героини.

Он тяжело вздохнул и высыпал на стол ещё немного орешков.

— В смысле — начальник вы мне, вот. Корпоративная этика, все дела.

— Уволить тебя, что ли…, - Максим задумчиво перебирал орехи, возможно, складывал из них какую-то фигуру, мне не видно было.

— Это бесчестный шантаж! И попытки столкнуть юную, неокрепшую морально девушку с пути частного сыска на скользкую и порочную дорожку соблазнения боссов! Я хочу собирать улики, подмечать детали, составлять логические цепочки, разоблачать преступников и вот это вот все, а не играть чью-то невесту!

— Играя мою невесту, ты тоже помогаешь расследованию. Очень серьезному и важному. Так! — шеф хлопнул ладонью по столу, культурно выругался и попытался собрать рассыпавшиеся орешки. — А ну-ка, повернись к свету!

— А ну-ка, расскажите детали важного расследования! — я прищурилась, будто Максим мог меня видеть. Он прищурился в ответ, затем подвигал бровями.

— Как только станешь полноценной валькирией — сразу расскажу все детали. Бруня, давай!

Я вздохнула и повернулась так, чтобы свет падал в лицо и помахала шефу. После машинально запустила пальцы в волосы, убирая пряди с лица. Непривычно без пучка, некомфортно, будто я сижу здесь без одежды, а не без пары шпилек.

Отчего-то заволновался Тузик, наверное, снова по двору бродят чужие кошки. Максим же показал оттопыренный большой палец на загипсованной руке. Я на всякий случай повернула камеру и показала шефу виноград. Вряд ли он так с ходу распознает "Изабеллу", зато будет точно знать, что я не шутила.

— Не плачешь — уже здорово, — продолжил он. — Ты не замёрзла?

Шутит он, что ли? Днём градусник к сорока подбирался, сейчас не намного легче, возможно, только к утру и повеет прохладой.

— Отлично! Давай, жалуйся на разрушенную личную жизнь, злое начальство, тесные туфли и глобальное потепление.

Он подпёр ладонью здоровой руки голову и приготовился слушать, я не собиралась его разочаровывать и выложила все. Тузик же снова всполошился и несколько раз прыгнул на цепи. Без злости и желания напасть, будто угощение выпрашивает. Скорее всего, бабушка тайком вышла на крыльцо и проверяет, чем занята ее внучка.

Ожидаемо. Я вытащила из кармана наушники и воткнула их в уши, отсеку хотя бы часть нашего диалога.

— Бруня, ты всерьез расстроилась из-за прыщавого недопикапера, который пытался купить тебя мороженкой и пялился в вырез блузки? Фу, ребенок, я таким способом цеплял девочек в те годы, когда сам был прыщавым недопикапером!

— А вот про вырез я ничего не говорила!

Следит он за мной, что ли? Или нанял кого-то проследить? Но Максим Иванович только отмахнулся.

— Туда только слепой не пялился, Бруня. С таким вырезом можно всерьез выходить на брачную битву за босса. Так что не вижу повода расстраиваться из-за потери этого парня. У тебя же есть я!

Глупое заявление. Нет у меня никого, тем более — Максима Ивановича. Мы же не в сказке, чтобы такой вот секси-босс вдруг обратил внимание на деревенскую девчонку. Даже думать об этом не хочу, тем более не стремилась никогда замуж. А вот стать частным детективом, возможно, первой женщиной-детективом в нашей области — это да, это круто! Но достижимо примерно также, как и свадьба с боссом.

— Вы мой начальник, — очень тихо вздохнула я, — на двенадцать лет старше, ещё и с бородой, нет у меня вас.

— Иди домой и не мерзни, — он пригрозил пальцем. — И завтра, если сможешь, приезжай к восьми утра, мне надо в больницу, а родители уехали. Джон обещал помочь, но он приедет уже туда. Считай, это тоже часть профессиональных обязанностей.

— Так вы дома без никого? — мне даже страшно стало. Максим совсем один, на инвалидном кресле, случись что — и помочь некому.

— Отец перед отъездом съел всех бабаек, и лига на страже! Я после обеда присматривал за детьми Риты, а они с мужем вечером помогли мне со всякими бытовыми трудностями. Кстати, угадай кто выступил спонсором отъезда моих родителей?

— Простите, — здесь и гадать нечего. Чертов стыд. Они, наверняка, решили не мешать протиранию пыли.

— Ерунда! Я их люблю, но на расстоянии — больше. Все, не торчи под "Изабеллой", топай в кровать!

Он помахал рукой и отключился, я же громко позвала Тузика, чтобы дать бабушке время скрыться в доме, и поспешила выполнить приказ шефа.