Глава 36
Единственное, что я хочу сейчас сделать, это отшвырнуть Казанцева с дороги, поймать Инку и посмотреть ей в глаза!
Макс правильно оценивает мой взгляд, резко шагает вперёд и полностью блокирует дверной проём.
Да насрать!
Достаточно провести отвлекающий мах в направлении его челюсти и сразу же молниеносно двинуть в подреберье… Он даже не успеет среагировать, но…
Маленькое недовольно кряхтящее тельце в его руках гасит мою ярость, частично возвращая способность мыслить.
- Макс… - Инна опять повторяет его имя, но теперь в её голосе слышны неуверенность и испуг.
Она меня увидела, узнала и сбежала… Опять!
Мозг коротит с такой силой, что я с трудом выстраиваю логическую цепочку действий.
Во-первых, избавится от Казанцева!
Во-вторых, не позволить ей снова сбежать!
В-третьих… Я хочу её назад!
И мне плевать как!
На поверхность сознания всплывает такое дерьмо, от которого самому становится тошно! И вопреки здравому смыслу хочется мести за все те дни, когда я как полоумный не отводил глаз от телефона в ожидании её звонка. Когда не мог заснуть до утра, потому что надеялся получить её сообщение в ночи…
А она…
С Казанцевым?!
- Пригласишь? - припечатываю я Макса тяжёлым взглядом и на время глушу бушующие мысли.
- Бойцов, ты вообще охренел? Ты видел сколько времени? Пришёл, разбудил мне ребёнка! Или это ты в отместку? За своим не досмотрел, пусть и другие мучаются? - Макс входит в раж, изображая настоящего папашу.
Он - отец? Да с какого перепуга? Если бы это было правдой, то его папаша заявился бы ко мне давным-давно! В этой семье умеют считать деньги и наследством просто так не разбрасываются, тщательно подбирая подходящую партию.
Стоп…
А тогда чей ребенок?
- Инна! Я знаю, что это ты! Нам нужно поговорить! Сейчас! - повышаю я голос, и тут же получаю отдачу в виде громкого заливистого плача.
- Какого хрена ты разорался?! - наконец-то выходит из себя Макс.
- Позови её!
- Если ты сейчас же не свалишь, я позову охрану!
- Зови! - не сдвигаюсь я с места и наблюдаю за тем, что Казанцев понятия не имеет, как держать якобы "свою" дочь.
- Бойцов, ты что нарываешься? - багровеет его лицо.
Собираюсь ответить так, чтобы окончательно его довести, но в этот миг он, пошатнувшись, сдвигается в сторону и в образовавшуюся щель протискивается… моя Инка…
Очень-очень грозная Инка!
Она выхватывает ребенка из рук Казанцева, выталкивает его из дома, с безумной нежностью прижимает к себе малышку и, полоснув по мне невидящим взглядом, выдает:
- Уходите! Или это я вызову охрану!
Разворот и громкий хлопок двери.
Инка…
И…
Это её ребёнок?!
В первый момент мне кажется, что меня замуровали заживо - ни пошевелиться, ни вздохнуть.
Но в следующий я чисто инстинктивно бросаюсь к двери, нажимаю ручку, и она… открывается!
Мгновение.
Я внутри.
Закрываю перед носом Казанцева дверь. Защелкиваю замок.
- Сейчас, Инна, ты расскажешь мне всё...
Разворачиваюсь на ещё не затихший плач малышки и иду на него, не чувствуя своих ног.
Инна
Захлопываю дверь и быстро прохожу в спальню.
- Все хорошо, Сонечка, - пытаюсь успокоить свою девочку и успокоиться сама.
Выходит с трудом. Сердце колотится так, словно я пробежала марафон, спина покрылась холодной испариной, пальцы одеревенели, и я не могу ими нормально пошевелить.
Нужно взять себя в руки!
Вот как до этого, когда прибежала в коттедж, после того, как услышала голос Марата.
Да, я испугалась и совсем не была уверена, что поступаю правильно. Но перед няней не подала и вида, что что-то случилось. А спустя полчаса вообще приняла решение отпустить её на ночь, чтобы побыть наедине с дочерью. С самым близким и родным солнышком. Думать о Бойцове я себе запретила! И у меня почти получилось, но…
Упертый Казанцев не привык отступать!
Пришёл и стал тарабанить в дверь как к себе домой. Пришлось открыть, чтобы не накалять обстановку.
Прокручиваю в памяти наш разговор:
- У тебя проблемы с Бойцовым?
- Нет.
- Да? А тогда какого хрена ты дала деру, как только услышала его голос?
- Я? Я разнервничалась из-за ребёнка и решила сходить проверить дочь. Гормоны после родов ещё не стабилизировались - повышенная тревожность. У меня так бывает. Проще устранить беспокойство, чем пытаться с ним справиться.
- Инна, я не дурак. Не ври мне. Что у тебя с Бойцовым?
- Он занимается моим разводом.
- Тебе нечем ему заплатить?
- Макс, я не хочу это обсуждать.
- А зря. Я действительно могу помочь.
- Спасибо, не надо.
- Прошу, не отталкивай меня. Я давно ни с кем не был так искренен.
- Макс…
- Хорошо-хорошо. Но раз наше свидание накрылось, угостишь меня хотя бы чашкой чая? Обещаю, я сразу же уйду.
Не ушёл! Более того, пока я отвлеклась, чтобы приготовить ему напиток, он прошёл в спальню, без разрешения взял из кроватки спящую Соню и с ней на руках открыл дверь Бойцову!
- Всё, моя маленькая, больше никто тебя не потревожит. А эти… Пусть разбираются сами! У нас все и так хорошо, - укачиваю дочь, присаживаясь в кресло в спальне, и с трудом перевожу дыхание.
Он... меня... узнал.
Узнал, где я остановилась и пришёл поговорить.
О чём?
О моём побеге?
О моём разводе?
О своей новой семье? Сыне?
О… дочери?
Последняя мысль пугает так сильно, что у меня начинают стучать зубы.
А вдруг Марат потребует единоличной опеки над Соней?
- По старой привычке, Смирнова? За тебя разбирается кто-то другой, а у тебя все хорошо, - меня до шока пугает голос Марата, звучащий от двери спальни.
В ужасе поднимаю глаза и сталкиваюсь с его взглядом, полным искрящей ярости.
- К-как ты вошёл? - вдавливаюсь в кресло, одновременно поворачиваясь, чтобы прикрыть собой дочь.
- Тебя реально волнует этот вопрос? - он моментально отшивает мою претензию. - Вот меня, например, волнует, кто отец твоей дочери? К кому ты побежала сразу после меня? Сколько ей? Два - три месяца? Что он сделал для тебя такого, что ты родила ему ребенка?
- Ч-что?.. - у меня пересыхает во рту, а Марат продолжает:
- Вот и мне интересно что… Раз тебе оказалось мало того, что дал тебе я.