— 1-

Алессандро

Очнуться в неизвестном месте без единого окна, больше напоминающем средневековые казематы, с намертво прикрученными к стене цепями и медленно капающей с потолка водой — то еще удовольствие. Только меня не запугать кандалами, железной кроватью, услужливо предоставленной хозяевами этого «чудного» местечка, и уж тем более темнотой. Но сам факт, что меня заперли, да и к тому же лишили верхней одежды не на шутку взбесили.

Секунд пять в голове крутилась эта мысль, пока я не попытался избавиться от раздражающего железа, но черта с два у меня получилось. Я был ослаблен. И здесь совершенно не сказывался возраст, который по человеческим меркам перепрыгнул норму. В темнице чувствовалась магия, я не мог определить чья, но основалась она здесь прочно. Просто так кандалы не снимутся, как бы я не пытался. Да и к тому же сыграли роль отсутствие пищи и последний бой с колдуном, который отнял прилично сил. Никто не стал бы бросать вызов тому, кто завладел даром элементаля, ведь это самоубийство в чистом виде. Это сила, которой невозможно противостоять. Но только я не относился ко «всем», я должен был дойти до конца и хорошенько врезать Витторио Остеру, как бы сильно мне в ответ не досталось.

Теперь этот ублюдок получил место в «элите».

Он, как и его отец ранее, был моим главным соперником в охоте на элементалей. В итоге колдун смог опередить меня всего на шаг и получить силу одного из них, а я оказался здесь. Только он ещё не понял, насколько усложнил свою жизнь, ведь пока гонялся за ведающей в попытке обогнать мой клан, глупый колдун не задался вопросом, для чего я продолжал вести игру? Эти нелепые догонялки? Нелюди не дураки и не будут мириться с тем, что Остер заполучил дар. Наоборот, новое положение колдуна вызовет негатив. Отныне семья Витторио, как и он сам, в постоянной опасности. Бросать вызов, конечно, никто не станет, но нападать определенно будут. Вот тогда Остер и ощутит на себе весь спектр эмоций нелюдей. Весьма неприятный, должен признать. Однако это уже его проблемы. Моя главная задача выбраться отсюда, а над остальным я чуть позже подумаю.

Последнее, что я помнил, это бой с Остером, а потом все как в тумане. Даже показалось, будто мне на помощь прибежала одна очень аппетитная джинния, но это уже было бредом моего больного воображения.

Следующие несколько часов прошли в абсолютном одиночестве. Чем дольше я здесь сидел, тем больше начинал беситься от поступка Остера, от тишины, да даже от банального ограничения возможности ходить куда вздумается! Мне требовалась кровь, звук ломающихся костей. Я жаждал убить, растерзать кого-нибудь, словно дикий зверь. Выплеснуть на ком-нибудь свои эмоции, а, желательно, на колдуне. Остер просто запер меня. Меня! Главу всех вампиров Европы! Вот уж не думал, что он решит сохранить мне жизнь. Особенно если учитывать все аспекты нашей «дружбы». Но это его ошибка, причем вторая, ведь сколько бы меня здесь не держали, я выберусь и тогда… пощады не будет.

Я ожидал появления колдуна или кого-нибудь из его подчиненных, но все оказалось куда неожиданней, когда дверь отворилась, являя… Джиннию?! А она здесь что забыла?

— Дорогуша, — медленно произнес я и ехидно оскалился, пройдясь взглядом по сладкому телу Джун Нейвос, как всегда безупречно обтянутому темным деловым костюмом. Светлые волосы свободно ниспадали по плечам, а темный макияж подчеркивал глаза. А я ведь предупреждал ее раньше, говорил, что Остер не сравнится со мной. Рано или поздно она все равно перешла бы на мою сторону, это был вопрос времени. — Какого черта?!

Джун медленно осмотрела меня, задержавшись больше, чем следовало, на торсе, улыбнулась и слегка покачала головой.

— Ай-яй-яй, не так благодарят тех, кто сохранил вам жизнь. Кстати, как вам ваши новые апартаменты, мистер Морен? — она приподняла в вопросе бровь, и я демонстративно осмотрел «апартаменты».

Так это ее рук дело? Интересно. Если это такая месть, то пусть эта чертова психологиня даже не надеется, что выходка сойдет ей с рук. За все ответит, но чуть позже.

— А ты все шутишь, глупая джинния, — с насмешливой улыбкой на губах ответил я, смотря на нее с долей превосходства.

Уголки розовых губ едва заметно дернулись в ехидной усмешке, и все же девушка сумела удержать лицо.

— Я бы не назвала это шуткой. Но ситуация и вправду забавная. — Кивнула Джун каким-то своим мыслям, и ее слова буквально вывели меня из себя. — И я все еще не услышала ответа на вопрос, как вам обстановка? Может, желаете что-то улучшить?

Рык против воли вырвался из горла.

Пора заканчивать этот бред, а одной джиннии преподать давно обещанный урок, чтобы впредь не смела дурить мне голову и дерзить. С моего лица исчезло мнимое спокойствие и сменилось неприкрытой яростью.

— О да, желаю тебя в качестве предмета интерьера, — я обнажил клыки, расплываясь в коварной улыбке. При виде открытой шеи желание попробовать кровь этой наглой женщины только возросло. Лязг цепей неприятно резанул по ушам. Радужка глаз медленно сменилась на красную. Но сил у меня все равно было недостаточно. — Точнее твое бездыханное тело посередине комнаты, — уточнил я, не отрывая взгляда от пульсирующей жилки.

— Увы, клыкастик, но этому не бывать, — Джун приблизилась, отчего пришлось посмотреть в ее карие глаза. На лице джиннии читался триумф, радость, которую она не пыталась скрыть, раздражая еще больше. — Давай-ка я расскажу тебе, как будут обстоять дела дальше.

— Если ты пришла сюда не для того, чтобы помочь мне выбраться, то можешь не продолжать, — я облегчил ей задачу, отворачивая лицо в другую сторону, словно утратил интерес, но джинния была настойчивей.

Приблизившись максимально близко, она провела ноготком по моей груди и снова чуть покачала головой, оставаясь довольной.

— Выбраться? — с наигранным удивлением переспросила девушка, а потом и вовсе рассмеялась. — Нет, Алессандро, этого не будет. По крайней мере, пока тебя не сочтут вменяемым. Угадаешь, кто будет проводить оценку твоего психического здоровья?

И столько нескрываемого наслаждения этой ситуацией было в женском голосе. Предвкушения и ехидства.

Не сдержавшись, я рыкнул и схватил ее за шею. Но окончательно сжать и увидеть ужас на ее лице не позволила слабость. Я был не в состоянии причинить даже малейший вред. Хотя бы каплю боли.

Дорогуша же не пыталась освободиться или хоть как-то сопротивляться. На ее лице не было ни страха, ни удивления, не дрогнул ни один мускул. Она молча стояла, ожидая продолжения.

— Через десятки лет ты сдохнешь и о тебе никто не вспомнит, — раздражительно прошипел я. — Об Остере, возможно, сотню лет поговорят, не более. Я потерплю, а потом освобожусь и продолжу жить. Вечно.

Молча меня выслушав, Джун внимательно посмотрела, будто пыталась изучить и спокойно спросила:

— Каково это все время жить рядом со смертными с осознанием, что ты даже умереть не можешь?

На мгновенье я замер, не ожидая подобного. Даже растерялся, но над эмоциями быстро удалось вернуть контроль. Ярость разгорелась во мне еще сильнее, отчего я плотнее сжал горло.

Она посмела спросить то, чего не разрешали. Притронулась к тому, чего ей не дано узнать. Мои мысли и прошлое всегда останутся лишь в моей голове, и черта с два я позволю ей изменить это.

— Иди на хер, джинния, — разделяя по слогам, чётко поговорил я. — Можешь даже не пытаться залезть в мою голову.

Скривившись, я слегка оттолкнул ее и сам отошел, держа голову прямо, но не глядя на Джун, не желая больше продолжать этот разговор.

— Ох, Алессандро, из тебя выйдет отличный подопытный образец. — Довольно рассмеялась Джун, прежде чем развернуться и отправиться на выход. Только обернулась напоследок. — Не скучай, клыкастик. Думаю, тебе тут будет чем заняться. Одному… в тишине…

Как только дверь за ней закрылась, я с остервенением стал трясти руками и пытаться вырвать цепи из стены с корнем, но чёртовы кандалы не поддавались. Всё, чего я желал сейчас больше всего — прикончить кого-нибудь. Только так можно было успокоиться и на время обрести покой.

***

Джун

Припарковавшись у неприметной ветхой лачуги, я пару мгновений сидела, откинувшись на спинку кресла, и слушала шум дождя, отбивающего ритм по капоту. Прежде чем войти в дом и спуститься по лестнице в тайный бункер, мне нужно было отрешиться от всех посторонних мыслей, ведь меня ждал крайне интересный пациент.

Алессандро Морен. Жестокий и ужасный глава европейских вампиров, когда-то сумевший объединить кровососущих нелюдей разных стран Европы в один большой клан. Точнее бывший глава. Ныне мой подопытный кролик на ближайшие пару веков. Если, конечно, не излечится раньше. Правда, второй вариант вызывал у меня сомнения. Уж больно импозантная личность этот вампир. Как характером, так и внешностью. И именно из-за скверности характера, обычная тюрьма для Морена не подходила. Для моего подопытного нужны были особые условия, чтобы даже маленькой лазейки для побега у Алессандро не осталось.

К счастью, у меня было относительно подходящее место для его заключения. Моя личная «крепость», куда я могла сбежать, если уставала от жизни и проблем. Правда, специально для Алессандро Морена пришлось пропитать каждый дюйм этой крепости своей магией и установить дополнительные меры безопасности. Не говоря уже об охране, предоставленной Витторио Остером, главой клана итальянских колдунов, а ныне самым могущественным нелюдем из всех. И все же результат того стоил.

Было приятно увидеть вампира, сидящим на каменном полу и прикованного цепями. И меня совершенно не мучила совесть, что с моей легкой руки на нем остались только брюки. Упырю подвальные холод и сырость не страшны, а мне какая-никакая услада для глаз. Приятно было скользить взглядом по широким плечам и груди, сильным рукам, кубикам пресса, и возвращаться обратно к лицу, карим глазам, игриво падающим на лоб волнистым прядям темных волос. И ему очень шли кандалы и цепи.

Этим я и занималась уже третий сеанс, поставив в центре «палаты» стул, на котором и расположилась, закинув ногу на ногу.

Первые два визита можно было назвать провальными, поскольку мистер Морен говорить категорически отказывался и только пытался срывать свою злобу. Хотя, как по мне, нельзя назвать провалом то, что от простого и бесплатного созерцания своего подопытного я получала особое удовольствие. И можно было продолжать так и дальше, но, думаю, лечебное голодание к третьему сеансу уже должно было принести свои плоды.

Я нарушила тишину между нами минут через пять, с неохотой прекращая нашу игру в гляделки.

— Ну, что, мистер Морен, вы готовы поговорить?

— Отпусти меня. — Предупреждающе показал края клыков вампир.

— Будете хорошо себя вести, может быть и отпущу. — С холодным спокойствием произнесла я, не обращая внимания. В этих стенах вреда он мне причинить не сможет и даже не дотянется. Пока я сама ему не позволю. — Ну и как вы докатились до такой жизни, мистер Морен?

— Я уже сказал, что тебе не залезть ко мне в голову. Зря стараешься, дорогуша.

Я тихо хмыкнула, не ожидая чего-либо другого. Случай здесь тяжелый, на быстрый контакт с подопечным изначально надежды не было. И тем не менее, крайне интересный подопытный мне достался. Но чем быстрее он заговорит, тем мне же лучше. А точнее, интереснее будет проводить свои вечера за изучением его карты.

— Тогда вам и бояться нечего. — Развела я руками, чтобы потом снова сцепить пальцы в замок, и изобразила полную готовность вести диалог. — Расскажете, когда появилась идея найти элементаля?

— Это не моя была идея. — усмехнулся Алессандро. — Ребекки, — не отрывая взгляда от моих глаз он продолжил. — Она обратила меня, и я стал ее правой рукой. Мы были самой обсуждаемой парой среди вампиров.

Надо же! Алессандро Морен заговорил о чем-то кроме того, как он будет долго и мучительно меня убивать. На такой прогресс я даже не рассчитывала и расплылась в улыбке.

Но все же, какую-то странную тему для беседы вампир выбрал. Вроде мне не забраться в его голову, и тут же сам решил поведать что-то из своего прошлого. Интересно. Занимательно и так чудесно, что я чуть не захлопала в ладоши и удержалась от этого с превеликим трудом. Единственное, что меня задело, так это упоминание другой женщины. Впрочем, я бы не удивилась, если бы Морен сделал это специально. Решил же он с чего-то, что я к нему неровно дышу. Как и Витторио Остер, когда отдавал мне вампира на перевоспитание под честное слово. А я всего лишь проявляла благоразумие, и не проявляла агрессии, когда вампир пытался ко мне приставать. Все-таки у нас разные весовые категории. Но это не так важно. Теперь мы поменялись ролями, а сейчас главное не потерять нить разговора и извлечь из беседы максимум данных для анализа. Хочет говорить об этой Ребекке, пусть говорит. Я послушаю, сделаю выводы.

— И вы отдаете дань ее памяти?

— Я? — вампир рассмеялся, медленно покачал головой и оскалился, словно издеваясь. — Мы трахались как безумные, но после очередного секс-марафона я прикончил ее.

И сказано это было так буднично, совершенно невозмутимо и без какой-либо привязанности, что только за это такой псих и маньяк должен оставаться взаперти до скончания веков.

Лично я не видела в этом ничего забавного, но нужную пометку в блокноте сделала. В том числе и о том, что надо будет поискать информацию о Ребекке.

— Как интересно. Вижу, вы гордитесь этим. — Голос мой звучал ровно и отрешенно, как и положено психологу, хотя меня постигло некоторое разочарование. С самой первой встречи еще у меня в кабинете, я не думала о Алессандро Морене, как о просто убийце. Жестоком и бесчеловечном, да, но при этом хитром и расчетливом. Настолько расчетливом, что меня брала зависть к его умению вести игру и плести интриги. Но сейчас он разочаровывал. — Только ответьте, вы всех своих сексуальных партнеров потом убиваете?

— А ты проверь. — В темно-карих глазах появился лукавый блеск, а лицо исказил хищный азарт.

В любой другой ситуации мне бы польстило, что меня так открыто раздевали взглядом, но предложение было весьма сомнительное в свете открывшихся фактов. Репутация Алессандро Морена шла впереди него самого, и именно этим он меня и заинтересовал, но только я не настолько сумасшедшая, чтобы играть в игры с хищниками, досконально их не изучив.

— Какое заманчивое предложение. Но рановато, клыкастик, рановато. Я еще пожить хочу. Долго и интересно. Но вернемся к тебе. И чем же Ребекка заслужила такую участь?

— Она была шикарной в постели и расчетливой в жизни. Идеальной вампиршей. — Вампир смаковал каждое слово и не сводил с меня глаз, ожидая реакции. Но не дождался и продолжил: — Только Бекки не учла, что я не тот, кто будет подчиняться. Я люблю, когда подчиняются мне. А менять что-либо Ребекка отказалась.

А вот и причина, почему Алессандро Морен вообще заговорил о вампирше. Видимо хотел таким образом напомнить, что заключение не сойдет нам с рук. О чем свидетельствовали повисшее между нами многозначительное молчание и хитрый прищур на лице вампира.

Плохо. Мне все еще не хватало данных для анализа.

— Неужели ваши отношения ничего не значили?

— Значили. Но у власти дано быть только одному. И я предпочёл жить.

— Так уверен, что она убила бы тебя?

— А ты точно из этого мира, дорогуша?

Туше. С настолько наивным мышлением мне давно пришлось расстаться. В этом мире далеко не редкость предательство самыми дорогими и близкими.

Тихим хмыканьем, едва удерживая кривую улыбку на лице, мне пришлось согласиться с вампиром.

— Есть что-то еще, что ты хотел бы рассказать про нее?

Мистер Морен нахмурился, плотно сжав зубы, и зло ответил:

— Нет.

— Ты уверен?

— Я сказал нет! — Не скрывая злости, вампир в тот же момент поднялся и на своей нечеловеческой скорости попытался приблизиться, но я щелкнула пальцами, и зачарованные магией цепи натянулись, удерживая Алессандро в нескольких шагах от «жертвы». — Убирайся вон. — Прошипел он, в то время как радужка его глаз приобрела кроваво-красный оттенок.

Меня это не проняло, и я вновь заулыбалась. Кажется, пора ему напомнить, что жертва здесь не я. Может, когда-нибудь все вернется на круги своя, но пока этот праздник проходит на моей улице, я буду пользоваться ситуацией по полной. Заодно и отомщу за тех, кто мне дорог. За ведающую, которую он пытался убить, пусть и не сам. Или хотя бы просто за то, что втянул мою лучшую подругу в свои игры и разрушил ее жизнь. Это, конечно, сильно громко связанно, но пока Габби находилась в депрессии, страдал мой бизнес, а мне это совсем не на руку. Или может быть за то, что отдал приказ на нас напасть. Я еще точно не решила, за что именно, но даже мне есть, что предъявить Алессандро Морену.

Я же встала со стула и подошла к своему подопытному непозволительно близко. Настолько, что он вполне мог вцепиться в мою шею не только руками, но и зубами, но цепи… Цепи, как и кандалы, словно змеи перед опытным заклинателем, подчинялись лишь моему желанию, и бывший гроза всех нелюдей был ими скован намертво.

— То есть, ты все еще не проголодался? — протянула я издевательски, склонив голову к плечу.

— Пошла на хрен, джинния. — Прорычал вампир.

— Ох, Алесс, — осуждающе покачала я головой, надув губки, и посмотрела в искаженное гримасой ярости лицо. — Когда же до тебя дойдет, что здесь ты никому не указ? Более того, условия в которых ты содержишься напрямую зависят от того, насколько я довольна твоим поведением. Так что поаккуратнее в выражениях.

— Когда я освобожусь, молись, чтобы смерть твоя была быстрой. — Прошипел мужчина мне в лицо.

И снова Алессандро Морен скатился до своих привычных угроз, а значит сеанс можно считать завершенным. Только до этого мне ни разу не удалось рассказать вампиру насколько плачевны его дела.

Я тоже люблю поиграть, и, наконец-то, мне встретился по-настоящему коварный соперник. В чьем обществе я могла отточить свое мастерство.

Мои пальцы сомкнулись на подбородке Морена, чтобы он не мог отвести взгляда, как делал, когда ему что-то не нравилось или хотел показать, что беседа закончена, и больше я ничего добиться не смогу. Но мне чертовски нравилось смотреть в красные глаза, чувствуя свое превосходство. А вампир должен раз и навсегда уяснить, что он проиграл.

— Если это и случится, то не скоро. Главное, чтобы ты мне раньше не надоел. Запомни правило, Алессандро: ведешь себя хорошо, получаешь поощрение. Плохо — наказание. И мне будет абсолютно плевать, загнешься ты от голода, истощения или прочих… моих экспериментов, или проживешь чуточку дольше, чем того бы хотели твои враги. Угрожай сколько пожелаешь, но в данный конкретный момент ты в моей власти.

На лице выступили желваки, и Алессандро стиснул зубы, но промолчал. Похоже, до него наконец-то дошло, как следует себя вести в таком положении.

— Вот и умница. — Я просияла и отступила обратно к стулу, на котором висела моя сумка. — А теперь заслуженный ужин.

Извлекая из нее пакет с донорской кровью, я откровенно издевалась. Вампир точно изголодался за это время. Все же больше недели без единой капли крови просидел. И я точно знала, что он не сводил с меня взгляда, когда на пакете был сделан надрез. А уж когда я вставила в него соломинку, то вампир и вовсе глухо сглотнул. Обычную пищу вампиры тоже употребляют, но кровь дает им нужные силы.

— Присаживайся, — с улыбкой протянула я, повернувшись к вампиру. — Стоя кушать вредно.

Алессандро Морен проявил покорность, но одарил таким убийственным взглядом, что обмануться его поведением могла только очень наивная дура. Спокойный хищник — опасный хищник. Что уж говорить о типе с такой репутацией. И тем не менее, это тоже был в каком-то роде прогресс.

Вампир пил кровь молча и быстро, а я наблюдала, как стремительно к нему возвращались силы. Алесс же не сводил с меня хитрого взгляда. Будто где-то в глубине черной души его самого все происходящее забавляло. К сожалению, я не могла в полной мере полюбоваться и насладиться видом шикарного, но ручного вампира, потому что не теряла бдительности. Мы находились слишком близко, и уверенности в том, что я смогу сдержать вампира цепями, когда к нему вернется полная сила, не было никакой. Как джин, я чувствовала, что вампир что-то задумал. И как только в пакете осталась половина, я встала, не дав Алессандро закончить трапезу. Эта покорность явно была проявлена неспроста.

— Дорогуша, это уже настоящее издевательство! — с рычащими нотками в бархатном голосе возмутился вампир.

— Ох, клыкастик, — я снова усмехнулась, собирая свои вещи. — Я еще даже не начинала издеваться. Но только дай мне повод… — я не договорила, смакуя каждое слово и давая понять, что только и жду, когда же мы перейдем к настоящим издевательствам.

— Дай мне чёртову кровь! — рявкнул вампир.

— Завтра, Алессандро. Все завтра. — В ответ на мои слова последовал очень тихий сдавленный рык. Даже несколько неожиданно, если учитывать темперамент Алесса. Я рассчитывала на более бурную реакцию. — Не скучайте, мистер Морен. Надеюсь, к следующей нашей встрече вы станете сговорчивее.

Оставив пакет с кровью на стуле, я быстро собрала свои вещи и вышла из камеры, заперев дверь на все замки. И буквально в следующее мгновение послышался полный ярости рев и звон цепей, а следом и хруст разнесённого в щепки стула. Дотянулся-таки до корма. Умный мальчик. Но кровь Алессандро действительно заслужил, потому что этот сеанс вышел хоть и крайне сжатым, но удачным. Очень удачным. Особенно это послушание под конец. Прямо душу грело. Но обманываться не стоило. Моя маленькая победа была слишком легкой, чтобы не заметить в ней подвоха.

На шум в камере из смежного помещения выскочила охрана, любезно предоставленная Витторио Остером, в полной готовности наказывать моего кролика за плохое поведение.

— Все в порядке? — уточнила у меня молодая колдунья, но по заверениям Витто довольно опытная в боевой магии.

И все бы ничего, но, во-первых, она появилась позже остальных охранников, заменив одного колдуна в «полном рассвете сил». Во-вторых, она — девушка, и мне это не нравилось совершенно. Ну а в-третьих, мало того, что это колдунья, так она еще и несостоявшаяся невеста Витторио. В общем, мне положено ее не любить из женской солидарности с моей подругой Габриэль, которую колдун использовал, чтобы получить силу элементаля. Только переросло все это в нечто большее.

Смерив колдунью оценивающим взглядом, я сделала глубокий вдох, чтобы сдержать раздражение. Потому что ее вопрос меня оскорбил.

Я не первый год играю в игры с существами и силами, с которыми никто другой тягаться бы и не подумал, и жива еще только потому, что умею думать и просчитывать шансы на выживание. Более того, я свободная джинния, и свобода мне стоила слишком многого. Да и за каждую ошибку приходится платить, и у меня нет возможности допускать даже малейшие промахи. Больше нет. И хочу я того или нет, но каждый шаг в отношении Алессандро Морена должен быть выверен с ювелирной точностью. Включая его вспышки ярости. И я точно знала, какие эксперименты хочу провести над вампиром. Так что ее беспокойство тут было совершенно не к месту.

— В абсолютном. — подтвердила я, успокаивая колдунов легким кивком головы. Даже улыбнулась искренне. Но улыбка была не для их успокоения.

— Вы снова заблокировали камеры слежения. — Нахмурился второй находящийся на вахте колдун.

— Именно. И сделаю это снова. И не раз. Потому что врачебную тайну никто не отменял, и поскольку ни у кого из вас нет медицинского образования, я никому не позволю ни наблюдать, ни подслушивать во время своей работы.

— Мы доложим синьору Остеру.

— Докладывайте кому хотите. — Иронично повела я бровями. — Но ничего не изменится. Я никому не подчиняюсь.

Колдуны попытались что-то возразить, но, как и мой подопечный, я не любила, когда мне перечили, спорили и уж тем более указывали, потому просто проигнорировала их, проходя мимо.

Нашли чем пугать. Да меня каждый третий нелюдь в этом городе или убить пытался, или подчинить, но до сих пор ни у кого не получилось. А что уж говорить о Витторио Остере? Да, колдун. Да, он получил силу элементаля, но мне он не страшен. Я воспитала возле себя очень умную ведающую, что своим договором о неприкосновенности к членам семьи и ко мне, связала холодного и невозмутимого колдуна по рукам и ногам. И максимум, что Витто мог мне сделать — выговор. Да и то с оглядкой. А то вдруг я буду в плохом настроении и перестану рассказывать о Габриэль?

И тем не менее, не успела я покинуть бункер и сесть в машину, как мне позвонил выше упомянутый синьор.

— Уже пожаловались? Оперативно. — Вместо приветствия я усмехнулась, заводя двигатель.

— А ты думала, будет иначе? — холодно раздался голос Витторио по салону.

— При учете что ты отправил следить за мной свою бывшую?

— Кажется, ты путаешь. Офелия следит не за тобой, а за вампиром, который остался жить лишь благодаря тебе.

Да, было такое. Это я остановила Витторио от убийства заклятого врага. Но мне нужен был этот вампир. Позарез как нужен.

— И ты, конечно же, недоволен?

— Не то слово.

Мне оставалось лишь тяжело вздохнуть.

— Ну хоть в чем-то мы с тобой солидарны. Жаль, что поводы разные.

— Джун, речь идет об Алессандро Морене, и твои выходки просто неприемлемы. А если он причинит тебе вред или шею свернет?

— Неприемлемо нарушение врачебной этики. — С нажимом протянула я, вдавливая педаль газа в пол. — Что касается твоего вопроса, пусть попробует. Бункер надежно защищен, как и любое мое убежище, и прямого вреда мне никто не причинит.

— А можно хотя бы сейчас без твоей самонадеянности? — судя по тону, колдун скривился.

— А можно не оскорблять меня своим недоверием? Витторио, я свободный джин, и о выживании знаю достаточно, чтобы забыть о таком понятии как "самонадеянность". Поверь, я крайне осторожна.

— Хорошо, но учти — малейший промах, и я сам возьмусь за вампира. Тогда я уже не буду так добр.

Я решила не подливать масла в огонь, зная его ситуацию, и откуда берет свое начало ненависть к данному конкретному вампиру. Почти не подливать.

— Я тебя услышала. И промахов я не допускаю. Что-то еще?

— Теперь понятно в кого Габриэль такая. — Совсем тихо произнес Витторио Остер, что я даже на расстоянии почувствовала его тоску по ведающей.

На пару мгновений стало тихо, но колдун быстро справился с эмоциями. А я нет. Мне было жаль его. А еще больше мне было жаль свою лучшую подругу.

— Позвони ей, Витто.

— Не могу. У нас договор.

От этих слов я не на шутку разозлилась. Два упрямых барана. Так были счастливы вместе, а потом вместо решающего разговора просто разошлись из-за глупого недопонимания. А теперь еще и делают вид, что незнакомы. И даже не зная всех подробностей, я была уверена, что это их самая главная ошибка. И если раньше я практически не позволяла себе вмешиваться, теперь нет. Габби убивало это расставание, и я не могла пройти мимо.

— Что за глупые отговорки? Наплюй, забей и позвони. И как бы ты мне не лгал, я знаю, что ты ее любишь.

— И именно поэтому я и ушел. Габби будет лучше без меня. И это ее слова.

— В прошлый раз Габриэль тоже много чего сказала, а как все было на самом деле? Или это из-за Офелии? Свадьбе быть?

— Нет. — Твердо отрубил Витторио.

— Тогда дай Габриэль немного времени и позвони. Потому что я понятия не имею, что нужно сделать, чтобы она снова стала улыбаться.

— Я тоже, Джун. — Продолжил колдун очень тихим голосом после небольшой паузы. — Но меня пугает мысль, что от моего звонка станет еще хуже.

И ведь не поспоришь. Я пять лет потратила на то, чтобы найти к ведающей подход, но сейчас была абсолютно бессильна. Габриэль по-настоящему любила Витторио Остера, и я знала, что это уже не пройдет, но любое неправильное вмешательство могло обернуться тем, что подруга исчезнет. И пока мы снова ее найдем, пройдет немало времени.

В итоге я согласилась с колдуном, что не стоит торопить события, но прямо заявила, что считала его уход глупостью. Подруга у меня сильная, переживет многое, но и мужик ей нужен сильный. Не просто сильный, а такой, который сможет держать ее в узде, при этом оставаясь терпеливым. И на мой взгляд Витто был именно тем самым. И что особенно важно, Габриэль открылась ему, но именно поэтому ей сейчас и было так больно. А что между ними на самом деле произошло, я все равно узнаю. К счастью, есть один способ, главное направить мысли Габриэль в нужное русло.

Поговорив еще немного, я отключилась со словами, что жду от колдуна всю информацию, которая у него есть на Морена. Я не была уверена, что когда-нибудь ее прочту, и все же, там могли быть интересные сведения о пациенте. Хотя этого добра мне хватало и без данных итальянского клана. Оставалось только перебрать весь ворох документов.