Глава 31

Ольга (Оливия)

Подъехав к банку, я вышла из экипажа и стала подниматься по лестнице. Неожиданно мне показалось, что на меня кто-то смотрит. Я слегка притормозила и резко повернулась. На площади было немного людей, и все они, казалось, занимались своими делами. Но вот женская фигура, застывшая возле витрины, показалась мне знакомой.

Я вгляделась, не могла ли это быть горничная Валенсии? К сожалению, свет падал так, что лица её мне не было видно. Сбегать со ступеней банка, чтобы рассмотреть женщину поближе, не казалось мне правильным решением, и я, ещё раз внимательно оглядев площадь, поднялась наверх.

На входе в банк меня снова встретил вежливый клерк в сером костюме. Честно говоря, я не знала, что сказать, а потому решила, как и в прошлый раз, просто назвать своё имя. Меня сразу проводили в кабинет управляющего, которого опять не оказалось на месте. Барона Страдарда тоже пока не было, кабинет был пуст.

«Подождите здесь», — сказал клерк и предложил мне напитки. Я попросила стакан воды, почему-то подозревая, что во что-нибудь другое мне могут что-нибудь подлить. Откуда взялась такая подозрительность? Возможно, из-за того, что я не доверяла ни барону Страдарду, да, собственно говоря, и никому здесь.

Барон Страдард появился примерно через пятнадцать минут. Я подумала, что вряд ли он бывает в банке каждый день, но, вероятно, существует какая-то система оповещения, благодаря которой его могут вызвать.

Сегодня обошлось без угроз, приставаний и призывов вспомнить старое,

— Я рад, что ты отреагировала и сразу пришла, — сухо и по-деловому сказал барон.

Я сидела молча, слушала и пока не собиралась ни спорить, ни высказываться. Я всё ещё не до конца понимала всех этих взаимоотношений между бароном и Оливией.

— Надеюсь, ты поняла, что тебе бесполезно что-либо говорить своему супругу. Даже если ты решишь, что это будет для тебя лучшим выходом, он всё равно тебе не поверит, и жизнь свою ты закончишь в застенках канцлера Вердера.

Я вспомнила, что в прошлый раз барон уже говорил про какого-то канцлера.

— Что за канцлер? — спросила я. — Тот самый, что будет недоволен?

— О нет, — выдохнул барон. — Вердер как раз будет доволен, если ты попадёшь к нему в лапы.

А я что? Взяла стакан воды, сижу, пью маленькими глоточками.

— Ты стала странной, — сказал барон.

— Вы мне тоже кажетесь весьма странным, — ответила я. — Сначала предложили наладить отношения с супругом, а потом приехали и разбудили его ревность.

«Лучший способ защиты — это нападение», — подумала я.

Барон выдохнул.

— Ничего, справишься. Не в первый раз. Или тебе не понравилось ублажать инвалида? — На лице барона снова появилась похабная усмешка.

— Я же не обсуждаю ваши методы работы, — сказала я. — Вот и вы мои не обсуждайте. Важен ведь результат.

И впервые в глазах барона появилось что-то похожее на уважение. Я-то говорила про свою работу, и цель поставить генерала на ноги. Поэтому в моём голосе звучала такая уверенность. А о чём подумал барон, меня не волновало.

— Вчера начали приходить приглашения, — сказал он.

И вот от этого мне стало как-то неуютно. Внутри появилась странная дрожь, я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Что за приглашения?

Барон закатил глаза.

— Послал же бог идиотку…

— Попрошу без оскорблений, — сказала я.

— Ты забыла?! Приглашение на приём в королевский дворец.

Я сглотнула, вспомнив высокого красивого мужчину с умными глазами, короля.

— Приём будет через оборот, — предложил барон. — Вот тебе адрес портнихи. Встречаться теперь будем у неё. Чтобы пошить платье, тебе нужно бывать у неё не реже двух-трёх раз в неделю. Платье будет сделано так, что ты сможешь пронести то, что покончит раз и навсегда и с королём, и с независимостью этого королевства, в котором я уже устал жить.

Я взглянула на карточку, на ней было написано: салон мадам Бофри.

И я решила спросить:

— А сколько лет вы уже здесь, барон?

— Много, — ответил он. — Достаточно для того, чтобы возненавидеть это королевство.

Барон снова внимательно на меня посмотрел, и мне от этого взгляда стало неуютно, появилось ощущение, что он пытается пролезть мне в голову.

— Это всё? — спросила я, разбивая тягостное напряжение.

Барон странно на меня взглянул.

— Ты ничего больше не хочешь спросить?

— Нет, — покачала я головой. — У меня больше нет вопросов.

— Тогда иди.

В глазах барона осталось что-то непонятное. И я подумала, что вероятно, Оливия раньше о чём-то спрашивала.

Я вышла из здания банка, ещё раз взглянула на карточку с адресом портнихи. Судя по адресу, салон находился где-то рядом с центральной площадью, и я решила прогуляться.

Мой экипаж стоял неподалёку. Я сказала, что прогуляюсь и подойду позже. Кучер, дремавший на облучке, вяло кивнул.

Женщины, показавшейся мне похожей на одну из горничных Валенсии, нигде больше не было видно. Я пошла вокруг площади. Народу по-прежнему было немного, погода стояла хорошая.

Салон мадам Бофри находился на противоположной банку стороне площади и занимал первый этаж здания. За стеклянной витриной стояли вешалки, на которых висели платья. Вокруг них то и дело пробегали жёлтые искорки. В моей совершенно дырявой памяти вдруг всплыло, что это указывает на дороговизну салона: платья здесь шьют с применением магии.

Сразу мелькнула мысль, что магия не так надёжна, как пошитое вручную, — вдруг в нужный момент что-нибудь отключится, и останешься ты, как голый король, без платья. Хотя, скорее всего, здесь использовался всё-таки другой принцип.

Ну раз мне дали эту карточку, я решила посмотреть, что там за салон, в котором, скорее всего, работала какая-нибудь связная барона. Вот раньше не было у меня опыта общения со шпионами.

Дверь была открыта, и я вошла внутрь. В небольшом холле стоял изящный зелёный диванчик, два больших горшка с декоративными деревьями и пахло пылью, и чем-то цитрусовым. В углу стоял столик, на котором был графин с водой.

Из холла вели две двери куда-то ещё. Одна из них была приоткрыта, и за ней явно кто-то находился, потому что я услышала разговор. Я уже хотела пройти и обозначить своё присутствие, но тут меня заинтересовало услышанное.

— …что, снова сошёлся с супругой? — произнёс мягкий женский голос.

— Да, — отозвался низкий женский голос.

Мне показалось, что эта женщина была гораздо старше первой.

— Знающие люди говорят, что эта беспринципная стерва ждёт ребёнка и собирается выдать его за ребёнка генерала, чтобы не получить наследство.

— Позвольте, — снова мягкий голос. — Но откуда такие сведения?

— Из надёжного источника.

И я подумала, что возможно это обо мне, а слухи наверняка распускает Валенсия. И тут же получила подтверждение.

— А разве у генерала… ну, не парализовано ли всё?

— Доподлинно это неизвестно. Известно только, что поражение затронуло основной магический узел, об этом писали в газетах. А вот про возможность продолжить род ничего не было. Вряд ли об этом бы стали писать.

— А что говорит ваша подруга? — мягкий голос вдруг стал тише, приобретя заговорщицкий оттенок, — генерал не пользовался услугами весёлых домов? Всё же супруга ушла от него почти сразу.

— Нет, такие подробности мы с ней не обсуждали, — довольно резко отрезала дама с низким голосом.

— О, простите! И что же теперь?

— Что теперь? Если план удастся, то генералу останется недолго. Ровно до того момента, как он изменит документы в завещании.

— Неужели нет никого, кто рассказал бы ему об этом?

— Ох, милочка. Конечно есть. Но в такие моменты мужчины не думают головой. Вы же понимаете.

— Какой ужас! — произнесла, видимо, портниха, потому что следующий вопрос был уже совсем про другое.

— А по какому поводу будет такой грандиозный праздник, на который я сошью вам самое лучшее в столице платье?

— Я вам скажу, но это большой секрет, и прошу вас никому не рассказывать. Это будет помолвка короля. Вы же знаете, что почти все склонили колени перед империей Блакестир. Осталось только наше королевство и Верхнее княжество.

Если мы создадим союз, с Верхним княжеством, то наши границы станут практически неприступны. Поэтому наш король договорился взять в жёны княжну. Да ещё, говорят, она очень красивая и образованная.

А я подумала, что портниха — это идеальный шпионский вариант. Несколько фраз и вот, женщина, как видно часто бывающая во дворце или находящаяся подле короля, выложила ей секретную информацию. Причём просто так.

Я вышла из салона и остановилась неподалёку, мне хотелось посмотреть, кто это был, но не хотелось, чтобы увидели меня. Вскоре из салона вышла дама. На лице у неё была вуаль, но черты угадывались.

Она и вправду была в элегантном возрасте. Мне пришлось отвернуться, потому что в какой-то момент она весьма острым взглядом окинула площадь. В руках у неё была трость. Высокая, прямая как палка, худая, в очень дорогом, богато украшенном платье, она в нетерпении постукивала тростью в ожидании, когда за ней подъедут.

Когда за ней подъехал экипаж, я увидела на нём герб — виноградная лоза с сидящей на ней пчелой, герб был весьма запоминающийся. Надо бы спросить у Кристиана, решила я.

Когда экипаж отъехал, я вошла в салон.

— Чем могу помочь? — улыбнулась моложавая женщина, полная той приятной полнотой, которая украшает, а не выглядит болезненной рыхлостью.

Я протянула ей карточку, которую мне дал барон Страдард.

— Мне нужно платье, достойное королевского приёма, — произнесла я фразу, написанную на карточке.

Улыбка исчезла с лица портнихи. Оно стало серьёзным и совершенно не похожим на то простоватое выражение, которое только что принадлежало встретившей меня женщине. Это была волчица, с жёстким выражением лица и холодными глазами.

— Давайте я сниму с вас мерки, — сказала она, и голос её больше не звучал мягко.