Глава 3. Киношный фильтр.

Роман

– Добрый день, – расплываюсь во все тридцать два, непроизвольно поигрывая грудными мышцами.

– Здравствуйте... – отзывается она.

Оценивающе пробегает глазами по моему торсу и сразу их отводит. Делает вид, что очень занята со Златой. Та ведёт её к себе. Я плетусь, естественно, за ними, разглядываю свою «экзотику» со спину.

Узкая юбочка до колен, короткий пиджак. Вроде бы колготки – тонкие, почти незаметные. В такую-то жару...

А ножки у неё и без колготок очень впечатляющие. Упругие и мягкие на ощупь. Я помню...

В образе училки она прям другая. Прям очень. Строгая, сдержанная, недоступная даже. А вечером той пятницы было всё иначе.

– Как у тебя здесь уютно, – хвалит комнату моей сестры Агния. – И освещение хорошее.

– Помоги, блат, – смотрит на меня Золотая, пытаясь сдвинуть свой стол.

Агния тоже стреляет на меня глазами. Взгляд у неё непонимающий. Похоже, надо представиться, раз уж нам придётся знакомиться вновь.

– Роман, – протягиваю руку училке. – Брат вашей подопечной.

Осторожно пожимает мою ладонь. Выражение её лица – нечитаемое. Говорит негромко:

– Я просто сначала не поняла, что она сказала «брат».

Злата «р» не выговаривает, и да, её «блат» звучит порой как «блять». Иногда ну очень похоже.

– На самом деле она притворяется, что не умеет говорить «р», – с серьёзным лицом говорю училке.

– Неплавда! – рявкает Золотая, топая ногой.

– Нет? – изображаю изумление. – А ну-ка, порычи.

– Лллл! – старается Злата.

– И правда нет, – скорбно вздыхаю.

Агния не улыбается, нет. А ведь я очень старался выбить из неё хоть какую-то эмоцию. Но лицо у девушки по-прежнему нечитаемое. Образ училки, похоже, прилип к ней намертво.

– Мы можем начать, – поворачивается к своей ученице.

– Да. Блат! – сводит брови к переносице сестра, продолжая давить на стол.

Двигаю его, куда скажет. Сначала к двери, потом к окну, потом в центр комнаты.

– Вот тут оставь, – распоряжается мелкая командирша.

И начинает доставать целый арсенал тетрадей и ручек. Все девичьи – всех оттенков розового, с котиками или единорогами. Лишь одна какая-то мрачная, чёрная. Злата сразу отодвигает её.

Они с Агнией садятся за стол напротив друг друга.

– Тебе понадобится лишь одна тетрадка, Злата, – мягко пропевает училка.

И весь всплеск розовизны и даже меха (меховая обложка у тетради, мать вашу!) отправляется обратно в стол.

На меня больше никто не обращает внимания. Помявшись у двери, выхожу из комнаты, иду в свою. Тут полно моих вещей, хотя я здесь уже несколько лет не проживаю. Нахожу на полке приличную футболку, надеваю. Она оказывается узковата немного. Походу, я раскачался за последние годы. На бицепсах ткань рукавов врезается в кожу.

Встряхиваюсь, пытаясь поймать нужную волну. Эта волна такая сокрушительная, что меня начинает колбасить от предвкушения.

Возвращаюсь в комнату сестры, бесцеремонно шарюсь в её ящике, ищу ту чёрную тетрадь. Потом выбираю ручку и плюхаюсь на кровать с раскрытой тетрадью.

Обе переводят на меня вопросительные взгляды. Агния ещё и выгибает бровь. Злата, заметив этот жест у училки, тоже так делает.

– Что? – изображаю святую простоту, которая не понимает, что не так.

– Лом... Ну дай позаниматься!.. – канючит сестра.

– Конечно, занимайтесь. Я тоже послушаю, мне интересно.

Агния поджимает губы и раскрывает перед Златой алфавит. Прогоняет по буквам. Я хаотично вожу ручкой по листку в клетку, не сводя глаз со своей «экзотики».

Я не художник, нет. Закончил строяк, хотел, как отец, строить здания. Учёба в архитектурном научила меня видеть вещи объёмнее и немного рисовать. Правда, в итоге я занимаюсь логистикой, так и не применив пока своё образование.

Опускаю глаза на листок. Я нарисовал стройные ножки Агнии под письменным столом. Изобразил туфельки, позу... Никакого лица, только ноги.

Я – маньяк? Совсем нет...

Её длинные ножки – это первое, что я заметил тогда в клубе.

* * *

– Серьёзно, Тимур? Именно сюда? – говорю, как только мы заходим в клуб.

– Ты же сказал «Пофиг, куда», – ухмыляется тот. – Так вот не жалуйся. Сегодня будет шоу.

– Ага, эфемерное шоу! – вклинивается Руслан.

Как попугай, повторяет это слово уже минут десять.

Мы в этом клубе впервые, оказались здесь спонтанно. Решили гульнуть, пока мои родители не свалили и не запрягли меня с мелкой.

Садимся за свободный стол, Руслан приносит шоты. С интересом оглядываюсь. Музыка громкая, тяжёлая. Свет моргает так, будто клуб в эпилептическом припадке. Из публики – только девчонки.

Это вроде хорошо, но как-то напрягает.

– В чём подвох? Мы правильную зону выбрали? – вновь смотрю на друзей.

И, конечно, оказывается, что нет... Официантка сообщает, что будет мужской стриптиз, предлагает сменить зону. Но мы остаёмся поугорать...

– Блин, ты посмотри на этого! – ржёт Руслан, глядя на сцену. – С леопардовыми трусами! Боже, я ослеп!

– Как это теперь развидеть?.. – накрываю глаза ладонью.

– Ну всё, сейчас на всю жизнь от женщин откажешься, – пихает Рус Тимура.

– Не гони! Меня леопардовыми трусами не напугаешь! Рома, не отворачивайся! Это культура, мать её! – добавляет Руслан, тыкая пальцем в сцену.

– Как будто я не знаю, как выглядит пресс, – бурчу в ответ. – Особенно… вот ТАК не хочу.

Мы закидываем в себя по шоту, ржём – и вдруг я замечаю за соседним столом её. В чёрном коротком платье, сидит ко мне боком, положив ногу на ногу. И эти ноги кажутся бесконечными... Светлые волосы – длинные, блестящие – лежат на одном плече и спадают на грудь.

В свете софитов девушка выглядит так, словно кто-то забыл отключить фильтр киношности. Она выглядит... элегантно... Довольно странное слово для моего арсенала, но это так.

Немного поворачивает голову, и я всматриваюсь в её лицо. На нём – смесь смятения и иронии. Как будто она оказалась здесь случайно и уже жалеет об этом.

Она не смотрит на меня. Совсем.

А я смотрю.

И меня цепляют и её ирония, и эта элегантность.

И ноги!

Как у балерины или типа того.

Наконец она сталкивается с моим взглядом и поспешно отворачивается.

В этот момент ведущий, весь в блёстках, выходит на сцену и орёт в микрофон:

– А теперь… внимание! Жирный приз на кону! – он делает паузу. – Тот, кто рискнёт выйти на сцену, может выиграть бутылку шампанского и 10 000 рублей!

Толпа ревёт...

* * *

Выйти на сцену, чтобы что?

Танцевать? Раздеваться?

А со сцены не уточняют, в чём суть конкурса, держа интригу.

– Мы не пойдём, – говорю сразу.

– Э-э-э нет, брат! – хохочет Тимур и тут же начинает втирать: – Это ты выбрал долбаную красную зону. Вот плата за страдания моих глаз – иди пляши! А мы поржём.

Красную зону я выбрал наугад. А девчонки на ресепшене, походу, поугорали над нами и ничего не сказали про мужские танцы в леопардовых труселях.

– Давай я тебе десятку дам, а? – берусь за телефон. – Тебе безнал подойдёт?

– Не подойдёт, – шлёпает по моей руке Тим. – Пляши иди.

– Да не пошёл бы ты... – начинаю было я, но вдруг слышу со сцены такое, что резко перевожу внимание туда.

– Девушка в чёрном платье! – восклицает ведущий. – Да-да, Вы! Выходите, не стесняйтесь, – воркующим тоном продолжает этот павлин, обращаясь к той самой элегантной незнакомке.

– Можно мне? – неожиданно даже для себя самого поднимаюсь из-за стола.

Слышу, как парни прыскают от смеха и почти сползают под стол, угорая надо мной.

– Оо... А вот и партнёр нашёлся, – лыбится ведущий. – Давай, чувак, выходи, – манит меня рукой.

Но я сначала иду к ней. Ведь моя партнёрша и не думает подниматься. Ещё и глаза отводит, увидев, что я шагаю прямиком к их столику.

Склоняюсь к девушке и шепчу ей в ухо:

– Ты же не бросишь меня в таком неловком положении? Я решился на это всё только ради тебя.

– Не стоило, – произносит тихо.

Голос у неё мягкий и глубокий.

– Но я уже это сделал. Выбора нет. Пойдём.

Протягиваю руку, и она, помедлив, вкладывает в неё свои тонкие пальчики. Её подружка довольно визжит и выкрикивает какую-то пошлятину. Она явно постарше. Но выглядит довольно знойно.

Когда мы поднимаемся на сцену, Руслан и Тимур вскакивают, хлопают в ладоши, как бешеные.

– ДААААА!

– Жги, братан!

А чё делать-то надо?

Музыка начинает играть.

– Танцуйте, разогревайтесь... Дайте вашим телам познакомиться, – говорит ведущий. – Начинайте, начинайте!

Мы стоим лицом к лицу.

– Рома, – представляюсь я.

– Агния.

Мм... Имя какое интересное.

– Только не лапай, – шепчет сквозь натянутую улыбку Агния.

– Даже не думал, – отвечаю, подыгрывая.

Хотя… очень даже думал.

Музыка вдруг меняет ритм. Они включили «Pony» от Ginuwine.

Серьёзно?

– Танцуйте! И ближе друг к другу! Это «Танец напряжения»! – подгоняет нас ведущий.

Она делает первый шаг. Плавный, но чуть нервный – видно, что ей неловко. Но как же она двигается… Пластика в скованности. Тонкость в напряжении.

Я подхожу ближе. Лёгкое касание рукой, почти незаметное, обоснованное звучащей музыкой.

Она смотрит на меня. Не гневно, нет. Скорее – неверяще.

– Я думала, вырубят свет, и я исчезну, – шепчет она.

– Я бы тогда пошёл за тобой. В темноте, – отвечаю, опуская руки на её тонкую талию.

– Но это ещё не всё! Просто разогрев! – кричит в микрофон ведущий. – Самое горячее впереди!

– Это и пугает, – тихо произносит Агния.

А мне очень даже нравится этот конкурс!