Глава 49. «Наверно, это мой рай…»

Говорят, каждый из нас получает то, что заслуживает. Спорное утверждение, на мой взгляд. Веришь в него лишь когда все складывается удачно. Пошел второй месяц после нашей поездки на остров Забытых людей. У Рива вдруг появилось много свободного времени, и он недвусмысленно дал понять, что разделит его со мной. Так я же не против. Во главе обширного списка планов стояла поездка в его Небесный дом, но пустующая глянцевая громадина напомнила мне прозрачный череп с губчатой тканью множества коридоров и комнат внутри мозговой коробки. Удивительно неуютное сооружение из стекла и камня разной фактуры, я бы многое хотела здесь изменить, и Рив готов дать мне такую возможность в любой момент. Немудрено, что его первая жена не захотела здесь поселиться надолго, а сам он прочно обосновался в зеленом домике Махи. Даже Пен Бос утверждает, что человеку требуется всего двадцать квадратных метров личного пространства, чтобы испытывать настоящий комфорт. Его проекты маленьких коттеджей на семью из трех-пяти человек приобретают все большую популярность среди состоятельных граждан Сонмы. Убедилась в этом на личном опыте: сводчатые залы местных музеев и музыкальных студий наводят тоску, даже если оглашаются звоном бокалов и болтовней светских тусовок. Я уже поняла, что деревянный дом с фруктовым садом – дорогое удовольствие на Сиане. Несмотря на пристрастие Пена к экстравагантной одежде и цветным прическам, в архитектурных сооружениях он ценит простоту и функциональность. Никакой «золотой пыли» в глаза соседей. Дом – место силы и спокойствия хозяев. Натуральные материалы, незаметные автопомощники в быту и системы климат-контроля, особые датчики, следящие за здоровьем каждого обитателя. Маху они не раз выручали, напоминая о приеме лекарств, сеансе расслабляющего массажа или необходимости отрегулировать сбившееся дыхание в специальной кабинке с подачей очищенного кислорода. Узнав, что в положенный срок станет прабабушкой, Маха воспряла духом и решила вновь подреставрировать дряхлеющее тело, а потом мы вместе составили график мероприятий, чтобы не скучать затворниками на ферме. Но и на светских приемах посетителей бывало не много, в основном зажиточные туристы и дипломаты. Кажется, истинные сианцы всех возрастов и сословий в душе такие же отшельники-одиночки, как сам господин Сартак. Они перебрались в леса и горы, крепко припали к земле, оставив раскормленные туши городов на потребу вечно алчущим мигрантам – искателям лучшей доли. На одном из благотворительных вечеров я встретилась с Лилой – бывшей товаркой по «Хижине ветра». Похоже, карьера элитной куртизанки тоже пошла в гору, но уже без протекции капризного олигарха Соруса. На высокий прием Лилу привел более молодой и симпатичный бизнесмен. Рив даже перемолвился с ним парой вежливых фраз, пока я приветствовала «подругу». Наши с ней прежние подозрения и упреки оказались немедленно забыты. Скользнув взглядом по моему свободному платью, Лила первой протянула руку. – Прекрасно выглядишь, Зоя, только веки припухли, наверно, после бессонной ночи. Могу посоветовать эффективное средство для кожи, отметь мой сигнал на лаге, как-нибудь встретимся и поболтаем наедине. Теперь я владею респектабельным салоном моделирования внешности. Но, ты ведь знаешь, красота не главное… Миром правит трезвый расчет и слепая удача. У меня столько планов личного роста! Я хочу заниматься модной живописью по дереву на тему сюжетов из будней «Хижины», также располагаю финансами для открытия собственной Галереи искусств. Материальные ценности преходящи и зависят от спроса, но духовные запросы только растут в цене. – Хорошо, когда есть покладистый финансист под боком… Интересно! Значит, скоро в Сонме появится еще одна сцена, где скучающим богачам можно будет похвастаться нарядами и украшениями, найти партнера на пару вечеров или обсудить чей-то моральный облик. – Не без этого… – хмыкнула Лила, посылая чарующие улыбки знакомым за моей спиной. – Выпьешь вина? Черный душистый бархат с золотой искрой, как небо над родной Правиной. – Спасибо, но я откажусь. Верю, что напиток прекрасен. Помню твои рассказы о затерянной среди холмов деревеньке. Не думаешь посетить знакомые места? – Поселок давно превратился в пастбище, где всем управляют умные машины. Люди не выдержали конкуренции с искусственным разумом и перебрались в города. Нет, их попросту согнали с насиженных мест в городскую клоаку, развратив синтетической едой и дешевыми забавами вроде скандальных шоу. Но это уже не моя забота… Сделай хоть один глоточек, Зоя, просто смочи губы в соке перебродивших ягод! Это кровь моей осиротевшей Правины. На ее полях больше не слышно песен. Я крепче сжала тонкую ножку бокала, изучая мерцающий напиток на свет. – Вот и Маха твердит, что вблизи Сонмы скоро не останется сельских жителей, кроме рабочих киборгов… Ммм, какой аромат… скажи название, я попрошу Рива найти, он тот еще дегустатор. Внезапно бокал перехватили длинные пальцы Тусара, – умеет он подкрадываться, бесцеремонно влезая в чужой разговор. – Меня ты тоже можешь о чем угодно просить, мы почти родственники. – Я запомню, дорогой друг, и не раз воспользуюсь твоим предложением. – Познакомь меня скорее с этой красавицей, я впечатлен! – Тусар пожирал Лилу голодными глазами, а мне стало чуточку неловко. – У нее уже есть солидный поклонник… – Друзей никогда не бывает много, – ласково улыбнулась Лила, ободряющим жестом коснувшись запястья Тусара. – В последнее время я увлеклась биографиями знаменитых сианских женщин, планирую собрать их голограммы на торжественном открытии Галереи современных искусств. Конечно, потребуется разрешение… Впереди встреча с Миной Фалид, вы о ней слышали? Удивительно, что она согласилась меня принять, а ведь уже восемь лет прячется от репортеров где-то за Морем пепла. Полетишь со мной, Зоя? Твое мнение будет полезно, ты судишь свежо и беспристрастно. Некоторые твои прогнозы сбываются. – Ну, еще бы… мое мнение… мои связи, которых пока что нет… И кто знает… – я медлила с ответом, понимая, что поездку придется согласовать с Ривом. – Вот именно, надо мыслить наперед! Как можно дальше и глубже… – в ответ на ее фразу Тусар издал двусмысленный смешок, а Лила, ободрившись вниманием снова обратилась ко мне. – Ты не сможешь долго копаться в грядках почтенной Махи, ты коллекционируешь эмоции, а значит, тебе нужны новые люди, встречи, события… Ребенок не помеха мечтам, оставишь его на вышколенных нянек или счастливого отца. Я права, господин Тусар? Мне знакомо ваше имя, я слежу за политическим обозрением. История Риверсе наделала много шума… Она игриво подмигнула нам и тут же опустила ресницы, как юная скромница. Вот чертовка, даже щеки порозовели, будто от искреннего смущения. – Поживем-увидим! – уклончиво пробормотала я, понимая, что интересное положение мое уже не является секретом. Довольно хихикнув, Тусар по-свойски обнял меня за плечи, а Лила не унималась, указывая пустым бокалом в сторону Рива: – Ваш мрачный ястреб сильно изменился, прежде его было не заманить на подобные встречи, а теперь он даже улыбается, стиснув зубы. И новая стрижка его молодит, оставляя благородный лоск, но почему он до сих пор не избавился от шрамов на лице… Ох! Смотрит на тебя так, будто готов немедленно сжать в объятиях. Что ты с ним сделала, Зоя, может, поделишься рецептом? – Побольше морепродуктов в меню и никаких женских истерик. – Это в духе Мины Фалид, я думаю, ты ей понравишься. Она в возрасте Махи, а ты умеешь находить общий язык со старушками, которые много чего успели за долгую жизнь, вплоть до самых низких и гадких слухов о своей персоне. – Когда назначена встреча? Я готов вас сопровождать, осталось скорректировать график! Обожаю деловых бабушек, – шутливо признался Тусар. – Мой учитель по сомнологии вчера сообщил, что я нуждаюсь в твердой женской руке помимо мягкого лона… – Каждый мужчина регулярно желает припасть к истокам, – двусмысленно кивнула Лила, загадочно поглядывая на молодого сианца, – пусть вам повезет с подругой, которая воплотит в жизнь самые дерзкие фантазии. Тусар обменялся с Лилой контактами и убежал, вслух досадуя на неотложные дела, скоро мы с ней тоже расстались, понимая, что еще пригодимся друг другу, если намерены влиться в круги, где свободно вращаются люди вроде Сартака и Соруса. Зачем? С Лилой-то все ясно, а мне хочется поддержать смелые проекты Пена Боса и окрепнуть настолько, чтобы наконец вслух раскрыть тайну своего появления на Сиане. Если повезет, собрать группу единомышленников для поисков остальных девчонок с Земли. Может, когда-нибудь и Рив с этим поможет. Сейчас он безукоризненно вежлив, предупредителен и заботлив. Еще бы, ведь я ношу его наследника, после рождения которого мы заключим брачный союз по законам Сианы. И Маха не скрывает радости. В ее глазах я обрела ценность эксклюзивной хрустальной вазы, хранящей все надежды старой аристократки. Каждое мое пожелание должно быть выполнено неукоснительно, в приоритете положительные эмоции и здоровое питание. Но я решительно отказалась от услуг антропоморфной синтетической камеристки и даже уборку в своем доме охотно делаю сама. Так же во мне проснулся интерес к садовому дизайну, последняя выставка Пена Боса с мини-моделями загородных участков оставила яркое впечатление, сразу захотелось изменить состав цветника под окнами. Все материалы под рукой, твори – не хочу… Может, устроить свою Галерею в большом Верхнем доме Сартака? Или лучше организовать Центр детского развития – площади позволяют разместить всевозможные спортивные уголки, игровые зоны и чудесный водный комплекс. Хочу, чтобы у моего ребенка было много друзей и возможностей для постижения мира. Пусть научится крепко стоять на земле и мыслить космическими масштабами. Маха сказала, что в случае рождения малыша с характерно "ястребиными" чертами, оставит мне свою садово-огородную империю. – Вы никогда ни в чем не будете нуждаться. Я передам тебе все дела. Жалобы Рива на убытки и расстроенное финансовое состояние семьи оказались наигранными. Более того, успех проекта Риверсе в отношении заслуженных солдат – ветеранов позволил ему с честью оставить карьеру военного консультанта и заняться семьей. Вчера ночью он вдруг расчувствовался рядом со мной: – Все, что мне теперь нужно – это ты и наш будущий сын. Я бесконечно тебя люблю, Зоя… Ты вернула мне способность радоваться простым человеческим мелочам, с тобой я снова молод и готов на самые отчаянные поступки ради вашего благополучия. Тусар меня не узнает. Сорус открыто завидует. Ты – подарок Вселенной, была создана специально для меня. Прежняя жизнь лишь преддверие к нашей встрече. Знакомо, привычно… приятно, и «создана для меня» почти не царапает обострившийся слух. Я легко адаптируюсь к новому статусу, с легким сердцем принимаю витиеватые комплименты и со всем соглашаюсь. Так будет лучше моему малышу. Думаю о нем ежечасно и почему-то иногда пытаюсь представить состояние мамы, когда я еще была у нее внутри. Какие чувства в то время она испытывала к моему отцу? Была ли с ним счастлива после… Именно здесь, на Сиане меня перестал мучить вопрос, почему мама оставила меня в роддоме и навсегда исчезла. Мне не известны мотивы, но, кажется, теперь я лучше ее понимаю, и день за днем прокладываю свой собственный неповторимый маршрут. И пусть она меня совсем не любила и не хотела знать – теперь не важно. Я самодостаточна настолько, что смело отвечаю за себя и маленькую жизнь, которая во всем от меня зависит. Моему сыну не придется строить домыслы о родителях и взрослеть под грузом необъяснимой вины за свое появление. Я учусь общаться с ним уже сейчас, тренирую свою способность любить, как мускулы или танцевальные па. У меня неплохо получается. Под надежным крылом сианского ястреба нас ждет удивительная судьба. Может, когда-нибудь мой мальчик займет место в Совете Сианы и замолвит словечко за далекую систему Дейкос, не даст голубую планету на растерзание холодным амбициям космических диктаторов. А пока я заново знакомлюсь с его отцом, привыкаю к прикосновениям и поцелуям Рива – нам больше некуда спешить, время на горном плато движется размеренно и пахнет луговыми цветами. Но порой утренний ветер приносит в горстях свежие морские нотки с острова, где поселился тот, кого я никогда не забуду. Неважно – механическое или живое сердце билось в его груди, когда мы встретились впервые. Неважно, кто он теперь. Я знаю, верю и чувствую… Чистая душа Дина растворилась в сианском воздухе, без пропусков и оплаты свободно гуляет в небесных садах или по дикому лесу, что чудом еще избежал вырубки. Гладит зеленую листву вместе с первыми лучами Антарес, отражается в крупных каплях дождя на стекле моего загородного домика. «С каждым вздохом причащаюсь твоей души и нахожу силы двигаться дальше. Ведь ты бы очень этого хотел, где бы сейчас не был, солнце мое… Ради тебя я стану счастливой. Впереди много дней, я обязательно научусь. Вдох и выдох. И новый шаг вперед, пропуская через себя каждую пульсацию этой удивительной жизни. Я только тебе признаюсь, Дин. Бывают моменты, когда мне тесно и зябко здесь – в клетке изменчивой человеческой плоти. Вся Сонма лежит у моих ног словно расшитая скатерть-самобранка: клиники, рестораны, бассейны, салоны красоты и студии искусства, магазины и галереи. Имени Сартак открыты любые двери. А мне хочется подняться еще выше – до самых кончиков самых последних ветвей Древа. Хочется раскинуть руки и довериться невидимому потоку, пусть несет мотылька над горами и лесами – туда, где будет легко. Где однажды мы снова встретимся".