ГЛАВА 17
ЛЕОДАР
Эта девушка… творила с ним невозможные вещи. Леодар знал многих женщин – во всех смыслах и позах, для него, Тернового Короля, были открыты все двери и не только демониц. Но никогда и ни разу он не был готов на все ради одной с ними ночи.
С Айли же… одной ночи ему было мало.
Едва ли Айли знала, что подписанный контракт стал великой наградой для него. Его, только его и ничья больше… Леодар обхватил лицо девушки руками, подавляя непрошенные чувства. Ему нельзя ее любить. Об этом не стоит забывать.
Но он не мог избавиться от почти человеческого восторга. Она подписала контракт, со всеми вытекающими. Стала его…
В это не верилось. До последнего он был уверен, что этот мир отнимет у него мерцающий огонек, поманив и развеяв его в вечности. Все, что было в его жизни, неизменно вело к разочарованиям и равнодушию, и сейчас, получив девушку в свои руки, он испытывал массу разнообразных чувств. От счастья до тревоги, от ликования до… страха.
Возможно, в этом все дело. Червячок сомнения, будто все слишком хорошо, омрачал этот день. Слишком хорошо – и потому так зыбко.
Он отвел с ее лица волосы. Девушка слегка приоткрыла припухшие губы, щурясь, она смотрела на него, будто ждала его действий. В ее глазах читались тысячи вопросов, как отражение его собственных тревог. Он не мог не заметить, что она недовольна – собственной подписью, его обманом.
Теперь он чувствовал ее ярче, чем прежде. Она слишком много думает…
Ему бы тоже стоило, но разве это возможно рядом с такой женщиной? Леодар отвел с ее лица медную прядь волос, провел пальцами по изгибу изящной шейки, опустился к груди… Айли тихо вдохнула, тут же крепко поджав губы, но по участившемуся пульсу он понял, что, по крайней мере, секса она желала не меньше, чем он сам.
- Теперь ты моя… - Не без удовольствия хрипло прошептал он. – Полностью моя…
- Только пока брата не найдем! – возмущенно откликнулась девчонка, и тихо застонала, когда он, подавись ниже, прикусил мочку ее уха, чтобы не болтала лишнего. От одной фразы, намекающей на временность контракта, внутри всколыхнулось раздражение.
- Ты моя подданная! – зарычал он. – Тебе придется с этим смириться…
- Или что? – с вызовом подняла голову девушка.- Казнишь меня, если не буду слушаться?
Невозможно упрямая девчонка! Леодар был демоном, но на протяжении всей своей долгой жизни никто не смел ему возражать. Это даже… умиляло? Разгоряченная, встрепанная, раскрасневшаяся суженая, все еще обхватывающая его бедра стройными ножками, не собиралась сдаваться.
Айли, поймав его пристальный взгляд, прикусила губу, не ради соблазнения, а упрямо, как маленький, дерзкий котенок. Вышло, однако, весьма завлекающе. Усмехнувшись, Леодар обхватил ее голову, привлекая для поцелуя. Отреагировать он ей не позволил… строптивая! Впившись пальцами в его плечо, девушка напряглась, но, спустя мгновение, сдалась на его волю. Контракт все-таки творит чудеса.
Он все еще хотел ее. Он высший демон, его желания удовлетворить не так просто. Но, пожалуй, человеческий организм устроен иначе: насчет пяти раз в день он погорячился, девчонка столько не выдержит. Может быть, позже… когда привыкнет?
Он прикусил ее губу, ту самую, которую она так мило поджимала.
- Не играй со мной… - отведя волосы, выдохнул в ее ухо. – Есть способы лучше казней, и видит Алатар, будешь нарываться, я тебя с ними познакомлю…
Девушка возмущенно задышала, пытаясь его оттолкнуть, но, перехватив ее запястье, он проложил дорожку поцелуев по ее шее, одновременно накрыв ладонью ее грудь и играясь с бусиной соска. Возмущение быстро сменилось возбуждением, она была создана для него – заводила его невероятно, но и откликалась на его ласки весьма чувствительно.
Если он не остановится, то все-таки возьмет ее еще раз. Леодар тихо рыкнул, досадуя на себя за несдержанность.
- Осталось то, что нам нужно решить, моя любовь, - сжав ее грудь в ладони, он с великой неохотой провел выше, подавляя демонический порыв погрузиться в ее лоно снова… и снова… пока девчонка не станет его навек. Думай, Леодар, думай, и желательно не о том, какая его суженая узенькая и податливая для него. – Твою метку нужно убрать. Или от тебя будет мало проку.
- Ты сможешь? – Девушка снова прикусила губу, вызвав у Леодара почти неосознанный рык. Чего он не может, так это сдержать себя.
Но ее слова послужили графином холодной воды на его разгоряченную голову. Сможет ли он? Смог бы, не лиши его Амброзайос всей высшей силы.
Теперь он был вынужден полагаться на других, пользуясь чужой силой, а не своей. Как это… досадно.
- Со мной возможно все, Айли, - тем не менее, усмехнулся он. – У меня есть способ, не волнуйся.
Эта метка, как черное напоминание о том, что он может потерять суженую из-за одного мелкого демонишки, возомнившего, что тот может претендовать на то, что принадлежит высшему! Может, Леодар и не мог любить Айли. Потому что опасно, для него, для нее. Может и так, но это не значит, что он откажется от нее!
Айлиа – только его женщина. Демоны ревнивы, но когда дело касается суженых, ревнивы настолько, что способны утопить мир в крови за один неправильный взгляд.
Именно это Леодар планировал сделать. И чем дальше, тем больше понимал: Зареля придется убить. Нет, не так: Леодар желал убить Зареля за эту чертову метку!
И Зарель умрет, рано или поздно.
А вот с меткой придется постараться. К счастью, у Леодара имелся план...
- Ну тогда… спасибо, - нахмурившись, с легким недоверием протянула Айли. Ее нос наморщился, будто она сама не понимала, как вышло, что она благодарит демона.
Уж эти охотничьи правила… печально, что девчонку воспитали в традициях Штолей, предубеждение против демонов в Лицее – основа основ. Подняв бровь, Леодар отвел волосы Айли с лица и склонился было ниже…
- Эй! – И тут же отпрянул, пропуская часть удара. Не сказать, чтобы Айли могла ему навредить, но он не ожидал атаки от нее. Вскользь ей удалось задеть его, и Леодар схватился за подбородок, в потрясении и удивлении.
- А это за обман в договоре и метку клана!!! – воинственно заявила девушка.
- Айли-и... - прошипел он с угрозой, подавшись ближе и глядя в ее потрясающие глаза. Даже злиться на нее толком не получалось. А вот решение свое он поменял…
Вопреки доводам разума, он хотел ее. Здесь и немедленно!
- Ступай в ванную, - процедил он, решив совместить приятное с полезным. – Я, пожалуй, желаю еще сил…
- Вот еще…
- Контракт, Айли, - коварно напомнил демон. Посопев, девушка оттолкнула его и спрыгнула на пол, крыть ей было нечем.
Леодар поставил ладони на стол и усмехнулся. Уйдет время, чтобы примирить ее с новой ролью. Но его планы заходили куда дальше сроков контракта, он хотел суженую не на пару месяцев или лет, он хотел ее навечно.
И он ее получит. Леодар отстранил от кожи проявившийся браслет магических кандалов, и провел пальцами по терновому браслету, приобретенному сегодня. Если нужно пожертвовать чем-то ради этого… он пожертвует. Осталось убедить девчонку, что ей от него не избавиться.
И заставить ее пройти сквозь обряд Темного Ордена, поскольку именно это даст достаточно сил, чтобы выжечь метку Зареля.
- Мой повелитель… вы не можете этого сделать… - Тонкие пальцы пробежались по его груди. С досадой выдохнув, Леодар резко выпрямился и оттолкнул Талу. Демоница, отпрянув, сжала кулаки. – Не ради смертной!!!
- Тебе что-то нужно, Тала? – прищурился Леодар. Волосы темной волной спадали с его плеч, и он вполне привык к обнаженности при встречах с Талой, но именно сегодня его не интересовали ни ее обнаженные прелести, ни облики, которые она могла принять.
Странно. Его желание было ощутимым и болезненным, но хотел он лишь Айли, больше никого. Тала помотала головой.
- Я разорву контракт ради вас! Я убью эту девчонку!!!
Раньше, чем демоница развернулась, Леодар с рычанием повел рукой. Полыхнула молния, сверкающая искрами нить перехватила волосы демоницы, рывком отбрасывая ту от открывшегося портала. Вскрикнув, Тала рухнула на пол и уцепилась за волосы, которые он тянул изо всей силы, как можно сильнее!
- Запоминай сейчас и передай остальным! Никто, никогда, пальцем ее не коснется!!! – рявкнул он, посылая магический заряд для доходчивости. Тала всхлипнула, от боли на ее глазах выступили слезы. – Ну?!
- Обещаю, повелитель! Слушаюсь! – вскрикнула демоница, и только тогда Леодар разжал хватку, позволяя ей обрушиться на пол.
- Проваливай, - раздраженно процедил он, подхватывая со стола бокал.
Ему не нужно было смотреть, как Тала исчезает, он знал, что она послушается. Лишь раз он обернулся, чтобы убедиться, что комната пуста. Рыкнув, он опустился на край стола и раздраженным щелчком пальцев вызвал на ладонь свиток договора.
Тот развернулся легко, будто ждал этого. Хлебнув вина, Леодар прищурился, изучая текст контракта.
Он составлял его лично, продуманно и взвешенно. Ловушек здесь таилось предостаточно, более явные, менее видимые, всяких хватало. Но. Леодар встряхнул свиток, изучая пустое пространство между текстом контракта и подписью Айли. Вздохнув, он отставил бокал на стол и провел пальцами над пергаментом.
Буквы вспыхивали по следу его прикосновения. Буква за буквой, витиеватые, горящие кровью… здесь было две записи, скрытые от Айли до поры до времени. Они и должны были быть скрытыми, едва ли она сейчас обрадовалась бы этим пунктам договора.
Про вервый пункт он еще напомнит ей, когда придет время. А вот второй…
«Я, Айлиа, согласна принять в дар клятву Леодария о безопасности моей жизни. В случае нарушения клятвы и любой попытке убить меня, я обязуюсь принять его бессмертие, власть и силу, как то завещано данным договором».
Леодар щелкнул пальцами, скрывая буквы от чужих глаз. Свиток с шелестом свернулся, повинуясь его приказу и немедленно скрылся в подпространстве, куда не было доступа никому, кроме него.
Терновый браслет – обещание. Не более того. Но никто не должен знать, включая Айли, что на самом деле закрыто в договоре. Никто не должен знать, что за обещание он дал.
Он пошел на крайний шаг, он притянул ее к себе. Но в отличие от него, она ничего не знает о проклятии, под которое он ее подставил.
Можно сказать, они квиты. Он не собирался ее убивать, но что… если…
Леодар одним глотком добил вино и тяжело вдохнул. Вот он, источник его тревоги. Предсказание и предчувствие.
Он втянул своего феникса в опасную игру. Его любовь – всегда палка о двух концах. Сколько он себя помнил, он нес только смерть и ничего больше.
И впервые боялся, что это повторится вновь.