Глава 13 — Не джентльмен

Глава 13 — Не джентльмен

Завтракаем овсянкой с фруктами. Пока Роберт не видит, сын перекладывает мне в чашку яблоки и бананы. Да, я знаю, что ему нужны витамины и клетчатка. Но в каше он терпеть не может фрукты. И проще прикрыть его, чем слушать лекцию о здоровом питании от Роберта.

Я не последовательная мать, которая балует сына во вред ему. Я все понимаю. Но вот такое несовершенное у меня чувство любви. Моя мама вела себя также со мной. Пока была жива. И я была счастлива в эти мгновения. Наверное, по-другому я уже не научусь.

Роберт, с кружкой кофе подходит к окну в ожидании такси в аэропорт.

Стёпа тянет конфету из вазочки.

— Стёп… — шепчу я, стреляя взглядом на папу.

— Укакойся, — шепчет в ответ, успокаивающе раскрывает ладонь.

Типа все под контролем.

Стёпка очень хорошо говорит, но несколько его словечек перекочевали родом из раннего детства и не хотят "взрослеть".

И я улыбаюсь его "укакойся".

Славный мой… — взъерошиваю русую шевелюру.

И мы едим со Стёпой свой завтрак-квест. Для него это увлекательное приключение — не попасться Роберту.

Интересно, а если бы у нас сложилось с Чадовым. Какими бы были наши завтраки?

Неожиданно чувствую внутренний толчок тревоги, словно забыла о чем-то важном.

— Какое сегодня число? — очнувшись от своей душевной комы, уточняю я.

— Двадцать шестое.

Двадцать шестое марта.

— Мм…

День рождения у Чадова!

— Ты переживаешь на счёт отца?

— Что? Аа… Да. Переживаю. Ты узнал, когда его выпускают?

— Завтра. Не волнуйся…

Отец вышел из тюрьмы. Он неадекватен. И я боюсь за себя, и за сына. Я свидетельствовала против него. И он с удовольствием меня "накажет", если у него появится такая возможность.

И Роберт тоже свидетельствовал. Лжесвидетельствовал… Чтобы я осталась незапятнанной этой историей.

Я кругом ему обязана. Это давит на меня бетонной плитой. Чувствую себя Аленушкой из сказки, что читаю иногда сыну, у которой на шее камень висит, пески грудь придавили, а руки ноги трава спеленала. И лежу я на дне ручья лесного. И никак мне оттуда не выбраться.

Я очень хочу научиться любить Роберта. Но за эти годы так и не смогла. Камень на шее…

— Я возьму машину, ладно? На ней я чувствую себя более защищённой.

Почти никогда не вожу сама, хоть и настояла на получении прав.

— Веди аккуратно.

Дальше следует подробная лекция, с напоминанием некоторых правил.

Послушно киваю, не слушая.

Не дожидаясь, пока за Робертом приедет такси, мы со Стёпой сбегаем.

— Мам! — отвлекает он меня с заднего сиденья. — А давай на плоту поплывём? Есть такой плот… На нем домик. Можно сесть и плыть долго…

— Стёпочка… — хмурюсь, пытаясь вписаться в поворот между двумя стоящими тачками. — Мы же с тобой не умеем плавать. А если плот перевернется?

— А есть такое — бассейн. Можно пойти и научиться.

— У тебя же ушки. Тебе нельзя в бассейн.

— У всех ушки! Все ходят, а мне нельзя! — возмущенно. — Ничо не будет.

Заезжаю на стоянку больницы.

Ладно… Мы сходим в бассейн.

Стоянка битком. Медленно еду по ряду для персонала в поисках свободного парковочного места.

— Пойдем в бассейн, пока папы нет! — заговорщицки уговаривает меня Стёпа.

— Мхм…

Заметив место, давлю на газ, замечая, что мне навстречу движется машина. Тоже, видимо, приглядев это место.

Чадов!…

Ты же джентльмен, Чадов, правда?

Мы замедляемся, он не включает поворотник, уступая мне. И я выкручиваю руль, чтобы занять место. Но неожиданно притопив, он сует нос машины вперёд, и я слегка врезаюсь в его бочину.

Тюк…

Жму на тормоз.

Ты совсем?! — смотрю возмущено ему в глаза.

Выходим из машин. Из его открытого окна — музыка.

Осматриваю вмятины.

— Ты же пропускал!

— Нет, — вставляет в губы сигарету. — У тебя помеха справа.

— Ты не включил поворотник!

— Включил.

Поворотник действительно мигает.

— Но он не был включен.

— Был, — прикуривает, глубоко затягиваясь.

Обессиленно взмахиваю руками.

Присаживается на капот.

— И что делать… — вздыхаю я.

— Подождем страховую. Садись.

— Ты специально это сделал? — стою рядом с ним.

— Это ты сделала. У тебя помеха справа.

Неправда! Ты пропускал…

Рассерженно отворачиваюсь.

— Поздравить не хочешь меня?

— С днем рождения…

— А чего так не радостно? Не ценный я человек?

— Что тебе нужно, а?

— А я тебе написал, Юль.

— Ты меня зачем мучаешь?! — разворачиваюсь к нему, срываясь на эмоции.

Голос проседает, превращаясь на последнем слоге в глухой шелест.

— Столько лет прошло, не писал. А тут что произошло-то?! Скучно жить стало??

— А ну-ка стоять! — смотрит мне за спину. — Куда это ты собрался?

Оттеснив, ловит Степу.

Ах ты ж… Пока я тут… Он опять чуть не сбежал!

Подкидывает его высоко. Стёпа радостно и испуганно визжит.

— Ты чего бегаешь-то, Степаха, а? Закину тебя сейчас на крышу…

Стёпа опять летит высоко-высоко…

Вжимаю голову в плечи от испуга.

— Он упадет!

— Да ничо не будет! — фыркает Чадов. — Успокойся.

— Укакойся, мама! — радостно летает Стёпа. — Ничо не будет!

Чадов садит его к себе на руку.

— Чудо-Юдо, — трогает его короткую бороду Степа.

— Горыныч! — смеясь, поправляет Чадов.

Как похожи. Ужас… Одно лицо! Форма черепа, лоб, глаза, нос, улыбка с перекосом на один и тот же бок.

Чадов ловит мой взгляд. Из окна играет зубодробительно болючий трек:

— …"Давай попробуем заново всё собрать… Белые обои, чёрную посуду… Нас в хрущёвке двое, кто мы и откуда? Откуда?

Задвигаем шторы, кофеёк, плюшки стынут…Объясните теперь нам, вахтёры…

Почему я на ней так сдвинут?"…

Молча забираю у него из рук сына.

— Оставь меня в покое.

— Не хочу! — сжимает челюсти.

— Если тебе скучно, поезжай на Камчатку. Там вулканы, гейзеры и океан. И женщины. Я же не единственная на свете, — как дура припоминаю ему свои обиды. — А у меня здесь все прозаично. Надёжная семья и непростой ребенок, если вдруг ты не заметил. Мне тебя некогда развлекать.

Усаживаю Степу в кресло. Распрямляясь, вскрикиваю, врезаясь спиной в Чадова.

В панике разворачиваюсь.

— Надо же… Я столько всего тебе говорил… А ты только глупость, что в эмоциях ляпнул запомнила! — обиженно.

— Что ранило, то и запомнила! Человеку свойственно запоминать то, где боль. Чтобы избегать, — шепчу ему нервно.

— Мм. Понятно, — сглатывает он. — Ну… Я ляпнул, да. Но это были только слова. А ты пошла и легла в постель к своему мужу!!

— Не тебе меня судить.

— А кому, Юль?! — вздрагивают его ноздри.

— Ты все это время где был?! — душит меня эмоциями. — Где ты был? Может в монастыре мужском?

— Нет…

— Вот и пошел к черту!

Сажусь за руль с чувством хлопая дверью. Блокирую замки.

В сердцах пинает по колесу.

Всё… высказала! Даже как-то легче стало… Хотя стыдно жутко. За то что опустилась до ревнивых упреков. Ну и пусть…